Губы Ся Минчжо едва заметно дрогнули.
Как раз в этот момент вернулся после телефонного разговора Цинь Цзэ и стал свидетелем этой сцены.
Он приподнял бровь, сел рядом с Су Юнем и произнес:
— Разве Минчжо с самого детства не ест морковь?
Ся Минчжо:
— …
Этот дядя, судя по всему, был двоюродным.
После ужина Су Тан заболтался с Су Юнем за просмотром телевизора, а Ся Минчжо отыскал Цинь Цзэ во дворе — тот поливал цветы.
— Дядя, у меня есть к тебе вопрос.
Цинь Цзэ слегка удивился. Ся Минчжо слыл в их семье известным нелюдимым и холодным подростком, и было большой редкостью, чтобы он сам изъявил желание по душам поговорить с кем-то. И всё же ребенок оставался ребенком: каким бы зрелым ни казался снаружи, он всё равно не мог избежать юношеских переживаний.
Будучи дядей, он, конечно же, был готов выслушать, даже испытывая некоторую гордость.
Он опустил лейку и дважды похлопал Ся Минчжо по плечу:
— Спрашивай о чём угодно.
Ся Минчжо с непроницаемым выражением лица отступил на два шага в сторону, сбрасывая с плеча руку Цинь Цзэ, и бросил взгляд на Су Тана, который прямо в доме изображал кувырки назад, после чего его лицо стало сложным для описания.
— В детских домах больше совсем не осталось детей?
Цинь Цзэ:
— …
Он чуть было не забыл, что у этого племянника нрав еще хуже его собственного, да к тому же он славился на всю семью своей язвительностью.
Но раз уж это его родной племянник, Цинь Цзэ поломал голову над ответом и наконец произнес:
— Су Тана удочерили не из детдома, Су Юн подобрал его на улице.
Минчжо, не всем в этом мире так повезло. Су Тан не похож на тебя: у него нет семьи, он голодал и мёрз, никогда не ходил в школу и долгое время вел трудную жизнь, поэтому не смотри на него глазами обычных людей, договорился?
Уже совсем стемнело, и янтарный свет уличного фонаря пал во двор, отразившись крошечными искорками в глазах подростка.
Он словно распахнул дверь в новый мир — зрелище по ту сторону было ему незнакомо. То была параллельная вселенная, совершенно не похожая на ту, в которой жил он сам.
Ся Минчжо немного помолчал:
— Я понял.
Цинь Цзэ потрепал племянника по голове:
— Ничего страшного, просто будь впредь с ним поучтивее.
— … — Ся Минчжо поднял руку, отгоняя мелкую мошку. — Я спать.
Ранним утром следующего дня Ся Минчжо поднялся спозаранку и ушел в школу.
— Ой, Сяся ушел так рано? Он же даже не позавтракал, — Су Юн как раз вынес поднос с едой из кухни. — Я помню, он любит западные завтраки, специально приготовил сэндвичи.
Цинь Цзэ вышел, поправляя галстук:
— Наверное, он еще не привык завтракать дома, вечером я с ним поговорю.
— Ладно. Су Тан, доедай быстрей завтрак и собирайся в школу, смотри не опоздай.
— Огу, ладно! — Су Тан с молниеносной скоростью расправился со своей порцией и, выходя за порог, принялся вспоминать утренние события.
У Су Тана не было привычки долго валяться в постели, и сегодня утром, встав пораньше, он столкнулся с Ся Минчжо.
— Братец, добр—
Утро доброе.
Су Тан еще не успел договорить пожелание доброго утра, как Ся Минчжо отвел взгляд, ускорил шаг и вышел из дома.
Когда Ся Минчжо, прижимаясь к стене, проскользнул мимо него, Су Тан машинально потрогал свое лицо, едва не подумав, что снова превратился в собаку.
Раньше, когда он выходил гулять в образе пса, люди, боявшиеся собак, точно так же не смели смотреть ему в глаза.
Став человеком, Су Тан остался прежним — с весьма ограниченным объемом памяти. По дороге в школу он думал исключительно о Ся Минчжо, из-за чего уже добравшись до учебного заведения с ужасом вспомнил, что совершенно забыл про вступительные экзамены.
Су Тан влетел в класс в самый последний момент, а учитель Чжун уже стоял на возвышении с пачкой математических тестов в руках.
— Су Тан, заходи быстрее, сейчас начнется экзамен. В следующий раз старайся приходить вовремя.
— Хорошо. — Су Тан торопливо прошел к своему месту и уселся. Сидевший рядом Ся Минчжо уже отодвинул свою парту на ширину человеческого плеча от его стола и теперь сидел ближе к окну.
Ся Минчжо подпер рукой подбородок и смотрел в окно, меж его бровей залегла легкая складка — он явно о чем-то размышлял, и даже линия его подбородка казалась исполненной некоторой меланхолии.
Две минуты спустя прозвенел звонок, и листы с заданиями стали передавать с первой парты каждого ряда назад. Получив свой вариант, Су Тан не бросился сразу решать, а сначала бегло просмотрел его от начала до конца.
Ся Минчжо написал свое имя в графе для анкетных данных и, не пойми как не удержавшись, бросил боковой взгляд на соседа. И как раз вовремя заметил на губах Су Тана уверенную, легкую улыбку.
Ся Минчжо: ?
Разве не говорили, что тот никогда не учился?
Он-то думал, что Су Тан вообще не явится на сегодняшний вступительный экзамен, но тот не только пришел, так еще и выглядит донельзя уверенным в себе?
А Су Тан тем временем зажал ручку между пальцами, крутанул ее и принялся шустро заполнять пропуски, выказывая поистине мастерскую лихость. Кое-кто из любопытных учеников в классе тоже повернулся в их сторону, испытывая не меньший шок.
Этот новенький выглядел до того внушительно, что казался еще большим отличником, чем первый ученик параллели, сидевший с ним рядом. Неужели место главного зубрилы вот так внезапно сменит владельца?
Первый класс был лучшим в средней школе Тяньсинь по среднему баллу на каждом потоке, и здесь ничто не обладало большей убедительной силой, чем академические успехи.
Су Тан не обращал внимания на окружающие взгляды и лишь мысленно хихикал. Спасибо первому уроку математики — считай, угодил прямо в его профильную область.
А уж песик-то, то есть он, сложение и вычитание в пределах десятка щелкает как орехи!
Когда он учился в собачьей школе, его вычислительные способности были очевидны всем, заставляя каждого зеваку восхищенно аплодировать.
Кто бы ни увидел, обязательно назвал бы его за глаза ученым псом.
Ся Минчжо обычно решал задачи с такой скоростью, что оставлял остальных далеко позади. И вот, когда он собрался перевернуть лист с заданием на другую сторону, он машинально скосил глаза на соседа и с удивлением обнаружил, что Су Тан... уже отложил ручку?!
Многие ученики вокруг то и дело озирались в их сторону, и во всем классе первого года обучения экзаменуемые начали дружно наращивать темп.
Стало жарко, неужели новый ученик давит на них с такой силой? Просто жуть!
Ся Минчжо оказался вторым, кто закончил писать.
В тот самый момент, когда он надел колпачок на ручку, капелька пота скатилась по его виску.
Предел.
Он взглянул на настенные часы: на всё про всё ушел ровно час, и он снова побил собственный рекорд скорости решения задач.
Затем он посмотрел на Су Тана: тот уже придавил щекой экзаменационный бланк и сладко спал прямо за партой, причем на листе с ответами виднелось какое-то подозрительное мокрое пятно.
Ся Минчжо:
— …
И в этот момент рекорды скорости устанавливал не только Ся Минчжо. За полчаса до окончания экзамена писать перестали вообще все ученики в классе.
Рекорд первого класса был полностью обновлен.
Когда последний ученик отложил ручку, принимавший экзамен учитель Чжун даже растерялся.
Он решил, что часы в классе стали отставать, и сходил прогуляться в другой класс, но, вернувшись, обнаружил, что ученики его родного класса действительно разогнались до космических скоростей.
Этот вариант вступительной контрольной он составлял сам, рассчитывая главным образом помочь ребятам войти в колеб после долгих каникул, и сложность была средней — ни слишком высокой, но и не элементарной.
По его расчетам, ученики первого класса должны были закончить ровно за пятнадцать минут до конца, чтобы осталось время на проверку.
— Э-э... те, кто закончил, могут приступать к пересчету.
Этому он обычно учил подопечных: после написания теста все расчетные задания нужно пересчитать хотя бы по разу.
Однако прошло много времени после его слов, но никто даже не шелохнулся.
Все школьники сидели на своих местах, задрав головы и уставившись на учителя Чжуна у доски, играя с ним в гляделки. В итоге учитель сам начал ощущать нешуточное давление, словно это не он принимал экзамен, а его самого строго судили.
Он осторожно поинтересовался:
— Вы тоже всё пересчитали?
Парочка учеников с передних парт отрывисто отрапортовала:
— Пересчитали по три раза.
Тут учителю Чжуну стало нечего сказать, он сглотнул вязкую слюну:
— Тогда пусть... последний ученик соберет работы и передаст их вперед.
По классу прокатился ропот, и Су Тан мгновенно проснулся. Оглядевшись по сторонам, он наконец сообразил, что это ему поручено собирать тесты.
Вступительные экзамены включали всего три предмета: язык, математику и иностранный. После сдачи дневной сессии парты и стулья в классах расставили обратно, и учеба продолжилась.
В паузе перед началом следующего урока в классе царила привычная тишина.
Видимо, несколько экзаменов подряд отняли слишком много сил, и все выглядели вялыми. Многие припали лбами к партам, погрузившись в сон — как, например, Ся Минчжо.
Но находились и те, чья энергия била через край, — взять хотя бы Су Тана.
Су Тан от скуки сидел за партой, во все глаза разглядывая окружающих. Ся Минчжо повернулся к нему лишь затылком, но нельзя было не признать — затылок у Ся Минчжо тоже был красивым: короткие угольно-черные волосы, а на макушке — аккуратный вихор.
Су Тан с упоением пялился на симпатичную макушку соседа, как вдруг со всех сторон класса донеслись испуганные вздохи.
— Ой…
— А-а!
Су Тан услышал шум и перевел взгляд: в воздуложении прямо на него летел быстро вращающийся бумажный шар, причем точкой его назначения явно должна была стать макушка спящего соседа по парте.
Оказалось, что несколько мальчишек с задних парт затеяли игру: кто-то первый запустил бумажный комок, и внезапно воздух в классе наполнился бесчисленными летающими снарядами. Ребята перебрасывались ими туда-сюда, а к битве подключилось даже несколько бумажных самолетиков.
Стоявшие у доски парни скорчили такие лица, будто их ждал конец света; некоторые уже лихорадочно прикидывали, в какую школу бы перевестись — судя по выражению их лиц, именно они были зачинщиками беспорядка.
И в тот самый момент, когда все уже решили, что сейчас грянет буря, какая-то рука на лету перехватила злосчастный бумажный шар. Скорость была такой невероятной, что никто в классе даже не успел разглядеть движение.
Казалось, перед глазами мелькнула лишь едва уловимая тень.
Су Тан сунул бумажный ком себе в ящик стола и с самым невинным видом отряхнул ладони.
Как опасно, братец чуть не проснулся от шума.
Не успел он вздохнуть с облегчением, как от доски к нему направился какой-то мальчик и остановился прямо перед его партой.
Су Тан озадаченно задрал голову: ?
— Меня зовут Чэнь Си, фамилия Чэнь из двух иероглифов, а Си — это закатное солнце, — парень с порога представился, а затем выпалил: — Благодетель, как называется тот прием, который ты только что применил? Это было круто.
Су Тан тут же всё понял и выудил из недр парты тот самый бумажный шар:
— Ты про ловлю мяча?
Чэнь Си зачастил кивками, и в его глазах читалось почтительное восхищение, готовое выплеснуться через край:
— Как этому научиться? Скажи, с моими задатками получится?
Су Тан пока не стал вдаваться в рассуждения о задатках, его куда больше волновал один конкретный вопрос, и он лукаво моргнул:
— Почему ты называешь меня благодетелем?
http://bllate.org/book/38800/4885494
Готово:
