Готовый перевод Uncle, Are You Playing With Fire? / Дядя, ты играешь с огнем? Опекунство с привкусом страсти: Глава 15

Его условия были предельно жёсткими, практически доходя до предела допустимой для Старшего Цяня прибыли.

На висках Старшего Цяня выступили мелкие капельки пота, в душе его бушевала жестокая борьба. Он испытывал страх перед этим молодым, но безжалостным в методах и обладающим непостижимым влиянием «наследничком», однако, поскольку речь шла о ключевых интересах и его собственном авторитете, сдаваться просто так он не собирался.

Воздух словно застыл, телохранители затаили дыхание, и в отдельной кабине был слышен лишь тяжёлый звук дыхания.

В этот самый момент лежавший под рукой у Лянь Ченхуая личный телефон завибрировал, экран зажглся, показывая имя: Сяосяо.

Он слегка нахмурился и прямо сбросил вызов.

Для подобной обстановки личные звонки не подходили.

Он поднял взгляд, собираясь продолжить прерванные переговоры и вновь оказать давление, но телефон настойчиво завибрировал снова.

Взгляд Лянь Ченхуая слегка потемнел.

Этот ребёнок в такое время обычно уже должен готовиться ко сну, неужели звонит подряд потому, что и вправду случилось что-то срочное?

Хотя с наибольшей вероятностью этот сорванец снова вздумал покапризничать по наитию, но... а вдруг?

Поразмыслив пару мгновений под удивленными или пытливыми взглядами Старшего Цяня и телохранителей с обеих сторон, он взял телефон и нажал кнопку ответа.

— Дядя! Почему вы так долго отвечали на звонок? Что вы только что делали?!

Звонкий голос Се Сяо, в котором слышался лёгкий упрёк, даже без громкой связи отчетливо долетел до ушей каждого в звенящей тишине отдельной кабины.

Рука Старшего Цяня, державшая бокал с вином, резко дрогнула, и жидкость чуть не плеснула через край.

Он ошеломленно поднял голову и с неверием посмотрел на Лянь Ченхуая.

Да ведь это тот самый Второй господин Ляньчэня, чье имя наводит ужас в криминальных кругах, а методы отличаются жесткостью и бескомпромиссностью... Кто это на другом конце провода? Сметь говорить таким тоном и всё ещё оставаться в живых?!

Не только он, но и верные подчиненные Лянь Ченхуая, стоявные за его спиной — за исключением Чжан Фэна, — тоже вытаращили глаза, переглядываясь полными шока взглядами.

Они знали, что Второй господин недавно взял под свою опеку сына покойного старшего брата, но... кто посмел бы разговаривать с Вторым господином в таком тоне?

Даже Старший молодой господин держался перед Вторым господином с глубочайшим почтением и не смел даже вздохнуть полной грудью. У этого племянника... просто напросто крышу сорвало!

Чжан Фэн стоял позади Лянь Ченхуая чуть сбоку, его душа была абсолютно спокойна — обычное дело для Молодого господина.

Лицо Лянь Ченхуая осталось беспристрастным, он лишь слегка развернулся вбок и заговорил в микрофон низким голосом, в котором сквозило незнакомое остальным легкое смирение:

— Сяосяо, я на деловой встрече. Если что-то нужно, поговорим, когда я вернусь.

С этими словами он собрался сбросить вызов.

— Нет! Я хочу всё обсудить сейчас, а потом спать лягу! Пока ты договоришь, уже сколько времени пройдет? Неужели я должен из-за твоего звонка сидеть за полночь?!

Недовольный голос Се Сяо стал чуть громче и отчетливо разорвал тишину кабины.

— Кхм... — неизвестно кто не выдержал и судорожно втянул воздух. Это... это уж слишком дерзко!

Чжан Фэн продолжил смотреть себе на нос и дальше, словно погруженный в медитацию старый монах.

Лянь Ченхуай прикрыл глаза и проявил терпение:

— Тогда говори скорее, что у тебя стряслось.

Услышав это, Се Сяо затараторил, словно высыпая горох из бамбукового тубуса:

— Я завтра собираюсь с друзьями на кемпинг в западный пригородок! На два дня и одну ночь!

— Сам посмотри, как я усердно занимался все эти дни, учился и днем и ночью, скоро совсем отупею! Если я еще немного не выберусь развеяться и подышать свежим воздухом, я точно сойду с ума!

— Это последний отдых перед промежуточным тестированием, умоляю тебя, дядя~

Последний слог протянулся мягко и долго.

Лянь Ченхуай:

— ...Не мог об этом написать в сообщении?

Обязательно было звонить в такой момент?

— Я же боялся, что ты потом снова скажешь, будто я ничего не предупредил и пошел против твоей воли! В общем, в любом случае ты всегда прав: и это не так, и то не эдак, и в конце концов во всем виноват только я!

Се Сяо перешел в наступление, сваливая вину с больной головы на здоровую, и заговорил с обиженным видом.

Лянь Ченхуай от этой его извращенной логики на мгновение лишился дар речи, помассировал переносицу и в конце концов смягчился:

— Понял. Едижай. Будь осторожен, никаких глупостей.

Ладно, раз ребёнок хочет поехать, пусть едет, расслабиться перед экзаменами тоже полезно, а следом просто можно отправить несколько человек издалека присматривать за ними.

— Спасибо, дядя! Дядя самый лучший! Спокойной ночи!

Добившись своего, Се Сяо мгновенно сделал голос на восемь тонов слаще и торопливо сбросил вызов, боясь, что тот передумает.

В кабине вновь воцарилась тишина, но атмосфера уже совершенно изменилась.

Отоидя от первоначального шока, Старший Цянь посмотрел на проявившиеся у Лянь Ченхуая редкие нотки беспомощности и потворства, неожиданно рассмеялся, и обстановка необъяснимо стала намного непринужденнее:

— Не ожидал, что Второй господин тоже может оказаться под каблуком у младшего члена семьи.

Лянь Ченхуай отложил телефон в сторону и при этих словах тоже немного смягчил тон:

— Нынешних детей и вправду тяжело воспитывать. Ни ударить нельзя, ни отругать, а мнения своего у них хоть отбавляй.

Эти слова, судя по всему, задели за живое Старшего Цяня, у которого тоже рос внук в переходном возрасте, доставлявший немало головной боли.

Из-за этого небольшого эпизода атмосфера на дальнейших переговорах уже не была столь накаленной.

Старший Цянь вспомнил своего собственного домашнего демона-разрушителя, а затем взглянул на названного Лянь Ченхуаем «трудновоспитуемого» племянника, который тем не менее осмеливался напрямую звонить и капризничать, и его внутренний настрой странным образом изменился. В конце концов он даже символически уступил самую малость по застрявшим в тупике пунктам.

В конце концов сделка прошла успешно.

На обратном пути в машине Чжан Фэн, приводя в порядок документы, с улыбкой тихо произнес:

— Второй господин, мне кажется, что в этой сделке Старший Цянь сделал последнюю уступку ради Молодого господина. Звонок Молодого господина был очень кстати.

Лянь Ченхуай откинулся на спинку заднего сиденья, прикрыв глаза в поисках отдыха, и при этих словах уголки его губ слегка приподнялись.

Он не стал возражать, фактически молча согласившись.

Глава 17. Моего брата лучше не трогать!

Тем временем Се Сяо со счастливым видом сбросил вызов, обнял подушку и пару раз перевернулся на кровати, с усладой помечтав о предстоящем завтрашнем веселье на кемпинге, после чего с улыбкой погрузился в глубокий сон.

Ранним утром следующего дня он бодрым и полным сил собрал рюкзак и велел водителю отвезти его к автобусной остановке возле школы, где договорился встретиться с друзьями.

Сяо Кай, Ли Цзинчэнь и Мэн И уже ждали там со спинами, нагруженными до отказа альпинистскими рюкзаками, и с возбужденными лицами.

Когда тот самый черный Бентли с плавными линиями кузова, сверкающим лакокрасочным покрытием и сдержанным, но не скрывающим роскоши видом плавно остановился перед ними, все трое замерли.

Окно опустилось, открывая взору красивое лицо Се Сяо в солнечных очках:

— Чего застыли? Садитесь в машину!

— Я... ё-мое... — первым сообразил Сяо Кай, обошел вокруг машины и с сияющими глазами воскликнул: — Сяо-гэ, эт... это твоя тачка? Офигеть как круто!

Ли Цзинчэнь тоже подбежал ближе, желая коснуться, но не смея:

— Сяо-гэ, твой дядя просто крут нереально... Я такую машину только в журналах видел!

— Дома выделили транспорт, — уклончиво ответил Се Сяо, призывая их быстрее забираться внутрь.

Трое ребят осторожно забрались в салон, гладя высококлассные кожаные сиденья и глядя на непонятные, но казавшиеся очень технологичными кнопки. Они не знали, куда деть руки и ноги, испытывая одновременно восторг и легкую робость.

— Сяо-гэ, а твоя семья... чем вообще занимается? — не выдержав, тихо спросил Мэн И.

— Ну... так, бизнесом занимаются, — Се Сяо поправил солнцезащитные очки и не захотел продолжать тему: — Держитесь крепче, поехали!

Машина плавно выехала в сторону западного пригорода.

По дороге трое парней поначалу немного стеснялись, но вскоре юношеский пыл взял верх, они защебетали, обсуждая планы на зимний кемпинг, и атмосфера снова оживилась.

Добравшись до места стоянки — покрытой тонким слоем снега просторной равнины, где вдали виднелись укутанные в белоснежные снега горные леса, а воздух бодрил, — они выбрали защищенное от ветра местечко и принялись ставить лагерь.

Се Сяо никогда раньше этим не занимался и выглядел немного неуклюже, но под руководством и насмешками Сяо Кая и остальных постепенно всё же смог возвести палатку.

Развести костер, чтобы согреться, жарить шашлыки на шпажках, запивая горячими напитками, катать снежки и устраивать снежные бои — радость подростков проста и чистая.

Звонкий смех разогнал зимний холод, а тепло вместе с дымком от костра разлилось по всему лагерю.

Однако на следующее утро идиллическая атмосфера была нарушена.

В общественной умывальной зоне они столкнулись с другой компанией отдыхающих — парнями сомнительного вида из местных, человек пять-шесть, чьи взгляды не предвещали ничего хорошего.

Причиной послужило то, что Сяо Кай набирал горячую воду, и пар из носика чайника вместе с брызгами случайно попал на воротник одежды одного из них.

Тот немедленно принялся изрыгать ругательства на грязном языке.

У Сяо Кая был взрывной характер, а наличие такого «авторитетного» братана, как Се Сяо, придавало ему железобетонную уверенность. Мало того, что он не извинился, так еще и вскинул подбородок, огрызнувшись в ответ:

— Чего орешь? Ну брызнуло немного воды! Я же не специально! Что, докопаться захотелось?

— Мелкий, больно борзый, да?

Главарь той шайки, крашеный блондин, от которого разило табаком и алкоголем, прищурившись, окинул Сяо Кая взглядом с ног до головы и заговорил еще более развязно:

— У тебя еще усы толком не выросли, а уже вырядился на зимний кемпинг? Такая нежная шкурка, не сынок ли какого-то богатенького папеньки, которого сюда привезли поразвлечься?

Оскорбление прозвучало предельно унизительно, и Сяо Кай тут же вспылил.

— Закрой свой чертов рот! Знаешь, кто мой брат?! Разозлишь меня — мало не покажется!

— Ого! Братуха говоришь? Кто такой? Такой крутой? Ну-ка, покажи мне его!

Блондин усмехнулся, ни в грош не ставя предупреждения Сяо Кая, и вместо этого вместе с остальными окружил их, из-за чего атмосфера мгновенно накалилась.

Стоявшие рядом Ли Цзинчэнь и Мэн И испугались и дернули Сяо Кая за рукав.

Прибежавший на шум Се Сяо нахмурил брови, шагнул вперед, заслонив Сяо Кая собой. На смену обычной шутливости в его глазах пришел холод:

— Давайте говорить нормально, без рук.

— Ого! Этот еще смазливее! Ну тогда мы с тобой потолкуем как надо! — ухмыльнулся блондин и протянул руку, пытаясь обнять Се Сяо за плечо.

Однако прежде чем его рука коснулась Се Сяо, подоспевший следом А Цзинь крепко перехватил его за запястье.

А Цзинь был массивным и плотным телосложением, а за его спиной шли еще двое-трое амбалов аналогичной комплекции, каждый из которых разминал кулаки.

Спины у хулиганов мгновенно покрылись холодной испариной, и они протрезвели больше чем наполовину.

А Цзинь чуть сильнее сжал руку, и блондин тут же пронзительно заверещал, чувствуя, что его запястье сейчас сломается.

— Уважаемые, общественное место, попрошу вести себя прилично.

— Да-да-да, из-за... извините!! — в панике запричитал блондин.

А Цзинь перевел взгляд на Се Сяо, и лишь получив от юноши кивок, отпустил руку, предостерегающе глянув на обидчиков.

Шатаясь и придерживая рукой запястье, блондин поспешно увлек своих дружков прочь.

Кризис миновал, Сяо Кай с облегчением выдохнул, а затем вновь воспрянул духом и крикнул вслед убегающим хулиганам:

— Валите отсюда! Я же говорил, что моего брата лучше не трогать! Настоящий авторитет! В следующий раз смотрите по сторонам внимательнее!

http://bllate.org/book/38717/4874386