Пэй Шэнъи замер на месте.
— Я не просил тебя о помощи, надеюсь, ты не станешь лезть не в свое дело.
Эти слова прозвучали крайне неприятно. Даже при всем своем мягком характере Пэй Шэнъи невольно разозлился.
— Почему ты вечно отвергаешь чужие добрые намерения? — нахмурившись, спросил Пэй Шэнъи, совершенно не понимая, зачем Цюй Фан постоянно отталкивает его. — Разве завести лишнего друга — это плохо?
— Мне не нужны друзья, — глубоко вздохнув, ответил Цюй Фан. — Давай расставим все точки над i: что бы ты ни делал, я ни за что не пойду в школьную футбольную команду играть с тобой! Друзьями нам тоже не стать, так что незачем тратить на меня время.
Пэй Шэнъи это показалось верхом абсурда, и он упрямо переспросил:
— Почему нет?
— Потому что ты мне противен.
Поток машин был плотным, свет фар то и дело выхватывал из темноты лицо Пэй Шэнъи. Атмосфера между ними резко застыла, а гул толпы едва не заглушал их голоса.
— Что я сделал не так? — Пэй Шэнъи даже не представлял, в чем именно он успел насолить Цюй Фану. — Если дело в том недоразумении с твоим прыжком с крыши, то я извиняюсь. В тот день я просто увидел, что ты не в форме, и поэтому…
— Не все обязаны любить тебя и во всем потакать, — Цюй Фан самым холодным тоном прервал односторонний монолог Пэй Шэнъи. — Избавь меня от своего общества, прошу, не ходи за мной и держись от меня подальше.
Неподалеку к остановке медленно подъехал автобус, и Цюй Фан, сделав пару шагов, запрыгнул внутрь. На перекрестке, где перемигались сигналы светофора, он оглянулся и увидел, что та фигура всё так же неподвижно стоит на прежнем месте.
Вечером Цюй Фан вовремя вышел на смену в ресторан. Это было музыкальное заведение, где по вечерам выступали приглашенные вокалисты. Перед сценой располагался специально огороженный танцпол, и порой здесь даже проводили небольшие живые концерты.
В этот вечер в программе значился новый исполнитель, которого нанял хозяин: он пел, перебирая струны гитары в лучах прожектора. Цюй Фан невидящим взглядом уставился на выступающего человека — на душе у него было скверно.
— Настроение ни к черту? — не выдержав, спросил старый работник заведения Мо Байянь.
Цюй Фан только тогда пришел в себя и попытался скрыть, что витал в облаках:
— Что ты только что сказал?
Мо Байянь умудрялся носить строгую форменную одежду с неизменным налетом разгильдяйства. Лучезарно и не слишком доброжелательно усмехнувшись в полумраке, он мягко обнял Цюй Фана со спины и, наклонившись, прошептал прямо на ухо:
— Поругался с девушкой?
Цюй Фан был крайне против подобных проявлений панибратства. Вся его фигура мгновенно напряглась, и он тут же оттолкнул Мо Байяня.
— У меня нет девушки, — холодно бросил он.
Мо Байянь хмыкнул:
— Значит, парень.
— Я ни с кем не встречаюсь, — отведя взгляд от Мо Байяня, Цюй Фан вернулся к своей работе.
— Ну ты и зануда, — подвел итог Мо Байянь.
И ведь правда зануда. Цюй Фан мысленно согласился с Мо Байянем: он действительно скучный.
— Тогда с чего у тебя сегодня такое кислые щи? Неужели с другом поругался?
Воспользовавшись тем, что посетителей пока не было, Мо Байянь грудью лег на барную стойку и уставился на Цюй Фана, из-под задраки одежды виднелась полоска точеной, белой талии.
Цюй Фан отвел глаза и ничего не ответил. Они с Пэй Шэнъи даже друзьями-то не были, но сегодняшний поступок Пэй Шэнъи, который специально поджидал его у круглосуточного магазина только ради того, чтобы угостить ужином, почему-то невероятно его разозлил.
— Мне не нужны друзья, — едва ли не сквозь зубы процедил Цюй Фан.
Да что со всеми сегодня не так, почему каждый норовит завести разговор о друзьях?
Мо Байянь прищурился, его пронзительный взгляд казался способным заглянуть в самую душу Цюй Фана. Поднявшись, он с двусмысленной улыбкой подступил ближе.
— Малыш, разве можно быть таким недотрогой? Когда человек одинок, больше всего на свете ему нужно простое человеческое тепло, — он протянул руку и легко коснулся подбородка Цюй Фана. — Можешь довериться мне, я помогу тебе забыть обо всех печалях.
Заметив краем глаза приближающуюся фигуру, Цюй Фан посмотрел на Мо Байяня с абсолютно бесстрастным выражением лица и предупредил:
— Тебе конец.
Лицо Мо Байяня мгновенно переменилось.
В следующую секунду мощная рука перехватила пространство между ними и рывком оттащила Мо Байяня в сторону.
— Пытаешься клеить малыша прямо у меня на глазах, Мо Байянь, а смелости-то у тебя всё прибавляется, — раздался низкий, грубый мужской голос.
Подняв глаза, Цюй Фан увидел, что двое мужчин, совершенно не обращая на него внимания, уже увлеченно целуются. Закатив глаза от такой демонстрации нежности, он отвернулся.
Посетителей в ресторане сегодня было немного, так что работы у Цюй Фана почти не было.
Стоя за баром, он рассеянно наблюдал за тем, как Мо Байянь и его парень кружатся на танцполе.
Цюй Фан считал Мо Байяня другом. Тот тоже работал здесь официантом, обладал на редкость компанейским характером, и хозяин порой разрешал ему составить компанию постоянным клиентам, приходившим отдохнуть.
Именно поэтому Мо Байянь вел себя весьма фривольно, а бойфрендов менял как перчатки — интересно, сколько этот продержится на танцполе?
Сам Цюй Фан устроился сюда на работу исключительно потому, что Мо Байяню пригляблась его внешность во время собеседования. Ему часто было трудно понять ход мыслей Мо Байяня: тот любил подшучивать над ним, вечно норовил обнять за плечи и нёс всякую чепуху.
Но стоило появиться клиентам, которые действительно замышляли что-то неладное, Мо Байянь неизменно оказывался рядом и тут же выручал его.
Цюй Фан не мог бы точно сказать, что за человек Мо Байянь, но плохим его назвать было нельзя.
Этот ресторан закрывался в два часа ночи по выходным.
Ночной ветер пробирал до костей, и Цюй Фан посильнее вжался шеей в воротник куртки, почему-то вспомнив слова, брошенные ему сегодня Мо Байянем.
Когда человек одинок, больше всего на свете ему нужно простое человеческое тепло.
Вот только рядом с ним не было ни души.
В памяти внезапно всплыл точеный профиль Пэй Шэнъи, склонившегося над тетрадью у окна круглосуточного магазина во второй половине дня. Пришлось признать: Пэй Шэнъи был красив.
Умный, смазливый, с хорошим характером. Настолько безупречный, что это вызывало зависть.
Цюй Фан дал себе слово, что за всю свою жизнь не будет иметь ничего общего с такими людьми, как Пэй Шэнъи, — это лишь подчеркнуло бы его собственную ничтожность и слабость.
Под светом уличного фонаря Цюй Фан посмотрел на собственную тень и горько усмехнулся.
Внезапно тишину переулка прорезал пронзительный женский крик.
Пэй Шэнъи не видел Цюй Фана уже три дня.
После воскресной ссоры Пэй Шэнъи больше не ходил дежурить у дверей его класса: раз тот не хочет дружить, навязываться он не собирался.
Лишь когда староста класса Цюй Фана разыскала его сама, он узнал, что тот взял отгул.
— Никто из наших с ним не дружит, мы даже не знаем, где он живет, а по номеру, что дал учитель, дозвониться невозможно.
Староста класса Цюй Фана оказалась очень живой и жизнерадостной девчонкой с высоким хвостом на макушке.
Она подошла к нему, прижимая к груди половину стопки тетрадей.
Пэй Шэнъи почувствовал себя неловко: сейчас их отношения с Цюй Фаном были вовсе не такими близкими, как все вокруг воображали, к тому же он понятия не имел, где тот живет.
— Ты даже знаешь, где обитает Цюй Фан? — заинтригованный Гао Юэ вышел следом и не скрывал своего удивления.
Пэй Шэнъи только молча вздохнул и, проигнорировав его реплику, забрал тетради.
— Передай ему, пожалуйста, пусть поскорее сдаст деньги на следующую загородную поездку. Он единственный в классе остался, уже три дня тянет.
— Я сам за него внесу, — Пэй Шэнъи достал телефон, отсканировал QR-код с бланка уведомления и перевел нужную сумму.
— А ты щедр, — съязвил Гао Юэ. — А если он вообще не хочет ехать?
Вопрос застал Пэй Шэнъи в врасплох:
— Разве это не обязательное школьное мероприятие?
Гао Юэ скривил губы:
— Цюй Фан твою заботу вряд ли оценит.
Палец Пэй Шэнъи, только что завершивший перевод, замер. Гао Юэ был прав: пожалуй, сначала стоило спросить самого Цюй Фана.
После вечерних занятий они с Гао Юэ отправились в тот самый круглосуточный магазин, где подрабатывал Цюй Фан, и раздобыли там его точный адрес. Помня о колючем характере Цюй Фана, который наверняка не обрадовался бы визиту малознакомого человека, Пэй Шэнъи все же решил сходить туда лично.
Ночной воздух приятно холодил лицо. Пэй Шэнъи стоял перед старой пятиэтажкой в трущобах и растерянно озирался: он знал, что Цюй Фан живет небогато, но никак не ожидал, что в столь запущенном районе.
Контингент здесь обитал сомнительный: молодые пары, только что приехавшие на заработки в город, работяги со строек и те, кто балансировал на грани закона ради выживания.
Благодаря работе родителей Пэй Шэнъи имел смутное представление о подобных местах, но увидеть все своими глазами оказалось тяжело.
Сверяясь с номерами на облезлых стенах подъездов, он наконец отыскал нужный дом в самом сердце трущоб. Штукатурка на стенах внутри облупилась, от каждого шага по ступеням чувствовалась легкая дрожь здания.
Всего в доме было шесть этажей, но на клочке бумаги значился седьмой. На каждом этаже ютилось по семь-восемь семей, двери повсюду были распахнуты, и в нос Пэй Шэнъи бил аппетитный запах обжаренного зеленого лука.
На шестом этаже внезапно приоткрылась дверь, оттуда высунула мордочку трехцветная кошка, и Пэй Шэнъи на секунду встретился с ней взглядом.
— Ты кого-то ищешь? — раздался голос вышедшего следом паренька студенческого вида.
— Здравствуйте, как пройти на седьмой этаж? — Пэй Шэнъи помахал в воздухе бумажкой.
Парень понимающе кивнул и махнул рукой:
— В мансарду тебе надо.
Мансарда? Пэй Шэнъи на мгновение замер.
— Мансарды дешевле сдают, — заметив его замешательство, пояснил студент и, не говоря больше ни слова, проводил его к небольшой лестнице в глубине этажа, после чего удалился.
Поднявшись по ступенькам, Пэй Шэнъи действительно уперся в дверь.
Он вежливо постучал, и через пару мгновений затвор щелкнул, являя миру разбитое лицо. На скулах и в уголках губ Цюй Фана отчетливо виднелись багровые следы — классические метки после хорошей драки.
Пэй Шэнъи изумленно уставился на него:
— Что у тебя с лицом? Ты с кем-то дрался?
Цюй Фан никак не ожидал увидеть на пороге Пэй Шэнъи. Он и так взял в школе пару дней отгула, чтобы никто не увидел его в таком виде, а этот заявился прямо к нему домой.
Настоящий злой дух, от которого не избавиться.
Не говоря ни слова, Цюй Фан решительным движением попытался захлопнуть дверь, но Пэй Шэнъи успел подставить ногу и руку:
— Я тетради тебе принес!
Услышав это, Цюй Фан нехотя приоткрыл дверь обратно, а в его голосе сквозило предельное раздражение:
— Давай сюда.
— Не мог бы ты быть повежливей? — на сей раз Пэй Шэнъи решил не спускать ему его скверный нрав. — Я вообще-то потратил уйму времени, чтобы отыскать твой дом!
— Я же говорил: не лезь не в свое дело.
Цюй Фан окинул его ледяным взглядом.
Пэй Шэнъи едва не задохнулся от возмущения:
— Меня попросила староста вашего класса! Раз уж не хочешь, чтобы я лез не в свое дело, так не доставляй проблем другим людям.
http://bllate.org/book/39380/4980301
Готово: