Готовый перевод Man From the Wasteland / Из пустошей к звёздам: Легенда изгоя: Глава 11

Бесень постучал в дверь и, оценив обстановку в комнате, невольно усмехнулся:

— Похоже, я вовремя?

Набитая людьми комната уставилась на внезапного непрошеного гостя. Рассмотрев его лицо, все дружно отступили на шаг назад.

— Где мои люди? — Черный Толстяк испугался и разъярился одновременно. Действуя без малейшего промедления, он подскочил, зажал шею А Цюаня и использовал его тело как живой щит, накрепко прикрыв свои уязвимые места.

— Ты про тех ребят снаружи? — Бесень бросил взгляд на ту сторону, откуда только что пришел: в коридоре тесной толпой лежали люди в состоянии глубокого и мирного обморока.

Надо сказать, это была поистине тяжелая конвейерная работа.

Проследив за взглядом Бесеня, Черный Толстяк тут же вспомнил о поразительной боевой мощи этого парня. Замешкавшись на пару секунд, он повысил голос и выдал классическую речь грабителя:

— Ни с места! Дернешься — убью его.

Бесень взглянул на зажатого в тиски А Цюаня и равнодушно бросил:

— По-твоему, меня волнует, живы они или нет?

Черный Толстяк осекся, и его логическая программа на мгновение зависла.

Лисица, до этого молча наблюдавшая со стороны, вздохнула и произнесла:

— Если тебе все равно, зачем тогда было гнаться за нами до самого сюда?

Бесень встретился взглядом с ухмыляющимся толстяком с экрана:

— Зачем вам это понадобилось — за тем же и я.

— К тому же, я не люблю, когда меня обманывают, — Бесень легко улыбнулся Черному Толстяку. — Ты ведь не думал, что за обман не придется платить?

С этими словами он, закатывая рукава, непринужденно произнес:

— Даю тебе шанс: убей его.

Этот тип — сумасшедший!

Подобная мысль почти одновременно мелькнула в головах Черного Толстяка и Лисицы.

Черный Толстяк намертво вцепился в горло А Цюаня, лихорадочно перебирая в уме варианты и осознавая, что загнал себя в безвыходное положение.

Заложник в его руках оказался совершенно бесполезен, а стоящий перед ним противник был настоящим монстром, способным в одиночку одолеть сотню врагов и не получить ни единой царапины.

Как же выжить в таком тупике?

Даю тебе шанс: убей его. Прозвучавшие только что слова противника эхом пронеслись в сознании. Черный Толстяк, ухватившись за них, как за спасительную соломинку, с надеждой спросил:

— Если я убью его, я останусь в живых?

Лисица приложил руку ко лбу, не в силах на это смотреть.

Наверное, именно так выглядит самая прямолинейная реакция дурака перед лицом смерти. Насколько же надо быть глупым, чтобы надеяться выпросить пощады у безумца?

Крепко связанный и при этом зажатый за горло А Цюань замедлил дыхание, стараясь не выдать своего присутствия. Он слегка приподнял веки и бросил взгляд на Черного Толстяка, чье лицо одновременно выражало отчаяние и надежду.

Стоит признать, это выражение лица было совершенно лишено какой-либо эстетической ценности.

Он облизал губы, чувствуя, что терпение Бесеня подходит к концу. И в тот момент, когда надежда на лице Черного Толстяка достигла своего пика, А Цюань резко дернул головой и вцепился зубами ему в горло.

Это решение далось нелегко, учитывая, что его собственная жизнь все еще находилась в руках противника.

Стоило А Цюаню шевельнуться, как Черный Толстяк инстинктивно сжал пальцы на его хрупкой шейке с мертвой хваткой.

В мгновение ока видимость мира рухнула, обнажая жестокую схватку не на жизнь, а на смерть.

Острая боль и удушье напомнили о близком конце.

А Цюань впился зубами в кусок плоти, словно вовсе ничего не чувствуя, и лишь сильнее нажал челюсти. Острые зубы пропороли кожу и мясо, пустив по шее длинную кровавую полосу.

Из горла Черного Толстяка вырвался странный звук.

Когда угроза смерти стала реальной, Черный Толстяк отбросил свое прежнее жалкое поведение, проявив дикую ярость, свойственную лишь обитателям Дикой Звезды. Собрав последние силы, он изо всех сил сжал огромную ладонь, так что от напряжения на ней вздулись вены, пытаясь переломить хрупкую шею.

В воздухе расплылся едкий запах крови. Бесень, уже закатавший рукава, перевел взгляд с дерущихся насмерть на приспешников Черного Толстяка.

Те сидели тише воды ниже травы. Видя, что их главарь балансирует на краю могилы, никто из них даже не подумал вмешаться. Когда Бесень посмотрел в их сторону, они дружно задрали руки вверх, показывая, что не собираются лезть в драку.

Хотя А Цюань стал исключением, остальные жители Дикой Звезды оказались людьми на редкость рассудительными.

Бесень остался доволен тем, что ему не придется повторять конвейерную работу. Бросив взгляд на А Цюаня, он подумал, что если никто больше не вмешается, кто-то из них точно откинет конки — впрочем, вероятнее всего, не выживет ни один.

В тягостной тишине время словно искусственно растянулось: каждый вздох, звук капающей крови и даже трение кожи о кожу стали до боли отчетливыми.

Смертельная схватка прекратилась по воле Бесеня.

Одной рукой он ухватил А Цюаня за подбородок, заставляя разомкнуть челюсти и выплюнуть кусок мяса, а другой легко и плавно переломил пару пальцев на руке Черного Толстяка.

Кто-то в толпе вынужденных зрителей шумно выдохнул, только сейчас осознавая, что едва не задохнулся, и принялся жадно глотать воздух.

Хотя порядок на Дикой Звезде оставлял желать лучшего, существование Чипа идентификации гарантировало, что негласное табу на убийства не будет переступать кто попало.

Поэтому для большинства присутствующих зрелище медленного угасания жизни оказалось слишком шокирующим.

Тяжелую атмосферу разбавили звуки чужого дыхания.

Бесень вытащил металлическую пластину и развязал веревки на теле А Цюаня, который тут же рухнул на пол, стоило ему лишиться опоры.

Уму непостижимо, откуда в этом парце брались силы: еле держась на ногах, он до последнего вцеплялся зубами в противника.

Бесень носком ботинка ткнул лежащую у ног тушу:

— Неплохое представление.

— Кхм… — из поврежденного горла А Цюаня вырвался невнятный хрип.

Вряд ли это были слова благодарности.

Бесень отвел взгляд и капризно вздернул подбородок, глядя на припавшего к стене и тяжело дышавшего Черного Толстяка:

— Теперь дошло до тебя, каков расклад?

Черный Толстяк ощупал дыру на своем горле. Вырванный А Цюанем кусок мяса валялся неподалеку на полу; оставалось лишь радоваться, что противник сместился всего на дюйм и не задел дыхательное горло, иначе сейчас он не хрипел бы у стены, а уже отправился на тот свет.

Боль, казалось, онемела. Потрогав рану и перепачкав руки в крови, он наконец в полной мере осознал, насколько свирепым был этот парень — впрочем, сам он тоже ни капельки не сдерживался.

Когда на кону стояла жизнь и смерть, единственной мыслью в их головах было уничтожить друг друга.

http://bllate.org/book/38391/4816268