Готовый перевод The Evil God Wants to Raise Me, But I'm Fierce / Злой бог решил, что я его питомец, но он еще не знает, с кем связался: Глава 7

Ничего страшного. Ничего страшного! Ничего страшного!!!

Мое истинное тело тоже... тоже... Ладно, истинное тело у Туту тоже невысокое.

Это осознание сделало его еще более угрюмым.

Краем глаза он заметил, как в щели пола проскользнул круглый глаз — это была одна из шпионских щупалец Азитога, которая сейчас с вороватым видом вращалась, всем своим видом показывая, что она обожает чужие неприятности.

Ту Ни сузил глаза, и в его золотых зрачках мелькнул опасный огонек.

В следующую секунду он без колебаний занес ногу и со всей силой опустил ее вниз.

Раздался хлюпающий звук, и из-под подошвы брызнула липкая жижа.

Он поерзал носком ботинка, злорадно усмехаясь глядя на эту подозрительную лужицу.

Да ты хоть заслуживаешь того, чтобы смеяться над Туту?

И какой ты у нас высоты?

Сантиметра три?

Остатки раздавленного глаза дважды судорожно дернулись на полу и, наконец, с неохотой рассеялись струйкой черного дыма. Ту Ни с чувством удовлетворения убрал ногу, но стоило ему поднять голову, как он встретился взглядом с Эгаси, который смотрел на него с полуулыбкой.

Ту Ни:… Конец.

А не слишком ли свирепым вышел тот удар?

Он оцепенело повернул голову и украдкой покосился на директора Азитога.

К его удивлению, Азитог по-прежнему сохранял свою безупречную улыбку, и даже в уголках его глаз пролегли лучики умиления — судя по всему, происходящее доставило ему крайнее удовольствие.

Ту Ни:…

Хотя было непонятно, отчего этот психопат так радуется, раз он не бесится, значит, ничего особенного не произошло. Лорд Туту великодушен и прощает его; в конце концов, с мозгами у Азитога всегда было туговато, а препираться с безумцем — только показывать собственную мелочность.

Он тихонько выдохнул, а когда повернулся обратно, на его лице уже застыло фирменное невинное выражение. Он даже моргнул пару раз, и его длинные ресцы затрепетали, словно маленькие веера.

Все готово.

Ту Ни склонил голову набок, моргнул, а затем неожиданно сорвался с места и зашагал к дверям холла, со стуком перебирая ногами. Оглянувшись на нового хозяина (вычеркнуть) слугу, он слегка приподнял подбородок, взглядом приказывая идущему позади следовать за ним.

Оливер и Мело:…?!

Разве это нормально?! Разве не король должен идти впереди, а этот малыш — трепетать от страха в трех шагах позади?!

На каменном лице Мело проступила редкая трещина.

Однако произошло нечто еще более ужасающее.

Эгаси и впрямь зашагал следом.

Тот самый злой бог, чье имя наводило ужас на бесчисленные цивилизации, сейчас послушно тащился по пятам за мальчишкой, даже стараясь ставить ноги чуть мягче обычного.

Азитог быстрыми шагами приблизился, и пространственный мешочек в его ладони слабо заискрился: — Подождите, возьмите с собой Абебе Туту.

Ту Ни резко обернулся, и в его золотых глазах мелькнула паника: — Не хочу!

Улыбка Азитога на миг застыла, но он тут же натянуто скривил губы: — Ха… Туту захотел новых игрушек?

Мальчик крепко сжал губы и отвернулся.

Раздался низкий голос Эгаси: — Все уже собрано.

Азитог замер и извлек из глубжений пространственного мешочка слегка поблекшую чиби-куклу. Кукла была точь-в-точь похожа на Ту Ни своими белыми волосами и золотыми глазами, вот только выражение ее лица было умильным и простодушным: — …Возьмите хотя бы ее.

Ту Ни выхватил куклу и, словно вымещая на ней всю злость, уткнулся лицом ей в макушку. Знакомый запах хлопчатобумажной ткани защипал в носу, но он все равно упрямо уставился на Азитога.

Неужели так сильно хочется побыстрее от меня избавиться?

Знакомый аромат куклы заставил его глаза запылать от жара, но он сдержал подступившие слезы. Он ни за что не покажет слабость перед этим старым хрычом! Какие еще Абебе, какие еще предметы первой необходимости — очевидно же, что все было подготовлено заранее, чтобы сплавить его с рук как какую-то вещь!

И эта проклятая кукла еще так радостно улыбается! Бестолковая, словно она понятия не имеет, что такое брошенность. Ту Ни свирепо ущипнул куклу за щеку, но, ощутив под пальцами мягкость ткани, внезапно сник.

…Ненавижу.

— Король, — внезапно подал голос Азитог, и щупальца за его спиной легко зашевелились, — Ту Ни — хороший ребенок… А хорошие дети должны жить до ста лет, что скажете?

Ту Ни резко обернулся и вперил в Азитога злой взгляд.

Этот старый хрыч что, проклинает его? Да Туту собирается прожить восемь миллионов лет!

Эгаси даже не удостоил Азитога взглядом, не сводя глаз с удаляющейся фигурки мальчика: — Мм.

— Идем. — Эгаси поднял руку, и черная дымка мягко окутала куклу, которую мальчик прижимал к груди. Ту Ни рефлекторно сжал руки крепче, но заметил, что туман лишь бережно поддерживает куклу снизу, словно помогая ему нести лишний вес.

Мальчик тяжело фыркнул, прижал куклу еще сильнее и зашагал дальше, не оглядываясь.

Преодолев червоточину, Ту Ни внезапно остановился как вкопанный.

Перед его глазами предстала спальня, чья сказочность граничила с абсурдом. Все пространство было выдержано в мягких бело-голубых тонах, а стены напоминали сотканные из облачных хлопьев ткани, которые едва заметно вздымались в такт дыханию. Огромная круглая кровать посреди комнаты казалась невероятно пухлой, вокруг нее парили десятки самых новых лимитированных космических плюшевых игрушек, а несколько светящихся эльфов даже разбрасывали поодаль поющие лепестки цветов.

Просто верх безвкусицы.

Прижимая к груди чиби-куклу, Ту Ни стоял в дверях с совершенно бесстрастным лицом окинул взглядом комнату, после чего перевел взгляд на Эгаси, и в его глазах мелькнуло понимание.

Неужели этому монстру нравится подобный стиль?

В то же время Эгаси с замиранием сердца следил за реакцией мальчика. На его вечно суровом лице проступило подозрительное оцепенение, зрачки невольно сместились в сторону — он помнил, в базах данных значилось, что Ту Ни обожает подобную обстановку… Неужели сведения оказались неверными?

В тот момент, когда их взгляды встретились, воздух будто заледенел. Ту Ни приподнял бровь, а Эгаси с каменным лицом отвел глаза, в то время как черная дымка бесшумно поглотила несколько самых вычурных украшений.

Чиби-кукла шлепнулась на центр облачной кровати и пару раз подпрыгнула. Ту Ни развернулся и зашагал проход, а серебристые кончики его волос вычертили в воздухе резкую дугу.

Эгаси молча последовал за мальчиком. Изначально он ужасно гордился этим тщательно подготовленным двухэтажным особняком, ведь при каждом проектном решении он опирался на самые профессиональные руководства по уходу. Но сейчас, глядя на то, как Ту Ни без оглядки покидает эту идеальную спальню, этот космический тиран впервые усомнился в собственном вкусе.

Черный туман нервно зазмеился по полу, потихоньку корректируя те элементы декора в коридоре, которые могли бы вызвать неприязнь.

Декор за пределами спальни выглядел столь же неоднозначно: казалось, там смешали всевозможные предметы роскоши, и даже пол был сплошь застелен шкурами звездного зверя Кар — этот бесценный, баснословно дорогой материал расточительно использовали в качестве ковра.

Он ведь подошел к делу со всей тщательностью! Он изучил все доступные человеческие руководства по уходу, не упуская из виду даже малейшие цифры. Этот вид существ способен погибнуть из-за банального падения, и от одной этой мысли он лишался сна.

Он потратил ресурсы целой галактики, покрыв даже стены и потолок драгоценнейшим материалом, который на ощупь казался твердым, но при сильном ударе превращался в невероятно мягкую ткань, — и все ради того, чтобы мальчик случайно, как это описывалось в человеческих базах данных, не лишился жизни из-за простого падения.

Когда Ту Ни с любопытством задрал голову, разглядывая переливающуюся на потолке звездную карту, Эгаси невольно напрягся.

Но мальчик лишь моргнул и продолжил идти вперед. Эта спокойная реакция неожиданно принесла тирану странное удовлетворение: его малыш и должен так невозмутимо принимать все, что ему даруют.

Он не испускал испуганных воплей и не демонстрировал фальшивой лести, а просто тихо исследовал это незнакомое пространство.

Выйдя из спальни, они оказались перед широким пространством.

Ту Ни стоял у перил на втором этаже, оценивая масштабы этого чересчур высокого помещения: четырехметровые потолки явно строились в расчете на габариты какого-нибудь монстра, из-за чего весь холл казался невероятно просторным.

Внизу располагалась лаконичная гостиная, где несколько с виду очень удобных кресел окружали низкий журнальный столик.

А путь вниз, помимо традиционной лестницы, был предусмотрительно снабжен спиральной горкой и миниатюрным подвесным лифтом. Поверхность горки переливалась всеми цветами радуги, а лифт был полупрозрачным, позволяя разглядеть мягкие подушки внутри.

Ту Ни посчитал, что к чему эти сложности — кратчайший путь между двумя точками всегда прямая.

Его руки резко уперлись в перила, и он без колебаний собрался перемахнуть через них —

Эгаси:!

Черный туман совершенно бесконтрольно взметнулся вверх и в самый последний момент оплел безрассудного малыша.

Ту Ни озадаченно опустил голову и увидел, что какие-то черные нити аккуратно подхватили его и повисшего в воздухе перенесли обратно. Повернув голову, он заметил Эгаси: тот стоял у перил, его зрачки сузились до точек, а клубящаяся вокруг него чернота выглядела почти бушующей.

Холодный пот вмиг пропитал спину тирана: на восьмой странице Руководства по содержанию людей черным по белому написано, что падение с четырехметровой высоты, даже при наличии амортизирующего слоя, грозит переломами конечностей!

Этот малыш… едва переступив порог в первый же день, уже вознамерился отправить себя в реанимацию?!

— Нельзя, — наконец выбрал он самое простое слово для предостережения.

Глаза у малыша все-таки потрясающие: золотые зрачки ярко сияли под светом ламп, напоминая ему то самое звездное небо, которое он видел давным-давно, когда сам еще был человеком.

— Нельзя прыгать вниз, — повторил он, впервые выдав столь развернутое пояснение. Этот поступок удивил даже его самого: раньше он никогда не удостаивался объяснять кому-либо хоть что-то.

В глубине души поднялась незнакомая волна раздражения. Чему вообще учили этого ребенка в Азитоге? Как можно было привить ему столь опасные привычки? Если бы не его собственная молниеносная реакция… Эгаси боялся даже представить последствия, и черный туман невольно сжался еще плотнее.

Ту Ни молча прикрыл глаза, в его золотистых зрачках отчетливо читалось недовольство. Эгаси вдруг понял, что его тон, возможно, прозвучал слишком резко: он слишком долго не контактировал со столь хрупкими формами жизни и уже отвык от правильного общения. Говорили, что они слабы и чувствительны, так что в следующий раз стоит избегать столь прямолинейных приказов.

— Хочешь спуститься? — на этот раз его голос звучал мягче.

Мальчик кивнул, и пряди его волос легко качнулись в такт движению.

Эгаси осторожно прижал его к груди и только тогда осознал, насколько же малыш крошечный — казалось, его можно было целиком укрыть в объятиях.

В лицо пахнуло свежестью, смешанной с еле уловимым сладковатым ароматом. Эгаси невольно наклонил голову, и его нос почти коснулся белой шеи. Этот запах играл в прятки: стоило попытаться уловить его, как он ускользал, лишь разжигая желание зарыться в это тепло еще глубже.

http://bllate.org/book/39698/5030579