Погода стояла пасмурная, мелкие капли дождя падали на тело, смешиваясь с потом. Липкая влага добавляла знойному летнему дню удушливой раздражительности. На лицах прохожих застыло тяжелое выражение, головы были опущены, шеи поданы вперед. Заметив краем глаза знакомый силуэт, они лишь быстро бросали мимолетный взгляд, чуть растягивали губы в подобии приветствия, а затем вновь опускали головы и торопливо шли дальше.
Раня Сиян подняла голову и взглянула на уличный фонарь: мириады дождевых нитей под его светом неумолимо хлестали ее по щекам. Она опустила взгляд на телефон, сверилась с вывеской впереди и, убедившись, что всё верно, зашагала быстрее.
Мозоли на подушечке указательного пальца правой руки неприятно натирали корпус телефона. До возвращения на родину ей еще никогда не доводилось пользоваться столь громоздкими средствами связи — в конце концов, при ее профессии любые привлекающие внимание гаджеты подлежали строгому избегаю. Если бы не желание сменить обстановку и найти спокойную работу, она ни за что бы не вернулась в страну и не взялась за эту донельзя нелепую должность.
Ассистентка генерального директора с обязанностями телохранителя. Раня Сиян мысленно усмехнулась, горько сетуя на то, на какие только жертвы не пойдешь ради начала новой жизни.
Узнай об этом ее старые друзья, они наверняка подняли бы ее на смех.
Она снова включила телефон, открывая заметки, чтобы заранее ознакомиться с той самой капризной наследницей, с которой ей предстояло работать.
Ходили слухи, что Ю Ли родила дочь в двадцать пять лет и из-за постоянных хлопот по расширению своей бизнес-империи уделяла ей совсем мало времени. Когда Ю Циле исполнилось пять лет, мать отправила ее за границу получать элитное образование. И вот теперь девушка внезапно вернулась на родину, чтобы перенять бразды правления Группой Цисун.
Эта молодая госпожа с малых лет жила в роскоши и ни в чем не нуждалась: наивная, добрая, робкая и чистая душой. Опасаясь, что после ее смерти дочь станет жертвой алчных акционеров, Ю Ли перебрала тысячи кандидатур, пока не выбрала Раня Сиян, чтобы та помогала Ю Циле в делах и круглосуточно обеспечивала ее безопасность.
Раня Сиян тяжело вздохнула, мысленно молясь, чтобы эта избалованная девчонка не оказалась такой же беспомощной, как героини мыльных опер.
Она пришла устраиваться на работу, а не нянькой нанималась.
Внутри траурного зала царила суета теней, со всех сторон доносились сдавленные, глухие рыдания. Задрав подбородок, Раня Сиян нашла по полученным координатам нужный зал и принялась выискивать в толпе фигуру Ю Циле.
Все присутствующие были одеты в черное, на руках красовались повязки из черного крепа — каждый был занят своими обязанностями. Несколько мужчин с тяжелой, давящей аурой полукругом сидели за маленьким столиком, попивая чай, переговаривались и исподлобья поглядывали на Ю Циле, обсуждая дальнейшие дела компании. Сама Ю Циле стояла в самом центре, опираясь на поддерживавшего ее со спины человека, и молча кланялась подходившим выразить соболезнования гостям.
На ней было черное платье, распущенные волосы слегка прибраны на затылке, а в качестве единственного украшения виднелся белый цветок. Лицо бледное, взгляд отсутствующий — внезапный уход матери явно стал для нее тяжелейшим ударом. Под глазами залегли покраснения, веки слегка опухли; казалось, она оплакивала потерю уже не первый день.
К ним подошел кто-то из скорбящих для проведения ритуала. Ю Циле при поддержке помощника немощно поклонилась. Гость, искренне жалея эту давно не виденную им девочку, шагнул вперед и, сжав руки Ю Циле, тихо зарыдал. Неизвестно, какие слова он произнес, но от них у обоих мгновенно покраснели глаза. Ю Циле быстро моргнула пару раз и слегка задрала подбородок, не давая слезам пролиться.
Ее взгляд случайно скользнул по людям в зале, на миг задержался на Раня Сиян, пролетел дальше, а затем на секунду вернулся обратно.
Ее глаза были испещрены красными прожилками, в уголках блестели слезы, пухлые губы искусаны до ярко-красного цвета. Во взгляде читались глубокая скольжение тоски и беспомощности, уголки рта непроизвольно опускались вниз, напоминая… заблудившуюся в незнакомом лесу испуганную косулю.
Конец.
Встретившись взглядом с Ю Циле, Раня Сиян крепче сжала резюме и мысленно вздохнула.
Работа эта… похоже, легкой не будет.
К счастью, Ю Циле посмотрела на нее без всякого умысла. Отведя взгляд от толпы, Раня Сиян принялась обдумывать шансы на то, чтобы уволиться и найти другое место.
Но стоило ей сделать шаг, как в памяти вновь всплыли те полные беспомощной жалости глаза Ю Циле.
Если она уйдет вот так, разве это не станет предательством доверия Ю Ли? Та ведь так доверяла ей, даже решилась вверить безопасность собственной дочери…
Такая оторванная от реального мира мажорка, оставшись один на один со старыми хищными лисами, не то что не сможет вернуть бизнес-империю Ю Ли, но и за собственную жизнь поручиться не сумеет.
Раня Сиян чуть приподняла ногу, но в итоге опустила каблук обратно на землю и осталась стоять на месте.
Какая бы она ни была беспомощная, вряд ли придется прислуживать ей горшком, правда? Раня Сиян поморщилась и, вспомнив свое прошлое, полное свиста лезвий и вспышек стали, с трудом уговорила себя.
Перетерпим.
У каждой свои цели.
Только глубокой ночи толпа стала постепенно расходиться. Заметив, что Ю Циле едва держится на ногах от слабости, Раня Сиян слегка закусила губу и, зажав в руке резюме, двинулась вперед.
— Госпожа Ю, — произнесла Раня Сиян и, как только та обернулась, вовремя протянула ей листок с информацией. — Я Раня Сиян, которую наняла председатель. С сегодняшнего дня я буду отвечать за помощь в ваших делах… — она бросила быстрый взгляд на заплаканное, похожее на умытый дождем цветок лицо Ю Циле и тихо добавила: — И обеспечивать вашу безопасность.
Ю Циле чуть приподняла бровь, с нескрываемым интересом разглядывая стоящую перед ней женщину. Еще от того мимолетного взгляда у нее осталось смутное чувство дежавю, а теперь, услышав этот холодный, отстраненный голос, она окончательно убедилась: перед ней стояла та самая незваная гостья, что вела себя столь дерзко.
Взяв резюме, она бегло взглянула на материнскую подпись и печать, просмотрела послужной список и, вспомнив ту случайную встречу за границей, внезапно почувствовала игривый зуд. С живым любопытством Ю Циле принялась разглядывать Раня Сиян с ног до головы.
Раня Сиян опустила веки, позволяя себя изучать. Тусклый свет траурного зала отражался в ее очках; украдкой приподняв ресницы, она беззвучно оценила облик девушки.
Фигура хрупкая, пальцы, держащие резюме, тонкие, но мышцы на запястьях выдают следы спортивных тренировок. Опустив глаза, Раня Сиян вновь замерла за своими стеклами в ожидании ответа.
Вдруг Ю Циле поморщилась, качнулась вперед и, словно лишившись последних сил, бессильно рухнула прямо в объятия Раня Сиян, слабо пробормотав:
— Я так устала, отведи меня в машину отдохнуть.
Раня Сиян рефлекторно расставила руки, подхватывая девушку, чтобы та не упала. Женщина в ее объятиях казалась невесомой и хрупкой, она то и дело шмыгала носом, прижавшись лицом к ее груди и прерывисто вздыхая. Держа Ю Циле за плечи, Раня Сиян мысленно констатировала:
Ну надо же, в точности как в ее стереотипах: типичная избалованная и беспомощная мажорка.
— Пх-пх-пх-пх-пх-пх! — серия выстрелов слилась в единый треск, и по мере того, как пули проносились мимо, двигавшиеся вдалеке мишени-свечи мгновенно гасли.
Прижав приклад к плечу, женщина без колебаний опустила ствол, схватила лежавший рядом пистолет и, прищурив один глаз, с холодным выражением лица прицелилась в движущуюся мишень. Последовала еще одна четкая, ритмичная очередь, и мишень на дальнем конце стрельбища со стуком рухнула.
Порыв ветра поднял тучи пыли. Стоявший позади инструктор с акцентом похвалил ее на английском. Ю Циле недовольно скривила губы, вытянула указательный палец и прищурившись наблюдала за суетившимися вдали работниками.
— Госпожа, — стоявшая на страже помощница шагнула вперед, протягивая телефон. — Звонит госпожа Ю Ли, это уже третий вызов.
Ю Циле приподняла бровь и с легким удивлением взяла трубку.
Ю Ли уже очень давно ей не звонила. Вся ее жизнь была подчинена карьере — ее знали и превозносили как сильную женщину, чей образ вдохновлял миллионы. За последние почти двадцать лет мать и дочь созванивались считанные разы, и за исключением строго обязательных поводов Ю Ли никогда не беспокоилась звонками без причины.
— Алло? Моя дорогая мамочка, что на этот раз требует моего вмешательства? — с улыбкой съязвила Ю Циле. Обычно в такие моменты Ю Ли с наигранной строгостью отчитывала ее, после чего сухо и весомо отдавала распоряжения.
Однако на этот раз Ю Циле долго ждала, но привычного материнского ворчания так и не услышала. Из динамика доносилось лишь тяжелое сипение дыхательного аппарата и неразборчивый шепот Ю Ли.
Ю Ли тяжело больна, и Ю Циле должна немедленно вернуться на родину, чтобы унаследовать ее акции.
Улыбка мгновенно исчезла с лица Ю Циле. Она перевела взгляд на запорошенное пылью стрельбище. Солнце стояло в самом зените, и каждая песчинка сверкала в его лучах собственным неповторимым блеском. Сжав зубы и погрузившись на секунду в раздумья, Ю Циле крутанула пистолет на пальце, быстро извлекла магазин и с тяжелым сердцем дала согласие.
http://bllate.org/book/37994/4755133
Готово:
