Готовый перевод The Nesting One: Peach and Plum Unspoken / Тот, кто свивает гнездо: Глава 13

— Глава Чу, та инородец, судя по всему, нацелилась на меня.

— Она связана с делом, которым занимается Шао Чжуан.

В одном городе, в столь близких друг к другу районах, обнаружение убийства и одновременное появление инородца — всё это с высокой вероятностью указывает на ксеноген С-класса, здесь не может быть столько совпадений. Об этом Вэнь Мао уже упоминал, когда они беседовали с Шао Чжуаном наедине в отеле.

Глава Чу некоторое время непоминутно смотрела на Вэнь Мао, а затем рассмеялась. Добродушно подшучивая над ним, она произнесла:

— Ну как тебе мой племянник? Его перевели сюда из провинции Б. всего полгода назад, и он собирается пустить корни в городе А.

Вэнь Мао ответил честно:

— Сначала мы не виделись.

— Он уезжал по делу.

— А позже вышел на меня из-за расследования.

Глава Чу помолчала, подняла чашку чаю, сначала намереваясь сделать глоток, но в итоге оставила эту затею и вздохнула.

— Я поговорю с ним на досуге.

Никудышный же малый.

Поскольку Вэнь Мао упомянул, что расследованием этого инородца уже занялся Шао Чжуан, глава Чу не стала вдаваться в подробности. Чуть позже один за другим стали подходить научные сотрудники, и все они разошлись по своим секторам, приступая к работе.

После гибели двух Гамма, относящихся к К-серии, Научно-исследовательский институт стал уделять оставшимся двум Гамма исключительное внимание, и почти всю последнюю неделю Вэнь Мао в институте отвечал за наблюдение за их состоянием.

После нескольких дней непрерывного наблюдения специалисты тщательно всё взвесили и приняли решение временно содержать двух Гамма вместе в одной клетке. Сегодня Вэнь Мао управлял камерой высокой четкости, и трансляция в реальном времени показывала, что гноящиеся раны на телах обеих Гамма начали затягиваться — без сомнения, это была самая радостная новость за последние дни.

Глядя на прильнувших друг к другу Гамма, Вэнь Мао помимо воли улыбнулся.

— Впервые вижу, чтобы инородцев содержали вместе.

Рядом внезапно раздался знакомый голос. Вэнь Мао выпрямился, обернулся и с удивлением увидел Сы Жуна.

Мужчина сказал Вэнь Мао:

— Напугал? Поскольку я видел, что ты очень сосредоточен на работе, я сначала обошел всё вокруг и только потом вернулся сюда.

Вэнь Мао заметил, что Сы Жун тоже был одет в белоснежный стерильный лабораторный халат; если бы из-под него не выглядывал воротник делового костюма, он бы совершенно естественно слился с окружающей белоснежной обстановкой, в мгновение ока превратившись в какого-нибудь коллегу Вэнь Мао.

— Нет, — покачал головой Вэнь Мао. — Что вы здесь делаете?

Однако не успел он договорить, как заметил вдалеке в коридоре сотрудников, среди которых было немало специалистов среднего звена того же уровня, что и глава Чу.

Сы Жун лишь улыбнулся и произнес с некоторым подтекстом:

— Разумеется, пришел с ознакомительным визитом как партнер.

— Если Шао Чжуан может одалживать у меня оборудование для проекта по нейронам, то я вполне могу поддерживать взаимовыгодные отношения с вашим уважаемым институтом, не так ли?

— Биотехнологии и исследование инородцев по сути своей служат либо научному прогрессу, либо закладывают основу для гибели человечества. Разве в этом смысле наши пути не сходятся в конечном пункте?

Вэнь Мао искоса взглянул на Сы Жуна, пораженный его рассуждениями. Он заметил, что во время этих слов выражение лица мужчины было мягким и спокойным — без безумной злобы или фанатичного восторга, он говорил так, словно излагал какую-то прописную истину, и на его лице читалась лишь легкая, непринужденная удовлетворенность.

Вэнь Мао негромко обронил:

— Пожалуй, вы не детектив наподобие Шерлока Холмса, а скорее Мориарти.

Сы Жун рассмеялся и напомнил:

— Я вообще-то слышу.

Вэнь Мао ответил:

— Я и рассчитывал, что вы услышите.

Сы Жун с любопытством посмотрел на Вэнь Мао: тот по-прежнему оставался таким же холодным и отстраненным, но порой из его уст вылетали до того забавные вещи. Сы Жун отвернулся и кончиком языка едва заметно подтолкнул зубы, сдерживая пробужденное любопытством желание.

Они так и перекидывались ничего не значащими фразами, и хотя тема беседы была пустяковой, атмосфера неожиданно установилась на редкость гармоничная. Где-то вдалеке оставались сотрудники института, которые должны были сопровождать Сы Жуна и проводить экскурсию, но все они были сочтены чем-то незначительным и несуществующим: Сы Жун непринужденно подошел к Вэнь Мао и столь же непринужденно отбросил окружавшую его свиту.

Спустя некоторое время к ним отдельно подошел помощник Сы Жуна. Обменявшись с патроном парой фраз и получив неопределенный ответ, помощник, судя по всему, уже принял решение для себя. Он кивнул стоявшим рядом мужчинам и снова затерялся среди толпы людей в белых халатах. После этого люди начали двигаться и расходиться: помощнику предстояло взять на себя организацию дальнейшего взаимодействия и продолжить осмотр ключевых объектов института.

А Сы Жун, оставшись на месте, из дельца вновь превратился в давнего знакомого Вэнь Мао.

Сы Жун опустил взгляд на трансляцию в высоком разрешении, где были видны Гамма, и спросил:

— Что с ними?

Вэнь Мао пояснил:

— Гамма — это разновидность инородцев с высоким уровнем мышления и развитой эмоциональной сферой. У них очень сильная потребность в эмоциях, и по сравнению с другими инородцами они гораздо чувствительнее, из-за чего склонны к саморазрушению. Те раны — следы их собственного членовредительства. Умеренное общение с представителями своего вида помогает им давать выход эмоциям, но, разумеется, всё это должно происходить под строгим контролем. Многие Гамма крайне надменны и горды: им необходимы чувства, но они не обязательно стремятся быть частью стаи.

— Ты считаешь, что у них есть чувства?

Вэнь Мао повернул голову, и его спокойный взгляд упал на Сы Жуна.

— Под словом «они» вы имеете в виду Гамма или всех инородцев?

Огромные плоскости белого цвета в лаборатории усиливали светоотражение, и Вэнь Мао не мог разглядеть глаза Сы Жуна за линзами очков, лишь смутно уловил какой-то странный призрачный отблеск. Единственное, в чем он был уверен, — это улыбка в уголках рта Сы Жуна.

— Раз ты так говоришь, значит, судя по всему, у тебя самого уже сложилось определенное мнение.

Сы Жун перехватил инициативу в разговоре, вернув вопрос собеседнику.

Эта мелкая деталь со всей очевидностью показывала, что по своей природе он человек властный и инициативный.

Вэнь Мао ответил:

— Я не берусь утверждать, что чувства есть у всех инородцев. Для человечества инородцы — это по-прежнему белое пятно. И все же, изучая инородцев, люди сами признают, что у тех более активная нервная деятельность и удивительные способности; так что нет ничего удивительного в том, что у них могут быть эмоции и разум.

Вэнь Мао молча уставился на экран монитора:

— К тому же, разве само по себе изучение человечеством инородцев… тот факт, что один биологический вид дает имена и определения другому, — разве это не проявление высокомерия?

Две Гамма спокойно прижимались друг к другу, не зная, замечал ли кто-нибудь из них темные объективы, следившие за ними извне их маленького мирка.

— Тсс.

Сы Жун поднес палец к губам, призывая Вэнь Мао замолчать.

http://bllate.org/book/38006/4757701