Готовый перевод Chased by My Childhood Sweetheart and the School Bully / Любовный треугольник: между отличником и хулиганом: Глава 10

Ци Наньсюнь рассмеялся: Глупыш, с чего это ты вдруг задумался о таком? Не бери в голову.

Фан Цзяхэ поднял голову и, глядя Ци Наньсюню прямо в глаза, серьезно произнес: Наньсюнь, ты ведь знаешь, что я очень тебя люблю?

Ци Наньсюнь ответил: М-м, знаю.

Вокруг не было ни души, а уличный фонарь светил тускло. Фан Цзяхэ протянул руки, обхватил Ци Наньсюня за пояс и прошептал: Наньсюнь, я люблю тебя.

Зрачки Ци Наньсюня едва заметно дрогнули. Он накрыл своими ладонями руки Фан Цзяхэ, сжимавшие его талию, и мягко сказал: Цзяхэ, на улице поднялся ветер. Если тебе нездоровится, не стоит простужаться. Давай я донесу тебя до общежития на спине.

Фан Цзяхэ кивнул. Немного опустив голову, он поднялся, Ци Наньсюнь присел перед ним, и Фан Цзяхэ забрался к нему на спину.

В том ракурсе, где Ци Наньсюнь не мог его видеть, Фан Цзяхэ беззвучно плакал.

Он сказал, что любит его, но Ци Наньсюнь не ответил на признание.

Он не любит его, а о любви и речи быть не может.

Не предай моего доверия

Когда Ци Наньсюнь принес Фан Цзяхэ к дверям общежития, дверь как раз отворилась. Изнутри вышел Ли Яньбинь. Он перевел взгляд с Ци Наньсюня на Фан Цзяхэ и обратно, а когда их глаза с Фан Цзяхэ встретились, одарил его многозначительным взглядом.

Фан Цзяхэ отвернулся, не желая на него смотреть.

Ци Наньсюнь не заметил в поведении Ли Яньбиня ничего странного, ему лишь показалось, что тот выглядит как-то непривычно.

Ци Наньсюнь опустил Фан Цзяхэ на пол. Тот сел на кровать, продолжая притворяться, что ему совсем нехорошо.

Ци Наньсюнь присел рядом и спросил: Тот, кто был только что, — твой новый сосед по комнате?

Фан Цзяхэ кивнул.Ци Наньсюнь: «С виду человек тяжелый. Он тебя не обижает?»

Фан Цзяхэ: «Нет, его редко видишь в общекомнате, и ночевать он почти никогда не приходит».

Ци Наньсюнь кивнул: «Хорошо. Если кто-то станет тебя обижать, сразу говори мне».

Фан Цзяхэ усмехнулся: «Что, заступишься за меня?»

Ци Наньсюнь: «А когда я за тебя не заступался?»

В старшей школе Фан Цзяхэ пережил буллинг — возможно, из-за того, что был геем. Он держался особняком, а из-за яркой внешности у него было много поклонников, что и вызывало ненависть у сверстников.

Узнав, что местные хулиганы из его класса третируют Фан Цзяхэ, Ци Наньсюнь в тот же день после уроков забил им стрелку.

Когда Фан Цзяхэ, узнав обо всем, примчался на место, Ци Наньсюнь уже вовсю дрался с этой гопотой.То был первый раз, когда Фан Цзяхэ видел, как Ци Наньсюнь драется. Он никак не ожидал, что столь интеллигентный с виду человек в бою окажется настолько свиреп.

В тот день Ци Наньсюнь в одиночку сошлся с четверых противниками, и хотя под конец выглядел порядком растрепанным и потрепанным, все равно одержал победу.

В тот день Фан Цзяхэ подумал, что Ци Наньсюнь просто невероятно крут.

— Наньсюнь, ты не мог бы остаться здесь и побыть со мной? — спросил Фан Цзяхэ.

Ци Наньсюнь засомневался:

— Разве это удобно?

С одной стороны, Фан Цзяхэ не хотел, чтобы Ци Наньсюнь снова шел искать Е Няньань, а с другой — ему совсем не хотелось отпускать его. Он схватился за голову и жалобно протянул:

— У меня до сих пор ужасно кружится голова, боюсь, среди ночи может случиться что угодно, поэтому я хочу, чтобы ты остался.Ци Наньсюнь с беспокойством произнес:

— Я всё-таки отвезу тебя в больницу, нельзя же так, у тебя ведь кружится голова.

Фан Цзяхэ покачал головой:

— Наверное, я просто плохо спал в последнее время из-за тревожных мыслей, в больницу мне не хочется.

— Мне просто хочется, чтобы ты побыл со мной.

В голосе Фан Цзяхэ слышалась обида и слабость, и Ци Наньсюнь в конце концов уступил:

— Разве твой сокурсник сегодня тоже не возвращается?

Фан Цзяхэ ответил:

— Наверное, не вернется.

Приняв душ и надев трусы Фан Цзяхэ, Ци Наньсюнь лег на кровать и с усмешкой бросил:

— Маловаты мне твои трусы.

Фан Цзяхэ не задумываясь ответил:

— Это ты слишком крупный.

Ци Наньсюнь смеясь произнес:

— Чего это ты вдруг пошлишь?

Фан Цзяхэ повернулся набок, закинул руку и ногу на Ци Наньсюня и тоже улыбнулся:

— Это ты всё испортил в своих мыслях, я имел в виду, что у тебя задница большая.

Ци Наньсюнь рассмеялся и ничего не ответил.

Фан Цзяхэ спросил:

— Займемся этим?

Ци Наньсюнь вздохнул:

— Ты же себя плохо чувствуешь, о чем ты вообще думаешь?

Фан Цзяхэ возразил:

— Когда рядом лежит парень, было бы странно не думать о таком, разве нет?

Ци Наньсюнь протянул руку и взъерошил волосы Фан Цзяхэ:

— Поговорим об этом, когда поправишься. Будь послушным, ложись спать.

Если бы это произошло раньше, Фан Цзяхэ не стал бы ломать голову над этими словами. Но та фраза, которую он только что нарочно обронил, на самом деле должна была напомнить Ци Наньсюню, что они вообще-то пара. Тем не менее, Ци Наньсюнь снова ему отказал — возможно, он просто притворялся дурачком.

Только вот Ци Наньсюнь в очередной раз словно исподволь дал Фан Цзяхэ понять: он его не любит.

На следующий день у Ци Наньсюня были пары, поэтому он встал довольно рано. Фан Цзяхэ подумал, что раз уж он всё равно проснулся, то можно тоже подняться и сходить с Ци Наньсюнем в столовую позавтракать.

Они купили еду, едва успели сесть и сделать пару вложений, как перед ними неожиданно появилась какая-то девушка.

Фан Цзяхэ и Ци Наньсюнь одновременно подняли головы и посмотрели на нее.

Фан Цзяхэ узнал в ней ту самую девушку, которая вчера была вместе с Е Няньань.

— Что ты вчера сказал Няньань? Она вернулась и потом так горько плакала.

Ци Наньсюнь на мгновение замер.

Фан Цзяхэ тоже остолбенел, он не знал, как себя вести, чтобы выглядеть естественно.

Ведь это Ци Наньсюнь скрывал всё от него, но Фан Цзяхэ почему-то чувствовал себя виноватым и выглядел куда более напряженным, чем сам Ци Наньсюнь.

Ци Наньсюнь бросил взгляд на Фан Цзяхэ, а затем сказал девушке:

— Я ничего такого ей не говорил.

Девушка рассерженно и с укором произнесла:

— Если у тебя еще остались чувства к Няньань, прекрати ее ранить.

Ци Наньсюнь потер переносицу:

— Я никогда не собирался причинять ей боль.

Зрачки Фан Цзяхэ резко сузились. Рука, спрятанная под столом, сжалась в тугой кулак так, что ногти впились в ладонь — ему хотелось заглушить болью зарождающуюся истерику, чтобы не сорваться прямо перед ними.

Наньсюнь, ты говоришь, что не хотел причинять вреда Е Няньань, неужели ты не понимаешь, как сильно твои слова ранят его самого?

http://bllate.org/book/38827/4888688