Готовый перевод The Evil God Wants to Raise Me, But I'm Fierce / Злой бог решил, что я его питомец, но он еще не знает, с кем связался: Глава 8

Юноша в его руках был на удивление покладист, лишь слегка указал пальцем вниз, обозначая свою цель.

— Хорошо. — Эгаси отступил, шаг за шагом спускаясь вниз, прижимая к себе Ту Ни. Вес в его объятиях казался пугающе реальным: такой маленький, такой теплый, словно от малейшего усилия он мог рассыпаться в космическую пыль.

Он шел очень медленно, настолько, что мог расслышать их переплетающееся дыхание. Кончики волос Ту Ни щекотали внутреннюю сторону его запястья, вызывая легкий зуд, и впервые за миллиарды лет Эгаси так отчетливо ощутил вкус предельной осторожности.

Увы, лишенный всякого романтического чутья Ту Ни, как только оказался на полу, ловко выскользнул из объятий и, не оглядываясь, зашагал в сторону столовой.

Гостиная повторяла вычурный стиль второго этажа, лишь дополнившись длинным столом, уставленным межзвездными закусками и свежими фруктами.

— Звездный плод принесут через минуту, — бросил Эгаси вслед, но Ту Ни предпочел проигнорировать этот голос.

Ту Ни небрежно осматривал интерьер виллы: хотя кричащий стиль отделки казался безвкусным, по крайней мере, запасы провизии здесь были внушительными. Да и этот новый слуга — в целом сойдет.

Мельком взглянув на кухонную зону, он перевел взгляд наружу.

Сенсорные стеклянные двери бесшумно разъехались, открывая вид на огромный сад. Казалось, он не имел границ, вот только пейзаж, который должен был дышать жизнью, сейчас принял пугающий вид: если растения по периметру еще кое-как сохраняли зелень, то центральная часть была изъедена непрерывно клубящимся черным туманом, а листва приобрела болезненный серый оттенок.

Действительно, как и говорил Азитог, уровень загрязнения у этого парня запредельный. Ту Ни скривил губы и только собрался подойти поближе, чтобы рассмотреть всё внимательнее, как вдруг чья-то сильная рука схватила его за плечо и резко развернула.

— Такой свирепый.

— Здесь, — голос Эгаси звучал с едва уловимым напряжением, — можно принять ванну.

Юноша поднял глаза: в поле зрения хлынула переливающаяся лазурь. Огромный бассейн, занимавший добрую половину сада, мерцал на солнце, будто усыпанный крошечными алмазами.

Он задрал голову и увидел несколько слоев прозрачных защитных куполов, парящих под самым сводом; древняя энергия циркулировала в них, подобно стаям светящихся рыб.

Солнечный свет, коснувшийся кончиков пальцев, был обманчиво теплым, но Ту Ни не проведёшь. Он поморщился, внезапно почувствовав скуку, и вернулся в гостиную, где облако-диван тут же принял его обмякшее тело, слегка подпрыгнув под ним.

Ту Ни провалился в мягкую мебель, бессознательно теребя пальцем край обивки.

К его губам протянули стакан с трубочкой.

— Выпей воды. — Голос Эгаси звучал глухо. Он слегка наклонил стакан, и трубочка идеально легла прямо к губам юноши. Это была «умная» чашка, которую он год назад в редкий момент просветления с боем вырвал на межзвездном аукционе: она автоматически регулировала угол наклона трубочки, чтобы удобно было пить даже лежа.

Черный туман тихо колыхался у дна стакана, мысли Эгаси унеслись куда-то вдаль. На самом деле, стоило забрать малыша раньше, но прежде… он не мог гарантировать, что сохранит рассудок. Сейчас все иначе: накопленной силы хватит, чтобы этот аватар существовал стабильно. Даже если бы сородичи не потребовали этого, он сам пришел бы за ним, чтобы забрать домой.

Воспоминания были туманны: когда он впервые встретил Ту Ни? Казалось, это было бесконечно давно… но одно не подлежало сомнению: Ту Ни был рожден, чтобы принадлежать ему.

Как и ожидалось, Ту Ни взял стакан и, обхватив его обеими руками, принялся жадно пить. Эгаси внезапно вспомнил предостережение со страницы пятьдесят второй Руководства по содержанию людей: питье в положении лежа легко вызывает кашель. Он еще колебался, стоит ли предупредить, как вдруг…

— Кхе-кхе-кхе!

Юноша резко сел, капли воды скатились по подбородку, а глаза от кашля налились краснотой. Одной рукой он уперся в диван, другой судорожно сжимал стакан, тяжело дыша и хватая ртом воздух.

Зрачки Эгаси мгновенно сузились в тонкие черные щели, звездные узоры в форме цепей бешено завертелись на их дне.

Вид юноши в этот момент стал пыткой для его рассудка.

Прозрачные слезинки повисли на покрасневших уголках глаз Ту Ни, отчего серебристые ресницы намокли и слиплись. Из-за судорожного дыхания после кашля его губы слегка приоткрылись, обнажая острые кончики клыков. Серебристые волосы, пропитавшись холодным потом, прилипли к шее, подчеркивая ее пугающую хрупкость.

Кадык Эгаси судорожно дернулся.

Черный туман бешено забурлил вокруг, но он заставил его отступить. Нельзя. Люди — такие хрупкие существа, одно неверное движение — и они сломаются. В книге четко сказано: нужно действовать постепенно, начать с доверия, и только когда сопротивление исчезнет, можно попробовать взять за руку…

Но когда Ту Ни поднял лицо, и в его влажных золотых глазах отразилось самое невинное искушение, а капли воды на ресницах мелко дрожали при каждом моргании, желание, погребенное в глубине души, наконец разорвало оковы разума.

К черту постепенность.

Длинные пальцы властно перехватили подбородок Ту Ни, большой палец без тени сомнения раздвинул мягкие губы. Фаланга коснулась острого клыка, черный туман яростно обвился вокруг тонких лодыжек юноши, оставляя на фарфорово-белой коже двусмысленные красные следы.

— Не двигайся.

Голос Эгаси был до хрипоты низким. Он вновь надавил на губы Ту Ни, и подушечка пальца со злым умыслом проехалась по острому клыку, ощущая, как он вонзается в кожу. Черный туман бешено метался между ними, намертво пригвоздив хрупкие запястья юноши над головой к облаку-дивану.

— Не двигайся, — повторил он, и его обжигающее дыхание опалило покрасневшие уши Ту Ни.

— Дай мне проверить… не повредил ли ты горло. — Эта нелепая, смехотворная ложь заставила черный туман вибрировать от возбуждения. Он сжал кольца еще сильнее, оставляя на талии юноши бледные красные отметины, а затем, словно выпрашивая прощение, принялся зализывать их.

Золотые глаза Ту Ни подернулись влажной дымкой, в них сквозила растерянность. Он безучастно принимал всё происходящее, из принудительно раскрытых губ вырывался тонкий стон. Эта покорность заставила дыхание Эгаси стать тяжелым и прерывистым. Он, не церемонясь, просунул палец меж зубов юноши, и подушечка вновь неприятно проехалась по нежному языку.

— Хороший Туту… — Его голос звучал хрипло, содрогаясь от вожделения, пока он неотрывно смотрел на приоткрытые губы юноши. — Глотни еще глубже…

Золотистые очи были влажными, полными абсолютно беззащитной невинности. Такой хрупкий, такой жалкий — даже испытывая невыносимую боль, он мог лишь жалобно стонать.

Это чувство абсолютного контроля заставляло кровь Эгаси кипеть. Представляя, как юноша от острой боли издает лишь слабые стоны, как его тонкие пальцы беспомощно скребут по его одежде… каждый образ лишь сильнее разжигал искаженное желание.

Черный туман уже опутала талию Ту Ни, словно накидывая на добычу незримые оковы.

Но прежде, чем нахлынула резкая боль, Эгаси почувствовал чистый, свежий аромат Ту Ни, похожий на первый снег, тающий на языке — пугающе чистый.

Юноша запрокинул лицо, в его золотых зрачках застыла предельно невинная растерянность, словно он совершенно не понимал, чему подвергается — он был чертовски прекрасен.

И всё же алая капля, медленно расплывающаяся в уголке рта, разрушила этот ангельский образ. Кончиком языка он слегка подтолкнул и выплюнул остатки фаланги, а окровавленный клык блеснул между губ.

Изуродованный палец упал на меховой ковер с глухим звуком. Только тогда Эгаси заметил, что клыки у юноши были опасно острыми.

Эгаси замер.

В это мгновение секундного замешательства нога Ту Ни уже уперлась ему в грудь. С глухим стуком могущественный злой бог был опрокинут на пол этим легким ударом.

Эгаси приподнялся, глядя на свой медленно регенерирующий палец — черный туман радостно бурлил вокруг раны. Боль от разрыва заставила его глаза бешено дрожать: такая сила укуса не свойственна людям, такая рана невозможна для столь хрупкого существа.

Очевидно, он подготовился перед тем, как забрать его, но недостаточно тщательно.

По крайней мере, Руководство по содержанию людей оказалось бесполезным — там не было ни слова о существах, способных откусить палец божеству.

Но…

— Какой свирепый. — В хриплом голосе Эгаси всё еще слышалось веселье, хотя фигура уже метнулась вперед, словно призрак, в мгновение ока прижимая юношу к себе.

Неуправляемый черный туман, словно оголодавшие змеи, обвился вокруг тонкой талии. Рваная рана на пальце всё еще кровоточила, но боль превращалась в электрические разряды, пробегающие по позвоночнику — это было восхитительно, это наслаждение от того, что тебя рвут на части.

Он уткнулся носом в изгиб шеи Ту Ни, вдыхая его чистый сладкий аромат.

Как же нравится.

Неожиданная свирепость оказалась куда более захватывающей, чем покорность.

Ту Ни прищурился, клыки сверкнули в холодной полутьме, он уже приготовился к новому броску…

— М-м?

К его губам внезапно прижали прозрачный Звездный плод. Эгаси неясно когда отступил на безопасное расстояние, оставив плод как дар примирения. Сладкий сок брызнул на зубы, мгновенно смывая привкус крови. Юноша рефлекторно жевнул, и золотые глаза слегка расширились.

…Вкусно.

Выражение лица юноши заметно смягчилось, он стал похож на маленького зверя, которого только что погладили. Охватив Звездный плод обеими руками, он начал маленькими кусочками откусывать его, серебристые ресницы мелко дрожали при каждом жевательном движении. Фруктовый сок намочил кончики пальцев и потек по запястьям, где его тут же жадно подхватил черный туман.

Безумие в глазах Эгаси постепенно угасало, как вдруг он осознал нечто и зрачки его резко сузились:

Черт.

Его кровь была пропитана ядом, одной капли хватило бы, чтобы разъесть Энергетическое ядро.

Но, взглянув на Ту Ни, который с набитыми щеками уплетал Звездный плод, всё еще пачкаясь в его крови, он застыл. Юноша хлопал большими золотыми глазами, даже не осознавая, какую жуткую вещь проглотил.

Эгаси: …

Вызывать рвоту было уже поздно. Этот маленький глупыш всё еще счастливо болтал ногами, а капли крови на его пальцах нервно подбирал туман.

В воздухе мгновенно всплыл голографический интерфейс. Духовная сила пронзила брандмауэр Эфирного Шпиля. Поток данных запестрел красными окнами предупреждений, которые одно за другим распадались под натиском черного тумана. Система издала пронзительный сигнал тревоги и через несколько секунд затихла.

Силой открылся интерфейс связи Директора. Эгаси автоматически появился в списке контактов Директора, на аватаре которого беловолосый юноша полулежал на троне, прикрыв золотые глаза с высокомерием, достойным того, чтобы смотреть на всех свысока. Палец Эгаси завис в воздухе, помедлил и, кликнув по аватару, беззвучно добавил его в избранное.

Голо-экран Директора внезапно завибрировал. Он нахмурился, открывая сообщение: всплыло уведомление от неизвестного контакта.

http://bllate.org/book/39698/5030580