От центральной больницы Южного университета до городского центра было чуть больше двадцати минут езды, и всю дорогу в салоне царило удушливое молчание.
Внезапно тишину нарушил телефонный звонок, раздавшийся с заднего сиденья. Ши Цыянь на мгновение замер, взял телефон Юй Вэя и ответил на вызов.
Из динамика донесся мужской голос с другого конца провода:
— Молодой господин, днем еще будет совещание, нам пора выезжать.
Ши Цыянь бросил взгляд на экран телефона, где высвечивалось: Дядя Ван.
— Алло, он в центральной больнице.
Только стихли его слова, как в трубке послышался рев автомобильного двигателя:
— Я скоро буду.
Звонок тут же оборвался, и Ши Цыянь безразлично убрал телефон. Едва они прибыли в больницу и устроили Юй Вэя, телефон зазвонил снова — спрашивали номер палаты.
Ван Югуан бегом добрался до палаты, посмотрел на мирно лежащего на кровати Юй Вэя, а затем на Ши Цыяня у изголовья, сплошь исполненный бдительности.
— Старший молодой господин, что произошло?
— Ложная течка, я уже сделал ему блокатор.
Как только Ши Цыянь честно всё объяснил, дверь палаты распахнулась, и в нее стремительно вошли три-четыре врача.
— Вы это что удумали?
После введения блокатора при ложной течке достаточно понаблюдать за пациентом пару дней, с чего вдруг такая шумиха?
Тем более что они собрались брать кровь.
— Я опасаюсь возможных последствий, поэтому ради надежности хочу взять кровь на полное обследование.
Ван Югуан обернулся, бросил взгляд на бледное лицо Юй Вэя, отошел в сторону и больше не мешал врачам брать кровь.
У Юй Вэя была светлая кожа, и под бледным, почти прозрачным эпидермисом отчетливо виднелись синеватые вены. Серебристая игла выглядела тонкой и длинной, и когда она вонзилась в кожу Юй Вэя, он подсознательно предупредил врача:
— Молодой господин — омега, он боится боли, сделайте поаккуратнее.
Врач бросил на него мимолетный взгляд, опустил голову и продолжил движение иглы.
— Доктор, вы же альфа, может, позовете омегу или женщину-врача?
Юй Вэй боялся боли, а альфы грубы и не церемонятся в мелочах. Ван Югуан всё же переживал, что мужчина-альфа причинит Юй Вэю боль.
Врач поднял голову и раздраженным тоном бросил:
— Пожалуйста, не ставьте под сомнение мой профессионализм.
— Но…
— Доктор Чэнь, берите кровь поаккуратнее. — Ши Цыянь скользнул взглядом по его груди: место, где положено носить нагрудный бейдж, было совершенно пустым.
— Знаю. — Доктор Чэнь опустил голову и закатил глаза так, чтобы никто не заметил. Вчера он провел три операции, хотя сегодня у него по плану был законный выходной. Его разбудили дома и притащили в больницу только ради того, чтобы взять пробирку крови.
Он, великий и ужасный хирург-ординатор, скатился до того, что пациенты придираются к нему из-за забора крови.
Чэнь Люй с недовольным видом глянул на омегу, лежащего на кровати. Он повидал бесчисленное множество омег, но этот на больничной койке отличался от остальных разве что чуть более белой кожей да смазливым личиком. Вид у него был насквозь изнеженный, и никаких других достоинств разглядеть не удавалось.
Он никак не ожидал, что Ши Цыянь клюнет на такое.
Закончив забор крови, он бросил пару дежурных фраз, чтобы успокоить изнервничавшегося Ван Югуана, и удалился. Уходя, он бросил долгий взгляд на Ши Цыяня и закрыл за собой дверь палаты.
— Я отойду в уборную.
Подождав пару минут, Ши Цыянь нашел предлог и прямиком направился в кабинет Чэнь Люя.
Не прошло и двух минут с ухода Ши Цыяня, как Юй Сун запыхавшись распахнул дверь палаты и бросился к кровати, едва сдерживая слезы, стоявшие в глазах.
Едва он вернулся из кабинета куратора после написания объяснительной, как услышал от Цю Лэя, что Юй Вэя увезли в больницу, и помчался туда так, будто за ним гналась ракета.
Теперь, видя брата лежащим на больничной койке, Юй Сун почувствовал, как глаза защипало от влаги. Сколько он себя помнил, старший брат никогда не попадал в больницу ни с чем серьезнее планового медосмотра, а о болезнях и травмах и вовсе не было речи.
Мысль о том, что сегодня они с Линь Юйчи уложили брата на больничную койку, едва не довела Юй Суна до слез от злости.
— Старший молодой господин пострадал несильно, как очнется — вернется домой, отдохнет пару дней, и все пройдет, — попытался утешить его Ван Югуан. — Тебе стоит крепко поблагодарить своего соседа по комнате — бэтсу. Это он вовремя ввел старшему молодому господину блокатор, иначе последствия были бы непредсказуемы.
Легок на помине: только Ван Югуан закончил говорить о Ши Цыяне, как тот вернулся. Заметив у больничной койки Юй Суна, он на секунду замер.
— Ты тоже сдавал кровь? — услышав шаги, Ван Югуан обернулся и неожиданно задал вопрос.
Ши Цыянь был в футболке, и крошечный след от укола на его руке сочился кровью, резко выделяясь на белой коже.
Проследив за взглядом Ван Югуана, Ши Цыянь опустил голову и стер кровоподтек салфеткой:
— Наверное, обо что-то поцарапался.
Юй Вэй совсем недавно сдал кровь, и, увидев следы крови на руке парня, тот автоматически решил, что это тоже от забора крови — из места укола сочилась кровь. Услышав объяснение, он кивнул и больше не стал акцентировать на этом внимание.
Получив дозу блокатора, Юй Вэй спустя час спокойно пришел в себя. Окинув растерянным взглядом столпившихся вокруг койки людей, он моргнул.
— Брат, ты в порядке, брат?.. — Юй Сун, не на шутку встревожившись, прижался лицом к самому лицу Юй Вэя и завыл так громко, будто здесь кого-то уже похоронили.
— Юй Сун… — Юй Вэй оттолкнул его лицо и сквозь зубы процедил: — Как я тебе наказывал все эти дни? Не драться в школе, не драться в школе. А ты что? В первый же день учебы, едва встретившись, устроил перепалку.
И подрался с самим главным героем.
Юй Вэй заводился все больше и больше: будь у него хоть немного сил, он бы подскочил и отлупил Юй Суна.
— Он сам напросился, — Юй Сун по-прежнему не признавал своей вины. — Теперь я жалею только о том, что мало врезал ему. Мне следовало порвать ему рот! Если уж у него такой чуткий нос, пусть шел бы в розыскные собаки, а эта скотина посмела распускать передо мной грязные языки — он получил по заслугам. Все альфы одинаковы, сборище псов.
Ши Цыянь, которого оскорбили заодно со всеми: «……»
Юй Вэю после блокатора уже не нужно было лежать в больнице, и, как только он пришел в себя и убедился, что всё в порядке, его выписали. Сначала Юй Вэй подвез их к воротам университета.
Выбравшись из машины, Юй Сун липуче придвинулся к Юй Вэю, и на лице его читалось невероятное нежелание расставаться.
— С со следующей недели начнутся занятия, братец, найдешь время — обязательно наведайся ко мне.
Южный университет находился далеко от центра города, одна только дорога туда и обратно занимала полчаса. У них шли занятия, а ночевать вне кампуса не разрешалось, так что вернуться домой не было никакой возможности — оставалось лишь уповать на то, что Юй Вэй будет навещать его почаще.
Юй Вэй, утомленный его липкими прилипаниями, пообещал:
— Ладно. Обязательно навещу, когда будет время. Только смотри мне, больше ни с кем не дерись.
Получив гарантии, Юй Сун с тяжелым сердцем распрощался с Ши Цыянем и поплелся в общежитие.
К этому часу небо уже потемнело, вечерний ветер качнул ветви больших деревьев, и листва зашуршала.
Ши Цыянь обернулся к воротам: там было пусто, машина уже уехала.
— Спасибо тебе за сегодня, — пройдя пару шагов, неожиданно произнес Юй Сун, и в его голосе проскользнула неловкость. — Хотя мне и не нравится, что брат так носится с тобой, но раз уж ты отвез моего брата в больницу, я говорю тебе искреннее спасибо.
Ши Цыянь бросил небрежно:
— Пустяки.
Юй Сун добавил:
— Если в будущем у тебя возникнут какие-то проблемы — обращайся без стеснений. Ты мне кажешься отличным парнем, в друзья я тебя уже записал.
Ши Цыянь лишь усмехнулся в ответ. Юй Сун уже явно зачислил его в свой ближний круг.
— Знаешь, я ведь просто терпеть не могу альф. Особенно после того, как мой брат вторично переродился омегой. Ты в курсе, тот очкарик из нашей комнаты — альфа или бетса?
— Цю Лэй, бэтса.
— Значит, в нашей комнате остался только этот альфа Линь Юйчи. — При упоминании Линь Юйчи Юй Сун презрительно скривил губы. — Все альфы — животные. Как бы мне хотелось, чтобы они все передохли, тогда омегам больше ничего не угрожало бы.
Ши Цыянь не смог выдавить из себя улыбку.
— У тебя что, предвзятость по половому признаку?
— Ни капли. Просто я презираю неуравновешенных уродов, которые где ни попадя выпускают феромоны, чтобы подавлять остальных и калечить ни в чем не повинных омег.
Ши Цыянь: «……»
Проще было сразу назвать имя Линь Юйчи.
От автора:
1. У сцены в ванной еще будет продолжение~
2. В этом произведении ABO — всего лишь второй пол, никаких делений на ранги нет.
3. Товарищ Цю Лэй, похоже, раскрыл великую тайну~
4. Товарищ Юй Сун и его новый друг вот-вот разругаются в пух и прах~
5. Автор этого произведения любит вас всех~
Глава 5 Период повышенной чувствительности
Вернувшись в комнату, Ши Цыянь первым делом отправился в душ. Как только он вышел из ванной, зазвонил телефон. Бросив взгляд на экран и заметив имя Чэнь Люй, он на мгновение замер с полотенцем в руках, спрятал телефон в карман, толкнул стеклянную раздвижную дверь на балкон и вышел наружу. Прислонившись спиной к перилам, он наконец принял вызов.
Стоило соединению установиться, как на том конце без лишних предисловий перешли к делу.
— Отчет о тесте на совместимость феромонов готов, — вздохнул Чэнь Люй. — Вы сколько вообще знакомы?
Ши Цыянь помолчал пару секунд:
— Пол дня. Совместимость феромонов как-то с этим связана?
Чэнь Люй перевел дыхание, и его голос заметно повеселел:
— Пол дня? Ну тогда еще ладно. У вас с этим омегой совместимость феромонов всего пятьдесят шесть процентов, даже до проходного балла не дотягивает. Как твой лечащий врач, я настоятельно рекомендую поискать другую парию и поскорее найти омегу с высокой совместимостью.
Дальнейших слов Чэнь Люя Ши Цыянь уже не слушал, перебив его вопросом:
— Ты уверен, что всего пятьдесят шесть процентов?
— Да. Я от начала и до конца контролировал этот анализ, ошибки быть не может. Пятьдесят шесть процентов — это слишком низкая совместимость. Твое состояние и без того не внушает оптимизма, а если ты свяжешься с омегой с таким низким процентом совместимости, ничего хорошего ни тебе, ни ему это не принесет.
— Ладно, я понял.
Ши Цыянь уже собирался сбросить вызов, но Чэнь Люй поспешно остановил его:
— Постой, не вешай трубку. У тебя ведь скоро должен начаться период повышенной чувствительности, как ты себя чувствуешь, есть какие-то реакции?
— Никаких особых ощущений и реакций, — честно ответил Ши Цыянь. Если уж говорить о реакциях, то разве что сегодня в обед железа в ванной сильно нагрелась, но в остальном — абсолютное затишье.
— Смотри мне, если появится хоть малейшее изменение — немедленно доложи. И даже если в период повышенной чувствительности тебе не понадобятся блокаторы, постарайся всё же раздобыть две-три штуки на всякий пожарный.
Чтобы врач не докучал нравоучениями, Ши Цыянь пообещал:
— Завтра пойду и куплю.
Сбросив вызов, он постоял на улице еще пару минут. Осенний ветер прохладно и мягко скользнул по коже. За время разговора его наполовину влажные волосы успели полностью высохнуть.
В одиннадцать часов вечера ровно погас свет.
Будучи лучшим учебным заведением Южного города, Южный университет предъявлял высочайшие требования к студентам, и после отбоя коменданты неустанно патрулировали каждый этаж.
Ши Цыянь наощупь забрался на кровать, и в носу сразу же защекотал слабый банановый аромат. Когда он нырнул под одеяло и как следует укутался, запах стал еще гуще.
Его одеяло тоже впитало омежий феромон.
Разговаривая с Чэнь Люем, он чувствовал, что упустил что-то важное, и только сейчас вспомнил, что так и не спросил про запах феромонов Юй Вэя.
Интересно, пахнет ли от него фруктами так же, как от него самого?
Ши Цыянь закрыл глаза, гадая, каков же на вкус этот сладковатый, но не приторный аромат, и постепенно погрузился в сон.
http://bllate.org/book/38374/4813581
Готово:
