Готовый перевод The Great Master / Великий Мастер: Глава 12

Цинь Ичэнь с тревожным видом потряс Юй Фаньфаня, которого держал на руках, но, убедившись, что тот вовсе не собирается приходить в себя, посмотрел на Шэнь Яо и слуг, прятавшихся за живой изгородью и наблюдавших за всем из укрытия, после чего громко спросил:

— Вы с ним вместе?

Несколько Русалок-луна-рыб принялись подталкивать друг друга в спину, струсив и не смея показаться на глаза. Шэнь Яо ничего не оставалось, как с неловким видом выйти из-за живой изгородью:

— Вместе.

Цинь Ичэнь сильнее сжал руки, обнимавшие Юй Фаньфаня за талию:

— Что с ним?

Шэнь Яо соврал:

— У него упал уровень сахара в крови, он вечно падает в обморок.

— Упал уровень сахара в крови? — переспросил Цинь Ичэнь. Брови его сошлись на переносице, а во взгляде читалось подозрение — похоже, в эту версию он не особо поверил.

Шэнь Яо сделал невинное лицо:

— Ага, упал уровень сахара в крови.

Цинь Ичэнь неопределенно хмыкнул, поудобнее перехватив Юй Фаньфаня, чтобы тому было комфортнее устроиться у него на руках. Он опустил взгляд, некоторое время неподвижно глядя на Юй Фаньфаня, а затем поднял голову и спросил:

— Вы ему кто?

— Мы его друзья, — отвечая, Шэнь Яо внимательно следил за выражением лица Цинь Ичэня, пытаясь понять, узнал ли тот Юй Фаньфаня. Однако большую часть лица Цинь Ичэня скрывала защитная маска, а в выглядывавших наружу глазах читалось сплошное недоверие.

Обстановка была неясной, и Шэнь Яо не смел говорить лишнего — он лишь хотел выиграть для Юй Фаньфаня немного времени наедине с Цинь Ичэнем, поэтому бесстыдно выпалил:

— Вы ведь живете где-то поблизости, верно? Не могли бы вы помочь и отнести его к себе, чтобы он немного отдохнул?

Прятавшиеся за живой изгородью слуги-русалки дружно закивали, выражая полное согласие со словами Шэнь Яо.

Все это до боли напоминало шайку мошенников, промышляющих подставами!

Один мастерски разыгрывает фальшивый обморок, второй выступает стратегом и ведет переговоры, а в засаде поблизости затаились еще несколько громил.

Цинь Ичэнь: «…»

Дерт, я слишком внезапно выдвинул такое требование, — стоило словам сорваться с языка, как Шэнь Яо немного пожалел об этом.

Однако Цинь Ичэнь неторопливо произнес:

— Хорошо.

С этими словами он подхватил принца Юй Фаньфаня на руки в стиле невесты и большими шагами направился в сторону жилого комплекса.

Шэнь Яо поспешил следом, а затем обернулся и махнул рукой слугам, показывая, чтобы они ждали на прежнем месте.

Войдя в квартиру Цинь Ичэня, тот бережно уложил Юй Фаньфаня на кровать в своей спальне, после чего снял маску и с мягкими движениями помог ему разуться и укрыл одеялом. Стоило ему подоткнуть край одеяла, как Юй Фаньфань проявил завидную прыть и проснулся сам. Он растерянно замигал большими глазами и жалобным голосом спросил:

— Где я?..

Глаза Цинь Ичэня вспыхнули, он со скоростью света придвинулся ближе и торопливо произнес:

— Я искал тебя очень долго. Ты тоже пришел искать меня?

— Т-ты меня помнишь! — Юй Фаньфань так сильно переволновался, что края его глаз покраснели, но он даже не успел заплакать, как снова со слезами на глазах потерял сознание.

— Очнись, — позвал Цинь Ичэнь и протянул руку, слегка дернув Юй Фаньфаня за маленький красный язычок. Юй Фаньфань вздрогнул и резко очнулся.

То, что Шэнь Яо всегда хотел сделать, но не смел, наконец-то кто-то совершил за него. У Шэнь Яо аж отлегло от сердца.

Цинь Ичэнь зафиксировал плечи Юй Фаньфаня и нетерпеливо спросил:

— Ты ведь пришел искать меня? Ты тоже всё это время помнил меня, да?

Юй Фаньфань со слезами на глазах отчаянно закивал.

Словно сбросив с плеч тяжелый груз, Цинь Ичэнь шумно выдохнул и крепко прижал Юй Фаньфаня к груди. Юй Фаньфань моргнул, и радостные слезы в тот самый миг, когда скатились с его ресниц, превратились в ожерелье из оборванных нитей, которое с громким стуком рассыпалось по полу, после чего он незамедлительно снова отключился.

Когда русалки плачут, их слезы превращаются в жемчуг. Если сказано, что это ожерелье из оборванных нитей, то это буквально означает ожерелье из оборванных нитей — слово свое они держат железно.

Столь волшебное и сюрреалистичное зрелище происходило на глазах у обычного человека. Шэнь Яо испуганно вздрогнул и, суетясь, принялся собирать жемчуг с пола.

Далеко не каждая русалка способна выплакать хороший жемчуг: слезы обычных русалок часто оказываются сморщенными, мелкими и тусклыми, а их ценность для любования близка к нулю — разве что на жемчужную пудру стереть. Однако качество жемчужин, исторгаемых представителями столь благородной королевской крови, как Юй Фаньфань, безусловно, можно было назвать первоклассным. Если продать их, можно выручить немалую сумму. Обезумевший от ипотеки Шэнь Яо собирал жемчуг и мысленно бормотал: «Ипотека на следующий месяц, ипотека на месяц после следующего, ипотека на три месяца вперед…» Собирая жемчуг, Шэнь Яо обнаружил, что жемчужина на февраль следующего года закатилась под кровать, а нога Цинь Ичэня загородила проход, так что просунуть руку не получалось.

— Подвиньте ногу, пожалуйста, спасибо, — Шэнь Яо слегка ткнул Цинь Ичэня в голень.

Цинь Ичэнь со сложным выражением лица переставил ногу, освобождая пространство, чтобы Шэнь Яо мог дособирать жемчуг.

Добрав пять крупных круглых и сияющих жемчужин, Шэнь Яо с довольным видом сунул их в карман брюк и принялся неуклюже оправдываться:

— Карманы на этих брюках такие широкие, стоило наклониться, как жемчуг и рассыпался.

Цинь Ичэнь: «…» Неужели я выгляжу как какой-то дурак?

Шэнь Яо посмотрел на отключившегося Юй Фаньфаня, который перевернулся так, что аж летал от избытка чувств, и неуверенно предложил:

— Может, дернете его за язык еще раз? Кажется, это неплохо помогает.

Цинь Ичэнь, отлично всё понимая, ответил:

— Если дергать слишком часто, ничего хорошего не выйдет.

Шэнь Яо осторожно поинтересовался:

— А сколько тебе известно о нем?

Цинь Ичэнь насторожился:

— А тебе сколько?

Скромно проявив себя, Шэнь Яо сказал:

— Если не считать того факта, что дерганье за язык мгновенно приводит его в чувство, я знаю намного, намного больше тебя. Я все события из его жизни запоминал как полезные знания, так что давай сначала ты.

Поколебавшись немного, Цинь Ичэнь начал свой рассказ.

Все началось с того самого кораблекрушения.

Цинь Ичэнь умел плавать, поэтому в момент крушения судна он не слишком паниковал: надев спасательный жилет, он первым делом ухватился за толстое плавно покачивающееся бревно и спокойно держался на воде, ожидая спасателей.Он ждал недолго. Вскоре неподалеку из воды вынырнул юноша.

Тот был невероятно изящен, обладая столь утонченной красотой, что невозможно было с первого взгляда определить его пол. Хотя он буквально выбрался из воды, ни его волосы, ни одежда, что виднелась над поверхностью, не намокли ни на йоту. Его глаза, не знавшие мирской суеты, были чистыми, словно морская гладь. Юноша перебирал ногами в воде, прижимая к груди охапку медуз, и напоминал духа, рожденного из самой нежной струи воды в глубоком сердце океана. Цинь Ичэнь с самого начала понял, что перед ним вряд ли обычный человек, но вид юноши заставил его замереть от изумления. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, как вдруг юноша закрыл глаза, опрокинулся на спину и всплыл кверху брюхом.

Разноцветные медузы выскользнули из его объятий и поплыли прочь, растворяясь в изумрудных морских водах. В этот же момент небо после шторма начало проясняться, и расплавленное золото солнечных лучей окаймило облака тонкой нитью. Прямо над юношей в облачном покрове образовался просвет, и солнечный свет, пролившийся сквозь него, походил на врата рая. Лучи мягко ласкали поверхность моря, освещая юношу и морских обитателей, плавающих вокруг него — зрелище было столь чудесным, словно сон.

— Я… влюбился в него с первого взгляда, — с мечтательной интонацией описывал Цинь Ичэнь сцену, запечатленную в его памяти. — Тот миг был прекрасен, всё было так прекрасно.

— Звучит и правда сказочно, — покорно закивал Шэнь Яо, не в силах признаться Цинь Ичэню, что те медузы были всего лишь сухим пайком, который Юй Фаньфань собирался принести на берег, а «прекрасная сцена танца с морскими обитателями» оказалась сценой массового бегства провизии. Если перевести на человеческий язык, это выглядело так, будто ребенок, набивший миску рисом, свалился без чувств, рассыпав всё содержимое вокруг…

Влюбившись в загадочного юношу с первого взгляда, Цинь Ичэнь подплыл к нему, одной рукой подхватил плавающего по поверхности юношу, а другой ухватился за кусок плавучего бревна. Вскоре юноша очнулся. Похоже, вид последствий кораблекрушения напугал его: лицо стало бледным, как полотно, а губы беспрестанно дрожали. Цинь Ичэнь с нежностью притянул его к себе и принялся осторожно успокаивать.

В то время юноша изъяснялся еще не очень связно. Слышал он, кажется, неплохо, но говорил путано, используя лишь отдельные слова или короткие фразы, чтобы выразить свои мысли.

— Боюсь, боюсь корабль, — юноша указал на разбитое судно и, дрожа, прижался к Цинь Ичэню, словно маленький котенок.

Сердце Цинь Ичэня бешено колотилось. По натуре он был человеком открытым и легким, но перед этим юношей растерялся и не знал, что делать. Он протянул руку, закрывая юноше глаза, чтобы тот больше не смотрел на обломки. Из-за охватившего его волнения Цинь Ичэнь не нашел ничего лучше, как начать петь — это был его главный талант, помимо яркой внешности. Юноша тихо слушал, всё это время послушно прижимаясь к нему. Хотя с наступлением ночи вода становилась всё холоднее, атмосфера между ними была на удивление теплой.

За это время юноша один раз «всплыл кверху брюхом», когда чайка нагадила ему на голову, и еще раз — когда внезапно обнаружил, что медузы уплыли. Его крошечный красный кончик языка слегка высунулся наружу, выглядя невероятно забавно. Цинь Ичэнь, который вскоре после начала их знакомства влюбился без памяти, почувствовал, как его интеллект стремительно падает. Словно помутнение нашло, он действительно протянул руку и дернул юношу за язык. Тот вздрогнул, очнулся, надул щеки и сердито пробурчал, чтобы он не лез куда не надо. Цинь Ичэнь поспешно извинился и пообещал исправиться.

Цинь Ичэнь так и не осмелился спросить, кто же этот юноша на самом деле. Он боялся, что, задав такой вопрос, разрушит этот сон, подобный мыльному пузырю. Когда прибыл спасательный корабль, Цинь Ичэнь попытался втащить юношу на борт, но тот, похоже, до ужаса испугался приближающегося огромного железного зверя. Он изо всех сил оттолкнул руку Цинь Ичэня, нырнул в пучину и, подобно стреле, умчался вдаль…

— Я очень жалею, что не расспросил его обо всем, но я даже не представлял, с чего начать поиски, — Цинь Ичэнь сделал глубокий вдох. — К счастью, он сам вернулся за мной…

Тут Шэнь Яо вспомнил новый альбом Цинь Ичэня, выпущенный некоторое время назад, и его осенило:

— Понял! Твоя заглавная песня из нового альбома, В глубине сердца океана, посвящена ему!

Шэнь Яо пару раз слышал ту песню, но, слушая поп-музыку, редко обращал внимание на текст, поэтому не сразу уловил связь.

Цинь Ичэнь улыбнулся:

— Да, я не могу перестать думать о нем.

— Как же это замечательно, — Шэнь Яо, на которого внезапно вывалили гору романтики, некоторое время предавался чувствам, а затем сам себе решительно кивнул и с удовлетворением произнес: — Взаимная любовь, задание выполнено.

— Так вот… — Цинь Ичэнь вышел из своих воспоминаний, поправил одежду и сел прямо, готовясь к разговору о реальности. — Что с ним такое, и кто ты такой?

— В любом случае, раз уж им суждено быть вместе, формальности можно уладить потом. Если я расскажу сейчас, это, думаю, не будет серьезным нарушением… — пробормотал Шэнь Яо, а затем, посмотрев на Цинь Ичэня, добавил уже серьезным тоном: — На самом деле… он принц русалок.

Цинь Ичэнь озадаченно рассмеялся, но в его взгляде не было и тени сомнения, лишь изумление:

— Неужели я живу в сказке?

— По своей сути русалка — это разновидность Монстра… — Шэнь Яо начал просвещать будущего зятя клана Русалок-луна-рыб в основах знаний о русалках.

От автора:

Брат Щупальце: Я весь день прикидывался котиком, с нетерпением ждал, когда смогу воспользоваться ситуацией, а в итоге Яо-яо до сих пор не вернулся домой… У-у-у.

http://bllate.org/book/39275/4962702

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь