Я рассказала ей, что вернула гэгэ её истинное положение... Я больше не хочу быть гэгэ, правда, не хочу...
Сяо Яньцзы остолбенела.
Она думала лишь о том, чтобы вернуть Цзывэй её настоящее имя и статус, но совсем не подумала об этом.
— Тогда... тогда что же делать? — она беспомощно посмотрела на троих юношей. — Я ведь не могу вечно узурпировать личность Цзывэй... Она — дочь Ся Юйхэ, она та, кого должны признать принцессой...
Фу Эркан и Юнци переглянулись.
— Но я...
— Послушай меня, — Юнци прижал её за плечи, глядя решительным взглядом. — Я что-нибудь придумаю. Обязательно найдется способ соблюсти интересы обеих сторон.
Сяо Яньцзы посмотрела на утешение в его глазах, постепенно успокоилась и кивнула.
Фу Эркан снова заговорил:
— Гэгэ, есть еще один вопрос. Когда вы с госпожой Ся поклялись в верности друг другу, были ли у вас какие-нибудь памятные вещи или вещественные доказательства? Или, может быть, какие-то детали, известные только вам двоим?
Сяо Яньцзы задумалась:
— Были... Когда мы давали клятву побратимов, то кланялись луне и говорили: делить и радости, и горести вместе. Я еще отдала ей свой оберег, а она мне — свой нефритовый кулон...
Говоря это, она достала из-за пазухи нефритовый кулон:
— Вот он. Цзывэй сказала, что это оставила ей матушка и что это её самая дорогая вещь.
Фу Эркан взял кулон и внимательно осмотрел его: по форме он был похож на тот, что носила Ся Цзывэй, отличался лишь узор.
На этом вся правда раскрылась полностью.
Выйдя из Павильона Чистых Ароматов, троица шла с тяжелым сердцем.
Эртай вздохнул:
— Ну теперь и впрямь беда. С одной стороны — истинная дочь императорской крови, а с другой — волею судеб попавшая во дворец Принцесса Хуаньчжу... Что же сказать Императору?
Юнци хранил молчание.
Он вспомнил покрасневшие от слез глаза Сяо Яньцзы и её слова о том, что она не хотела этого, и толика упрёка в его сердце постепенно сменилась жалостью.
Эта девчонка тоже оказалась заложницей обстоятельств.
— Сперва возвратимся в поместье, — произнес Фу Эркан. — Это дело... еще нужно обсудить с моим отцом.
Каждый из троих был погружен в свои мысли, растворившись в ночной темноте.
Тем временем в Павильоне Чистых Ароматов Сяо Яньцзы сидела на кровати, обхватив колени руками, а слёзы текли безостановочно.
Мин Юэ тихонько толкнула дверь и вошла. Увидев её в таком плачевном состоянии, она тихо проговорила:
— Гэгэ, не плачьте, пожалуйста. Какая бы беда ни случилась, какая бы обида ни была — расскажите всё. Или обратитесь к Благородной супруге Линь: она любит вас и непременно придумает, как вам помочь.
Сяо Яньцзы замерла.
Рассказать Благородной супруге Линь?
Той самой кроткой и доброй Благородной супруге Линь, которая относилась к ней как к родной дочери?
Если Благородная супруга Линь узнает, что она самозванка... станет ли она по-прежнему так же хорошо к ней относиться?
Она не смела даже думать об этом.
В эту ночь огни в Павильоне Чистых Ароматов горели до самого рассвета.
А во Дворце Юншоу, когда Цзян Яо проснулась поутру и приводила себя в порядок перед зеркалом, слушая, как Су Синь шёпотом докладывает о ночных событиях в Павильоне Чистых Ароматов, её губы тронула легкая улыбка.
Она взяла жемчужную шпильку и медленно вколола её в прическу перед зеркалом.
Лицо девушки в зеркале отличалось изяществом черт и чистотой во взгляде, но никто не смог бы разглядеть, какое именно сокровенное настроение скрывалось за этой прозрачностью.
Глава 11. Благородная супруга Линь всё знает
Дворец Яньси.
Благородная супруга Линь задумчиво смотрела на куст свежераспустившихся хризантем, пока Ла Мэй докладывала ей рядом о дворцовых мелочах. Вдруг донесся доклад снаружи, что прибыла Принцесса Хуаньчжу. Благородная супруга Линь слегка удивилась.
— Пусть войдет.
Сяо Яньцзы вошла: глаза её были опухшими и красными, а вид — испуганным. Стоило Благородной супруге Линь бросить на неё взгляд, как она тут же велела всем слугам удалиться и усадила гостью рядом с собой:
— Что случилось? Кто тебя обидел?
— Благородная супруга Линь... — стоило Сяо Яньцзы заговорить, как из её глаз брызнули слёзы. — Я... я совершила ошибку... страшную ошибку...
Сердце Благородной супруги Линь пропустило удар, но лицо осталось кротким:
— Говори не спеша. Какая бы беда ни стряслась, я здесь, заступлюсь.
Сяо Яньцзы всхлипывала, выкладывая всё с самого начала. От клятвы в Цзинане до недоразумения на охоте, а затем и вчерашнего визита Фу Эркана и остальных... Она говорила и плакала, и к концу её речь превратилась в бессвязный лепет.
Слушая её, Благородная супруга Линь хмурилась всё сильнее.
Когда Сяо Яньцзы умолкла, она долго молчала — так долго, что у Сяо Яньцзы замерло сердце и ей показалось, что та непременно разгневается.
Кто же знал, что Благородная супруга Линь тяжело вздохнет и прижмет её к груди:
— Глупышка... Как же ты раньше не сказала о такой беде?
Сяо Яньцзы остолбенела:
— Благородная супруга Линь... Вы не сердитесь на меня?
— На что мне сердиться? — Благородная супруга Линь легко погладила её по спине. — Ты ведь тоже оказалась заложницей обстоятельств. Ранение на охоте, вопрос жизни и смерти — тогда было не до расспросов. А позже... испугалась, верно?
Сяо Яньцзы отчаянно закивала, и слёзы намочили воротник платья Благородной супруги Линь:
— Я боялась... боялась, что Император-отец узнает, что я самозванка, и отрубит мне голову... И еще боялась, что вы узнаете и перестанете любить меня...
— Глупости, — нежно произнесла Благородная супруга Линь. — Я люблю тебя саму, а не этот статус гэгэ. Ты искренняя и добрая, и все эти дни я искренне любила тебя как дочь.
Услышав это, Сяо Яньцзы заплакала еще сильнее.
Подождав, пока та немного успокоится, Благородная супруга Линь мягко сказала:
— Раз уж всё зашло так далеко, сожалениями не поможешь. Сейчас самое главное — придумать способ, который устроил бы всех.
— Способ для всех? — Сяо Яньцзы подняла заплаканные глаза. — Разве такой вообще существует?
— Нужно попытаться, — задумчиво произнесла Благородная супруга Линь. — Эта девица Ся... сейчас в поместье Фу?
Сяо Яньцзы кивнула:
— Эркан сказал, что она повредила ногу и залечивает рану в поместье Фу.
Благородная супруга Линь немного подумала и промолвила:
— Речь идет об императорской крови, тут нельзя действовать сгоряча. Происхождение этой девицы Ся необходимо тщательно проверить. Если она действительно дочь Ся Юйхэ... дело примет сложный оборот.
Она сделала паузу и добавила:
— Ты говорила, что Пятый принц и братья Фу уже всё знают?
— Угу, — тихо ответила Сяо Яньцзы. — Они вчера пришли ко мне, и тогда я всё рассказала...
В глазах Благородной супруги Линь мелькнул огонек, и она уже приняла решение:
— Раз так, завтра же пошли за Пятым принцем и попроси его прийти. Это дело... требует долгого и тщательного обсуждения.
— Позвать Пятого принца? — не поняла Сяо Яньцзы.
— Пятый принц — императорский сын, а семья Фу — столпы государства. Раз это дело уже затронуло их, замять его втихомолку нельзя, — медленно проговорила Благородная супруга Линь. — Нужно найти надежный способ, который не заденет достоинство Императора и в то же время позволит истине выйти наружу.
Сяо Яньцзы смутно поняла и кивнула.
Благородная супруга Линь наказала ей:
— В эти дни веди себя во дворце как ни в чем не бывало, ни в коем случае не показывай виду. А особенно перед Императором-отцом будь предельно осторожна.
— Я поняла, — пообещала Сяо Яньцзы, хотя на сердце у нее всё равно было тревожно.
На следующий день Сяо Яньцзы, как и велели, пригласила Юнци в Павильон Чистых Ароматов.
Благородная супруга Линь уже ждала в боковом зале. Увидев её, Юнци немного удивился, но всё же почтительно поприветствовал:
— Благородная супруга Линь.
— Пятый принц, не нужно церемоний, — мягко ответила Благородная супруга Линь. — О вчерашнем деле Сяо Яньцзы мне уже всё рассказала. Сегодня я позвала вас, Пятый принц, именно для того, чтобы обсудить план действий.
Юнци посмотрел на Сяо Яньцзы и, заметив, что её глаза всё еще покраснели и припухли, почувствовал укол жалости:
— Это дело... поистине сложное. Когда я вернулся, то долго размышлял, но так и не смог придумать безупречного решения.
Сяо Яньцзы кивнула, и в её глазах снова блеснули слёзы.
Поместье Фу.
Выслушав переданные Юнци слова Благородной супруги Линь, Фу Эркан задумался и произнес:
— Благородная супруга Линь мыслит здраво. Только... согласится ли госпожа Ся?
Юнци ответил:
— Речь идет о жизни Сяо Яньцзы, а также о том, сможет ли госпожа Ся беспрепятственно признать отца. Я думаю, она обладает широким кругозором и непременно всё поймет.
Вспомнив кроткий и стойкий нрав Цзывэй, Фу Эркан кивнул:
— Я сам пойду и побеседую с госпожой Ся.
В гостевой комнате Цзывэй долго молчала, выслушав слова Фу Эркана.
Цзиньсо тут же взволнованно воскликнула:
— Барышня, как же так можно? Вы же настоящая гэгэ, с какой стати вам переодеваться служанкой и идти во дворец? Это же такое унижение для вас!
Цзывэй подняла голову, и хотя в её глазах стояли слезы, во взгляде читалась твердость:
— Если это избавит Сяо Яньцзы от угрозы смертной казни, то разве малые унижения для меня имеют хоть какое-то значение?
Она посмотрела на Фу Эркана:
— Молодой господин Фу, я согласна. Только... смогу ли я после входа во дворец увидеться с Сяо Яньцзы?
— Разумеется, — ответил Фу Эркан. — Госпожа Ся войдет во дворец под видом компаньонки Принцессы Хуаньчжу. Ваша встреча как сестер будет совершенно законной и естественной.
Только тогда Цзывэй кивнула:
— Хорошо. Я иду во дворец.
Глядя на ее спокойное лицо, в сердце Фу Эркана поднялась сложная буря чувств. Эта девушка, которая по праву должна быть окружена всеобщим обожанием и лаской, добровольно соглашается терпеть обиды ради других...
— Госпожа Ся, — мягко произнес он. — Не переживайте. Раз Пятый принц и Благородная супруга Линь уже вмешались, они всё устроят наилучшим образом. Когда придет время, вам обязательно вернут честное имя.
Цзывэй слабо улыбнулась:
— Благодарю молодого господина Фу. Цзывэй... верит вам.
На том и порешили.
Спустя несколько дней Благородная супруга Линь завела разговор с Цяньлуну о том, что Принцессе Хуаньчжу одиноко во дворце и ей хочется найти близкого по духу человека для компании. Цяньлун, во всем потакавший младшей дочке, тут же дал согласие. Так Ся Цзывэй под видом «служанки» была введена во дворец и поселена в Павильоне Чистых Ароматов.
Всё это делалось втайне, тихо и незаметно.
А во Дворце Юншоу Цзян Яо, услышав, что в Павильоне Чистых Ароматов появилась новая служанка по фамилии Ся, миловидная, приятная в общении и хорошо говорящая...
Она посмотрела на себя в зеркало и медленно воткнула в волосы заколку из зеленого нефрита, а её губы изогнулись в понимающей улыбке.
Тому, чему положено было войти во дворец, наконец удалось проникнуть внутрь.
Глава 12. Признание в глубоком дворецe
Когда экипаж семьи Фу остановился у дворцовых ворот, Цзывэй приподняла краешек занавески и посмотрела на высокие багряные стены. Цзиньсо рядом с ней крепко сжимала ее ледяную руку.
— Барышня... — голос Цзиньсо дрожал.
— Раз уж решили, бояться нечего, — тихо произнесла Цзывэй, хотя в ее глазах блестели слезы.
Фу Эркан лично проводил их до Дворца Яньси. Благородная супруга Линь уже ждала в главном зале. Увидев входящую Цзывэй, она окинула ее взглядом и в ее глазах мелькнуло удивление — хоть девушка была одета просто, держалась она изящно и благородно, а в чертах лица угадывалась склонность к учености, что совсем не было свойственно дочерям из простых семей.
— Свидеюсь перед Благородной супругой Линь, рабыня Ся Цзывэй приветствует вас, матушка-государыня, — Цзывэй опустилась в поклоне, и хотя ее движения были немного непривычными, в них сквозило природное спокойствие.
— Встань, — мягко сказала Благородная супруга Линь. — Молодой господин Фу уже рассказал мне о твоем деле. С сего дня ты будешь нести службу в Павильоне Чистых Ароматов. Формально — в качестве служанки, но на самом деле... — она сделала паузу, — я буду о тебе хорошо заботиться.
Цзывэй опустила голову:
— Благодарю за милость, государыня.
— В Павильоне Чистых Ароматов я уже всё уладила, — Благородная супруга Линь знаком велела Ла Мэй принести комплект дворцового платья. — Это одежда, приготовленная для тебя. Позже сегодня я отведу тебя повидаться с Принцессой Хуаньчжу.
Цзывэй приняла платье, ее пальцы слегка подрагивали.
Наконец-то... удастся повидаться с Сяо Яньцзы.
Павильон Чистых Ароматов.
Сяо Яньцзы с полудня не находила себе места. Мин Юэ уже несколько раз уговаривала ее успокоиться, но та всё равно то и дело выглядывала за дверь.
— Гэгэ, успокойтесь, — тихо говорила Мин Юэ. — Раз Благородная супруга Линь уже всё уладила, она непременно приведет госпожу Ся.
— Я знаю... просто... — Сяо Яньцзы теребила край одежды, — я боюсь, что Цзывэй сердится на меня, боюсь, что она не захочет меня простить...
В этот момент снаружи раздался голос евнуха:
— Благородная супруга Линь пожаловала!
Сяо Яньцзы резко вскочила, чуть не опрокинув чашку с чаем.
Благородная супруга Линь вошла вместе с Цзывэй. Цзывэй переоделась в светло-зеленое дворцовое платье, волосы ее были уложены в прическу служанки, а в качестве украшения служила лишь простая серебряная шпилька. Она опустила голову, и выражение ее лица было скрыто.
Стоило Сяо Яньцзы увидеть ее, как ее глаза мгновенно покраснели.
Благородная супруга Линь велела всем выйти, оставив у дверей караулить только Мин Юэ и Цай Ся. Убедившись, что в зале остались только они трое, она тихо произнесла:
— Сяо Яньцзы, я привели ее. Вы... поговорите хорошенько.
С этими словами она повернулась и ушла в боковой зал, оставив главный зал в распоряжение двух девушек.
Двери зала закрылись.
Сяо Яньцзы посмотрела на стоящую перед ней Цзывэй, ее губы зашевелились, но звук не шел из горла. Цзывэй медленно подняла голову, глаза ее уже были полны слез.
Встретившись взглядами, обе расплакались.
— Цзывэй... — всхлипнула Сяо Яньцзы, шаг за шагом приближаясь, — я виновата перед тобой... я правда перед тобой виновата...
Цзывэй покачала головой, и слезы покатились по ее щекам:
— Нет... это не твоя вина...
— Моя вина! — Сяо Яньцзы схватила ее за руки. — Это я никуда не гожусь, была ранена и не могла толком ничего сказать... Это я струсила и побоялась сказать правду Императору-отцу... Это я заняла твое место и заставила тебя страдать за пределами дворца...
Она плакала бессвязно, и Цзывэй тоже заливалась слезами. Обе обнялись и зарыдали в голос.
— Сяо Яньцзы... я не сержусь на тебя... — сквозь слезы лепетала Цзывэй. — Я знаю, что ты не со зла... Твоя рана от той стрелы на охоте была такой тяжелой... То, что ты выжила — уже великое счастье...
— Но я украла твою личность... — всхлипывала Сяо Яньцзы. — Ты — дочь Ся Юйхэ, именно ты должна быть признана гэгэ... А я носила твою одежду, надевала твой венец, ходила поклоняться предкам в императорский храм... Цзывэй, я виновата перед тобой, я последняя дрянь...
Цзывэй крепко прижала ее к себе:
— Не говори глупостей... Мы же сестры по клятве, делить и радости, и горести... То, что ты в безопасности, радует меня больше всего на свете.
Долго выплакавшись, они наконец немного успокоились.
Сяо Яньцзы усадила Цзывэй на тахту и внимательно оглядела ее:
— Ты похудела... В эти дни тебе, должно быть, пришлось несладко?
Цзывэй вытерла слезы и покачала головой:
— Ничего страшного. Молодой господин Фу очень хорошо к нам отнесся.
— Эркан? — Сяо Яньцзы что-то вспомнила и поспешно спросила: — Как твоя нога? В тот день на улице я видела, как ты упала...
— Уже всё в порядке, — ответила Цзывэй. — Молодой господин Фу позвал лекаря, несколько дней накладывал мази, и теперь я могу ходить.
Только тогда Сяо Яньцзы успокоилась, но тут же вспомнила о другом:
— Цзывэй, не бойся, я обязательно верну тебе твое имя! Я прямо сейчас пойду и всё расскажу Императору-отцу...
— Нельзя! — Цзывэй испуганно схватила ее за руку. — Благородная супруга Линь сказала, что это дело требует тщательного обсуждения. Если раскрыть всё сгоряча, твоей жизни будет угрожать опасность!
— Но я больше не могу занимать твое место! — в отчаянии воскликнула Сяо Яньцзы. — Ты — настоящая гэгэ, и вернуть законное имя должны именно тебе!
Цзывэй сжала ее руки и ласково произнесла:
— Сяо Яньцзы, послушай меня. Речь идет об императорском достоинстве, тут нельзя просто сказать «мы ошиблись» и решить вопрос. Император уже объявил всему миру о признании тебя. Если вдруг заявить, что ты самозванка, то как быть самому Императору? Что подумают о нем люди во всем мире?
Сяо Яньцзы остолбенела. Обо всем этом она никогда не думала.
— Тогда... тогда что же делать? — беспомощно спросила она.
— Благородная супруга Линь и Пятый принц уже думают над этим, — утешала ее Цзывэй. — Сначала мы будем сидеть тихо, а когда придет время, поступим по обстоятельствам.
Глядя на ее спокойное лицо, Сяо Яньцзы почувствовала еще большую вину:
— Цзывэй... почему ты такая добрая... Я отняла твоего отца, отняла твое имя, а ты всё равно не сердишься на меня...
— Потому что мы сестры, — на глазах Цзывэй выступили слезы, но на губах играла улыбка. — В тот день, когда мы давали клятву в трущобах, мы обещали делить радости и горести. Раз теперь ты познала радость, я за тебя рада.
Сяо Яньцзы снова заплакала:
— Я не хочу радоваться одна... Цзывэй, останься, хорошо? Останься в Павильоне Чистых Ароматов, будем жить сестрами вместе...
— Благородная супруга Линь уже устроила меня на службу в Павильон Чистых Ароматов, — ответила Цзывэй.
— Замечательно!
Они поболтали еще немного, и Цзывэй подробно рассказала о том, что пережила за эти дни во дворец, а Сяо Яньцзы в деталях поведала ей о здешней жизни. Когда речь зашла о Благородной супруге Линь, Сяо Яньцзы сказала:
— Благородная супруга Линь очень хороший человек, она относится ко мне как к родной дочери. Узнав правду, она не только не рассердилась, но и помогла нам найти выход...
Цзывэй кивнула:
— Благородная супруга Линь действительно великодушна. Нам невероятно повезло заручиться ее поддержкой.
В этот момент из бокового зала появилась Благородная супруга Линь. Увидев заплаканные глаза обеих девушек, она мягко произнесла:
— Ну что, всё обсудили?
Сяо Яньцзы изо всех сил закивала и схватила Цзывэй за руку:
— Спасибо, Благородная супруга Линь!
Благородная супруга Линь с улыбкой присела:
— Раз так, я тогда пойду.
— Провожаем Благородную супругу Линь! — звонко произнесла Сяо Яньцзы.
— Только запомните одно, — лицо Благородной супруги Линь стало строгим. — Перед Императором ни в коем случае не показывайте виду. О происхождении Цзывэй пока знают лишь немногие из нас, и до тех пор, пока правда не выйдет наружу, об этом не должен узнать никто шестой.
Сяо Яньцзы и Цзывэй дружно кивнули.
Благородная супруга Линь дала еще несколько наставлений и окончательно удалилась.
Дворец Юншоу.
Цзян Яо после полуденного отдыха приводила себя в порядок перед зеркалом, когда Су Синь вошла из сеней и тихо доложила:
— Государыня, во Дворец Яньси прибыли две новые служанки, одну зовут Ся Цзывэй, другую — Цзиньсо. Сегодня Благородная супруга Линь отвела их в Павильон Чистых Ароматов, и они долго беседовали с Принцессой Хуаньчжу.
Рука Цзян Яо со шпилькой слегка замерла, но тут же беззаботно вонзила украшение в волосы:
— О? Принцесса Хуаньчжу так подружилась с новой служанкой?
— Маленькие евнухи из Павильона Чистых Ароматов говорят, что они заперлись в зале и долго о чем-то судачили, а когда вышли, глаза у обеих были красными, — доложила Су Синь. — И еще... эта служанка по фамилии Ся невероятно хороша собой, совсем не похожа на обычных девчонок.
Цзян Яо окинула взглядом в зеркале положение заколки, а ее губы тронула легкая, всё понимающая улыбка.
Цзывэй вошла во дворец.
И воссоединилась с Сяо Яньцзы.
— Государыня... кажется, в прекрасном расположении духа? — заметила улыбку Су Синь.
— Разумеется.
Глава 13. Благая вещь оборачивается дурно
Кабинет в Павильоне Чистых Ароматов.
Цзывэй склонила голову, наводя порядок на книжных полках. Движения ее были плавными и аккуратными, она расставляла книги по порядку категорий. Цзиньсо рядом вытирала пыль с письменного стола, обе хранили молчание.
С того дня, как они с Сяо Яньцзы признали друг друга, Цзывэй жила в Павильоне Чистых Ароматов под видом служанки. Формально — девчонка, помогающая гэгэ с кистью и тушью, фактически — названная сестра Сяо Яньцзы, проводящая с ней дни напролет. И лишь при посторонних приходилось соблюдать придворный этикет служанки и госпожи.
Снаружи послыблись шаги, и Мин Юэ торопливо вошла, шепнув:
— Госпожа Цзывэй, Император идет сюда.
Рука Цзывэй дрогнула, и она чуть не уронила книгу. Собравшись с духом, она вернула фолиант на полку, опустила голову и отошла в сторону.
Когда Цяньлун вошел в кабинет, то увидел стоящую у книжного шкафа скромную служанку с опущенным взором и почтительным видом. Его взгляд задержался на ней на мгновение, после чего он спросил:
— Ты новенькая?
Цзывэй присела в реверансе:
— Отвечая Императору, рабыня Ся Цзывэй, направлена Благородной супругой Линь прислуживать при кисти и туши гэгэ.
Голос ее звучал мелодично, а слова выговаривались отчетливо.
Цяньлун кивнул, больше ничего не спрашивая, и перевел взгляд на полки:
— Как учеба у Сяо Яньцзы в эти дни?
Цай Ся поспешно ответила:
— Гэгэ очень старается, вчера весь день упражнялась в каллиграфии.
В этот момент в комнату вбежала Сяо Яньцзы и, заметив Цяньлуна, просияла лицом:
— Император-отец!
Она бежала так быстро, что едва не споткнулась о порог. Цзывэй инстинктивно протянула руку, чтобы поддержать ее, но тут же быстро отдернула ладонь и отступила на полшага назад.
Заметив это, Цяньлун слегка приподнял брови:
— Ты, девчонка, вечно такая несобранная.
Сяо Яньцзы показала язык и выпрямилась:
— С чего это Император-отец сегодня нашел время заглянуть к нам?
— Пришел проверить твои успехи, — Цяньлун сел за письменный стол и взял вчерашние прописи Сяо Яньцзы. — Есть прогресс.
Получив похвалу, Сяо Яньцзы радостно заулыбалась, но тут же вспомнила о чем-то, ее улыбка слегка померкла, и она украдкой бросила взгляд на стоявшую в стороне Цзывэй.
Цзывэй смотрела в пол с безмятежным выражением лица, словно была самой обычной служанкой.
http://bllate.org/book/39864/5051966
Готово:
