Готовый перевод The Top Actor Wants to Be a Lazy Fish / Лучший актёр хочет быть просто ленивой рыбкой: Глава 24. Стать опорой

Треугольник?

Чжу Юй опустил голову и присмотрелся к ушибу. На месте удара отчетливо проступали две глубокие багровые полосы и одна посветлее, которые и впрямь сходились в аккуратный угол.

Отпираться дальше было бессмысленно.

Чжоу Цзяжун, глядя на то, как юноша лишь виновато хлопает ресницами и помалкивает, окончательно во всем убедился.

Ударился он, как же! Бог весть где и от кого получил эту травму.

— Сиди ровно! — коротко и безапелляционно скомандовал мужчина.

После чего сам наклонился к его ноге и принялся наносить мазь на ушиб этому в пух и прах завравшемуся маленькому обманщику.

Услышав, как юноша тихонько шикнул сквозь зубы, мужчина холодным тоном спросил:

— Теперь-то почувствовал, как это больно?

Чжу Юй: “...”

Он даже не нашелся, что ответить. На самом деле язык у него был подвешен дай бог каждому: с людьми он умел говорить по-человечески, с подлецами - на их языке, а уж если его кто-то оскорблял, он мог вернуть обиду в двойном размере.

Но вот сталкиваясь с подобными проявлениями искреннего беспокойства и досады из серии “и в кого ты такой уродился”, он совершенно терялся.

Немного помедлив от переполнявшего его чувства вины, он едва слышно пролепетал:

— Совсем не больно.

Просто кожу немного покалывало.

Конечно, Чжоу Цзяжун вовсе не усиливал нажим специально, чтобы преподать ему урок.

Этот ушиб отличался от раны на ладони: здесь кожа была содрана, и лечебные компоненты мази сквозь повреждения проникали прямо в мышечную ткань. Совсем ничего не чувствовать при этом было бы просто нереально.

С переднего сиденья Юй Шэн наблюдал за происходящим с круглыми от изумления глазами.

Его боссу в этом году должно было исполниться двадцать шесть лет, и тот четко дал понять всем вокруг, что планирует прожить эту жизнь без брака и детей. Со всеми без исключения он держался подчеркнуто отстраненно. Юй Шэн еще никогда не видел его таким… Да, пусть этот парень Чжу Юй и был особенным, но нянчиться с ним так, словно со своим собственным ребенком - это уже чересчур!

Мужчина касался раны настолько бережно, будто молодой господин Чжу был сделан из тончайшей бумаги, и примени он чуть больше силы - парень просто рассыплется.

Закончив обрабатывать ушиб, Чжоу Цзяжун не стал сразу опускать штанину Чжу Юя, дав средству немного впитаться.

Эта мазь действовала быстро.

Он поднял голову. Черты его лица оставались всё теми же - спокойными и безучастно-холодными, когда он повторил вопрос:

— Так что всё-таки произошло на самом деле?

Чжу Юй лишь молча опустил глаза.

Сказать, что он повздорил со своим непутевым папашей и тот запустил в него тяжелым предметом? Стыдоба да и только.

К тому же, это он просто зазевался и не успел увернуться. Да, травму он получил, но ведь и в долгу не остался - устроил в семействе Чжу настоящий переполох. Рассказывать об этом сейчас… Ни для обычной жалобы, ни для излияния души это не годилось, вышло бы только неловко.

Чжоу Цзяжун негромко вздохнул:

— Не хочешь говорить?

Упрямые дети обычно вызывают меньше сочувствия, чем те, кто умеет жаловаться и просить поддержки. Но сам он когда-то был именно таким упрямцем, поэтому сейчас, глядя на сидящего перед ним юношу, невольно становился мягче.

Чжу Юй кивнул и добавил:

— Но я не остался в проигрыше.

В его голосе прозвучала явная гордость. Чжоу Цзяжун на миг прикрыл глаза, словно качая головой от такой неисправимости, однако его настроение заметно улучшилось:

— Вот и отлично.

В салоне автомобиля воцарилось молчание, но атмосфера стала куда более уютной и расслабленной.

Чжу Юй привык спать днём, так что его веки вскоре начали слипаться, и в конце концов он сладко задремал.

Спустя какое-то время его осторожно разбудили. Плечи юноши были бережно укрыты легким пледом.

— До начала уроков осталось пятнадцать минут, — негромко произнес Чжоу Цзяжун.

Чжу Юй спросонья еще плохо соображал. Сонно моргая, он чисто на автомате отозвался:

— Дядя Чжоу, тогда я пойду.

И принялся натягивать штанину обратно на голень.

В этот момент раздался ровный, весомый голос:

— Сам проблем не ищи, но если что-то случится - не бойся. Я со всем разберусь и прикрою тебя. Иди.

“Прикрою?” Как именно прикроет?

Тут и гадать было нечего - это было прямое обещание стать для него надёжной опорой и защитой.

Юй Шэн на переднем сиденье аж остолбенел. Он прекрасно знал, что его босс слов на ветер не бросает, но чтобы тот так откровенно кого-то баловал и опекал… По крайней мере, за те три года, что Юй Шэн работал на него, он не слышал от шефа ничего подобного.

А вот Чжу Юй от этих слов мгновенно и окончательно проснулся.

Эти слова показались ему до боли знакомыми, особенно вторая их часть. В своей прошлой жизни он и сам не раз говорил нечто подобное тем младшим, которые от него зависели, и всегда держал слово.

Ему хотелось не принимать это всерьёз - в конце концов, если посчитать, они с Большим боссом Чжоу были знакомы от силы меньше месяца.

Такое обещание весило слишком много. Настолько серьёзное, что звучало почти неправдоподобно.

С другой стороны, Большой босс Чжоу никогда не бросал слов на ветер и не давал обещаний легкомысленно - это было черным по белому подтверждено даже в оригинальном романе.

Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но сейчас перед ним, похоже, разложили императорский пир – и ещё сообщили, что платить ничего не нужно.

Чжу Юю стало жутко неловко, да и не привык он к такому.

Ведь он сам еще ровным счетом ничего не сделал для этого человека в ответ. В итоге он лишь поспешно выпалил:

— Я понял, дядя Чжоу! Если я вам когда-нибудь понадоблюсь, только скажите - буду по первому же зову! — и торопливо выскочил из машины.

Даже если придется подрабатывать живой подушкой-обнимашкой! Ради будущих ста миллионов он так и быть сделает скидку… в двадцать процентов!

Дверь автомобиля захлопнулась.

На переднем сиденье Юй Шэна наконец-то осенило: “Так вот оно что!”

Значит, молодой господин Чжу теперь предан боссу до глубины души? Раз уж он готов явиться по первому зову, то даже если полностью вылечить бессонницу шефа не удастся, то держать ее под контролем теперь точно получится без проблем.

То, как в последнее время босс прямо на глазах шел на поправку и выглядел всё лучше - разве это не было главным доказательством?

Взрослые мыслят выгодой, а дети куда больше ценят искренние чувства. К тому же молодой господин Чжу явно принадлежал к тем людям, которые за добро всегда платят добром…

Юй Шэн не удержался и восхищенно произнес:

— Босс, вы действительно потрясающий.

Чжоу Цзяжун взглянул на него.

— Ваша забота о молодом господине Чжу окупается с лихвой, — продолжал помощник. — Он ведь сам сказал: по первому же зову…

Чжоу Цзяжун устало потер переносицу:

— Помолчи.

Он никак не ожидал появления Чжу Юя в своей жизни. Будь тот взрослым человеком, всё было бы куда проще - в ход пошли бы любые привычные методы, от угроз до подкупа. Но парень, ко всему прочему, был еще несовершеннолетним: стоило проявить к нему хоть каплю тепла, как он уже со всей душой стремился отплатить в ответ.

Из-за этого у Чжоу Цзяжуна даже в мыслях не могло возникнуть намерения просто использовать его.

Он впервые в жизни толком не знал, как ему поступить.

*

До звонка на урок оставалось еще пара минут, но учитель уже стоял у двери класса.

Чжу Юй тихонько проскользнул внутрь через заднюю дверь.

Первый урок после обеда - время, когда всех обычно клонит в сон, так что мало кто обратил внимание на его появление.

Чжоу Мин сидел с закрытыми глазами, отдыхая, как вдруг до его носа донесся тонкий аромат свежей травы.

Едва уловимый и прохладный - этот запах показался ему смутно знакомым.

Распахнув глаза, он увидел перед собой спину Чжу Юя. Кондиционер для стирки, гель для душа или всё-таки парфюм?

Этот аромат он уже определенно где-то чувствовал.

Во время празднования Нового года дед сильно рассердился, а тут ещё и отец подлил масла в огонь, так что дед со всей силы ударил дядю тростью.

Позже Чжоу Мин тайком прокрался наверх, чтобы проведать его. Дядя встретил его довольно прохладно, но злость на нем вымещать не стал, а просто заранее отдал красный конверт с деньгами, который планировал подарить только на следующий день.

И именно тогда от дяди пахло точно таким же легким травяным ароматом.

На перемене Чжу Юй стоял в коридоре и болтал с Фань Шоудуанем.

Внезапно совсем рядом раздался холодный голос:

— Чжу Юй…

Это был Чжоу Мин.

Чжу Юй перевел на него взгляд.

Он очень тщательно следил за тем, чтобы держаться подальше от главных героев романа и без необходимости почти никогда с ними не общался.

“И что на этот раз?” — подумал он.

Вспомнив, как Чжу Шаожань, явившийся-таки после обеда на занятия, то и дело сверлил его своими заплаканными, абсолютно красными глазами, Чжу Юй мгновенно растерял всю свою благодушную улыбку, и его лицо стало безучастным.

Пальцы Чжоу Мина слегка дрогнули:

— Дай пройти, дорогу загородил.

Чжу Юй: “...”

Коридор нельзя было назвать особенно широким, но и тесным он точно не был. Нарывается на пустом месте?

Поскольку и рука болела, и нога у него сейчас была травмирована, ввязываться в перепалку не хотелось. Он просто приобнял Фань Шоудуаня за плечо, увлекая его за собой чуть в сторону, чтобы освободить проход, а сам отвернулся и принялся разглядывать вид за окном.

Спустя несколько секунд Фань Шоудуань с облегчением выдохнул:

— Молодой господин Чжоу ушел… Чжу Юй, мне показалось, он хотел тебе что-то сказать.

Хотя они были ровесниками, но когда молодой господин Чжоу стоял рядом, от него исходило такое неописуемое давление, что даже дышать становилось трудно.

Чжу Юй отмахнулся:

— Он же сказал: дорогу загородил. Вот и всё.

— Да нет же, — Фань Шоудуань почесал лоб, где недавно вскочил новый прыщ. — Он ведь довольно долго здесь простоял, честное слово…

Вид у Чжоу Мина и впрямь был такой, словно он колебался, не зная, стоит ли начинать разговор.

Чжу Юя это совершенно не интересовало. Подперев подбородок ладонью, он лениво смотрел по сторонам и небрежно бросил:

— Тебе показалось.

Тем временем Чжоу Мин, опустив глаза, стоял на другом конце коридора.

Он делал вид, что разглядывает пейзаж за окном. Прохожие то и дело косились на него, а кое-кто даже порывался подойти и завязать беседу, но стоило им приблизиться, как холодный взгляд Чжоу Мина тут же заставлял их отступить.

В этот момент он искренне жалел о содеянном.

Он ведь всего лишь хотел спросить у Чжу Юя, что это за аромат.

Однако, когда этот парень болтал с Фань Шоудуанем, его лицо так и лучилось улыбкой, но стоило Чжоу Мину начать говорить - улыбка мгновенно испарилась, а взгляд стал ледяным…

Неожиданно ему вспомнилось довольно банальное выражение: “От любви до ненависти - один шаг”.

Не мог же он быть хуже какого-то там Фань Шоудуаня. Раз Чжу Юй так нарочито демонстрирует ему свою холодность, значит, он всё еще не отпустил свои чувства.

Занятый этими рассуждениями, Чжоу Мин даже не заметил, что былая неприязнь к Чжу Юю в его душе улетучилась практически без следа.

В классе.

Цзинь Шэнчи в очередной раз убрал руки Чжу Шаожаня, которыми тот упорно закрывал лицо:

— Да что с тобой стряслось-то в конце концов?

Мало того, что пропустил все утренние уроки, так еще и явился после обеда с заплаканными, опухшими глазами.

Видя, что Чжу Шаожань лишь кусает губы и упорно молчит, он окончательно потерял терпение и озвучил ответ, который уже сотню раз прокрутил в голове:

— Это из-за Чжу Юя?.. Он тебя обидел?

Чжу Шаожань покачал головой:

— Брат Чи, пожалуйста, не спрашивай.

— Не хочешь - не говори! — Цзинь Шэнчи резко поднялся со своего места. — Думаешь, я не могу спросить у других?

А он-то наивно полагал, что Чжу Юй наконец угомонился.

Ну и притворщик!

Чжу Шаожань ухватился за его рукав и, подняв на него полные слез глаза, тихо позвал:

— Брат Чи…

Цзинь Шэнчи выжидающе уставился на него.

— Брат Чи, ты можешь пообещать мне одну вещь?

— Какую?

— Вообще не обращай внимания на Чжу Юя. Я… — по щеке Шаожаня скатилась слезинка. — Он мне не нравится. И ты тоже… не вздумай проникаться к нему симпатией.

Чжу Шаожань привык доверять своей интуиции.

Отец всем своим видом показывал, как сильно презирает Чжу Юя, но при этом из-за него пришел в такую ярость, что даже влепил маме пощечину. Цзинь Шэнчи тоже твердил, что терпеть не может Чжу Юя, однако сам же позвал его играть в баскетбол. Да и на переменах Шаожань нет-нет да и замечал, как Шэнчи подолгу залипает на Чжу Юя - и взгляд у него при этом был скорее заинтригованный, без прежнего отвращения.

А еще эта история с тетей Лю… Ему до сих пор становилось дурно, стоило о ней вспомнить.

С тех пор как появился Чжу Юй, всё пошло наперекосяк…

“Симпатией?”

В голове Цзинь Шэнчи промелькнула какая-то мимолетная мысль, но исчезла так быстро, что он не успел ее поймать. Он так и взвился:

— Да о чем ты вообще думаешь?! Еще чего, много чести для него!

Он потрепал Чжу Шаожаня по макушке:

— Не забивай себе голову.

Голос прозвучал мягко, однако во всем его облике - во взгляде и резком разлете бровей - отчетливо читался его бешеный, агрессивный нрав.

Чжао Фэйхун, который как раз собирался подойти и поздороваться, в нерешительности сел обратно.

На душе у него было тревожно, и он подумал: “И кто только умудрился опять разозлить этого демона? Сегодня точно надо держаться от него подальше, чтобы ненароком не попасть под горячую руку”.

Подняв глаза, он заметил Чжу Юя, который весело переговаривался о чем-то с Фань Шоудуанем заходя в класс. Чжао Фэйхун мысленно сплюнул:

“И что в нем такого? Смазливый тип, который только и умеет, что глазки всем строить!"

Чжу Шаожань провожал взглядом спину Цзинь Шэнчи. На душе у него было обидно и почему-то очень тревожно.

Неужели он и впрямь накручивает себя?

Раньше, что бы он ни попросил, брат Чи всегда без раздумий отвечал: “Хорошо, я обещаю”. Но в этот раз он так и не дал обещания…

Чувствуя, как внутри закипают злость и отвращение, он дрожащими пальцами набрал сообщение Чжу Юю:

[Мои родители сильно поссорились, а тетю Лю забрала полиция. Ты теперь доволен?!]

Спустя мгновение с той стороны прилетел короткий ответ из двух слов:

[Очень доволен.]

Чжу Шаожаня аж затрясло от ярости, и он лихорадочно забарабанил по экрану:

[В нашем доме тебе не рады! Будет лучше, если ты вообще никогда не вернешься!!!]

Чжу Юй:

[Ладно.]

Чжу Шаожань в растерянности уставился на этот ответ. На душе у него было невыразимо тоскливо и обидно.

Почему? Ну почему Чжу Юй каждый раз остается настолько невозмутимым?

Без поддержки семьи Чжу на какие шиши он собирается жить?

С какого момента Чжу Юй стал походить на непробиваемую глыбу, которой всё нипочём? Казалось, будто они вообще живут в совершенно разных мирах.

Это ощущение… это было даже не презрение, а абсолютное равнодушие. Словно он… словно он со стороны хладнокровно за ними наблюдает.

С полным изяществом и контролем над ситуацией взирает со стороны на всех вокруг - включая его самого.

Да с какой стати?!

Чжу Юй убрал телефон обратно в ящик парты.

“Тетю Лю забрали…” — в голове мелькнуло легкое любопытство, хотелось узнать, за что именно, но он тут же отбросил эту мысль. Какая разница.

Впрочем, толика злорадства в его душе всё же присутствовала.

После уроков Чжу Юй закинул на плечо рюкзак и пошел к выходу вместе с Фань Шоудуанем.

Фань Шоудуань так и сиял от радости:

— Серьезно?! Раз тебе так понравилось, в следующий раз снова приходи к нам в гости. Куриные лапки “Тигриная кожа” в исполнении моей мамы - это просто кулинарный шедевр!

— Да мне даже как-то неудобно объедать вас, но у твоей мамы и впрямь золотые руки… — начал Чжу Юй.

Бум!

Баскетбольный мяч со свистом пролетел прямо над их головами, с грохотом врезался в стену и отскочил обратно. Вокруг раздались испуганные вскрики нескольких учеников.

Рюкзак висел на одном плече, и Чжу Юй, среагировав с молниеносной быстротой, резко перехватил его рукой и выставил перед собой, блокируя удар.

Он обернулся и наткнулся взглядом на до предела высокомерное и дерзкое лицо.

“Да что опять не так?”

Чжу Юй имел все основания подозревать, что раз уж ему суждено было стать пушечным мясом в этой истории, то даже если он сам не будет искать неприятностей, они всё равно найдут способ до него докопаться.

Страха он не почувствовал. Скользнув взглядом по катящемуся по полу баскетбольному мячу, юноша ровным голосом спросил:

— Цзинь Шэнчи, что ты творишь?

Цзинь Шэнчи одной рукой опёрся на парту. Подняв бровь и сохраняя холодное выражение лица, он ответил:

— Чего разнервничался? Поболтать надо.

Чжу Шаожань, который до этого медленно собирал домашнее задание, резко поднялся с места:

— Брат Чи…

В его голосе сквозило удивление вперемешку с попыткой урезонить друга, однако, видя то, насколько бесцеремонно Цзинь Шэнчи ведет себя с Чжу Юем, на душе у Шаожаня сразу полегчало. Брат Чи всё-таки решил за него заступиться.

Остальные одноклассники то переводили взгляд на Чжу Юя, то на Цзинь Шэнчи, и их шаги по направлению к выходу заметно замедлились.

Всем хотелось посмотреть на назревающее зрелище.

Вот только на этот раз большинство ребят втайне сочувствовали Чжу Юю. Ладно бы это случилось раньше, но в последнее время он вел себя вполне нормально. Почему же молодой господин Цзинь всё равно относится к нему как к бельму на глазу?

Удивительное упрямство.

Цзинь Шэнчи раздраженно нахмурился:

— На что уставились? Кому делать нечего - быстро проваливайте, иначе пеняйте на себя!

Меньше чем за минуту класс опустел.

Лишь Фань Шоудуань не хотел уходить:

— Чжу Юй?..

Ему хотелось расспросить, в чем дело, но он не знал, с чего начать. Цзинь Шэнчи всегда отличался деспотичным и властным характером. Чжу Юй такой хороший парень, а тот вечно находит повод к нему придраться.

Чжу Юй слегка подтолкнул Фань Шоудуаня к дверям:

— Иди первым.

— Ну уж нет, я… я подожду тебя, — заартачился Фань Шоудуань.

Он своими глазами видел, как дерётся Цзинь Шэнчи. Поговаривали, что тот специально занимался боевыми искусствами - как-то раз он одним ударом ноги свалил старшеклассника, это было жуткое зрелище. Чжу Юй по телосложению куда изящнее и тоньше того парня, под горячую руку ему лучше не попадаться.

Чжу Юй с абсолютно невозмутимым видом произнес:

— Всё в порядке, просто Цзинь Шэнчи немного стесняется.

Фань Шоудуань опешил:

— В смысле?

Цзинь Шэнчи: “…?”

Чжу Юй продолжил:

— Он ведь постоянно пытается затащить меня поиграть в баскетбол. Вот и использует угрозы и давление. Сейчас сходим на площадку, сыграем пару партий – и всё будет нормально.

Фань Шоудуань сомневался, но вроде бы Цзинь Шэнчи и впрямь когда-то упоминал, что хочет сыграть с Чжу Юем… Неужели богачи всегда так деспотично просят о чем-то людей?

Прямо как те властные боссы из сериалов.

Если так, то это, честно говоря, довольно сильно раздражает.

Чжу Юй перевел взгляд на Цзинь Шэнчи:

— Ну что, я прав?

“Прав?! Да ни черта подобного! Совсем крыша поехала!” — мысленно взвился Шэнчи.

Цзинь Шэнчи раздражённо посмотрел на Фань Шоудуаня и грубо прикрикнул:

— Давай уже, проваливай!

Чжу Юй мысленно выдохнул с облегчением от того, что Цзинь Шэнчи подыграл ему.

Он понятия не имел, удастся ли сегодня разойтись миром. Ведь в оригинальном романе повзрослевший Цзинь Шэнчи превращался в настоящее орудие массового поражения - крушил всё без разбора и кидался на каждого встречного, за исключением разве что Чжу Шаожаня.

Фань Шоудуаню и так приходилось несладко, вся семья возлагала на его учебу огромные надежды. Случись с ним что - потом вовек не расплатишься.

Фань Шоудуань наконец ушел, то и дело оглядываясь назад.

В классной комнате остались только трое: Цзинь Шэнчи, Чжу Шаожань и Чжу Юй.

Чжу Юй поднял с пола баскетбольный мяч и аккуратно положил его на учительский стол.

После чего поднял взгляд и спросил:

— Так о чем болтать будем?

О чем бы ни пошел разговор, парень был железно уверен, что винить ему себя не в чем. Ну а если дело дойдет до драки - оставалось лишь надеяться, что Большой босс Чжоу, завидев поверх свежих ушибов еще и новые синяки, сжалится и выпишет ему на пару ударов линейкой меньше.

А может, и вовсе обойдется без наказания.

В конце концов, неприятности сами пришли к нему… К тому же всего несколько часов назад мужчина лично пообещал, что прикроет его, если что-то случится.

http://bllate.org/book/38073/5084837