Готовый перевод The Cultivation World Is Waiting for Me to Feed Them Today / Мир культивации и сегодня ждёт, пока я его покормлю: Глава 7

Пока все обменивались ошеломлёнными взглядами, старейшины с Пика Сотни Барж торопливо заговорили:

— Мы знаем, юный друг Пэй, что на вашем Пике Поглощения Пищи не хватает слуг. Бумаги на этого мальчика уже оформлены в ордене, отныне он принадлежит вашему пику. Можешь не беспокоиться.

Пэй Хуайчжи лишился дара речи.

Пропали его яйца. Пропала говядина.

Всё пошло прахом.

Он в молчаливом оцепенении уставился на мальчишку, доставленного старейшинами с Пика Сотни Барж. В горле встал ком.

— Старший брат... — стоявшие рядом младшие ученики с опаской посмотрели на Пэй Хуайчжи. Один из них, помешкав, понизил голос до шепота: — Ты ведь... не практикуешь тайком какие-нибудь демонические техники?

— Человечину есть нельзя, — тишайшим шепотом прибавил второй.

Пэй Хуайчжи ненадолго опешил, но быстро взял себя в руки.

Ничего страшного.

Раз уж старейшины с Пика Сотни Барж спихнули ему мальчишку, а яйца и говядину добыл именно он, значит, парень знает, где искать кур и коров.

Позже можно расспросить его без свидетелей или заставить пригнать скот. Мечта о сочной курице и свежем молоке вовсе не умерла.

Тучи рассеялись, и Пэй Хуайчжи, мгновенно утешив себя, вновь почувствовал прилив сил.

К тому же мальчонка выглядел уж больно жалко: истощённый, заморыш заморышем, явно недоедал. Одной парой палочек больше, одной меньше — невелика беда, пусть остаётся на Пике Поглощения Пищи.

— Как тебя зовут?

Решив оставить парнишку, Пэй Хуайчжи всё же проявил осторожность. Хоть тот и выглядел как случайный персонаж, следовало удостовериться. Канон каноном, а неприятности никому не нужны. Любой мелкий статист сгодится — лишь бы не главный герой и не главный злодей, вокруг которых крутится весь сюжет.

— Е Гуаньюй, — коротко ответил тот.

В его взгляде, устремлённом на Пэй Хуайчжи, сквозило упрямое упорство. Попав в орден, он только и делал, что кочевал с одного пика на другой, исполняя черновую работу. Жизнь слуги ему порядком опротивела.

Каждый раз за работой он улучал минуту для тайных медитаций, но без наставника дела шли из рук вон плохо. Ему едва удалось вобрать духовную энергию в тело, однако заклятия и каналы оставались нестабильными.

О Пике Поглощения Пищи он наслышался ещё во времена прислужничества на Пике Пурпурного Облака: глава пропал без вести, старший ученик — обладатель бесполезного духовного корня, а слуги разбежались кто куда. Место пришло в полный упадок.

Если он застрянет здесь надолго, то как сможет стать сильнее? Как укрепит культивацию и отомстит за пролитую кровь родных?

Мальчик стиснул губы, на его худом лице застыла решимость.

Пэй Хуайчжи и понятия не имел о буре, бушевавшей в душе мальчика, но, поймав этот взгляд, мгновенно насторожился.

«Что за взгляд?.. Слишком уж он... геройский».

Пэй Хуайчжи нахмурился и продолжил расспросы:

— Кроме Е Гуаньюя, у тебя есть другое имя? Например... Инь Чжан? — спросил он, пристально следя за реакцией собеседника.

Внезапное упоминание собственного имени вызывает непроизвольную реакцию, которую невозможно скрыть, сколько ни пытайся.

Однако услышав это незнакомое сочетание, Е Гуаньюй лишь недоумённо хлопнул глазами. Старший ученик Пика Поглощения Пищи показался ему странноватым, но мальчик качнул головой и твердо отрезал:

— Никогда не слыхал такого имени. Я — Е Гуаньюй. Моё имя незыблемо, и менять его я не намерен.

Судя по естественному недоумению, тот действительно понятия не имел об имени главного героя из романа. Пэй Хуайчжи мысленно перевёл дух.

Глядя на его уверенный тон и хилое тельце, он решил, что попросту накрутил себя. Едва живой обтрёпанный оборванец никак не тянул на гениального избранника небес.

В сценарии, с которым он готовился к пробам, о прошлом главного героя говорилось мельком. В самом веб-романе автор обещал раскрыть его предысторию в экстра-главах после продажи прав на экранизацию, но Пэй Хуайчжи не успел их прочитать — угодил прямо в этот мир культиваторов.

И всё же из скупых обрывков памяти складывалась вполне четкая картина: главный герой, обременённый кровавой местью, обладал редчайшим талантом и являлся выдающимся учеником Пика Пурпурного Облака.

А вот Пик Сотни Барж в книге даже толком не упоминался, уступая в известности даже загнивающему Пику Поглощения Пищи.

К тому же протагониста звали Инь Чжан, что вообще ни боком не лежало к «Е Гуаньюю». Ни имя, ни фамилия, ни место обучения не совпадали. Стало быть, опасаться нечего.

Окончательно успокоившись, Пэй Хуайчжи кивнул пареньку:

— Раз так, отныне твой дом здесь, на Пике Поглощения Пищи.

Коли уж это не главный герой, то лишний рот не утянет.

Увидев, что Пэй Хуайчжи согласился пристроить «живое приобретение», старейшины с Пика Сотни Барж облегчённо вздохнули:

— Поздравляем, юный друг Пэй! Ах да, видя, как тебе пришлись по душе эти вещи, мы выскребли из запасов нашего пика ещё немного, — с этими словами они извлекли из пространственного мешка корзину, доверху наполненную куриными яйцами. — Оставим это у вас. Вы с младшими братьями совершили прорыв. Пусть у вас нет Пилюль укрепления культивации, но прямое поедание этого сырья даёт схожий эффект.

— Конечно, проглотить это не так легко, как Пилюлю отказа от пищи, — добавили старейшины, — однако выпекать Высшие золотые и серебряные пилюли отказа от пищи слишком сложно, а сырьё даёт почти тот же результат.

В конце концов, сырьё для Пилюль укрепления культивации не представляло особой ценности, и раз уж Пэй Хуайчжи проявлял к нему интерес, почему бы не сделать благородный жест? Пожилые культиваторы с улыбками поставили корзину на землю.

Сами они готовить Пилюли укрепления культивации не умели, поэтому обычно глотали сырьё вмятую. Да вот беда: снаружи скорлупа ломала зубы, а внутри таилась склизкая, сопливая жижа с тошнотворным сырым запахом.

Именно из-за этого мерзкого вкуса желающих давиться сырьём на Пике Сотни Барж находилось немного. Остатки запасов пылились на складах, и, заметив энтузиазм Пэй Хуайчжи, старейшины сгребли всё до последнего яйца.

Рецепт этих пилюль ревностно охранялся алхимиками Ордена Алхимии, однако если Пэй Хуайчжи сумел сотворить Высшую золотую и серебряную пилюлю отказа от пищи, вдруг он и здесь что-то придумает?

— Принятие пилюль — дело хорошее, но духовный источник требует постоянного укрепления, — заговорил Старейшина Ли, с надеждой глядя на Пэй Хуайчжи. — Юный друг Пэй случайно не умеет готовить Пилюли укрепления культивации?

—... Я ещё не вникал в этот вопрос, но как-нибудь попробую, — сделав паузу, небрежно отмахнулся Пэй Хуайчжи.

Названия местной фармакопеи отдавали безумием. Из яиц можно приготовить сотню блюд, и поди угадай, какую именно стряпню здешние культиваторы обзывают «Пилюлей укрепления культивации».

Пока он размышлял, оба его младших брата и даже Е Гуаньюй сделали шаг вперёд. Их глаза при виде корзины с яйцами восторженно вспыхнули.

Поговаривали, что сырьё ужасно на вкус, но и готовые пилюли особым изыском не отличались. Переводя взгляд с яиц на Пэй Хуайчжи, ученики с надеждой спросили:

— Старший брат... можно нам попробовать?

Пэй Хуайчжи кивнул.

В душе он облегчённо вздохнул: «Слава богам, этот мир ещё не окончательно безнадёжен. Хотя бы понимают, что яйца съедобны».

Впрочем, варёные яйца суховаты, да и подавиться ими проще простого.

Пэй Хуайчжи уже расслабился и открыл было рот, чтобы научить их правильно варить яйца, чтобы скорлупа легко сходила, но в то же мгновение обомлел: получив разрешение, троица сходу схватила по сырому яйцу и целиком засунула в рот.

На лице Пэй Хуайчжи, обычно исполненном невозмутимости и изящества, появилась трещина. Мысли заклинило.

«М-да. Я переоценил этот мир... Они что, реально жрут яйца прямо так — сырыми и со скорлупой?!»

— Кха... сырьё для укрепления... какая гадость... — давясь, пробормотал один из младших учеников.

— Жри, кому говорят! — вторила вторая сдавленная реплика. — Кха, спасибо старшему брату, что поделился...

Е Гуаньюй молчал. Зажав зубы, он с суровой решимостью проталкивал хрустящую скорлупу и сырую жижу в горло.

Дрянь редкостная.

Но ему, только-только сделавшему первые шаги в накоплении духовной энергии, это было жизненно необходимо. До попадания на Пик Сотни Барж он и понятия не имел, что у него дома хранилось то же самое сырьё, и сдуру сдал всё дочиста. Превозмогая тошноту от мерзкого слизистого вкуса, Е Гуаньюй упрямо глотал кусок за куском.

Едва расправившись с одним и протянув руку за следующим, мальчик ощутил, как изящная, словно выточенная из нефрита кисть мягко остановила его.

Е Гуаньюй поднял глаза и замер: перед ним стоял старший ученик, прекрасный, будто небожитель. Мальчик тут же сжался от напряжения.

«Разве он не разрешил нам взять сырьё? Почему он меня останавливает? Я съел слишком много? Или он передумал?»

Пока в голове Е Гуаньюя проносились сотни тревожных догадок, красивое лицо Пэй Хуайчжи выразило глубокую беспомощность.

— Яйца... едят совсем не так, — раздался его мягкий голос, подобный тихому вздоху.

Старший ученик Пика Поглощения Пищи достал из корзины несколько яиц и ловким движением длинных пальцев разбил их о край миски, выливая содержимое внутрь.

— Огонь, — коротко попросил Пэй Хуайчжи. Поскольку младшие братья всё ещё самозабвенно боролись со скорлупой, а дров под рукой не было, он решил воспользоваться присутствием гостей.

Глаза старейшин с Пика Сотни Барж мгновенно вспыхнули. Перебивая друг друга, они принялись нагнетать духовное пламя под чугунным котлом, вытягивая шеи и с благоговением ожидая чуда.

Неужто он снова творит Пилюли отказа от пищи?!

Не обращая внимания на их восторженные физиономии, Пэй Хуайчжи взбил яичную массу, плеснул на сковороду капли масла и вылил подготовленную смесь.

Золотистый поток хлынул в раскалённое нутро котла. В то же мгновение раздалось сочное шкворчание, и к потолку взмыло пышное облако ароматного пара.

Держа лопатку ловкими пальцами, Пэй Хуайчжи двигал ею плавно, будто касался струн гуциня. Золотистые волны вздымались в раскалённом масле, яичная масса мгновенно раздувалась, её края покрывались аппетитной нежной пенкой, а воздух наполнялся головокружительным ароматом.

— Это не Пилюли укрепления культивации... — пробормотал Старейшина Ли, но подпитывать пламя духовной силой не прекратил.

Аромат стоял воистину сногсшибательный.

Остальные, заворожённые этим невообразимым пахотом, жадно втягивали носом воздух.

Быстро обжарив яичную массу, Пэй Хуайчжи заметил, что на дне осталась капля масла. Не желая переводить продукт, он просто вбил ещё пару яиц целиком.

Яйца опустились на раскалённую поверхность, растекаясь золотыми узорами. Белок подворачивался ажурным шелковым кружевом с янтарной каемкой. Схватившись, глазунья обрела чёткие границы с поджаристыми хрустящими краями. Блюдо сияло на подносе, словно драгоценный нефритовый диск.

Пэй Хуайчжи выложил получившийся скрамбл и глазунью на посуду. Нежные горки аппетитно покачивались, источая умопомрачительную смесь запахов жареного масла, румяной корочки и запечённого белка.

Старейшины с Пика Сотни Барж онемели от изумления.

Это безусловно были не Пилюли укрепления культивации. Но перед ними лежали абсолютно невиданные, небывалые пилюли!

Судя по чистоте и сиянию, они превосходили любые известные средства укрепления духовных каналов, легко соперничая с прославленными «Непобедимыми золотыми пилюлями», за которые Орден Алхимии ломил безумные деньги.

А уж этот аромат сбивал с ног даже умудрённых опытом старцев!

Пэй Хуайчжи... сам создал новый вид пилюль?!

— Юный друг Пэй... — голос старейшин с Пика Сотни Барж дрожал от священного трепета. — Позволь узнать... как зовётся сие великое творение?

Пэй Хуайчжи запнулся и, не долго думая, ляпнул:

— Пилюля... жареной курицы.

http://bllate.org/book/37883/4833665