Он намеренно поздоровался с Сун Сэнем, но тот даже не удостоил его ответом и, развернувшись, вошел в дом на колесах.
Се Юэ опустилась до того, что обманом заманила его сюда на выручку, лишь потому, что эта роль была крайне важна для Сун Сэня. Он зарабатывал на жизнь своей молодостью, но возраст брал свое, и поддерживать имидж чистого и невинного кумира становилось все сложнее. Молодые таланты наступали на пятки, и ему позарез был нужен серьезный проект, чтобы сменить амплуа, иначе его ждало забвение.
У этой картины была солидная производственная команда, а партнершей Сун Сэня выступала признанная актриса Яо Лин. Вот только актерские навыки Сун Сэня оставляли желать лучшего — этот орешек оказался ему не по зубам.
Яо Лин была актрисой, пробивавшей себе путь упорным трудом, и никогда не потакала популярным смазливым мальчикам. Если те играли плохо, она не стеснялась в выражениях — ее критика била точно в цель. Те, кому довелось испытать это на себе, при виде нее начинали дрожать от страха, — о какой экранной химии между влюбленными страдальцами могла идти речь?
— Сначала как следует прочти сценарий, постарайся уложиться в три дубля, — наставляла его Се Юэ. — Будь порасторопнее, госпожа Яо сейчас не в духе, постарайся ее не злить...
Не дослушав, И Энь взглянул на свое отражение в зеркале и улыбнулся, глядя на взволнованную Се Юэ.
— В один.
— Что?
Он повторил:
— Мне достаточно одного дубля.
Се Юэ явно не поверила:
— А если не получится?
И Энь отрезал:
— Я не стану рассказывать о том, как именно Сун Сэнь пробился наверх, удалю все прежние критические посты о нем и публично принесу извинения.
Наблюдая за микромимикой Се Юэ, он понял, что его предложение ее зацепило.
— Но взамен Сун Сэнь должен публично извиниться передо мной и заплатить за то, что подстрекал фанатов травить меня в сети.
Се Юэ немного поколебалась, решив, что по ходу дела разберется, и ответила: «Хорошо».
И Энь достал телефон, спрятанный под коленом, и, словно хвастаясь, помахал им перед носом Се Юэ:
— Запись как доказательство, не вздумайте юлить.
Се Юэ открыла рот от изумления — ее провели, и она не нашлась, что ответить. Когда И Энь успел научиться играть на опережение? Раньше он безоговорочно ей доверял.
Съемки начались. Она с замиранием сердца следила за происходящим. Когда режиссер скомандовал «Снято, отлично», камень, давивший ей на сердце, наконец упал.
Она даже не заметила, как Сун Сэнь, сжав дверную ручку, помрачнел. Стоило И Эню вернуться, как он тут же спрятал все эмоции и послушно поплелся за Се Юэ.
— Брат, ты сыграл просто отлично, даже госпожа Яо не смогла придраться. Видимо, моего мастерства все же не хватает, — Сун Сэнь улыбнулся, протягивая ему руку, но при этом задрал подбородок, лишая слова всякой искренности.
— Хорошо, что ты это понимаешь, — И Энь даже не взглянул на него.
Лицо Сун Сэня мгновенно потемнело.
Приходя сюда, он рассчитывал вдоволь поиздеваться над Сун Сэнем, но, увидев своими глазами его суетливость и то, как он, чувствуя вину, пытается казаться невозмутимым, И Энь внезапно потерял к нему всякий интерес.
Если бы Сун Сэнь был достойным противником, который, отобрав чужое, мог бы уверенно смотреть ему в глаза, — вот такой психологической стойкости он бы зауважал. А нынешний Сун Сэнь — это дикий кот, у которого много амбиций, но нет силы; кроме того, что он может больно поцарапать, он не представляет угрозы для настоящего тигра.
Видимо, тогда гнев окончательно затуманил ему разум.
И Энь отвернулся, потыкал что-то в телефоне и сунул экран под нос Се Юэ:
— Рассчитайтесь за работу.
Се Юэ:
— В каком смысле?
И Энь:
— Нанять меня в качестве дублера — удовольствие не из дешевых. Вы что, не подготовились морально, прежде чем звать меня? Или надеялись на халяву?
Эти слова ошеломили Се Юэ. И Энь знал, что ему предстоит подменять Сун Сэня, но все равно согласился, не стал устраивать сцен, да еще и с невозмутимым видом потребовал оплаты.
Неужели это тот самый И Энь, который раньше ценил свое достоинство превыше жизни?
С тяжелым сердцем она перевела ему деньги. В кармане И Эня наконец появилась приятная тяжесть — этих денег как раз хватило бы, чтобы разобраться с арендой.
В любом случае, он собирался завязать с этой индустрией, а статус и прочее — пустой звук по сравнению с реальными деньгами. К тому же заставить людей, которые его ненавидят, раскошелиться и наблюдать за их кислыми минами было куда приятнее.
И Энь переоделся и поспешил уйти, пока не появилась та самая служебная собака. В детстве его покусали, и с тех пор осталась фобия: стоило ему увидеть бегущую на него собаку, как он инстинктивно пытался защититься.
Однако Сун Сэнь преградил ему путь:
— Брат, давай поужинаем вместе? Я угощаю. Все, что было раньше — моя вина, прими мои извинения.
И Энь с раздражением оттолкнул его:
— Сначала опубликуй заявление с извинениями, а там посмотрим.
Если поторопиться, можно успеть прорешать еще несколько тестов для госслужащих. Ужин с этим типом лишь отдаляет его от заветной цели. Что может быть лучше стабильной работы?!
Сун Сэнь, казалось, ничего не понимал и продолжал тянуть его за собой. И Энь уже начал подумывать, не врезать ли ему.
— Гав! Гав!
Внезапно из угла, как черная молния, вылетела собака. С диким лаем и горящими от ярости глазами она бросилась прямо на них. Позади запыхавшиеся сотрудники пытались ее удержать.
Лицо И Эня побледнело, как и лицо Сун Сэня. Последний оттолкнул И Эня и бросился к дому на колесах. В прошлой жизни было так же: он успел забежать внутрь, и, хотя мог впустить И Эня, предпочел оставить его снаружи.
И Энь быстро сориентировался и прошмыгнул внутрь на шаг раньше Сун Сэня.
— А-а-а! — раздался вопль Сун Сэня. Собака сбила его с ног, вцепилась в штанину и начала яростно рвать ткань.
Все бросили свои дела и прибежали на помощь, на площадке воцарился полный хаос. С трудом оттащив собаку, они увидели, что она продолжает скалиться и лаять на Сун Сэня. Она не трогала никого другого, а вцепилась именно в него.
И Энь словно что-то почувствовал. Он подошел поближе и снаружи, за спинами толпы, заметил, как Се Юэ, воспользовавшись суматохой, быстро вытащила из кармана брюк Сун Сэня какой-то пакетик и тут же сунула в свой собственный. Она огляделась по сторонам, убеждаясь, что никто не заметил.
Похоже, это был пакет с белым… порошком.
В машине по дороге домой эта сцена никак не выходила у него из головы. За то время, что он крутился в этой индустрии, он был наслышан о темных делишках: снаружи они все сияют, а внутри движимы лишь корыстью.
Машина как раз проезжала мимо полицейского участка, и И Энь выпалил:
— Водитель, остановите здесь.
http://bllate.org/book/38090/4768937
Сказали спасибо 0 читателей