Прошлое Линь Хуайань заботился об Ань Мяньмянь с безупречной и всесторонней нежностью, выполняя практически любые его капризы, словно личная прислуга, которая двадцать четыре часа в сутки крутилась исключительно вокруг него.
Стоило Линь Хуайану в какой-то момент не заметить какую-то мелочь и расстроить Ань Мяньмянь, как он тут же сознательно извинялся, исправлял ошибку и придумывал всевозможные способы, чтобы загладить вину и умиротворить его.
Но Ци Чэнь был не в настроении возиться с ним.
С тех пор как появилась Ань Мяньмянь, в его голове снова прозвучал голос.
[Прямая трансляция F81897 запущена.]
[Желаем вам приятной трансляции!]
Вслед за этим механическим электронным звуком перед ним медленно проявилась виртуальная панель.
В левом верхнем углу панели значилось:
[Зрителей онлайн: 0]
[Очки: 0]
Чуть ниже отдельно выделенная строка отображала прогресс главного сюжетного задания, а заодно и показатель наказания подонков, который в данный момент находился на нулевой отметке.
Большую центральную область занимали зоны выдачи заданий и бегущей строки с комментариями.
В нижней части располагались пять серых иконок: «Главная», «Магазин», «Карты», «Информация» и «Моё».
Эти иконки пока не открывались, и Ци Чэнь, отведя взгляд от панели трансляции, посмотрел на Ань Мяньмянь, который уже раздулся от гнева, словно рыба-фугу.
— Что с тобой сегодня такое? Ни дверь мне не помог открыть, ни на слова не отвечаешь, головой ударился, что ли?
Ци Чэнь бросил взгляд на шкалу прогресса наказания подонков: та, что изначально находилась на нуле, за время разговора Ань Мяньмянь медленно поднялась до единицы.
Ань Мяньмянь уже собирался продолжить допрос, как вдруг в салоне раздался телефонный звонок.
Он опустил взгляд на определитель номера, и его щеки надулись шариками:
— Я с тобой позже разберусь.
Ответив на вызов, он услышал из динамика жизнерадостный и бархатный голос:
— Мяньмянь, ты где? Брат Сюнь уже приехал, ждем только тебя.
Человек, звонивший Ань Мяньмянь, был соседом Линь Хуайаня по комнате в университете — Нин Хаосюанем.
В детстве Ань Мяньмянь снимался в рекламе и телесериалах, став довольно известным малолетним актером, а теперь успешно поступил в киноакадемию и учился на первом курсе.
Киноакадемия находилась не слишком далеко от университета А, где учился Линь Хуайань, и Ань Мяньмянь частенько заглядывал туда на баскетбольные матчи, а Нин Хаосюань как раз увлекался игрой в баскетбол.
Благодаря знакомству через Линь Хуайаня они постепенно сблизились и теперь регулярно договаривались погулять вместе.
Услышав имя брат Сюнь, выражение лица Ань Мяньмянь заметно смягчилось, на нем невольно появилась легкая улыбка, а в уголках рта проступили милые ямочки.
Его голос тоже стал мягким, кардинально отличаясь от той интонации, с которой он только что отчитывал Линь Хуайаня:
— Я уже в пути, скоро буду.
— Отлично, — с балующей нежностью отозвался собеседник. — Не спеши, соблюдай осторожность, мы тебя ждем.
Сбросив вызов, Ань Мяньмянь с победным видом сжал в руке телефон, и стоило ему подумать о том, что совсем скоро он увидит Се Сюня, как все раздражение, вызванное Линь Хуайанем, мгновенно испарилось.
Торопясь увидеть любимого человека, он поторопил:
— Веди машину быстрее.
Ань Мяньмянь вдруг что-то вспомнил, окинул взглядом пространство вокруг себя, после чего на его лице проступило яркое, нескрываемое отвращение.
Он возмущенно произнес:
— Какая же у тебя рухлядь, а не машина! Я же давно говорил сменить ее, но ты всё тянешь. Ладно еще в обычные дни, но я сейчас еду к важному человеку, как мне показываться людям на глаза в таком виде?
Показатель соответствия образу главного героя-приемника изначально предполагал мягкий и кавайный характер: поскольку с детства его баловали, он был немного своенравным и капризным.
Когда читатели проходили этот сюжетный отрезок, никто не находил в этом ничего странного — он же главный герой-приемник, и то, что окружающие балуют его и относятся к нему хорошо, само собой разумеется.
Маленький капризуля, заносчивый от избытка ласки — одно из любимых читателями амплуа.
В дальнейшем же они упрекали Линь Хуайаня в том, что он не может справиться даже с такой мелочью, не имеет ни денег, ни эмоционального интеллекта, и решительно вычеркивали его из списка потенциальных мужей, приговаривая, что с таким подходом немудрено остаться бобылем.
Семья Линь Хуайаня была относительно обеспеченной, иначе он бы не смог окружить Ань Мяньмяня столь нежной и всесторонней заботой.
Однако родители не уделяли сыну внимания, и с тех пор как Линь Хуайань поступил в университет на математическую специальность, они перестали давать ему хоть ломаный грош.
Все его карманные расходы, включая траты на повседневную заботу об Ань Мяньмянь, он зарабатывал самостоятельно по крупицам в свободное от учебы время.
Но в конце концов он был всего лишь студентом, и заработанных денег отчаянно не хватало на запросы Ань Мяньмяня, привыкшего к роскоши, так что Линь Хуайаню приходилось максимально урезать собственные расходы.
Когда Ань Мяньмянь потребовал купить машину, то, как именно и откуда ее приобретать — было исключительно заботой Линь Хуайаня, сам же он лишь выдвигал требования.
У Линь Хуайаня не водилось свободных денег, а просить родителей он не смел, поэтому от безысходности ему пришлось оформить кредит.
За кредит за эту машину он не расплатился до сих пор...
Услышав это, Ци Чэнь, до сих храпивший молчание, наконец подал голос.
Его тон был очень тихим и ровным, лишенным каких-либо эмоций, словно дуновение легкого ветерка:
— Не нравится? Тогда выходи из машины.
На панели трансляции из-за его только что брошенной фразы взметнулся комментарий:
[Ха-ха-ха-ха, стример отлично его осадил!]
Количество зрителей тоже сдвинулось с нуля и подскочило до трех.
Ань Мяньмянь тут же вытаращил глаза, с неверием уставившись на Ци Чэня.
Тон его реплики был настолько будничным, что Ань Мяньмянь долго не мог сообразить: сказал ли Линь Хуайань так в силу типичной черствости технаря, констатирующего факт, или же он в открытую выгоняет его из машины.
Но в любом случае оба варианта до крайности злили.
Ань Мяньмянь сердито упер руки в боки:
— Это что еще значит?
Ци Чэнь не собирался потакать ему так, как это делал Линь Хуайань, но на панели трансляции внезапно вспыхнули две строчки зеленого текста.
[Задание трансляции: набрать показатель наказания подонков в 60 очков для успешного прохождения.]
[Задание первое: в течение одного часа доставить главного героя-приемника к месту назначения. За выполнение задания начисляется 50 очков, за провал списывается 100 очков.]
Ци Чэнь на мгновение замолчал и мысленно обратился к 818:
— На чьей вы стороне, система?
818 виновато и тихо пояснило:
— Всё-таки мы находимся в мире романа, и если сюжетные линии пойдут вразнос, могут возникнуть баги. Чтобы образ персонажа не искривлялся слишком сильно, то есть ради соблюдения логики поведения первоначального владельца тела, в ключевых сюжетных точках мы вынуждены ограничивать действия стримера.
Едва оно умолкло, как панель трансляции качнулась, и прямо под показателем наказания подонков выросла еще одна шкала, отражающая показатель соответствия образу.
Из-за ряда его недавних аномальных поступков этот показатель уже скатился до 93.
— Пока показатель соответствия образу держится выше 60 баллов, никаких глобальных проблем не возникнет, — успокоило 818. — Но стоит ему опуститься ниже 60, и этот мир окажется под угрозой разрушения.
Ань Мяньмянь еще никогда не сталкивался с подобным отношением со стороны Линь Хуайаня. Сердито сверля его взглядом, он не собирался отступать и с упрямым дотошным напором допытывался:
— Так что ты в конце концов имеешь в виду?
Каждый раз, когда Ань Мяньмянь злился, его глаза непроизвольно широко раскрывались, и в сочетании с его детским личиком и мягким голоском даже вспышка гнева не выглядела грозной — напротив, она казалась вызывающе умилительной.
В книге Се Сюнь вечно подначивал его, желая полюбоваться на его надутый сердитый вид, чтобы потом не спеша умасливать и успокаивать.
У прежнего владельца тела челка на лбу была очень длинной и скрывала большую часть бровей и глаз, так что Ци Чэню приходилось воровать взгляды через проемы между прядями.
Он небрежно откинул рукой растрепавшиеся волосы, вскинул светлые янтарные глаза, и его голос звучал всё так же невозмутимо:
— Ровно то, что слышишь. Не нравится — можешь поймать такси.
В этих глазах отражался льющийся из окна свет — до обидного яркий, наполненный густым теплом, от которого на мгновение млело сердце.
При этом уголки глаз слегка опускались, придавая его взгляду пренебрежительный и безразличный оттенок.
Ань Мяньмянь впервые вот так посмотрел прямо в глаза собеседнику.
В голове у него мелькнула неожиданная мысль — неужели у Линь Хуайаня такие красивые глаза?
Пряди упали на лоб, и сияющий взгляд вновь оказался надежно скрыт.
В душе Ань Мяньмяня промелькнула мимолетная досада.
Надув губы и скрестив руки на груди, он решил всё же не связываться с этим недалеким технарем:
— Ладно, времени в обрез, давай сначала отвези меня.
Показатель соответствия образу синхронно откатился на два пункта назад.
Ци Чэнь завел мотор и в строгом соответствии с требованиями задания доставил Ань Мяньмяня на место.
Всю дорогу Ань Мяньмянь хранил молчание, предоставив Ци Чэню столь желанное умиротворение.
Местом их встречи был ресторан морепродуктов. Не успела машина затормозить у входа, как Ань Мяньмянь с нетерпением выскочил наружу:
— Я пошел!
И бросился бежать вприпрыжку, даже не закрыв за собой дверцу.
Добравшись до дверей ресторана, он перед стеклянной витриной по привычке поправил одежду и прическу.
Ци Чэню пришлось выйти из машины, обойти капот и захлопнуть пассажирскую дверь.
Стоило ему повернуться, как в поле зрения мелькнула чья-то фигура.
Ци Чэнь на мгновение замер, а затем вновь перевел взгляд.
Мужчина у окна, одетый в простую серую толстовку, лениво откинулся на спинку стула; судя по всему, слова сидящего рядом человека его ни капли не интересовали, и он скучающе уставился в экран телефона.
Линии его профиля были плавными и точеными, переносица высокой, форма лица — безупречной, а от всей его фигуры исходила неуловимая, присущая аристократам аура.
Взгляд Ци Чэня задержался на нем на пару секунд.
818 тотчас поспешило представить его:
— Это главный герой-агрессор Се Сюнь.
Будучи наследником элитного конгломерата, Се Сюнь, разумеется, не испытывал ни малейших проблем ни с происхождением, ни с деньгами.
Мало того что он обладал блестящим умом и легко, почти не прикладывая усилий к учебе, поступил на экономический факультет университета А, обладал коммерческой жилкой и мастерски владел самыми разными навыками, его фигура и внешность также находились на недосягаемой высоте.
К тому же впоследствии он проявлял к Ань Мяньмяню поистине безумную нежность, сочетая деспотичность с неиссякаемой мягкостью.
Что и говорить, немудрено, что он занял позицию главного героя-агрессора.
Словно почувствовав на себе чей-то интерес, Се Сюнь внезапно поднял голову и посмотрел в его сторону.
Их взгляды столкнулись на долю секунды.
Но тут же белое пушистое создание стремглав подлетело к Се Сюню, звонко и сладко поприветствовав его.
Се Сюнь отвел от него взгляд и улыбнулся Ань Мяньмяню мягкой улыбкой.
Ци Чэнь забрал взгляд обратно, уселся в автомобиль и бросил взгляд на панель трансляции.
Буквально только что на ней добавилась еще одна строка текста:
[Первое задание выполнено, поздравляем, вы получили 50 очков.]
Было около шести часов вечера, и Ци Чэнь собирался повернуть обратно, чтобы сначала разобраться с собственным ужином.
Линь Хуайань снимал жилье неподалеку от университета, в престижном жилом комплексе с прекрасной экологией и удобной транспортной развязкой — дорога на машине до учебного заведения занимала ровно десять минут.
Но и арендная плата, разумеется, соответствовала уровню.
818 отобразило перед ним карту маршрута, и вскоре Ци Чэнь благополучно добрался до места.
http://bllate.org/book/37935/4748111
Готово:
