Янь Я чувствовал, как у него в голове пустота, и почти инстинктивно вскинул пистолет, палец лег на спусковой крючок, готовясь открыть огонь.
Нет, нельзя, рванет.
Он в упор уставился на передние лапы насекомого, сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
Поднятые передние лапы гигантского жука так и не опустились, застыв в этом положении без малейшего движения.
Янь Я сглотнул вязкую слюну и дюйм за дюймом стал поднимать луч поискового фонаря выше.
Увидев две глубокие, давно иссохшие глазницы, он наконец позволил замершему в груди сердцу опуститься на место.
Мертв.
Внутри герметичного защитного костюма Янь Я обливался холодным потом, одежда на спине промокла насквозь. Тяжело дыша, он немедленно отошел подальше от этого невероятно огромного трупа чудовища.
Только теперь он смог разглядеть его целиком.
Оно было повернуто лицом к висевшему в центре зала скелету, его огромная голова была запрокинута, а широкие надкрылья на спине распахнуты — мягкие ткани исчезли, оставив лишь голый костяк.
Брюхо, казалось, было распорото, и из него кто-то вылез.
Он помнил какой-то фильм, вроде про чужого, там вроде бы была похожая сцена, и все люди погибали там ужасной смертью. С его-то физическими данными он бы там и одной серии не продержался!
А теперь в реальности объявился монстр таких размеров! Да еще и куда более сильный, возможно!
У Янь Я от увиденного мурашки побежали по коже. Он осторожно приблизился к туше насекомого и постучал прикладом пистолета по скелету — неожиданно раздался звонкий звук, напоминающий удар по спецсплаву.
Неужели в его лабораторию забралась именно эта тварина?
Тогда ему и впрямь невероятно повезло...
Лицо у Янь Я было хуже некуда, но раз уж он забрался внутрь, уходить ни с чем было слишком обидно. Поколебавшись, он тихонько произнес: — Простите, позвольте пройти.
Затем, ступая по костяной пыли, он продолжил подниматься по лестнице.
На стенах лестничного пролета висели картины, судя по всему, подвергшиеся серьезным разрушениям: одни валялись на полу, другие были исписаны граффити.
Предатель. Обман. Нельзя верить. Ложь.
Стены пестрели подобными надписями.
Янь Я снял с плеча поисковый фонарь и принялся внимательно изучать надписи на стенах.
Под ногами дюйм за дюймом раздавался едва слышный зловещий треск.
На нем был надет кислородный шлем — штука тяжелая и к тому же сдобренная неплохой звукоизоляцией, так что он ничего не услышал.
В итоге, когда он дошел по Y-образной развилке до левой центральной площадки, эта невероятно древняя лестница окончательно и бесповоротно разрушилась.
В отчаянии он ухватился за какой-то выступающий кусок, а вокруг с непрерывным гулом сыпались комья земли.
Он повис в воздухе, не в силах подняться и не смея разжать пальцы.
И что делать? С его нынешней хрупкостью костей, рухни он вниз — разве не заработает себе множественные переломы со смещением?
А если монстр явится на запах и решит устроить себе легкий перекус?
Только не это!
Янь Я был уверен: сегодня явно не его счастливый день!
Не успел он исчерпать свои силы или придумать выход, как кусок земли в его руке первым взбунтовался и сломался.
Он полетел вниз, зажмурив глаза и приготовившись к дикой боли и возможной смерти от падения.
Снаружи стремительно проскользнула чья-то фигура — ни рано, ни поздно, как раз вовремя метнувшись к нему перед самым приземлением.
Ожидаемая боль не последовала, Янь Я в оцепенении поднял голову и угодил прямо в самую близкую пару глаз.
Он замер.
Это оказался тот самый мужчина, которого он уже списал в разряды окончательно мертвецов.
Оказывается, под его плотно сомкнутыми веками скрывались такие угольно-черные глаза.
От яркого света зрачки резко сузились, проявив сложный, плотный узор, напоминающий пчелиные соты.
Янь Я не обратил внимания на детали такого уровня. Заметив, что яркий свет бьет мужчине в глаза и доставляет ему сильный дискомфорт, он тут же отвел поисковый фонарь в сторону.
С чего бы ему вдруг объявиться здесь? Впрочем, не будь его, самому Янь Я, пожалуй, уже пришел бы конец.
— Спасибо тебе. Кажется, я в безопасности, опусти меня, пожалуйста, — на его лице застыло хладнокровное выражение, а рука тем временем незаметно скользнула к поясу и крепко сжала рукоять пистолета.
Хотя он спас этого мужчину, и этот мужчина только что спас его — отношения, казалось бы, взаимной выручки и спасения, — все это могло оказаться лишь его собственными наивными фантазиями. Каковы истинные намерения этого типа, он до сих пор не знал.
Он уже давно не в том возрасте, чтобы прятаться под одеялом и тайком зачитываться яойной мангой!
Мужчина ничего не ответил, лишь в его горле что-то завибрировало, издав глухое сипение. Мало того, что он не отпустил его, так он еще и приподнял Янь Я повыше, сравняв их взгляды.
Его глаза уже вернулись к округлой форме, почти человеческой, и теперь он сосредоточенно всматривался в Янь Я, и во взгляде этом смешались растерянность, настороженность и какое-то трудноразличимое участие.
Янь Я не понимал, к чему на его лице такое выражение, но чувствовал, что ничего дурного тот не замышляет.
Посмотрев на него с минуту, Янь Я ослабил хватку на пистолете и слегка дернулся, пытаясь высвободиться, но все было напрасно: чужие руки держали его крепко, словно выкованные из стали.— Вы что? Уважаемый… молодой человек? Пожалуйста, опустите меня.
Он смягчил голос и попытался заговорить снова, одновременно упершись локтями в крепкую грудь мужчины, чтобы выиграть хоть немного личного пространства.
— Ссс… — издал какой-то невнятный звук мужчина, прижимая ладонь к его животу.
Янь Я испугался, а мужчина вдруг резко развернулся и большими шагами зашагал прочь.
— Эй, погоди! Куда ты меня тащишь?!
Мужчина хлопнул его по заднице, подбросил повыше и взвалил на плечо, словно какой-то мешок.
Шёл он быстро, ни капли не походя на тяжелораненого.
Лицо Янь Я то заливалось краской, то бледнело. Он тут же выхватил пистолет и уперся дулом в спину мужчины:
— Эй, отпусти меня! Слышишь, я предупреждаю тебя… Я, я сейчас выстрелю, считаю до трёх. Раз, два…
— Два… Два с половиной…
До этого он был законопослушным гражданином, разве ж он когда-нибудь стрелял в кого-то или убивал? Пока его так тащили всю дорогу, досчитать до трёх он так и не смог.
Когда мужчина наконец опустил его на землю, Янь Я перевёл дыхание и уже собирался с возмущением обрушиться на него с расспросами, но тут луч прожектора осветил пространство впереди, и в его глазах отразился глубочайший шок.
Перед ним, докуда хватало глаз, лежали сплошные горы трупов тех самых гигантских насекомых!
Их свалили здесь, как какой-то мусор.
А в самом вдалеке тянулись четыре длинные рельсы, уходящие куда-то наверх. Рядом висела проржавевшая, искривлённая металлическая табличка, на которой криво-косо было выцарапано:
Добро пожёловать в триннадчатое подземное Кладбище!
Изначально это была жуткая и леденящая душу картина, но внезапная опечатка на вывеске на мгновение заставила мозг Янь Я зависнуть.
Взыграл профессиональный инстинкт, и после недолгих раздумий он пришёл к выводу, что здесь, должно быть, написано: Добро пожаловать на тринадцатое подземное Кладбище.
Он услышал, как в горле у стоявшего рядом мужчины раздалось ещё более тихое, низкое шипение — казалось, тот пытался ему что-то поведать.
Мужчина смотрел на него очень чёрными глазами, от этой черноты Янь Я стало не по себе.
— Ты… что ты имеешь в виду? — тихо спросил он.
Мужчина медленно моргнул, повернулся и безжалостной железной хваткой оторвал от кучи жучиных тел хитиновую клешню, после чего протянул её прямо перед Янь Я.
— Ты думаешь, я проголодался, и притащил меня сюда пожрать? — осторожно поинтересовался он.
Что, это место для мужчины вроде рынка, где выбирают продукты? Мужчина выжил здесь, питаясь трупами насекомых? И какими же зубами он тогда обладал?
Полный вопросов, он мягко оттолкнул клешню назад:
— Спасибо за заботу, я ещё не голоден.
Мужчина посмотрел на него, потом на клешню, похоже, всё понял и больше не стал настаивать.
— Здесь есть кто-нибудь ещё?
Услышав его голос, мужчина тут же обернулся к нему.
Лицо его оставалось совершенно беспристрастным, ответа не последовало.
Похоже, тот и впрямь не понимал человеческой речи. Они принадлежали к одному виду — к человеку, — но общаться не могли.
— Твоя рана…
Янь Я бросил взгляд на его живот и тут же замолчал: марлевая повязка на поясе мужчины полностью пропиталась кровью. Казалось, он вообще не чувствовал боли и это никак на него не влияло, раз он до сих пор совершал всевозможные резкие движения.
Неужели ему совсем не больно?
По сравнению с ним он сам, готовый раскиснуть и помереть от банального падения, казался полнейшим ничтожеством…
Вернувшись в лабораторию, Янь Я заново перевязал рану.
Затем, глядя на кислотные лужи на полу, Янь Я всё же решил собрать и унести все припасы.
Возможно, это был какой-то ориентир, и монстры могли в любой момент выследить их по запаху.
Начав сборы, Янь Я нащупал пустое место в ящике для хранения и почувствовал странность.
Если память его не подводила, когда-то перед заморозкой он положил сюда несколько любимых книг, конспекты лекций и личный дневник.
У него не было привычки вести дневник, этого требовали правила лаборатории.
Говорилось, что это необходимо, чтобы предотвратить повреждение мозга замороженного человека и помочь ему не потерять память.
Тогда он считал это излишней перестраховкой — какое бы ни было повреждение от заморозки, оно в любом случае носило физический характер.
Теперь же всё это бесследно исчезло.
Среди разрушенных обломков Янь Я также обнаружил спальный мешок, ручной фонарь и магнитофон.
Неужели этот мужчина жил в его лаборатории? Использовал это место как своё убежище? И спал, когда вломился монстр?
Тогда всё происходящее казалось вполне логичным.
Янь Я отыскал относительно целую и скрытую от глаз пещеру и наскоро её убрал.
Хотя изнутри она выглядела примитивно, на самом деле здесь имелись и система электроснабжения, и водопровод, просто городские коммуникации давно отключились, и всем этим уже нельзя было воспользоваться.
Закончив хлопоты, Янь Я на миг обернулся и посмотрел на мужчину.
Затем с озадаченным видом окинул взглядом его совершенно говю фигуру.
Нельзя же позволять ему и дальше разгуливать голоком? Хотя пострадал от этого только он сам.
В его голове созрел план. Усевшись на краешек отапливаемого кана, он переключил прожектор в режим слабого освещения, достал из аптечки бинт, сложил его в несколько слоев и с помощью хирургической иглы кое-как сшил подобие простейших трусов.
Сам он был вполне доволен своей ручной работой — всё-таки целый год отработал на практике воспитателем в детском саду.
— Держи, — он протянул вещь. — Выглядит не очень, но пока поноси так, потерпи.
Мужчина взял её в руки и непонимающе посмотрел на него.
— Надень это, — Янь Я изобразил движение, словно шагает в штанины.
http://bllate.org/book/39935/5061653
Готово: