Когда она вернулась, Янь Суй разговаривала по телефону. Увидев её, Янь Суй кивком указала на гостевой диван — мол, подожди там.
Звонок был от Янь Цзяня.
Отец и дочь давно договорились: куда бы ни отправился Янь Цзянь — хоть на край света — он обязан сообщать ей, что с ним всё в порядке. Связь могла быть любой: письмо, звонок, даже короткое сообщение. А если он надолго задерживался в каком-нибудь городе, то по привычке отправлял дочери открытки с другого конца света.
Письма, пересекавшие океан, обычно приходили уже тогда, когда он находился в другой стране.
Более двух лет, кроме редких видеозвонков, отец и дочь поддерживали связь именно так. Такая, с точки зрения местных, довольно сдержанная форма общения была для Янь Суй и Янь Цзяня в самый раз.
Сейчас, вероятно, был ранний час в Исландии.
Голос Янь Цзяня звучал так, будто он не спал всю ночь — низкий, хриплый, с лёгкой усталостью:
— Сегодня днём у меня самолёт в Швецию.
— Я вчера вечером позвонил твоему деду, и он кое-что мне рассказал.
Янь Суй и без догадок знала, о чём мог говорить Лан Юйлинь. Она нахмурилась, не зная, как утешить отца.
Она молчала, и Янь Цзянь тоже замолчал. Прошло неизвестно сколько времени, пока за окном не пронёсся автомобиль, и короткий гудок донёсся словно из-за океана. Янь Суй будто очнулась и улыбнулась:
— Ты же сам передал мне «Корпорацию Янь». В тот момент, если не я, то кто ещё?
Янь Цзянь тихо рассмеялся, и его подавленное настроение немного рассеялось. Он осторожно спросил:
— Суй, если тебе слишком тяжело — скажи папе. Я вернусь и разделю с тобой бремя.
Янь Суй немного подумала и сказала:
— Через месяц годовщина маминой смерти. Приезжай, проведай её.
…
Положив трубку, Янь Суй долго стояла у окна, настолько долго, что, казалось, забыла о присутствии Синь Я в кабинете. Она опустила глаза, глядя вниз на город: высотки, переплетённые улицы, половина Наньчэня отражалась в её взгляде.
Она закрыла глаза, сдерживая жгучую боль в уголках. Когда вновь открыла их, все эмоции исчезли без следа. Она повернулась к Синь Я, которая нервно ерзала на диване, и с лёгкой хрипотцой в голосе произнесла:
— Начинай.
Синь Я впервые видела Янь Суй в таком состоянии после разговора с отцом. Она на мгновение замялась, затем заговорила:
— Я недолго вышла, и Су Сяоси позвонила мне, изменив место встречи с агентства на жилой комплекс, который мы собирались осматривать днём. Дорога там в ремонте, движение плохое, поэтому я опоздала на полчаса…
Она бросила взгляд на Янь Суй и, убедившись, что та сохраняет невозмутимое выражение лица, продолжила:
— Она меня особо не приветствовала — мы ведь незнакомы. После того как мы с агентом обошли несколько квартир, она выбрала малогабаритную в Жилом Комплексе Линьцзян — восемьдесят восемь «квадратов». Маловато, конечно, но кухня, санузел, гостиная и столовая хоть и тесные, но всё есть.
Янь Суй ничуть не удивилась.
Большие квартиры для совместной аренды Су Сяоси не нравились — боялась, что Чи Яню будет неудобно приходить. Это Янь Суй понимала.
Шестидесятиметровые студии тоже отвергались — Су Сяоси считала, что Чи Янь, будучи высоким, будет чувствовать себя стеснённо и не захочет задерживаться. И это Янь Суй уважала.
Из предложенных вариантов среднего размера одни не устраивали по расположению, другие — из-за старости здания, третьи — из-за множества собак во дворе или неприятного вида хозяев.
Но теперь квартира снята, и прошлое можно забыть.
Янь Суй вернулась за рабочий стол и спросила:
— На сколько она сняла?
— На месяц, — ответила Синь Я, всё ещё удивлённая. — Агент предлагал скидку за полгода аренды, но она даже не пошевелилась. Похоже, планирует жить там всего месяц.
Янь Суй тихо фыркнула и прищурилась.
— Я подумала, что у неё финансовые трудности, и предложила помочь — мол, у меня кое-что есть. Но когда она платила за договор, я незаметно заглянула… У неё на счету гораздо больше, чем у меня. — Синь Я недовольно поджала губы. — Теперь, вспоминая, мне кажется, её улыбка тогда была какой-то… колючей. Наверное, она даже посмеялась надо мной за мою неуместную заботу…
— После подписания договора уже было за семь. Она пригласила меня поужинать, сказав, что ей неловко из-за того, что я потратила весь день. — Синь Я облизнула губы и продолжила: — Я ответила, что ты занята и не можешь сама приехать, а я, зная, что ты одна в незнакомом городе, не могла не помочь — и просила её не переживать.
— И, как ты и предполагала, за ужином она начала расспрашивать. Спросила, чем ты занимаешься. Я ответила, как ты учила: сначала сказала, что я ассистентка, а потом добавила, что ты моя коллега. Она сразу решила, что ты тоже ассистентка… Затем спросила, раз я ассистентка, неужели «Гелендваген» — машина начальника? Я подтвердила: «Конечно, машина босса!» Ведь ты и есть сама босс!
Янь Суй, заметив, как Синь Я запыхалась, улыбнулась:
— Сходи, налей себе воды и рассказывай спокойно.
Синь Я быстро сбегала на кухню за своим стаканом, хорошенько смочила горло и заявила:
— Янь-начальница, с этой подругой лучше не сближаться.
Рука Янь Суй замерла над документами, и она подняла на неё взгляд.
Синь Я серьёзно кивнула:
— Она пыталась меня настроить против тебя. Сказала, что вы знакомы уже почти неделю, а ты ни словом не обмолвилась, что машина не твоя, — намекая, что ты тщеславна.
Янь Суй лишь усмехнулась и промолчала — ей нужно было услышать главное.
— Потом я спросила, как у неё с работой. К счастью, она не поинтересовалась, где я работаю, иначе я бы ляпнула «в „Корпорации Янь“»… Даже дура догадалась бы, как ты связана с корпорацией.
Янь Суй сделала глоток воды и кивнула:
— Мне уже всё равно, чего она хочет. Что ещё она у тебя спрашивала?
— Она спросила, какие у вас с комендантом Фу отношения… сказала, что раз ты можешь прислать кого-то встречать друзей, значит, вы, наверное, пара. — Синь Я выпрямила спину и чётко, с нажимом произнесла: — Я подтвердила это за тебя.
Ассистентку Янь Суй можно было назвать наивной простушкой — и это было бы справедливо. Но, несмотря на свою простоту, в том, как угодить начальнице, она была словно системный баг — интуитивно безошибочна.
Три года назад Янь Суй внезапно взвалили на плечи управление компанией. Ежедневно она погружалась в изучение «Корпорации Янь», и её жизнь сводилась к скучной работе и бесконечным совещаниям.
Как раз в это время ассистентка Янь Цзяня ушла в декретный отпуск из-за политики поощрения вторых детей.
Освободившаяся должность была объявлена на конкурс.
Янь Суй предложила высокую зарплату и отличные условия, да ещё и как раз в сезон выпускников — на собеседование пришло столько народу, что напоминало кастинг.
Большинство соискателей были свежеиспечёнными выпускниками, многие — из престижных вузов, с блестящими резюме, будто специально созданными для успеха.
Синь Я пришла чисто на удачу.
В день собеседования Янь Суй сидела в самом неприметном углу с бейджем «интервьюер» на груди и за весь процесс ни разу не задала вопроса.
Синь Я несколько раз исподтишка разглядывала её и с завистливой злостью думала, что та, вероятно, попала сюда благодаря связям, иначе кто позволил бы ей во время работы так бесцеремонно крутить кубик Рубика?
Не только Синь Я — никто из претендентов не догадался о её истинной роли.
По окончании собеседования менеджер по персоналу вежливо намекнул Синь Я подождать уведомления. Та, уже прошедшая через множество отказов, сразу поняла: это значит «не трать наше время». Она уже собиралась уходить.
Но Янь Суй окликнула её. Кубик Рубика, который она до этого крутила без особого успеха, вдруг ожил в её пальцах. Она подняла глаза и махнула Синь Я сесть — собеседование ещё не закончено, у неё остались вопросы.
Синь Я засуетилась, но прежде чем она успела занервничать, услышала:
— Часто заказываешь еду на дом?
— Да.
— Ты местная, наверное, знаешь, где в Наньчэне вкусно поесть и куда сходить?
Синь Я кивнула.
— А увлечения? — Янь Суй приподняла банку колы и сделала глоток, бросив взгляд на резюме в руках другого интервьюера. — Извини, я не читала твоё резюме.
— Я домоседка, люблю готовить и заниматься выпечкой…
— Ты Дева?
— Нет, я Рак. — В этот момент Синь Я была совершенно растеряна: что за вопросы?
Янь Суй задала всё, что хотела, и на несколько секунд задумалась. Синь Я с изумлением наблюдала, как кубик, над которым та билась так долго, вдруг сложился за считанные секунды. Янь Суй встала, обошла стол и объявила:
— Поздравляю, ты принята.
Под изумлёнными взглядами других интервьюеров Синь Я, оглушённая, поймала кубик, который Янь Суй бросила ей на прощание, и машинально спросила:
— А та дама — кто она?
Узнав, что это младшая госпожа Янь, Синь Я долго пребывала в оцепенении.
Проходя стажировку в полубредовом состоянии, она упорно держалась, несмотря на все ставки коллег на то, когда её уволят. В итоге она благополучно прошла испытательный срок и официально устроилась на работу.
Позже, уже став ближе к Янь Суй, Синь Я как-то спросила:
— Что тебе тогда во мне понравилось?
— Слишком умных рядом держать опасно, а слишком гламурных — не умеют варить чай и печь пирожные. Те девушки найдут себе работу в любом месте, а ты — другое дело. Я выбрала тебя из толпы с великим трудом.
Синь Я перевела это про себя так: «Ты милая, без задних мыслей и умеешь готовить — именно такая мне и нужна».
И действительно, хоть Синь Я и путалась в мелочах, в делах, касающихся заботы о начальнице, она была безупречна. Даже самый придирчивый старик Лан Юйлинь её обожал и не раз хвалил Янь Суй за «острый глаз».
Дело с Су Сяоси Янь Суй сочла выполненным отлично.
Синь Я была на её стороне, понимала её, поэтому даже самые вызывающие вопросы Су Сяоси она отбивала с достоинством.
— Завтра я уезжаю в командировку, — сказала Янь Суй, ставя чашку на стол. — Ты не поедешь. Если Су Сяоси захочет с тобой связаться — решай сама. Если сомневаешься — спрашивай меня.
Командировка оказалась неожиданной, и Синь Я почесала затылок:
— А когда вернёшься?
Янь Суй на секунду задумалась:
— До того, как комендант Фу выйдет из затворничества.
Она добавила почти шёпотом, будто разговаривая сама с собой:
— Такую услугу он мне должен — буду напоминать ему об этом каждый день.
Командировка была связана с контрактом, продлённым накануне с партнёром. Узнав, что «Корпорация Янь» выиграла тендер на строительный проект в Ливии, партнёр настоятельно пригласил Янь Суй лично осмотреть стройплощадку, надеясь получить долю и в зарубежном проекте.
Поэтому отъезд был срочным — уже завтра утром Янь Суй должна была вылететь вместе с партнёром в город Бэйсин.
—
Тем временем, в лагере, затерянном среди глухих гор.
Только что закончилась двухчасовая тренировка под палящим солнцем. После роспуска отряда Лан Цичэнь, сдирая с себя мокрую, будто выжатую из воды, форму, направился в душевую.
Пройдя половину пути, он заметил Фу Чжэна, сидящего на крыше военного джипа. Увидев громкоговоритель рядом с ним, Лан Цичэнь насторожился:
— Ты ведь не собрался объявлять сбор, пока я моюсь?
Последние дни тренировки были настолько жёсткими, что Лан Цичэнь уже смотрел на Фу Чжэна без всякой «родственной привязанности».
Фу Чжэн, держа во рту травинку, сверху вниз бросил на него взгляд, посмотрел на часы и сказал:
— Если ты не поторопишься, я ничего не гарантирую.
— Эй!
Значит, он действительно планировал устроить им сюрприз посреди душа! Лан Цичэнь упёр руки в бока и лениво запрокинул голову:
— Тогда я не пойду. Всё равно потом вы меня снова будете мучить.
Фу Чжэн не ответил, снова взглянул на часы и устремил взгляд вдаль.
Лан Цичэнь пошёл дальше, думая про себя: «Не пойму, что в нём нашла Янь Суй. Молчун, зануда… Вот я — другое дело: и тело подтянутое, и душа весёлая! Вот такого мужчину и надо искать!»
Пройдя несколько шагов, его окликнул Фу Чжэн.
Тот вспомнил результаты Лан Цичэня в стрельбе и спросил:
— Это ты её учил стрелять?
Солнечный свет резал глаза, и Лан Цичэнь прищурился, довольная ухмылка тронула его губы. Хотя он и Янь Суй внешне мало похожи, этот жест у них был один в один — будто вырезанный из одного куска дерева.
— Ну, можно сказать и так. Дед её обучил азам, а я довёл до ума. — Лан Цичэнь вернулся, ловко вскочил на крышу и уселся рядом с ним. — Ты, наверное, видел, как она стреляла в Сомали? У неё слабовата сила в запястье, да и при прицеливании есть одна особенность… Вот так.
Он изобразил позу Янь Суй при стрельбе, приподняв руку с воображаемым пистолетом, и слегка приподнял плечо, привлекая внимание Фу Чжэна:
— Она целилась только в мишени или воздушные шарики, никогда — в людей. Поэтому вне привычной обстановки её плечи становятся напряжёнными, а пальцы — жёсткими.
Фу Чжэн медленно прищурился, вспоминая, как она стреляла у отеля в Могадишо. Да, действительно, было что-то скованное.
http://bllate.org/book/3977/419354
Готово:
