Глава 4
Шэнь Бай не умел летать на мечах и явно не горел желанием якшаться с этой парочкой, поэтому, разумеется, не собирался брать с собой никаких ездовых духовных зверей, так что им оставалось только идти пешком.
Пешком...
Ублюдок! Пусть здесь и есть только внешний и внутренний дворы, но между ними, чёрт возьми, не меньше половины горы! Разве возможно, чтобы хилый отаку с нулевой выносливостью осилил подъём в полгоры?
Точно невозможно!
Му Циньюнь мысленно бушевал, а про себя горько сокрушался, ковыляя следом за Ли Цзюньсяо с вывернутыми внутрь носками. Заодно он открыл системное меню и взглянул на шкалу: вчерашнее задание принесло четыре с половиной тысячи опыта, и вдобавок к прежним накоплениям до заполнения шкалы оставалось всего чуть-чуть, а уровень расположения Ли Цзюньсяо поднялся с пяти до десяти.
Глядя на стремительно ползущие вверх цифры, новоявленный отаку наконец почувствовал себя немного лучше, но долго это не продлилось...
Прошло около получаса, когда он бросил Ли Цзюньсяо у обочины, распластался прямо на земле и закрыл глаза, собираясь поспать.
Шестилетний ребёнок тоже весит порядочно, знаете ли! Кто хочет, тот пусть и тащит, а он, ваш покорный слуга, объявляет забастовку!
Шэнь Бай остановился и презрительно оглядел его:
— И это всё, на что ты способен?
А что не так с его способностями? По крайней мере, ноздри у этого слуги поменьше твоих будут! Му Циньюнь открыл глаза и с вызовом уставился на него в ответ.
Шдявший неподалёку Ли Цзюньсяо перевел взгляд с Шэнь Бая на распростёртого на земле отаку, немного помедлил, подполз ближе, присел на корточки и робко протянул руку, ухватившись за полу чужой одежды.
На прелестном личике ещё не сошли припухлость и краснота от слёз, крошечное тельце съёжилось в комочек, а сам он жалобно теребил чужую ткань — вылитый брошенный хозяином крольчонок.
Му Циньюнь закрыл лицо руками и молча отвернулся: его шкала жизней только что была мгновенно снесена до нуля смертельной дозой милоты!
Шэнь Бай нетерпеливо бросил:
— Отдохнул? Идём или нет?
— Идём! — сжав зубы, он поднялся с земли и, взяв за руку маленького кролика Ли, зашагал дальше. Ради выполнения задания, ради великого пути этого обречённого ребёнка — он готов выложиться!
До главного зала они добирались почти два часа. После того как дежуривший у входа даосский мальчик доложил об их прибытии, троица быстро вошла внутрь.
Стоило им переступить порог и Му Циньюню ещё как следует не утвердиться на ногах, как он почувствовал, что два взгляда устремились прямо на него... точнее, на стоящего рядом Ли Цзюньсяо. Подняв голову, он как раз встретился взглядом с главой секты, который собирался отвести глаза.
Главу Секты Тяньсюань звали Сюаньхуа. На вид ему было около шестидесяти лет, он носил просторные фиолетовые даосские одежды, в руке держал метёлку-фачэнь, а выражение его лица было исполнено суровости. По одну руку от него стоял Лю Муфэн, а по другую — незнакомый мужчина средних лет сорока на вид.
Доставив их на место, Шэнь Бай шагнул к Лю Муфэну и замер рядом, шумно фыркнув и отвернувшись в сторону.
Помня, как это делают в исторических телесериалах, Му Циньюнь изобразил крайне неуклюжий полупоклон со скрещенными руками:
— Маленький человек Му Циньюнь приветствует главу!
Сюаньхуа взмахнул фачэнем и произнёс:
— Излишние церемонии ни к чему. Я уже слышал всё от Фэн'эра, но у меня ещё остались вопросы, на которые хотелось бы услышать твои ответы.
Му Циньюнь тут же отозвался:
— Спрашивайте о чём угодно, глава, этот ничтожный ответит на всё, что знает, ничего не утаивая.
— Не подскажешь, где находится деревня Лунси?
Он так и знал, что они спросят об этом, и потому изобразил скорбное выражение лица:
— Наша деревня прячется в довольно укромной горной долине...
Он уже собирался продолжить сочинять про то, что предки построили её, спасаясь от мира, и потому никто её не находил, как вдруг Сюаньхуа кивком прервал его:
— Раз уж твой младший брат остался без крыши над головой, не желаете ли вы оба вступить в Секту Тяньсюань?
— Чего? — поворот оказался слишком резким, Му Циньюнь растерялся и замер.
Что за поворот событий на этот раз? Про географическое положение больше не спрашивают? Про Демонического Владыку Цзидао тоже ни слова? Он ведь всю дорогу специально выдумывал ложь и оправдания, а тут... всё отменили?! С чего это вдруг ему так отчаянно захотелось отлупить этого главу секты?
Лю Муфэн очень любезно повторил:
— Мой учитель спрашивает, не хотите ли вы с братом вступить в нашу Секту Тяньсюань.
Му Циньюнь потерял дар речи. Глава, нельзя же принимать учеников вот так запросто! Выслушали бы хоть ради приличия те сказки, что он всю дорогу с таким трудом сочинял! Упадите на колени, я требую отката и перезагрузки сохранения!
Сюаньхуа, судя по всему, совершенно не разделял его внутренних терзаний. Его некогда суровое старое лицо расплылось в улыбке, напоминавшей распустившийся цветок хризантемы — даже морщины разгладились, — после чего он велел Лю Муфэну и Шэнь Баю отвести новоприбывших к управляющему внешнего двора для оформления.
Му Циньюнь почувствовал, что его мозги окончательно плавятся...
Он ведь ещё даже не дал согласия! И пусть он в любом случае согласился бы, но хотя бы для вида спросить мнение человека нужно же?! К тому же, дорогой мой, прекрати улыбаться! Эти ассоциации с хризантемами — просто чёрная дыра какая-то, весь твой величественный образ рушится на глазах...
Лю Муфэн хлопнул его по плечу:
— Младший братец Му, прошу за мной.
Му Циньюнь на автомата кивнул и, как завороженный, вывел Ли Цзюньсяо наружу.
Убедившись, что гости скрылись из виду, Сюаньхуа стёр с лица улыбку:
— Неплохо, неплохо. Двойной корень молнии... Последний раз подобный талант объявлялся пять тысяч лет назад у Даоса Ушана. Пусть он умом немного и не вышел, но зато молод. Главное — растить его при нашей секте да держать в узде его старшего брата, тогда можно не сомневаться, что они послужат нам верой и правдой.
Мужчина средних лет кивнул, расплывшись в угодливой улыбке:
— Глава-старший брат прав! К сожалению, в нашей Секте Тяньсюань испокон веков заведено правило: новоприбытые ученики обязаны провести во внешнем дворе полных три года, прежде чем смогут подняться во внутренний.
Сюаньхуа махнул рукой:
— Ничего страшного. Просто поручи кому-нибудь присматривать за ними поближе, вряд ли эта парочка сопляков сможет устроить серьрясную бурю.
******
Му Циньюнь последовал за Лю Муфэном и мрачным Шэнь Баем к управляющему внешнего двора, получил именные жетоны и пространственные мешочки для себя и Ли Цзюньсяо, после чего в его голове прозвучало три подряд системных уведомления.
Открыв интерфейс, он увидел: одно извещало об успешном выполнении задания, второе — о повышении уровня, а третье оповещало о появлении нового квеста.
Новое задание называлось Введение Ци в тело, а его описание гласило: Доведите собственную силу до Ранней ступени Концентрации Ци. Награда за выполнение: 5000 очков опыта и один Меч Окрашенного Инеем Мороза.
У него будет оружие!
Глаза Му Циньюня загорелись, и он внимательно изучил характеристики меча: атака Хуньюань +500, пробивание внутренней защиты Хуньюань +50, меткость +10.
Характеристики средние, но всё равно намного лучше того безымянного сине-железного меча, что он зажимал в руке.
Отклонив предложение Лю Муфэна устроить им экскурсию, он потащил Ли Цзюньсяо прямиком в предоставленную комнату, извлёк из инвентаря те самые две небесные пилюли привлечения духа, бывшие наградой за квест, одну закинул себе в рот, а вторую небрежно бросил на стол.
Пилюля мгновенно растаяла во рту, оставив после себя тонкий, приятный аромат. Проглотив её, он уселся на пол и активировал встроенную в систему медитацию.
Бесчисленные светящиеся точки, словно повинуясь какому-то зову, поплыли со всех сторон и проникли в его тело, наполнив его мягким, очень приятным теплом.
Му Циньюнь прищурился, наслаждаясь процессом, и с удивлением заметил, что шкала опыта медленно растёт примерно по одному очку каждые пять секунд.
Хотя скорость была поистине черепашьей, для заядлого отаку это был повод поставить системе целую сотню лайков: расти в уровне без необходимости шевелиться — разве не прелесть?!
Перестаравшись с восторгом, Му Циньюнь вдруг почувствовал, как в глазах у него потемнело, и он, сидя в позе для медитации, отправился на свидание с Чжоу-гуном...
Ли Цзюньсяо тупо смотрел на него до тех пор, пока не услышал ровное дыхание сидящего напротив человека. Лишь после этого он кое-как забрался на стул и взял со стола оставленную пилюлю.
Он толком не понимал, что делает этот старший брат и для чего нужна эта пилюля, но чей-то голос на самом дне его души твердил: съешь её, съешь, и сможешь отомстить... Сразу после этого перед его взором встала картина: рука того человека насквозь пробивает грудь мамы, алые брызги летят ему прямо в лицо.
На самом деле он совершенно не осознавал, что такое месть. Он мог лишь с трудом уразуметь, что папа, мама и все знакомые люди уснули, а вокруг всё залито пугающей краснотой. Ему было до ужаса страшно, он изо всех сил выполз из шкафа, рыдая и призывая родителей, но те упорно не открывали глаза, а чей-то голос нашептывал, что папа и мама больше не хотят его.
Как больно, казалось, будто нечем дышать.
А Сяо ведь был хорошим мальчиком, с чего бы папе и маме бросать его? — уговаривал он себя. В этот момент вокруг него словно натянулась тонкая пелена, отгородившая от всего мира, всё вокруг отдалилось, а затем появились папа и мама и стали играть с ним. Пожалуй, так было даже лучше...
Он слышал всё, что говорили те люди снаружи, но ему не хотелось обращать на них внимания — ему хотелось остаться здесь, рядом с мамой и папой. Пусть он дурачок, ему всё равно. Но когда в тот раз за ними гналась жуткая змея и тот долговязый парень заслонил его собой, в точности как мама в ту страшную ночь, в его мире появился ещё один человек...
Следуя зову голоса в своей груди, Ли Цзюньсяо проглотил пилюлю. Внезапно в левом плече вспыхнула резкая боль, и он потерял сознание.
Слабое багровое сияние сочилось из его левого плеча, постепенно окутывая всё тело. Его одежда внезапно разлетелась на мелкие кусочки и разметалась в стороны, обнажая нежную белую кожу во всей красе. Источником этого красного света оказалась родимое пятно размером с ладонь, имевшее форму меча.
Клинок этого родимого пятна был направлен острием вверх, а рукоять — вниз, причём каждая линия прорисовывалась с поразительной чёткостью, словно это был настоящий клинок.
Алое сияние разгоралось всё ярче, превращаясь в радужный луч, вырвавшийся за пределы окна. Следом за ним в комнату хлынули мириады золотых точек, которые, следуя за багровым лучом, впивались в родимое пятно, пока всё оно не окрасилось в мягкий золотистый оттенок, после чего луч втянулся обратно.
Проснувшись, Му Циньюнь обнаружил разгромленную комнату и голышом спящего на кровати Ли Цзюньсяо, который посапывал со звуками заправского борова.
И тут он остолбенел...
Что это за последствия пронёсшегося урагана?! Он же просто выпил пилюлю привлечения духа и немного помедитировал! Неужели его природные таланты оказались настолько грандиозными, что он прямо так сформировал ядро и навлёк на себя небесную кару?!
Он торопливо вызвал системную панель, чтобы взглянуть на характеристики.
Имя: Му Циньюнь
Пол: Мужской
Возраст: 15
Класс: Чистый Ян
Уровень: 3
Уровень культивации: Ранняя ступень Концентрации Ци
Запас здоровья: 500
Запас энергии: 700
Основные характеристики:
Телосложение: 15
Сила удара: 10
Костный каркас: 20
Мастерство лёгкости: 15
Духовная энергия: 15
Боевые искусства:
Внутренняя техника: Искусство Пурпурной Зари
Навык: Реинкарнация Четырех Образов (наносит цели определённый объем урона внутренней энергией Хуньюань, снижает скорость её передвижения на 40% на пять секунд и накапливает одну ячейку ци).
Он поспешно проверил статус Ли Цзюньсяо.
Имя: Ли Цзюньсяо
Пол: Мужской
Возраст: 6
Статус: Младший сын главы семьи Ли из Цзяннани
Уровень культивации: Средняя ступень Концентрации Ци
Уровень расположения: 10
Примечание: Семья Ли была полностью истреблена неизвестными злоумышленниками, в живых остался лишь младший ребёнок. Выражается надежда на надлежащую заботу.
Он бросился искать вторую пилюлю привлечения духа, но её, разумеется, и след простыл.
Лекарство одно и то же, но этот чужой ребёнок после приёма шагнул на Среднюю ступень Концентрации Ци, в то время как он сам добрался лишь до Ранней ступени Концентрации Ци, да к тому же этот мальчишка — всего лишь шестилетний ребёнок! Как пережить такое вопиющее неравенство...
Пусть в душе он и чертил круги обиды, но всё же сначала аккуратно подоткнул одеяло спящему мертвецким сном мальчишке и сразу же заметил то самое родимое пятно.
В этот момент Ли Цзюньсяо как раз проснулся. Проследив за взглядом отаку, он уставился на собственное плечо, широко распахнул глаза и обеими руками поспешно прикрыл отметину:
— Мама... говорила... никому... не показывать.
Му Циньюнь потерял дар речи: какой смысл прятать то, что уже успели рассмотреть?
В этот момент дверь распахнулась, и вошёл Лю Муфэн:
— Младший братец Му, что у вас тут творится? Почему защитный барьер рассеялся и почему эта комната выглядит так, будто... — не договорив, он уставился на двоих обитателей кровати, застыв в оцепенении на пару секунд, после чего резко развернулся к выходу. — Эм, прошу прощения, я ошибся дверью, продолжайте!
Уже за порогом он не забыл аккуратно прикрыть за собой дверь.
Му Циньюнь медленно повернул голову. Его корпус слегка подался вперёд, в руке всё ещё зажат краешек одеяла, а смертный ребёнок лежал на постели, обеими руками зажимая левое плечо и глядя на него таким взглядом, словно говорившим: посмей ты ещё раз взглянуть, и я тебе покажу!
В таком положении он и впрямь смахивал на какого-то растленного извращенца...
Да пошёл ты к чёрту со своими намёками! Он же просто очень целомудренно поправлял одеяло, чёрт побери!
http://bllate.org/book/39221/4953635
Готово: