Глава 24
— Режиссер Фан?
Ассистент Сяо Ян приоткрыл дверь и заглянул внутрь. В комнате отдыха никого не было — лишь на журнальном столике сиротливо лежал сценарий в черной обложке. Он помедлил на пороге, собираясь закрыть дверь, но внезапно замер. Взгляд его намертво приковал к углу силуэт в огненно-красном наряде. Сяо Ян вздрогнул и испуганно отшатнулся на два шага.
— Кто здесь?.. — едва переводя дух, Сяо Ян набрался смелости, сделал шаг вперед и присмотрелся. Тут же на его лице отразилось крайнее недоумение вперемешку с облегчением: — Наставница, ты чего тут притаилась?
Женщина, забившись в самый угол, действительно напоминала призрак из фильма ужасов: огненно-красное платье расплывалось по полу лепестками багрового лотоса, а длинные, иссиня-черные волосы волнами спадали до самой поясницы.
Если бы только она не грызла ногти с таким самозабвением.
Ян Тао медленно подняла голову, окинула его тоскливым взглядом и, разочарованно вздохнув, снова уткнулась в свои пальцы.
— Наставница, что стряслось? Где режиссер Фан? — поспешил спросить Сяо Ян.
В ответ воцарилось долгое, гнетущее молчание.
Когда Сяо Ян уже отчаялся услышать хоть слово, Ян Тао глухо выдавила:
— Ушел к Юэ Цы.
— А ты почему здесь?..
— Нервничаю... — выдавила она.
Сяо Ян тоже лишился дара речи.
Три года назад, когда скончался Кинобог Ци, а конкуренты переманили ключевых топ-менеджеров компании, Старшей Ян пришлось спешно, буквально из-под палки, занять пост директора инвестиционного департамента. Тогда она переживала точно такой же приступ паники. Позже, закалив характер в бизнес-баталиях и став сильной, независимой женщиной, она больше никогда не позволяла себе такой слабости. Что же стряслось теперь?
Сяо Ян заволновался, но дела не ждали. Времени расспрашивать не было. Он лишь ободряюще сжал ее плечо:
— Отдохни пока. Я разберусь с делами и сразу вернусь.
Выбежав из комнаты отдыха, он на ходу набрал номер управляющего клубом Шулань:
— Господин Чэнь, говорит Ян Шу, ассистент режиссера Фана. Пожалуйста, посмотрите по камерам, где сейчас мой шеф.
***
У дверей стрелкового зала Ян Шу и управляющий Чэнь резко затормозили. Они застыли как вкопанные, не решаясь войти, и лишь сквозь смотровое окно молча наблюдали за происходящим.
Внутри воздух буквально искрил от напряжения. Третий господин Фу и Фан Чжунгуй стояли друг против друга. Их взгляды скрестились, как клинки; на лицах застыла ледяная решимость, и ни один не собирался уступать.
Сяо Ян растерялся. Он впервые видел своего шефа в таком состоянии. Режиссер Фан спорил с Третьим господином Фу — человеком, которого все безмерно уважали и которого никто в здравом уме не посмел бы злить. За два года работы Сяо Ян почти не видел у Фан Чжунгуя бурных эмоций. Тот всегда держался особняком, словно отгородившись от всего мира невидимой стеной ледяного равнодушия.
Но эта невозмутимость дала трещину после его возвращения в страну... Точнее сказать, после встречи с Юэ Цы. Лед тронулся, холод начал отступать, и в режиссере наконец затеплилась жизнь.
В зале Третий господин Фу смерил холодным взглядом Фан Чжунгуя, преградившего ему путь к Юэ Цы. Его совершенное, словно изваянное божественным резцом лицо застыло, а глаза сузились. Управляющий Чэнь, наблюдавший за этим из коридора, судорожно сглотнул. Сердце его ушло в пятки.
«Пропали, чистой воды пропали! Третий господин не на шутку разгневан!»
Когда сегодня господин Фу только переступил порог клуба, его лицо оставалось бесстрастным, однако многолетний опыт подсказывал Чэню: хозяин не в духе. Вся прислуга ходила на цыпочках, боясь лишний раз вздохнуть и мечтая провалиться сквозь землю.
Кто же знал, что визит в тир не поможет ему выпустить пар, а лишь подбросит дров в огонь?
В этот момент оба наблюдателя заметили, что виновник этой бури, Юэ Цы, чувствует себя на удивление вольготно. Словно не замечая разверзшейся бездны, он небрежно отбросил пистолет в сторону, подошел к дивану, налил себе бокал красного вина и, тихонько рассмеявшись, что-то произнес.
Эффект превзошел все ожидания. Лицо Третьего господина Фу мгновенно разгладилось, вернув привычное непроницаемое спокойствие. Фан Чжунгуй отступил на шаг и перевел взгляд на юношу. Его губы дрогнули, он явно собирался заговорить, но не успел.
Ловко улучив момент, Сяо Ян распахнул дверь и ворвался в зал, прерывая назревавший разговор. Спешно протянув шефу сотовый, он запыхавшись произнес:
— Режиссер Фан, вам звонят из-за границы. Срочно.
Фан Чжунгуй недовольно нахмурился.
У Сяо Яна екнуло сердце, но он проявил настойчивость и едва слышно добавил:
— Там беда.
Юэ Цы, наблюдавший за этой сценой с легкой улыбкой, примирюще произнес:
— Ответь сначала. Мы можем договорить и позже.
Фан Чжунгуй опустил взгляд и, покосившись на бледного от страха ассистента, забрал трубку.
По мере того как собеседник на том конце провода что-то быстро объяснял, лицо режиссера становилось все мрачнее.
Когда он нажал кнопку отбоя, в его глазах читалась глубокая усталость. Посмотрев на Юэ Цы, он произнес глухо, сдерживая эмоции:
— В семье Фан возникли неотложные дела, мне нужно уехать. Это ненадолго. Очень надеюсь, что по моем возвращении мы сможем поговорить наедине.
О чем говорить?
Юэ Цы не стал расспрашивать. Он лишь мягко улыбнулся и кивнул, соглашаясь:
— Хорошо. Когда захочешь — я к твоим услугам.
С уходом Фан Чжунгуя и его помощника просторный зал словно опустел. Управляющий Чэнь, который сдуру ввалился сюда следом за Сяо Яном, теперь горько раскаивался в своей опрометчивости. Воздух в комнате казался свинцовым. Чэнь замер у стены, молясь всем богам, чтобы Третий господин не обратил на него внимания. Вылететь с работы — это еще полбеды, тут бы голову снести не успеешь.
Юэ Цы вальяжно откинулся на спинку дивана и не торопясь допил вино.
«Третий дядя» Фу Пэйюань тем временем отложил оружие и неспешно направился в уборную. Вскоре оттуда донесся мерный шум льющейся воды.
Любопытство взяло верх, и Юэ Цы бесшумно подошел к двери, наблюдая за ним.
Юэ Цы всегда обращал внимание на руки людей. У Лу Си пальцы были тонкими и изящными, словно выточенными из дорогого фарфора. Руки Фан Чжунгуя, привыкшего к перу и бумаге, хранили едва уловимый аромат туши.
Но руки мужчины перед ним были совсем иными. Мускулистые, с четко очерченными суставами и длинными пальцами, они не имели ничего общего с изнеженной кожей баловней судьбы. В них угадывалась скрытая, хищная сила, таившая в себе нешуточную угрозу.
Вспомнив, как хладнокровно и расчетливо этот человек держал пистолет, Юэ Цы задумчиво прищурился. Он ни на секунду не сомневался: эти руки проливали кровь.
Сейчас же мужчина аккуратно закатал рукава рубашки, обнажив крепкие запястья.
Он мыл руки с пугающей тщательностью. Особое внимание уделял ладоням, которыми только что держал оружие, тер их медленно и методично, словно выполнял важнейшую государственную задачу. Проточная вода уносила последние следы пороховой гари, оставляя кожу безупречно чистой.
«Чистюля»
Но тут же вспомнил, с какой непреклонной силой эти пальцы сжимали его собственное плечо всего пару минут назад. Похоже, к этой брезгливости стоило отнестись с долей иронии.
Юэ Цы сощурился и с лукавой усмешкой спросил:
— Разве ты не собирался научить меня разбираться в марках пистолетов?
Мужчина промокнул ладони мягким махровым полотенцем и повернул к нему голову. Его глубокий, проницательный взор, казалось, зрел саму суть вещей.
— Твое душевное состояние сейчас нестабильно, — ровно ответил он. — Оружие тебе в руки давать нельзя.
Юэ Цы на секунду опешил, а затем весело рассмеялся:
— А ты наблюдателен.
Подавшись вперед, юноша сократил расстояние между ними до минимума. В его глазах цвета спелого персика вспыхнули лукавые искры:
— Что ж, мне пора. Сегодняшний день выдался на редкость забавным. Пожалуй, я запомню эту встречу.
С этими словами он лениво потянулся и сделал прощальный жест рукой:
— До встречи, коли судьба сведет.
Третий господин Фу не шелохнулся. Он молча провожал взглядом удаляющуюся спину юноши, в чьей походке не читалось ни капли сожаления. В глубине его глаз сгустилась тьма. Лишь когда шаги стихли, он негромко обронил:
— Отправь ему золотую карту нашего клуба.
Конечно, они еще встретятся. Неужели этот дерзкий мальчишка думал, что можно вот так запросто раздразнить его, а потом преспокойно уйти, как он привык поступать с остальными?
Раз уж маленькая лисица сама прибежала в капкан, глупо было бы упускать такую добычу.
Управляющий Чэнь поспешно закивал, украдкой утирая холодный пот со лба.
Официант вовремя внес свежезаваренный чай, и комнату наполнил терпкий благородный аромат.
Господин Фу отложил полотенце, сделал глоток и приказал:
— Продолжай копать под него. Предыдущее досье гроша ломаного не стоит. Слишком много белых пятен.
«Не стоит?» — удивился про себя Чэнь, но расспрашивать не решился. Он лишь почтительно склонил голову:
— Да, господин. Я все сделаю.
Управляющий попятился к выходу.
Фу Пэйюань опустил веки.
«Согласно бумагам, мальчишка вырос в нищете. В старшей школе его мать погрязла в долгах из-за пристрастия к азартным играм, и парню пришлось бросить учебу ради грошовых подработок. Не найди его тогда скаут агентства, он бы уже давно сгинул на самом дне. Да и в шоу-бизнесе он только и делал, что метался между съемками и курсами актерского мастерства, а все свободное время преданным псом вился вокруг Фу Цзиня.
Откуда тогда эти безупречные навыки стрельбы? Пусть не профессионал, но оружие держит уверенно, как человек с многолетним опытом. Где он тренировался? И главное — когда?
Да и нынешняя хитрая, коварная лисица мало походила на ту робкую, безответно влюбленную тень из отчетов. Это были два абсолютно разных человека»
Когда за Чэнем закрылась дверь, Третий господин медленно сжал и разжал ладонь. Ему показалось, что на пальцах все еще сохранилось тепло чужого плеча. К его собственному удивлению, это мимолетное прикосновение не вызвало у него привычного отвращения.
http://bllate.org/book/39110/5177555
Готово:
