Лу Пинша онемел от столь наглой логики Юй Цижуна. Он даже растерялся: то ли съязвить по поводу его наивной веры каждому слову лавочника, то ли просто объяснить прописную истину — за товары в магазине вообще-то нужно платить.
Юй Цижун покосился на Лу Пинша. Поколебавшись мгновение, он всё же развернулся и прижал Тетрадь Призрачной школы к груди.
— Я возьму эту Тетрадь Призрачной школы... — нерешительно протянул он, — и спички.
Старик приподнял тяжелые веки, отчего темные морщины у его глаз пролегли еще глубже. Шевельнув сухими губами, он прохрипел:
— Спички — три мао.
Переведенные ученики переглянулись. Глядя на Тетрадь Призрачной школы, которую Юй Цижун стискивал в руках, они заподозрили, что тот наткнулся на важную зацепку. Желая помочь, кто-то из них торопливо спросил лавочника:
— А Тетрадь Призрачной школы? Сколько за Тетрадь Призрачной школы?
Лавочник сощурился, силясь разглядеть вещь. Глаза его, затянутые мутной белесой пеленой, почти ничего не видели. Подавшись вперед, он вытянул шею.
— Не из моей лавки. Денег не надо, — наконец признав предмет, старик со скрипом опустился обратно на стул и хрипло выдохнул.
Юй Цижун прищурился. Он перевел взгляд с Тетради Призрачной школы на коробок, затем брезгливо сморщил нос и, подтолкнув спички обратно к лавочнику, неохотно пробормотал:
— У меня нет денег. Тогда спички мне не нужны.
«Великолепная четверка» новоприбывших лишилась дара речи. Им и в голову не могло прийти, что этот высокоопасный неигровой персонаж окажется настолько нищим, что у него не сыщется даже жалких трех мао.
— У меня есть! — раздался писклявый голос.
Зеркальный призрак, всё это время крадущийся следом в тенях, понял, что пробил его звездный час. Он гордо вышагнул вперед и под радостным, удивленным взглядом Юй Цижуна со звоном выложил на прилавок три монетки по одному мао.
Трясущимися, скрюченными пальцами старик сгреб медяки, выдвинул ящик стола и бросил их внутрь.
Стоявший рядом Лу Пинша внимательно следил за каждым его движением. Заметив на дне ящика аккуратную стопку белой бумаги, он молниеносно, пока ящик не захлопнулся, выхватил её.
Юй Цижун уставился на нарезанные ровными квадратами листы в руках Лу Пинша. Любопытство заскреблось в его груди дикой кошкой.
— Это же бумага для самокруток! — воскликнула Лян Сюэ, указывая пальцем на добычу. В её глазах вспыхнуло озарение. — Старики раньше, когда не могли достать папирос, крутили козьи ножки сами. Я видела, как мой дед насыпал в такие листочки махорку!
Лу Пинша криво усмехнулся. Потрясая зажатой в кулаке бумагой перед лицом хозяина лавки, он процедил:
— Бумага для самокруток на месте, а ты твердил, что курева нет? Колись, где прячешь табак. Называй цену, мы платим.
Бам!
Старик с силой грохнул веером по прилавку.
— Не продается! — прохрипел он.
Его рука, иссохшая и темная, словно сухой сук, рванулась вперед, пытаясь отобрать бумагу. Кожа на ней свисала дряблыми складками и была густо усыпана трупными пятнами.
Железная хватка старика сдавила запястье Лу Пинша. Ощущение было такое, словно руку зажало стальными тисками. Из-под набрякших век лавочника зловеще блеснули безумные бельма. Отпускать бумагу Лу Пинша не собирался — на кону стояло прохождение подземелья, однако и монстр уступать не думал.
— Чего застыли?! Помогайте! — прорычал Лу Пинша сквозь зубы, не сводя при этом напряженного взгляда с Юй Цижуна.
«Этот высокоопасный неигровой персонаж силен как бык, но стоит и пальцем не пошевелит! — злился про себя Лу Пинша. — Ну конечно. Они ведь твари из одного и того же подземелья. Куда им до нас, пришлых».
Юй Цижуна, однако, вся эта возня мало трогала. Его куда сильнее занимало содержимое выдвижного ящика. Не обращая внимания на потасовку, он преспокойно обошел прилавок, встал прямо за спиной беснующегося хозяина и нахально заглянул внутрь, лениво перебирая пальцами побрякивающие монеты.
— Юй Цижун! Ищи махорку! — выкрикнул Лу Пинша, пытаясь отвлечь парня от созерцания блестяшек.
Заметив мародерство за спиной, старик бешено дернул головой. Он попытался развернуться и наброситься на наглого мальчишку, но Бай Ши вовремя перемахнул через прилавок и намертво обхватил его сзади.
Юй Цижун брезгливо выгреб монеты, а затем одним резким движением выдрал весь ящик из пазов и с грохотом опустил его на прилавок. Сверкнув алыми, наливающимися кровью глазами, он позвал:
— Зеркальный призрак.
Сам он понятия не имел, как выглядит этот ваш табак, но уж Зеркальный призрак точно должен был разобраться.
Тот подлетел по первому зову. Покопавшись в деревянном ящике, он выудил неприметный белый пластиковый флакон, открутил крышку и шумно втянул воздух носом. На его изуродованном лице расплылась довольная улыбка, и он согласно кивнул Юй Цижуну.
— Убирайтесь отсюда, — небрежно бросил Юй Цижун.
Он покосился на лавочника. Тот окончательно озверел: из его пор повалил удушливый черный туман. Юй Цижун прижал ладонь к губам, заходясь в негромком кашле. Когда он отвел руку и посмотрел на кожу, его ладонь оказалась густо измазана алой кровью. Недолго думая, он вытер окровавленную ладонь о шею бьющегося в истерике старика.
Эффект оказался мгновенным. Лавочник взвыл, разом выпустив Лу Пинша, и рухнул на колени. Ткань на его плече, куда попала кровь, зашипела и начала плавиться, обнажая жуткую плоть — сухую, источенную черным туманом, точно гнилое дерево термитами. Сам же черный туман испуганно завихрился и начал в спешке рассеиваться, словно в ужасе перед этой ядовитой для него кровью.
Лу Пинша ошарашенно переводил взгляд со скорчившегося монстра на хрупкого юношу. Тварь, которую они едва сдерживали вчетвером, пала от одного прикосновения Юй Цижуна. Его взгляд прикипел к пятнам крови на бледных пальцах парня. Вопросов было море, но сейчас явно не стоило устраивать расспросы. Безопаснее сначала убраться отсюда.
— Уходим, — скомандовал Лу Пинша.
Когда за чужаками захлопнулась дверь, в лавке воцарилась относительная тишина. Лишь надрывные хрипы поверженного хозяина нарушали покой, сливаясь с монотонным скрипом старого потолочного вентилятора. Юй Цижун медленно поднял руку к груди и коснулся прохладной поверхности драконьего амулета из нефрита.
Черный туман явно отравлял его тело, однако сегодня его обычная сонная слабость на удивление отступила. Если вспомнить, как легко этот белый драконий амулет из нефрита затянул его недавний ожог... В голове Юй Цижуна начал оформляться безумный, но пугающе логичный вывод. Он неспроста выставил остальных за дверь: ему нужно было остаться одному, чтобы проверить догадку на практике.
***
— Просто отдай флакон нам. Мы с Ци-Ци заодно, — доносился из коридора вкрадчивый голос Сюй Янань.
Она распиналась перед призраком уже несколько минут, но тот лишь сильнее прижимал к груди драгоценную бутылочку с табаком. На его изуродованном, залитом кровью лице читалось крайнее недоверие.
— Только Ци-Ци, — упрямо буркнул он.
Он-то отлично видел, как эти живые накинулись на беззащитного лавочника. Стоит им сделать хоть один неверный шаг в его сторону — и он тут же сиганет в ближайшее зеркало!
Пока они препирались, по коридорам внезапно разнесся резкий, дребезжащий школьный звонок. Зеркальный призрак от неожиданности вздрогнул и мгновенно растаял в оконном стекле. Секундой позже коридор наводнили... существа.
Мимо потрясенных игроков потянулась вереница «одноклассников». Каждый нес на себе следы жуткой смерти. Кто-то шел со вспоротым животом, из круглого рваного разреза которого вывалились сизые кишки. Бедолага двигался абсолютно отрешенно, не замечая, как за ним по кафелю тянется мокрый кровавый след, а полуметровый хвост собственного кишечника волочится следом, словно грязная веревка.
Лян Сюэ побледнела, но заставила себя внимательно вглядеться в проходящую мимо мертвечину.
— Они соткались прямо из воздуха, — тихо произнесла она, с трудом сглатывая слюну. — Точно так же, как в общежитии.
— В некоторых подземельях призраки привязаны к определенным локациям, — негромко отозвался Бай Ши. — Их маршруты строго ограничены правилами зоны.
— Земляные оковы... — ахнула Сюй Янань. — Джифулин! Местные духи места!
— Вы заметили их одежду? — нерешительно добавила Лян Сюэ. — На школьной форме у многих серые хлопья, похожие на табачный пепел. Кожа при этом не обгорела, но этот налет... Если связать это с той полыхающей пустой аудиторией, вырисовывается вполне определенная картина.
— Препод идет. Быстро в класс, — скомандовал Лу Пинша.
В конце коридора показался учитель. Прижимая к груди охапку учебников, он приближался к ним крайне странным способом: из-за отсутствия одной ноги ему приходилось передвигаться неловкими прыжками. При этом его лицо застыло в широкой, неестественной улыбке. Зрелище вышло одновременно гротескным и пугающим.
***
Тем временем невидимый пожар, бушующий в коридорах, медленно, но неумолимо подбирался к кабинету. Сидя на задней парте, Лу Пинша лопатками чувствовал исходящий от стены жар — словно прямо за его спиной раскочегарили огромную доменную печь. Воздух в классе стремительно нагревался, становясь удушливым.
Лу Пинша бросил взгляд на первую парту у окна. Место пустовало. Белокурого красавца, который обычно спал там, уткнувшись носом в сложенные руки, нигде не было видно. Тихая, липкая паника ледяными пальцами коснулась сердца. Где он?
Присутствие Юй Цижуна в классе было их единственным негласным гарантом безопасности, особенно сейчас, когда они толком не выяснили все нюансы здешних суровых школьных правил.
Впрочем, нервничал не он один. Лу Пинша заметил, что вся аудитория сидит как на иголках. Мертвые и живые то и дело косились на пустующий стул в первом ряду.
Едва отзвенел звонок к началу урока, одноногий учитель у доски тяжело, бесшумно вздохнул и обвел притихший класс мутным взором.
— Кто-нибудь знает, где сейчас господин Юй?
Ответом ему была мертвая, звенящая тишина.
http://bllate.org/book/38683/5031692
Готово:
