Готовый перевод The Immortal Venerable's Dao Companion is a Villainous Female Zerg / Мой дао-спутник — главный злодей империи Зергов: Глава 18

Се Чанлю улыбнулся — едва заметно, лишь на миг приподняв уголки губ. Улыбка растаяла быстрее, чем обычный наблюдатель успел бы её заметить.

Но Хэпэйси увидела. Превосходное динамическое зрение позволило ей без труда уловить это мимолётное движение.

Появись такая мягкая искра на чьём угодно лице, генерал-лейтенант не удивилась бы. Но когда улыбнулся Се Чанлю, это показалось чем-то из ряда вон выходящим.

Красноволосая офицер замерла как вкопанная. Мысли её застыли и пришли в движение лишь тогда, когда Се Чанлю отошёл, намереваясь самостоятельно расплатиться за покупку.

Продавец-ацы в замешательстве переводил взгляд на Се Чанлю, но, завидев приближающуюся Хэпэйси, облегчённо выдохнул. В подобных заведениях по умолчанию платил цы.

Се Чанлю не стал мешать Хэпэйси оплачивать счёт. Однако мысленно сделал пометку, что остался должником.

Бессмертному почтенному Линчжоу, скованному статусом самца в своём личном терминале и положением кадета Королевской военной академии, было не так-то просто устроиться на работу. На его счету сиротливо ютились жалкие две тысячи звёздных монет.

"Почтенный, после сегодняшнего дня баланс должен существенно пополниться", — сухо отозвалась Система спасения злодеев 3055.

Се Чанлю промолчал. Его мысли невольно вернулись к собственной духовной обители, где мёртвым грузом лежали горы бесполезных здесь духовных камней и магических артефактов. Обладатель несметных богатств в своём мире, в этой вселенной Бессмертный почтенный Линчжоу оказался обыкновенным нищим. Увы, перенести имущество между мирами было невозможно.

Продавец сложил в пакет прежнюю одежду Се Чанлю и протянула Хэпэйси. Заметить их парадный вид и то, как часто офицер косился на часы, было нетрудно.

— Простите за любопытство, вы двое направляетесь на церемонию бракосочетания? — вдруг спросил он.

Хэпэйси в этот момент лихорадочно листала страницы терминала, стараясь выкинуть из головы мысль о том, насколько глупо она только что выглядела в глазах своего спутника. Услышав вопрос, он поднял голову и растерянно брякнул:

— А... ну да.

Обычно собранная, уверенная в себе и слегка дерзкая, офицер крайне редко бывала столь нелепо обескуражена.

Даже Се Чанлю удостоила её мимолётным взглядом.

— В таком случае поздравляю вас с бракосочетанием, — с улыбкой пожелал продавец.

Прийти за новым костюмом в такую рань, да ещё и так заметно волноваться — для него это было очевидным признаком искренней любви любящей пары.

Се Чанлю слегка опешил. За тысячу с лишним лет жизни он впервые слышал пожелание счастливого брака, да ещё и в свой собственный адрес.

Глядя на заговорщическую улыбку продавца, Хэпэйси заподозрила, что тот нафантазировал лишнего.

Не став больше задерживаться, под тёплое напутствие они покинули магазин и направились прямиком в Бюро брачного сопряжения планеты Бэйсэ.

Когда они вышли из торгового центра, стрелка часов приближалась к восьми. Улицы залило яркое утреннее солнце, а дороги запрудил плотный поток машин с торопящимися на службу зэргами.

Оказавшись в салоне, Се Чанлю и Хэпэйси молча смотрели на дорожные заторы через стекло автомобиля.

— Господин, если вы проголодались, на передней панели есть бардачок, там найдётся перекусить, — оценив забитые улицы, Хэпэйси перевела машину в режим автопилота.

Се Чанлю, не испытывавший потребности в еде, коротко отказался:

— Нет нужды.

Красноволосая офицер откинулась на спинку сиденья. Две верхние пуговицы рубашки, которые она так тщательно застёгивала перед выходом, теперь были нетерпеливо расстёгнуты.

Получив отказ, Хэпэйси не стала настаивать. Однако усидеть спокойно она не могла — внутри так и зудело желание поддеть своего спутника.

— Не думал, что удостоюсь сегодня увидеть улыбку на вашем лице, господин, — протянула она.

Когда утренний час пик остался позади, дорога к Бюро брачного сопряжения стала заметно свободнее. Хэпэйси мысленно вернулась к той мимолётной улыбке в магазине одежды. Только теперь до него дошло, что Се Чанлю, скорее всего, сделал это намеренно. Своеобразная тихая месть.

"Звучит так, будто он сокрушается, что сто лет не видел вашей радостной улыбки, господин..." — в сознании Се Чанлю заворчала Система спасения злодеев 3055.

— Я не артефакт... и не машина. Разумеется, я умею улыбаться, — спокойно произнёс Се Чанлю.

Он не был бесчувственным камнем. Редкое проявление эмоций не означало их полного отсутствия.

— Просто это стало для меня неожиданностью, — Хэпэйси перехватила ручное управление и шутливо добавила: — Я уж думала, мне вашей улыбки никогда не дождаться.

То, что они с самого начала невзлюбили друг друга, понимал не один лишь Се Чанлю. Офицер прекрасно чувствовала чужое отторжение. Но сейчас, когда оба вели двойную игру, явное неприятие уступило место весьма странному, но по-своему занимательному перемирию.

Они держались на безопасном расстоянии, тщательно оберегая свои границы и сохраняя видимость покоя. До самого прибытия к Бюро они больше не проронили ни слова, и в салоне повисла тяжёлая, гнетущая тишина. На очередную шутку Хэпэйси Се Чанлю по обыкновению ответил молчанием.

К дверям Бюро брачного сопряжения они подъехали аккурат к началу рабочего дня. Поскольку их союз являлся результатом принудительного сопряжения, некоторые формальности требовали личного присутствия.

Едва заступивший на смену регистратор удивлённо приподнял брови:

— Так рано?

— А как иначе? Просто не терпится, — Хэпэйси расплылась в счастливой улыбке, каждая черточка его лица так и лучилась радостью молодожёна.

В салоне машины его лицо не выражало ровным счётом ничего, но стоило покинуть автомобиль, как он мгновенно нацепила маску. Актёрское мастерство высшей пробы.

На его фоне Се Чанлю казался воплощением абсолютного равнодушия. Впрочем, сама фигура Бессмертного почтенного Линчжоу изначально слабо вязалась с понятием брака. В стенах Бюро брачного сопряжения он выглядел настолько чужеродно, что его безучастный вид даже не вызывал лишних вопросов.

Сотрудник, оформлявший документы, то и дело бросал на Се Чанлю удивлённые взгляды.

Сверяясь с данными на светящемся экране, он уточнил у Хэпэйси:

— Вы оформляете принудительное сопряжение?

Се Чанлю стоял в стороне, полностью абстрагировавшись от происходящего, так что ведение диалога целиком легло на плечи его спутника.

— Да, система выбрала нас принудительно, но разве это не судьба? — отозвалась красноволосая офицер. Похоже, у него был врождённый талант сочинять небылицы на ходу.

Дай ему волю, и она, глазом не моргнув, состряпала бы невероятно трогательную историю любви, зародившейся вопреки воле бездушных алгоритмов.

Се Чанлю не успел толком уйти в свои мысли, как до его слуха донёсся самозабвенный вздор Хэпэйси. Красноволосая разливалась соловьём, вдохновенно расписывая подробности их «внезапно вспыхнувшего чувства». Это позволило Се Чанлю составить куда более полное представление о том, насколько неординарным и изворотливым нравом обладал этот зэрг.

Офицер говорила так громко и пылко, словно задался целью поведать об их великой любви каждому присутствующему в здании.

Регистратор, пожилой ацы, слушала эти излияния с дёргающимся уголком рта. На просторах межзвёздной сети он бывал нечасто, о скандальной репутации Хэпэйси не ведал и теперь лишь безмолвно поражался словоохотливости молодого военного. К тому же сказка о внезапной любви казалась чересчур фальшивой и приторной.

Не выдержав, сотрудник прервала её на полуслове:

— Что ж, все документы подготовлены. Осталось сделать совместный снимок, и ваш брак будет зарегистрирован официально.

Он махнул рукой дежурившему неподалёку молодому помощнику, чтобы тот проводил пару в фотокабину.

Оба сели перед объективом — двое статных мужчин в строгих чёрных костюмах. Вот только Се Чанлю сохранял абсолютное хладнокровие, а Хэпэйси демонстрировала безупречно сияющую улыбку.

Фотограф, привыкший ко всему, сделал несколько кадров, но, взглянув на получившийся снимок, невольно поморщился.

На фото они выглядели так, словно собирались не под венец, а на смертельную дуэль. Хэпэйси хоть и улыбалась, но в прищуре её глаз читалось недвусмысленное «задушу любого, кто посмеет на меня пялиться». Се Чанлю же и вовсе не утруждал себя притворством. Да и расстояние между ними было такое, что в зазоре легко поместились бы ещё два зэрга.

— Эм... может, сделаем ещё один дубль? Всё-таки бракосочетание, дело торжественное, хе-хе... — несмело предложил фотограф.

Хэпэйси приподняла бровь, быстро сообразив, что снимок вышел из рук вон плохо.

— Я не против, — легко согласилась она и повернулась к спутнику: — Господин, а вы?

Се Чанлю сдержанно кивнул. В подобных бытовых мелочах он проявлял поразительную уступчивость — исключительно из нежелания тратить силы на споры.

Бедному фотографу пришлось взять на себя роль режиссёра. Запинаясь от волнения, он принялся раздавать указания:

— Будьте добры, придвиньтесь друг к другу чуть плотнее...

— Господин, пожалуйста, смягчите выражение лица, подарите нам хотя бы тень улыбки...

— Да, вот так, не нужно слишком сильно, совсем чуть-чуть...

К моменту, когда съёмка завершилась, несчастный мастер взмок от напряжения. С тоской глядя на итоговый результат, который мало чем отличался от первого варианта, он всерьёз задумался о смене профессии.

Тем не менее наполненный скрытой угрозой снимок был загружен в общую базу. В ту же секунду в личных карточках Се Чанлю и Хэпэйси статус семейного положения изменился на лаконичное «В браке».

Рассыпавшись в дежурных любезностях, Хэпэйси тепло распрощалась со штатом Бюро. Но едва они переступили порог заведения и приблизились к припаркованной машине, напускное веселье мгновенно сошло с её лица.

Оказавшись на водительском сиденье, она устало потёрла виски.

Се Чанлю убрал свой терминал. Посреди воцарившегося в салоне безмолвия он негромко произнёс:

— Хэпэйси.

Это был первый раз, когда он обратился к офицеру напрямую по имени, без тени привычного пренебрежения.

Красноволосая военная на мгновение опешила. Она неосознанно выпрямила спину, но уже спустя пару секунд заставила себя расслабиться и небрежно отозвалась:

— Слушаю.

— Тебе не нужно испытывать моё терпение, — бесстрастно обронил Се Чанлю.

Фраза прозвучала без видимой связи с предыдущим разговором, но Хэпэйси мгновенно уловила суть. Она поняла, что Се Чанлю имеет в виду их недавнюю беседу перед входом в Бюро.

Улыбка на губах Хэпэйси медленно угасла, хотя в её голосе по-прежнему сквозило притворное веселье:

— Что вы имеете в виду, господин?

Се Чанлю слегка приподнял веки. В его бездонных чёрных глазах не отражалось ни единой эмоции.

— Ты мой дао... законный супруг, — спокойно произнёс он.

На этом разговор был окончен.

В груди Хэпэйси что-то странно дрогнуло, словно сердце сжала невидимая ладонь. Он каким-то чудом сумел понять всё то, что Се Чанлю предпочёл оставить невысказанным.

http://bllate.org/book/38509/5092073