Готовый перевод Mutual Polishing / Взаимное шлифование: Глава 24

Мин Лан тихо вздохнул:

— Хотел было, чтобы дети повидались. Тогда поговори с ней сегодня вечером. Всё-таки у нас в Ляньюне ещё несколько дней отпуска, а за А Цзюэ не стоит переживать — он уже совершеннолетний, вполне может присмотреть за сестрой.

Цюй Юань слегка приподняла уголки губ:

— Посмотрим.

*

Шэнь Сихэн провёл в библиотеке ровно столько времени, сколько заняло выпить чашку кофе, и вышел на улицу.

В праздники библиотеку заполняют дети — шум стоял такой, что он начал раздражаться.

Нельзя же было звать Цзи Линъфэна: тот, похоже, уже решил, что Шэн Сяо встречается с ним. В итоге Шэнь Сихэн сел на мотоцикл и поехал домой. Как только он свернул на свою улицу, прямо навстречу ему вырулил большой «Мерседес».

Шэнь Сихэн приподнял бровь и бросил взгляд на номерной знак — иногородний.

«Мерседес» дважды коротко гуднул. Шэнь Сихэн повернул ручку газа, мотор заревел, но он не собирался уступать дорогу и резко проскочил в узкую щель между машиной и обочиной.

Цюй Юань в салоне машины аж вздрогнула от испуга:

— Нынешняя молодёжь совсем не ценит жизнь! Катаются на этих мотоциклах и ещё так лихо гоняют!

Мин Лан добавил:

— Наверное, просто уличные хулиганы. Посмотри на его причёску — в университете А Цзюэ таких студентов точно нет.

Цюй Юань прижала ладонь к груди:

— Хорошо, что Сяо в Цзиньсяне ни с кем не связалась и не испортилась. Знаешь, я даже специально покупала ей самую уродливую одежду — боюсь, в её возрасте начнёт больше думать о нарядах, чем об учёбе. Нашему цветку ещё рано распускаться.

Мин Лан едва сдержал смех:

— Так это ты нарочно? Во всём ты хороша, но вот вкус в одежде…

Цюй Юань нарочито строго взглянула на него. Мин Лан тут же осёкся:

— Ладно-ладно-ладно.

Это прозвучало и как комплимент её вкусу, и как мольба не сердиться.

Когда машина подъехала к воротам дома Шэней, Цюй Юань вышла. Мин Лан собрался проводить её внутрь, но едва он нажал на звонок, из двора донёсся ленивый голос юноши:

— Кто там? Праздник же!

Мин Лан и Цюй Юань переглянулись в неловком молчании.

Железные ворота отворились, и у входа появился Шэнь Сихэн. Он окинул взглядом пару и крикнул в дом:

— Господин Шэнь, к вам гости!

Цюй Юань снова взглянула на юношу — волосы цвета небесной лазури. Она не ошиблась.

В этот момент из дома вышел мужчина средних лет, его голос звучал глубоко и приятно:

— Сяо Юань, заходи, присаживайся.

Шэнь Сихэн заметил улыбку на лице отца и негромко кашлянул:

— Здравствуйте, тётя.

Цюй Юань перевела взгляд с Шэнь Сихэна на Шэнь Яня — черты лица действительно похожи, но…

— Это мой муж, Мин Лан.

— Очень приятно, очень приятно! Заходите скорее, на улице же холодно!

Шэнь Янь, весь в краске от радости, вдруг вспомнил что-то и повернулся к сыну:

— Ах да, Сяо ещё не приехала. Позвони ей.

Шэнь Сихэн кивнул и бросил мимолётный взгляд на супругов. Когда появилась Линь Шуи, он длинным шагом обошёл отца и тихо сказал:

— Пап, в присутствии мамы будь поосторожнее. Не стоит называть красивых тёть «Сяо Юань» — это неприлично.

Шэнь Янь нахмурил густые брови и тихо ответил:

— Она же с детства со мной дружит, так всегда и звали. Ты ещё молокосос, а уже лезешь не в своё дело.

Шэнь Сихэн засунул руки в карманы и посмотрел на вошедших гостей:

— А кто вообще пришёл к нам в праздник?

Шэнь Янь бросил на него косой взгляд:

— Твоя будущая тёща. Веди себя прилично.

Шэнь Сихэн: «…»

Это уже выходило за рамки его знаний. Во-первых, понятие «тёща» у него вообще не укладывалось в голове. Во-вторых, почему «муж» госпожи Цюй, о котором она упомянула, не совпадал с тем мужчиной, которого он видел в Цзиньсяне?

Неужели она вышла замуж повторно?

Шэнь Сихэн вошёл в гостиную и заметил, что Цюй Юань и Мин Лан тоже внимательно разглядывают его.

— Это, должно быть, А Хэн? — вежливо произнёс Мин Лан, принимая чашку чая.

Цюй Юань же и вовсе не нашлась, что сказать, и больше не смотрела на юношу.

Шэнь Янь сиял:

— Да, учится во втором классе старшей школы, в одной школе с Сяо. Правда, сейчас он на сборах в художественной академии — вернётся только после вступительных экзаменов. Тогда они снова будут вместе учиться.

— Художник, значит.

Цюй Юань слабо улыбнулась.

Линь Шуи поспешила вставить:

— Сначала мы и не хотели, чтобы он пошёл в художественный класс. Но у него неплохо идёт и общеобразовательная программа — в прошлом году после разделения на профили он занял первое место в классе. Раз уж у него есть способности совмещать и то, и другое, мы решили предоставить ему свободу выбора. Ведь не только через ЕГЭ можно добиться успеха.

Эти слова заставили Цюй Юань задуматься. На лице её застыла вежливая улыбка:

— Действительно, обучение искусству за границей открывает совсем иные горизонты.

Разговор взрослых в гостиной вращался исключительно вокруг детей — тема, в которой, похоже, никто не стеснялся говорить откровенно, ведь собственные дети всё равно не обидятся.

Шэнь Сихэну было неинтересно слушать эту болтовню. Он поднялся наверх, достал телефон и набрал номер. Тот долго звонил, прежде чем наконец ответили.

— Алло.

Голос был холодный.

Шэнь Сихэн потёр нос:

— Мама Линь велела тебе вернуться на ужин.

Шэн Сяо тихо «мм»нула.

Шэнь Сихэн не мог понять её настроения, но перед тем, как повесить трубку, добавил:

— У нас гости. Если ты ещё не вышла из общежития, меня посылают за тобой.

На том конце линии дыхание замерло.

— Какие гости?

Голос стал мягче, даже немного дрожащим.

— А?

Шэн Сяо ждала его ответа.

Шэнь Сихэн слегка кашлянул:

— Папа сказал, что приехала моя будущая тёща. То есть, похоже, твоя мама.

Как только он это произнёс, на другом конце стало тихо. Шэнь Сихэн выпрямился:

— Похоже, ты ещё не вышла из общежития. Ладно, я, пожалуй, снизойду и заеду за тобой. На улице же мороз…

— Не надо.

Шэнь Сихэн замер, рука на дверной ручке.

Шэн Сяо добавила:

— Я не приеду на ужин. Ешьте без меня.

Шэнь Сихэн нахмурился:

— Уже приготовили для тебя еду. Жаль же продукты выбрасывать.

Шэн Сяо, услышав про еду, словно задумалась, а потом мягко спросила:

— Может, положите в холодильник? Я завтра зайду и всё съем?

Шэнь Сихэн не ответил. В трубке слышалось только дыхание и шум эфира.

Шэн Сяо почувствовала вину и тихо добавила:

— Ну пожалуйста…

Шэнь Сихэн глубоко вдохнул:

— У нас в доме, по-твоему, едят вчерашнее?

Он положил трубку.

Раздались короткие гудки.

Шэн Сяо упала лицом на стол, будто из неё вынули душу. Разве праздники с детства не должны быть радостными? В книгах же написано: Дуаньу, Чжунцю — время семейных встреч и тепла. А у неё получалось так, будто эти дни лишь напоминают: жизнь всегда трудна, и не только в детстве.

*

В столовой на первом этаже Линь Шуи, увидев, что Шэнь Сихэн спустился, сказала:

— Съезди за Сяо, привези её.

Шэнь Сихэн отодвинул стул и сел, мельком взглянув на Цюй Юань:

— Она уже поела.

В глазах Цюй Юань мелькнуло изумление, а затем — разочарование. Аппетит пропал мгновенно.

Шэнь Сихэн встал и направился на кухню:

— Я голоден. Можно подавать?

Линь Шуи с досадой посмотрела на сына и кивнула мужу. Шэнь Янь поспешил сгладить неловкость:

— Сяо обычно всегда приезжает на праздники. Иногда просто неожиданно возникают дела — она всегда предупреждает. Считайте, что вы у себя дома.

Цюй Юань слабо улыбнулась:

— Мне неловко, что она постоянно вас беспокоит…

— Что вы! Какое беспокойство!

Шэнь Янь быстро перебил её:

— Вы ведь помните, как в детстве мы договорились о помолвке? В прошлый раз, когда я ездил в Цзиньсянь за Сяо, специально взял с собой А Хэна. Хуайминь тоже видел — он ведь столько учеников подготовил, вы же доверяете его мнению?

Брови Цюй Юань тут же сдвинулись:

— О помолвке?

Линь Шуи улыбнулась:

— Ну, это так, поговорка. Конечно, мы уважаем выбор детей.

Цюй Юань перевела взгляд на Шэнь Сихэна и сдержала вздох:

— У А Хэна, конечно, много путей в жизни, но Сяо должна сдавать ЕГЭ. Я думала, Хуайминь согласился отпустить её в Ляньюнь, потому что одумался. А оказывается… Вы же губите её будущее!

Лицо Линь Шуи слегка окаменело:

— А Юань, Сяо на последней контрольной поднялась на пятнадцать мест!

В этот момент из кухни вышел Шэнь Сихэн с тарелкой риса в руках. Он не обращал внимания на взрослых и начал есть.

Цюй Юань собралась с мыслями:

— В такой ответственный момент вы сводите детей вместе? Как вы вообще думаете? В школе же прямо запрещены ранние романы! А А Хэн? Вам не страшно, что он отвлечётся и потеряет в учёбе?

— Не встречаемся.

Внезапно раздался голос юноши за столом.

Цюй Юань удивлённо посмотрела на него.

Шэнь Сихэн холодно взглянул на неё, лишь уголки губ слегка дрогнули:

— Вы думаете, дети ничего не понимают, поэтому превращаете незначительное в главное, а то, что для неё действительно важно, считаете ерундой.

Он перевёл взгляд на Цюй Юань:

— Тётя Цюй, скажите, что для Сяо самое важное?

Цюй Юань на мгновение замерла:

— Конечно, учёба.

Шэнь Сихэн кивнул:

— Вот поэтому она сегодня и не приехала.

— Шэнь Сихэн!

Шэнь Янь тихо прикрикнул на него — в присутствии взрослых такой нахальный тон был неуместен.

— Я наелся.

Линь Шуи с досадой посмотрела на Цюй Юань — она не просила от сына особого поведения, лишь бы не грубил. А теперь всё стало ещё хуже.

— Съешь ещё немного.

Шэнь Сихэн покачал головой и улыбнулся Цюй Юань:

— Тётя Цюй, не волнуйтесь. Мы же с Сяо помолвлены с детства — какие тут романы? Теперь нам только за будущее семьи бороться. Приятного аппетита, мне пора.

Лицо Цюй Юань побледнело.

Линь Шуи хотела его остановить, но увидела, что он выходит, держа в руке что-то. Она тяжело вздохнула — похоже, у него и правда дела.

*

Зима в Ляньюне была сырой и пронизывающей.

После заката температура резко падала. Шэнь Сихэн не стал брать мотоцикл и остановил такси.

Новый год — действительно большой праздник, но ритуалы этого мира не для тех, кто день за днём трудится в поте лица.

Водитель в такси рассказывал Шэнь Сихэну, что сегодня дела идут отлично: возил парочек на Площадь Гуанмин, а потом обратно — сейчас как раз ждёт новогоднего отсчёта.

Шэнь Сихэну стало скучно. Когда они доехали до ворот школы, водитель пожелал ему удачи на экзаменах.

Шэнь Сихэн усмехнулся:

— Удачи и вам, дядя! Постарайтесь сегодня подвезти побольше влюблённых. Пусть все они найдут своё счастье!

Водитель одобрительно поднял большой палец:

— Молодец! После ужина ещё и в школу едешь учиться — наверняка много девушек за тобой бегает!

Шэнь Сихэн рассмеялся:

— Сколько бы ни бегало — важно, чтобы та, которую ты любишь, тоже любила тебя.

Водитель улыбнулся и вдруг вздохнул:

— Ты в таком возрасте уже знаешь, чего хочешь. Это здорово.

Шэнь Сихэн вышел из машины, достал телефон и набрал номер. Как только трубку сняли, он сказал:

— Замерз до костей. Беги в столовую.

Тот, кто был на другом конце, ещё не до конца очнулся:

— Зачем?

Шэнь Сихэн посмотрел на время:

— Ты что, только проснулась?

Голос Шэн Сяо был сонный и вялый:

— Мм.

— Ха! Я уж думал, ты так усердно учишься, что забываешь спать. А я тут уже целый курс социологии прошёл, а ты всё ещё спишь. Если бы я не приехал проверить, поверил бы в твоё усердие.

Шэн Сяо, которая только что дремала за столом, разозлилась:

— Тогда и не приезжай!

На том конце линии повисла пауза. Никто не спешил класть трубку — оба упрямо молчали.

Наконец Шэнь Сихэн заговорил первым:

— Южные ворота столовой, слева третий ряд, шестое место.

Шэн Сяо прикусила губу, чтобы не улыбнуться, и тихо ответила:

— Ага.

В столовой было полно народу, но Шэн Сяо сразу заметила синие волосы.

Холодный ветер заставил её втянуть нос:

— Зачем ты приехал?

Её голос прозвучал с лёгкой сонной обидой — чертовски мило.

Шэнь Сихэн кивнул подбородком в сторону термосумки на столе, оперся локтем на стол, пальцами провёл по волосам и, не глядя на неё, сказал:

— Привёз тебе.

Шэн Сяо замерла, потом подняла на него глаза и тихо произнесла:

— Спасибо.

Голос прозвучал немного хрипло — будто она пьяная от сна.

Шэнь Сихэн слегка кашлянул:

— Ешь скорее. Мне ещё отчитываться надо.

Шэн Сяо открыла контейнеры — три блюда, суп и коробка с фруктами.

http://bllate.org/book/3850/409539