Готовый перевод Strange Brew / Странные следы: Рисовая каша и соджу: Глава 14

Это еда для Ми?

Такая же ароматная, как вчера?

Цзайцзай моргнул, склонил голову и лизнул Нин Жуаня в щеку.

Шея Нин Жуаня рефлекторно вжалась в плечи, и тут же раздался его смеющийся голос:

— Цзайцзай, не балуйся.

Баловаться?

Он вовсе не баловался.

Цзайцзай опустил голову на свои маленькие лапки, которые послушно сложить друг к другу и вовсе никуда не бегали. Он решил, что Нин Жуань его оклеветал, в одностороннем порядке дулся несколько секунд, а затем, обнаружив, что Нин Жуань этого даже не заметил, боднул его в шею головой.

— М? — Нин Жуань повернул голову и прижал Цзайцзая к груди. — Ты тоже заметил, что чего-то не хватает, да?

Нин Жуань держал Цзайцзая одной рукой, а другой опускал ингредиенты в кастрюлю. Плотно закрыв крышку и включив огонь, он задумался о том, чего именно не хватает.

Кажется, он забыл об одной очень важной вещи.

Что это было?

Спустя несколько секунд Нин Жуань внезапно вспомнил.

Цзян Цян пропал.

Такой шумный и суетливый человек отсутствовал в доме, а Нин Жуань даже не замечал этого добрую половину дня — если подумать, даже как-то неловко.

Однако Нин Жуань не слишком волновался.

Уходя с работы, Цзян Цян прислал ему сообщение, но настроение у Нин Жуаня тогда было так себе, и он не стал его открывать. Сейчас было не спешно, поэтому Нин Жуань, прижимая к себе Цзайцzая и слегка покачивая его, направился в гостиную и взял со дивана телефон.

[Твой Цзян спешит на помощь]: Брат, тетя сказала, что сегодня приготовит еду на нас двоих, я иду забирать.

[Твой Цзян спешит на помощь]: Ты меня подожди, ладно, не спеши заказывать доставку.

Это сообщение было отправлено полчаса назад.

Следом шло еще одно, только что.

[Твой Цзян спешит на помощь]: Мне пиздец.

Что пиздец?

Нин Жуань стоял перед диваном, в одной руке держа кота, а в другой телефон, и набирал текст на экране.

Он только успел выстучать два иероглифа «что», как из-за двери донесся звон ключей. Звук раздался совсем близко, и послышался обрывок разговора Цзян Цяна и госпожи Цинь Шэн.

Голос Цинь Шэн был очень тихим, и разобрать слова не получалось, зато голос Цзян Цяна звучал громко — казалось, он нарочно повышает тон, так что каждый слог Нин Жуань расслышал предельно отчетливо.

— Тетя! Может, я помогу вам донести пакеты?

— А если мы просто так войдем, это нехорошо? Вдруг мой брат в туалете моется!

— Кх-кх! Тетя! Э-э...

Щелк.

Дверь открылась.

Нин Жуань уже понял, в чем дело, и хотя после того, как до него дошло, голос разума подсказывал ему схватить кота и где-нибудь спрятаться, ноги его намертво прили Sли к кафелю, оставшись стоять на месте ни сдвинувшись ни на дюйм.

А дверь уже распахнулась.Цинь Шэн вошел с целой стопкой пластиковых пакетов и термосом в руках, поднял голову и сначала окинул взглядом комнату, проверяя порядок.

Нин Жуань вспомнил про керамическую кошачью миску на полу, а затем и про подгоревшую кошачью еду на кухне. И самое, самое главное — белый пушистый комочек Цзайцзай, которого он прижимал к груди.

Он опустил взгляд и посмотрел на того, кто был у него на руках.

Бирюзовые глаза Цзайцзая широко раскрылись, словно малыш не понимал, что происходит. Он послушно мяукнул Нин Жуаню, а затем вытянул голову, с любопытством разглядывая вошедшую даму.

Цинь Шэн обошла комнату, окинула всех слегка озадаченным взглядом и встретилась глазами с круглыми бирюзовыми глазками Цзайцзая.

Цзайцзай дружелюбно поздоровался:

— Мяу?

Цинь Шэн:

— ...

Нин Жуань:

— !!!

Двадцать минут спустя.

Нин Жуань сидел на маленьком табурете справа от журнального столика, а Цинь Шэн и Цзян Цян расположились на диване слева. На самом столике сладко потягивался серебристо-белый котенок.

Цзайцзай встал, потянулся, поднял лапку и принялся вылизывать розовые подушечки. На середине процесса он вдруг заметил, что в комнате стоит жуткая тишина, и повернул голову к Нин Жуаню.

— Мяу~

Подал голос Цзайцзай, нарушая тишину, повисшую в воздухе.

Нин Жуань сидел с опущенной головой и, услышав этот звук, хотел было что-то сказать, но, перехватив боковым зрителем взгляд Цинь Шэн, тут же захлопнул рот.– Чего ты на меня уставился? – скрестив руки, нахмурился Цинь Шэн. – Хочешь что-то сказать?

Нин Жуань, конечно, не смел.

Однако противостояние трех человек и одной кошки продолжалось уже довольно долго, и, видя, как злость мамы разгорается все сильнее, Нин Жуань поджал губы и честно признался:

– Мам, э-это... я подобрал эту кошку...

– Я и сама вижу, – холодно произнес Цинь Шэн. – Когда подобрал?

– Недавно, полмесяца назад, – тихо ответил Нин Жуань.

Цинь Шэн мысленно прикинула время, и ее брови сошлись еще круче:

– В тот раз, когда мы с твоим папой приезжали привезти тебе еды, ты уже тайком ее держал?

– Я... – Нин Жуань открыл рот, но не смог найти подходящего оправдания, опустил голову и выдавил: – Угу.

– Тетя, вы его тоже не вините, – почуяв неладное, торопливо вмешался Цзян Цян. – Посмотрите, раз брат говорит, что подобрал кошку, значит, изначально он точно не планировал ее заводить. Просто ему стало жалко животное, другого выхода не было, вот и приютил, в конце концов, живая душа...

– Не хотел заводить – отдал бы кому-нибудь, – нахмурилась Цинь Шэн. – По-моему, он как раз очень даже хотел ее завести и специально от меня скрывал.

Нин Жуань не произнес ни слова.— А насчёт свидания вслепую... Я спросила, что ты об этом думаешь, а ты вместо ответа просто сбросил вызов, — озадаченно произнесла Цинь Шэн. — Я ведь не давила на тебя и говорила, что мне всё равно, с пацаном ты будешь или с девчонкой. И что теперь, тебе даже разговаривать со мной лень?

— Ты не спрашивала, — тихо ответил Нин Жуань.

— Что?

— Ты не спрашивала моего мнения, — Нин Жуань сердито вскинул голову, вытаращив круглые глаза.

Такое выражение лица порядком испугало сидевших на диване, особенно Цинь Шэн — она отродясь не видывала ничего подобного у собственного сына, а потому на добрую минуту потеряла дар речи.

Атмосфера вмиг сгустилась.

В этот момент Цзайцзай вдруг с глухим стуком спрыгнул с дивана и дважды зашипел на Цинь Шэн, оскалив зубы.

— Ой-ёй, — испуганно отпрянула назад Цинь Шэн. — И сколько мы его держим, а уже хозяина защищает.

Цзайцзай преградил Нин Жуаню путь своим похожим на пушистый белый комок тельцем, не сводя с женщины настороженного взгляда.

— Цзайцзай, — поспешно позвал Нин Жуань, подзывая его рукой.

Цзайцзай повернул голову и мягко мяукнул ему:

— Мяу-у~

Не бойся~

Затем он снова отвернулся и продолжил бдительно пялиться на Цинь Шэн, вздыбив всю шерсть.

Глядя на крошечное тельце, заслонившее его собой, Нин Жуань почувствовал, как у него защипало в глазах, и пробормотал:

— Всё в порядке, Цзайцзай, я просто разговариваю с мамой, мы не ругаемся.

Нин Жуань протянул руку, поднял Цзайцзая с пола и принялся бережно приглаживать его взъерошенную шерстку.Цзайцзай задрал голову, глядя на Нин Жуаня, и уставился на него пухленьким личиком, полным горькой обиды, заливаясь громким мяуканьем.

Сразу было слышно, что он донельзя разозлен.

Нин Жуань прижимал к груди тяжеленького котенка, и в душе у него царила смесь самых разных чувств.

Для Цзайцзая он был всего лишь двуногим, приютившим его на полмесяца, но даже так человек смог в этот момент грудью встать на его защиту.

Снова подняв взгляд на свою маму, Нин Жуань почувствовал, что теперь ему ничего не страшно, а тело наполнилось силой.

— Мам, я буду его держать, — твердо произнес Нин Жуань, прижимая к себе Цзайцзая с таким видом, будто они собрались погибать вместе.

Цзян Цян все это время наблюдал со стороны и, видя такую картину, едва не разрыдался от умиления:

— Тетя, ну разрешите ему оставить Цзайцзая! Вы только посмотрите, как это трогательно!

Стоявший рядом Цинь Шэн:

— ...

Цинь Шэн горько усмехнулся:

— То есть вы все тут хорошие, а злодей у нас только я, верно?

— Нет-нет, — помотал головой Цзян Цян. — Ни в коем случае.

Цинь Шэн перевел взгляд на Нин Жуаня.

Упрямо прижимая к себе кота, Нин Жуань, впрочем, растерял большую часть своей недавней уверенности и тихо проговорил:

— Мам, я правда хочу его оставить.

Цинь Шэн помолчал, ничего не отвечая, и тяжело сдвинул брови.

Спустя десяток секунд Цинь Шэн вздохнул:

— Тебе обязательно нужно его держать?

— Угу, — кивнул Нин Жуань. — Обязательно.Цинь Шэн снова вздохнул, откинулся на спинку дивана и помассировал переносицу.

Нин Жуань поднял голову и посмотрел на него, не понимая, что тот имеет в виду. Отроив переносицу, Цинь Шэн пробормотал:

— Я всё время считал тебя ребёнком и думал, что обо всём должен заботиться сам. А теперь гляжу — ты и впрямь вырос, у тебя появились свои мысли.

Нин Жуань поджал губы и принялся гладить Цзайцзая по кошачьей головке.

— Хочешь держать — держи, в своём доме сам хозяин, — Цинь Шэн посмотрел на него. — Судя по всему, если бы я не разрешил, в следующую секунду ты бы порвал со мной всякие отношения.

— Ни за что, — тихо произвел Нин Жуань. — Н-но я правда очень люблю Цзайцзая...

— Ладно, тогда пусть живёт, — сказал Цинь Шэн.

Не успел Нин Жуань обрадоваться, как Цинь Шэн резко сменил тему и тут же продолжил:

— Но то, что ты скрыл это от меня, заставило моё сердце оледенеть. Я и не знал, что ты теперь такой смелый и даже научился лгать.

Нин Жуань с чувством вины опустил голову.

Цзайцзай ничего не понял, поднял голову на Нин Жуаня и ласково поткнулся о его шею.

Мягко, но немного щекотно.

Нин Жуань едва не рассмеялся, легко кашлянул и сдержал улыбку.

Серьёзнее, серьёзнее, сейчас его воспитывают.

— Как его зовут? Цзайцзай? — Цинь Шэн уставился на белого котёнка на руках у Нин Жуаня. — Сколько ему лет и почему он такой толстый?

Цзайцзай, который как раз навострил уши, слушая разговор: «?»

— Мяу-ау! — воинственно рявкнул он на Цинь Шэна.

— Ой, неужели он всё понимает? — потрясённо произнёс Цинь Шэн.

— Угу, Цзайцзай очень умный, — Нин Жуань поспешил успокоить Цзайцзая и робко заступился за него: — И он совсем не толстый, просто шерсть длинная, поэтому кажется крупноватым, а на самом деле телосложение у него самое стандартное... Точного возраста мы не знаем, врач сказал, судя по зубам, он уже взрослый, примерно полтора года.

Если переводить на человеческий возраст, только-только совершеннолетним стал.

— А его кастрировали?

Цинь Шэн нахмурился, глядя на Цзайцзая:

— Твоя двоюродная сестра тоже держит кошку. Говорят, в период течки она гадит где попало, а ещё орёт по ночам и мешает соседям. Лучше стало только после операции, а до этого твоя сестра даже хотела её отдать.

Так что не думай, будто я запрещаю из вредности: заботиться о кошке — труд не меньший, чем ухаживать за человеком. Еда, питье, туалет, сон — всё на тебе, а говорить человеческим языком она не умеет.

Цинь Шэн посмотрел на Нин Жуаня с послушно лежащими прядями волос и подытожил:

— Займись его кастрацией поскорее и не вздумай клясться мне тут, чтобы через пару дней сплавить кота кому-нибудь другому.

http://bllate.org/book/38367/4812623