— Хочу поработать с ним, — сказал Чу Цзяньсин. — Тот проект неплох, я хочу побороться за возможность.
Лу Шэньнянь кивнул:
— Понятно. Тебе нужна моя помощь?
— Нет, я сначала поговорю со Старшим соучеником Гао.
С этими словами Чу Цзяньсин поправил воротник и спустился вниз.
Гао Шицзэ как раз просматривал ленту новостей. Увидев, что Чу Цзяньсин и Лу Шэньнянь спускаются вместе, он смерил их взглядом с ног до головы, с улыбкой поднялся и протянул Чу Цзяньсину руку:
— Впервые встречаемся. Хотя мы, наверное, и так знаем имена друг друга, я всё же представлюсь. Гао Шицзэ.
— Чу Цзяньсин. Старший соученик Гао может звать меня просто Синсин, — Чу Цзяньсин пожал руку Гао Шицзэ. — Старший соученик Гао, присаживайтесь, не церемоньтесь.
Гао Шицзэ с улыбкой вернулся на своё место и бросил взгляд на Лу Шэньнянь:
— Похоже, Синсин отлично приспособился к жизни с тобой. Я-то думал, что жить с кем-то вроде тебя, кто совсем не от мира сего, будет ужасно скучно. Только вот вы не слишком ли поспешили со свадьбой? Шэньнянь даже не предупредил меня. Сегодня рано утром я увидел уведомления на всех платформах и подумал, что ещё не проснулся. По дороге сюда всё сомневался — видишь, даже не успел подготовить подарок. Но у вас же будет свадьба? К тому времени я обязательно приготовлю щедрый подарок.
— Всё и правда вышло немного поспешно, так что о свадьбе мы пока… даже не думали. В общем, не нужно церемоний, старший соученик.
При упоминании свадьбы Чу Цзяньсин сделал вид, что ничего не понимает. Свадьба в прошлой жизни прошла не слишком приятно, и в этой жизни Чу Цзяньсин намеревался замять этот вопрос — чем тише, тем лучше.
Он поспешно перевёл тему:
— Старший соученик Гао, вы обсуждали какие-то важные дела? Я случайно не прервал вас?
— Да нет, — улыбнулся Гао Шицзэ. — Мы с Шэньнянем говорили о сценариях. Некоторое время назад Шэньнянь обмолвился, что хочет попробовать сам снять фильм, но никак не мог найти подходящий сценарий, а браться за что попало он не хотел. Я счёл его идею неплохой и присматривал для него варианты. Полмесяца назад на одном обеде я познакомился с интересным начинающим сценаристом, у него на руках есть неплохой материал, так что я упомянул об этом Шэньняню. Он тогда был занят, а мне предстояло много работы, вот мы и договорились на сегодня, выкроив время в наших плотных графиках. Кто же знал, что это второй день после вашей регистрации брака! Когда я сегодня утром переступил порог, мне правда стало неловко. Беспокоить молодожёнов — какой грех!
— Старший соученик, ты подкалывал меня всё утро, пожалуй, хватит уже, — слегка кашлянув, Лу Шэньнянь принял важный вид.
Гао Шицзэ приподнял бровь:
— У меня не так много шансов подразнить твоего паренька, уж если выдалась возможность, грех не оторваться по полной.
Чу Цзяньсин бросил взгляд на Лу Шэньнянь. И правда, редко доводилось видеть на лице всегда собранного и невозмутимого Лу Шэньняня лёгкий румянец смущения. И впрямь оторвались на славу.
В такой момент Чу Цзяньсин посчитал нужным дать Лу Шэньнянь передышку и одновременно воспользоваться случаем, чтобы урвать свой шанс. Он взял быка за рога:
— Старший соученик, раз уж зашла речь о сценариях, я не буду с вами церемониться. У вас ведь намечается проект с приглашением на особую роль?
— Верно, — улыбнулся Гао Шицзэ. — Это новая драма режиссера Е. Мы с ним в хороших отношениях, в тот день случайно пересеклись на том самом обеде, он между делом предложил мне эпизодическую роль, а у меня как раз было свободное время, так что мы обо всем договорились. Что, Синсин тоже в проекте?
— Хочу попасть в этот проект, — Чу Цзяньсин моргнул и лукаво улыбнулся.
Гао Шицзэ с пониманием кивнул:
— Ладно. На какой роли зациклен твой взгляд? Я наведу справки.
— Главная мужская роль, — прямо ответил Чу Цзяньсин.
Гао Шицзэ искренне оценил его открытый настрой:
— Неплохо, хорошо, что молодежь стремится добиться своего. Но я могу лишь замолвить за тебя словечко, в крайнем случае — узнать, найдется ли у режиссера Е свободное время, и вытащить его на встречу с вами обоими. Больше ничего гарантировать не могу.
— Понимаю, — Чу Цзяньсин показал жест ОК. — В любом случае, спасибо старшему соученику Гао. Раз выпадет шанс, я уж точно не ударю лицом в грязь перед вами.
Гао Шицзэ взглянул на Лу Шэньнянь и легко усмехнулся:
— Послушай, а почему ты не обратишься к Шэньняню?
Чу Цзяньсин удивился:
— Он говорит, что ничего не знал об участии старшего соученика Гао в этом проекте.
— О. Вот оно как, — Гао Шицзэ улыбнулся, а затем кивнул. — Шэньнянь и впрямь был не в курсе. Ладно, в любом случае я обязательно замолвлю за тебя словечко, подожди пару дней.
С этими словами он поднялся, кивнул Лу Шэньняню:
— Ну всё, обо всем договорились, я поехал, пора в аэропорт.
Чу Цзяньсин вместе с Лу Шэньнянь вышел проводить Гао Шицзэ и попрощался с ним. Лу Шэньнянь прошёл чуть дальше, сопровождая его до подземного гаража. Гао Шицзэ завёл мотор, перед отъездом опустил стекло, снял солнечные очки и, вертя их в пальцах, между делом бросил:
— Только что заговорили о старике Е, а Синсин упомянул, что хочет в проект. Почему ты промолчал? Старик Е как раз нуждается в тебе, предложи ему обмен — и роль главного героя для Синсина будет у него в кармане. Или ты не хочешь браться за тот проект, о котором тебя просит старик Е?
Лу Шэньнянь покачал головой:
— Это совсем другое. Я дважды спрашивал, нужна ли ему моя помощь, и он оба раза отказывался, а к тебе он обратился лишь за тем, чтобы ты помог завязать знакомство. Если бы я предложил прямой обмен, он мог бы подумать, что стал моим придатком. Я не хочу задевать его чувства в этом вопросе.
Гао Шицзэ приподнял бровь, водрузил очки обратно на лицо, кивнул и с улыбкой произвил:
— Тоже верно. Самый известный твой фанат-мужчина вышел за тебя замуж, но в нём нет ни капли покорности паразита, скорее уж он похож на цветущую рядом с тобой гардению — яркую, ароматную и дерзкую. В характере этого парня стержень ого-го какой. Ну а тебе, дружище, ха! Чувствую я, еще предстоят весёлые денёчки.
Проводив Гао Шицзэ, Чу Цзяньсин наконец смог притронуться к овощному супу, приготовленному Лу Шэньнянем. Он уже переутомился с голоду, и чувство голода давно пропало.
В прошлой жизни Лу Шэньнянь, избегая его, редко дома ел и уж тем более не баловал своими кулинарными талантами. Чу Цзяньсин впервые попробовал еду, приготовленную Лу Шэньнянем, и вкус оказался на удивление хорош.
Вернувшись, Лу Шэньнянь увидел, что Чу Цзяньсин понемногу ест суп, и спросил:
— Он остыл? Нужно подогреть?
— Нет, ты же поставил режим поддержания тепла, самое то, — съев ложечку, Чу Цзяньсин словно что-то вспомнил, склонил голову набок и спросил: — А ты разве не будешь?
— Я уже поел, — Лу Шэньнянь подошел к столу в гостиной и забрал чашки — свою из-под кофе и ту, из которой пил Чу Цзяньсин.
Глядя, как тот убирает посуду, Чу Цзяньсин вспомнил про миску с отрезвляющим отваром, оставленную у изголовья кровати:
— Ой, я забыл спустить вниз отрезвляющий отвар. Поем и сразу принесу.
http://bllate.org/book/39106/4936414
Готово: