Готовый перевод Beastman Reborn as a Bun Mom / Зверолюди: Перерождение в папочку: Глава 10

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Когда Сюй Му снова встретился с Лу Бо, с его губ сорвалось презрительное цыканье. Лу Бо протянул Сюй Му хрустящий фрукт, мимоходом притянул стоявшую рядом плетеную стулку, с размаху плюхнулся в нее и закинул ногу на ногу. Сюй Му наклонил голову и поинтересовался:

— Эй, братец, судя по твоему лицу, полному персикового цветов сияния, неужто твоя звезда брака пришла в движение и радостное событие уже близко?

Лу Бо не понял этих слов, но в общих чертах уловил смысл, довольно закивал и счастливо протянул:

— Верно, до официального заключения союза уже недалеко.

Услышав сплетню, Сюй Му воодушевился:

— Ой, ну-ка расскажи! Разве еще пару дней назад ты не злился? Я вот на днях даже ломал голову над тем, как тебе помочь, а ты управился так быстро. Поведай, пусть брат тоже поучится.

Лу Бо откинулся на спинку стула, всем видом показывая, как смакует воспоминания. От такого вида влюбленного дурачка Сюй Му так и подмывало отвесить ему затрещину. Наконец, когда Сюй Му уже еле сдерживался, чтобы не пустить в ход кулаки, Лу Бо вдоволь натешился и произнес:

— Ах Му, ты в этом ничего не понимаешь. Смотри: когда он увидел нас вместе в тот раз, разве не разозлился и не ушел? А потом пришел к тебе — на самом деле ведь просто ревновал.

То, что он ревновал, доказывает, что я ему небезразличен. Тогда я попросил его отца зайти издала и дать ему понять, что его чувства ко мне — это любовь и симпатия, а вовсе не детские заскоки и соперничество с тобой. Я целыми днями ловил для него его любимых остророгих оленей и приносил хрустящие фрукты. Он не пускал меня в дом — тогда я кричал у его порога, что люблю его и хочу стать его парой.

Потом я под предлогом доставки кресла-качанки проник к нему в дом и напролом потребовал ответа: любит он меня или нет. Он молчал, а я заявил: если не любишь, пойду к Сюй Му. Тогда он расплакался, обнял меня, а потом... хе-хе.

Закончив рассказ, Лу Бо стал ждать похвалы от Сюй Му, но в ответ царила тишина. Повернувшись, он испуганно замер: лицо Сюй Му посинело, он скрежетал зубами и буравил его зловещим взглядом. Лу Бо даже показалось, что он слышит, как стираются зубы.

— Твоя сестра, все твои сестры! Лу Бо, ну ты и молодец, настоящий свинья-приятель! Какого черта меня угораздило связаться с таким дурнем? Я-то думал, почему Насы при виде меня смотрится так, будто я его кровный враг, а оказывается, все эти годы ты выставлял меня его мнимым соперником! Поразительно, как он до сих пор не пришил меня! — Сюй Му от злости потерял всякий стыд и принялся яростно костерить друга на чем свет стоит.

Сознав свою вину, Лу Бо опустил голову и тихонько пробормотал:

— С чего ты взял, что я говорил это столько лет?

Голос был тихим, но каждое слово отчетливо залетело в уши Сюй Му. Сюй Му рассвирепел, вскочил с кресла-качалки и набросился на шею Лу Бо:

— Ах ты сволочь, и впрямь признался! Придушу тебя сегодня ради всеобщего блага!

На беду, под рукой не оказалось никакого оружия, так что пришлось действовать голыми руками. Лу Бо не смел сопротивляться, страшно боясь невзначай задеть беременного, — тогда Дэлань точно снял бы с него шкуру. Оставалось лишь молить о пощаде:

— Ах Му, я виноват, правда виноват! Я пошутил же! Хватит-хватит, не махай руками, побереги ребенка!

Издалека Дэлань увидел сцепившуюся парочку. Не заботясь ни о чем, он отбросил костыль, ковыляя подбежал ближе, обхватил Сюй Му и развел их в стороны, а затем большой ладонью мягко погладил его по спине, успокаивая:

— Умерь гнев, перестань злиться, побереги свое здоровье.

Сюй Му прижался к груди Дэланя, даже не осознавая, что тот пользуется моментом и тискает его, и, тяжело дыша, ткнул пальцем в Лу Бо:

— Спроси у него! Что этот ублюдок творил все эти годы? И теперь снова приплел меня! Лежу себе спокойно, а пули свистят. Хочешь затащить девчонку — добивайся своими силами, меня-то зачем приплетать? А я-то думал, с чего это у Насы ко мне такие счеты, будто я убил его отца? Оказывается, за моей спиной этот негодяй портил мне репутацию и плодил врагов! Если я сегодня не отделаю его как следует, то не утолю свою ненависть!

С этими словами он снова попытался броситься в бой. Лу Бо не смел давать сдачи, лишь неуклюже уворачивался и сыпал извинениями:

— Ах Му, я виноват, честно виноват! Больше никогда так не буду! Это я бестолковый, я перед тобой виноват, перестань сердиться, умоляю! Если тебя от злости хватит удар, мне жизни не будет. Ой, да перестань пинаться! Дэлань, ну успокой его, уведи же!

Из всего этого сумбурного потока ругани Дэлань примерно понял суть дела и догадался, из-за чего сыр-бор. Поначалу он не мешал Сюй Му пинать Лу Бо, но раз уж тот взмолился о помощи, пришлось вмешаться и урезонить Сюй Му. Он снова притянул разбушевавшегося омегу к себе в объятия и ласково зашептал:

— Ах Му, поумерь пыл. Ты же носишь ребенка, нельзя тебе гневаться.

Но заметив свирепый, исподлобья взгляд Сюй Му, он тут же сменил тон и рявкнул на Лу Бо:

— А ты хорош! Не видел, что ли, что он в положении? Раз уж хочешь искупить вину, стой смирно и дай ему выпустить пар! Ты изначально был неправ, чего стоишь, марш сюда! — И он выразительно подмигнул Лу Бо.

Лу Бо мысленно отвесил Дэланю смачную затрещину: чтобы ублажить собственную пару, обязательно подставлять под удары чужих людей? Ладно уж, его вина, так и быть, пусть поколотит пару раз. С этими мыслями он покорно встал перед Сюй Му, подставляясь под удары.

Орочья шкура толстая и грубая, от нескольких ударов ничего не будет, но вот сам Сюй Му смертельно устал. Из-за этой возни все съеденное с утра переварилось, и живот заурчал от голода. Схватив лежавший рядом хрустящий фрукт, он откусил кусок:

— На этот раз прощаю, но если сунешься еще раз — живьем шкуру сдеру!

В этот момент вышел Я Вэнь. Лу Бо узрел в нем своего спасителя, а Сюй Му — бога кулинарии. Я Вэнь с улыбкой произнес:

— Парни, хорош баловаться, идите мыть руки, обедать пора.

Сейчас для Сюй Му не было ничего важнее еды. Выпятив слегка округлившийся живот, он поплелся к умывальнику. Лу Бо уже было собрался последовать за ним, но заметил вдали застывшую фигуру Насы и быстро бросил Я Вэню:

— Дядя Я Вэнь, я забегу в другой день, мне пора!

Дэлань проследил взглядом за тем, как припустил Лу Бо, и мысленно презрительно фыркнул: еще смеется над другими, а сам чуть что — бежит ублажать свою пару.

Сегодня плоскую рыбу приготовили в виде супа. Сделав глоток, Сюй Му оценил нежный вкус, зачерпнул ложкой поглубже и обнаружил нечто знакомое. Усомнившись, он переложил находку в пиалу, откусил кусочек — и точно! Сюй Му восторженно воскликнул:

— Папа, так у нас тут есть тофу?!

Какое еще тофу? Я Вэнь заглянул в тарелку и рассмеялся:

— Глупыпыш, это же доу-гао, его делают из бобов.

Да хоть горшком назови, главное — вкус тофу! Настоящее тофу! Из него же можно столько всего приготовить: тофу по-мапо, домашнее тофу, фаршированное тофу, суп с тофу, тушеное тофу — да сотню блюд! От одной мысли во рту заманчиво заавдоело. Этот обед Сюй Му уплетал с сияющей улыбкой.

Уже после трапезы он вспомнил: раз уж делают доу-гао, откуда тогда взяться отсутствию ручных жерновов и соевого молока? Терзаемый вопросом, он тут же обратился к Я Вэню. Хоть Я Вэню и показалось странным, что Сюй Му так заинтересовался приготовлением доу-гао, он все же объяснил, что в селении есть мастерская доу-гао и можно заглянуть туда. Когда Сюй Му выразил желание сходить туда, Дэлань тут же согласился, а Я Вэнь принялся отнекиваться, мол, стар стал, одолевает дремота, если хоть немного не вздремнет, совсем лишится сил... В конце концов, под уничтожающим взглядом Сюй Му, супружеская пара счастливо и радостно зашагала к мастерской доу-гао.

Сюй Му шел впереди, опирающийся на костыль Дэлань — позади. Одному приходилось беречь живот, другому — ногу, так что оба двигались небыстро. Путь лежал на запад. Дэлань заговорил первым:

— Ах Му, все еще злишься на Лу Бо?

— Сам подумай, я к нему не лез, а он меня так подставил! Мало того, что теперь я для Насы заклятый враг, так он еще и точит на меня зуб при каждой встрече! — недовольно бросил Сюй Му.

— Лу Бо у нас такой человек: нрав неплохой, но язык без костей — что надо и не надо вываливает разом. Из-за этого он немало людей обидел. Со временем все поняли, что у него на уме нет зла, и перестали обращать внимание. Если у тебя на душе скребут кошки, я завтра велю ему явиться с повинной и принести тебе торжественные извинения. Мой костыль можешь одолжить — отделаешь его как следует.

Сюй Му невольно прыснул со смеху. Хоть он был знаком с Лу Бо недолго, судя по воспоминаниям Му Фэя, тот действительно был точь-в-точь таким, как описывал Дэлань: за словом в карман не лезет. Не говоря о других, одного Насы он доводил до белого каления и обратно раз пять. Злиться-то он злился, но кровной вражды между ними не было — завтра поколотит пару раз для успокоения души, да и ладно.

Увидев его улыбку, Дэлань успокоился и подался ближе:

— Больше не сердишься? Хочешь, я обернусь леопардом? В зверином облике я неплох, тебе точно понравится.

— Больше не сержусь. Какой бы сильной ни была злость, глядя на твою заискивающую физиономию, злиться уже не получается. А насчет леопарда... пожалуй, не стоит. Твои раны еще не до конца зажили, в такое время лучше не рисковать. — Леопард все-таки хищник, и Сюй Му пока еще не обладал достаточной смелостью, чтобы тесно общаться с черной пантерой.

Мастерская доу-гао располагалась на западе селения. Издалека были видны два ороча, толкущих бобы. Настоящих больших жерновов здесь не водилось, поэтому бобы приходилось крошить вручную в каменных ступках. Выглядело сносно, но наощупь чувствовалась некоторая грубость. После измельчения массу заливали водой, доводили до кипения, добавляли сок какого-то растения и в самом конце пропаривали на огне.

Вроде бы все как при создании тофу, но различия все же имелись. Современный способ заключался в том, чтобы размолоть бобы в кашицу, залить ее в специальный тканевый мешок, туго затянуть горловину и с силом отжать соевое молоко. Затем соевое молоко кипятили, добавляли коагулянт, и после того, как масса створаживалась в соевый творог, ложкой аккуратно перекладывали его в застеленную салфеткой деревянную форму или иную емкость. Наполнив доверху, заворачивали в ткань, накрывали деревянной доской и прессовали минут десять-двадцать.

Звучит просто, да и Сюй Му видел это только по телевизору, совершенно не зная точных пропорций и нюансов. Так что способность здешних орочий делать тофу сама по себе заслуживала уважения. Вот только он никак не мог взять в толк: почему после измельчения и варки бобов получалось нечто вроде соевого молока, но никому и в голову не приходило его пить? Дэлань пояснил, что никому даже в мыслях не приходило, что эту жидкость можно употреблять. Ладно, раз в голову не приходило пить воду, то и нежный соевый десерт — доуху — они точно не пробовали. При мысли о нем у Сюй Му снова потекли слюнки, но за неимением рецепта оставалось лишь мечтать об этом.

Осмотрев мастерскую доу-гао, Дэлань предложил прогуляться, желая воспользоваться случаем для дальнейшего сближения. Сюй Му и сам хотел посмотреть на окрестности селения — попав в этот мир, он почти не покидал деревню, поэтому с радостью согласился, и они отправились за околицу.

Как же прекрасна пора ранней осени, располагающая к прогулкам! Любоваться пестрой зелено-желтой палитрой пейзажа, вдыхать чистейший, напоенный зеленью воздух... Если не принимать в расчет слегка выдающийся живот и горящие глаза мужлана рядом, все было бы просто чудесно.

Не успел он закончить свои мысленные оды, как макушку чем-то ощутимо стукнуло. Подняв голову, он не увидел ничего, кроме густой зеленой листвы, а опустив взгляд на землю, заметил зеленый колючий плод.

Первой мыслью Сюй Му было, что это недозрелый рамбутан, но тут же откинул эту нелепость как бред. Нагнувшись и подобрав находку, он обнаружил, что колючая оболочка уже треснула, а содержимое заставило его вновь сглотнуть слюну. Нетерпеливо разорвав кожуру, он вытряхнул оттуда пять каштанов в коричневой шкурке. Раскусив одну из оболочек, он попробовал: и правда, свежайшие, без пестицидов и удобрений, чистый натуральный эко-продукт! Вот только как достать их с дерева — задачка. Где раздобыть такую длинную бамбуковую палку?

Дэлань стоял рядом, наблюдая, как Сюй Му поднял зеленый шар, очистил и попробовал то, что было внутри, после чего у того засияли глаза. Дэлань сразу понял: его омега снова нашел что-то стоящее. Заметив, как тот в задумчивости застыл на месте, он мысленно прикинул высоту дерева, размял конечности и обернулся черной пантерой.

Он потерся головой о ногу Сюй Му. Сюй Му опустил голову и испуганно отшатнулся — рядом стояла крупная черная пантера, а Дэлань куда-то пропал. Впрочем, сообразив в тот же миг, он выдохнул:

— Ты... Дэ... Дэлань?

Зверь потерся о его руку в знак подтверждения, и колотившееся в груди сердце Сюй Му немного успокоилось. Внезапное появление дикого зверя рядом... то, что он не грохнулся в обморок, говорило о железной выдержке.

Дэлань моргал, наклонив голову, то и дело высовывая красный кончик языка, чтобы облизать нос. Сюй Му подумал, что это самое настоящее умиление, какое только можно вообразить. В детстве ему хотелось завести котенка или щенка, но мачеха твердила, что это грязно, и запрещала. А когда он вырос и съехал на свою квартиру, у него уже не оставалось на это сил: работа с утра до ночи, смертельная усталость, ни времени, ни энергии возиться с питомцем, а обрекать животное на одинокую жизнь не хотелось. Так что в итоге он просто заходил в зоомагазины, чтобы потискать милых зверушек.

Сейчас же Дэлань смотрел на него не как грозный леопард, а скорее как черный кот — как раз такая бомбейская кошка, о которой он всегда мечтал. Рука так и тянулась погладить, но он не решался. Заметив его колебания, Дэлань сам прижался макушкой к его ладони, и только тогда Сюй Му смело огладил мягкую шкуру. Дэлань от удовольствия даже прищурил глаза.

Вспомнив про каштановое дерево, Сюй Му завертел головой в поиски длинного бамбукового шеста. Дэлань потерся о его ладонь, перевел взгляд на дерево, и Сюй Му догадался: тот собрался залезть наверх за каштанами.

— Нет, нельзя! Твоя рана еще не зажила! — он тут же отмел эту идею. Рана на ноге Дэланя еще не затянулась, и если случится рецидив, Сюй Му не простит себе этого.

Дэлань лизнул его ладонь, призывая успокоиться, и единым прыжком взмыл на дерево. Оказавшись наверху, он стал сбивать каштаны вниз, а Сюй Му подбирал их с земли. Решив, что набралось достаточно, он велел Дэланю прекратить, и тот неспешно спустился. Все это время Сюй Му замирал от страха, боясь какого-нибудь несчастного случая.

Вернувшись домой, они принялись за чистку каштанов. Зеленую внешнюю кожуру выбросили, сами орехи помыли, сделали на каждом крестообразный надрез ножом и поставили париться. После готовности Сюй Му, не боясь обжечься, схватил один, очистил и забросил в рот — мягкие, рассыпчатые, сладкие! Гораздо вкуснее тех, что продавали на улице по пятнадцать юаней за цзинь.

Дэлань тоже попробовал несколько штук — действительно объедение. Раньше они пробовали кусать их сырыми, и поскольку на вкус те казались гадкими, больше к ним не притрагивались. Кто бы мог подумать, что их нужно сварить и почистить?

Глядя на то, как увлеченно Сюй Му уплетает каштаны, слегка хмуря брови лишь в моменты чистки, и находя этот вид донельзя милым, Дэлань молча взял на себя всю работу по очистке. Раз уж его омега так любит эти орехи, почему бы не чистить их для него всю жизнь?

http://bllate.org/book/39222/4953731

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода