Готовый перевод Snowfall on Branches / Снег и иней на ветвях: Ледяное притяжение: Глава 5

Группа людей, привыкших прикрываться чужим влиянием: если бы не отсутствие Янь Хуаньханя, разве позволили бы они себе вести себя столь нагло перед ним? Повседневно полагаясь на защиту Янь Хуаньханя, он редко подвергался подобным унижениям, однако сегодня эта внезапная сцена вызвала у него одновременно гвар и беспомощность. Но Чу Дуцин прекрасно знал, что здесь нельзя легко срывать злость, иначе ситуация станет еще более неловкой.

Фэн Люэбай изначально непринужденно беседовал в окружении людей, но, услышав шум с этой стороны, перевел взгляд. Заметив жалкий вид Чу Дуцина, он слегка нахмурился, и в его сердце шевельнулось недовольство.

Не привлекая к себе внимания, он раздвинул толпу, подошел к Чу Дуцину, холодным взглядом окинул насмехавшихся людей, после чего молча снял с себя пикетно сшитый костюм и мягко набросил его на плечи Чу Дуцину:

— Иди наверх переоденься, не хватало еще простудиться.

Чу Дуцин чуть приподнял голову и посмотрел на Фэн Люэбая, в его глазах играли блики света.

Проводив взглядом поднимающегося наверх Чу Дуцина, Фэн Люэбай вскоре сам поднялся туда, захватив с собой совершенно новый комплект одежды. Подойдя к двери комнаты, он слегка постучал.

Внутри же Чу Дуцин только что закончил принимать душ, и всю ватную комнату заволокло испарениями. Он был укутан лишь в банное полотенце, а капли воды стекали по его белой коже, очерчивая изящные линии. Услышав стук в дверь, он решил, что это кто-то из обслуживающего персонала отеля, и небрежно бросил:

— Войдите.

Толкнув дверь, Фэн Люэбай вошел и замер на мгновение, увидев Чу Дуцина в одном полотенце. Чу Дуцин тоже не ожидал увидеть Фэн Люэбая и на секунду растерялся, но вскоре в его глазах промелькнула хитринка. Нарочно прикусив губу, он посмотрел на Фэн Люэбая с легким намеком на застенчивость и очарование, незаметно шагнул вперед, отчего полотенце чуть съехало вниз, обнажая большой участок соблазнительной кожи, и принялся то ли намеренно, то ли случайно соблазнять Фэн Люэбая.

Фэн Люэбай сохранил невозмутимое выражение лица и положил одежду рядом:

— Я поднялся переждать шум от выпивки и заодно занес тебе вещи, переодевайся.

Уголки губ Чу Дуцина тронула едва заметная улыбка, а голос прозвучал мягко и лениво:

— Шестой молодой господин так внимателен, специально поднялся сюда ради этого, мне даже как-то неловко.

С этими словами он не спешил брать одежду, а лишь склонил голову, с лукавой улыбкой глядя на Фэн Люэбая.

Фэн Люэбай, засунув руки в карманы и прислонившись к стене, беглым взглядом окинул комнату, после чего вновь перевел взор на Чу Дуцина. На его губах застыла слабая улыбка:

— Пустяковое дело, не стоит принимать близко к сердцу. Просто гости на этом банкете слишком пылкие, я и правда не выдерживаю, поднялся побыть в тишине.

Чу Дуцин легонько моргнул, его длинные ресницы затрепетали. Он медленно приблизился к Фэн Люэбаю и нарочито понизил голос:

— Если даже шестой молодой господин не выдерживает, похоже, сегодняшний банкет выдался непростым. Не подскажете, как мне научиться держаться уверенно в подобной обстановке?

Пока он говорил, полотенце на нем съехало еще немного.

Фэн Люэбай слегка приподнял брови и, задержав на нем взгляд на пару мгновений, неторопливо произвел:

— Тут столько тонкостей и хитростей… Впрочем… С чего это ты, простой актер, вдруг заинтересовался подобными вещами?

Чу Дуцин закусил нижнюю губу, в его взгляде проскользнула обида:

— Шестой молодой господин многого не знает. Такой актер без связей и поддержки, как я, вынужден везде соблюдать крайнюю осторожность в шоу-бизнесе, так что узнать что-то новое никогда не помешает. Смодишь, однажды шестой молодой господин будет в хорошем настроении и протянет мне руку помощи.

С этими словами он подался еще ближе, практически прижавшись к Фэн Люэбаю.

Уголки губ Фэн Люэбая чуть приподнялись, он протянул руку и легко приподнял подбородок Чу Дуцина, глубоким взглядом заглянув ему в глаза:

— О? Ну-ка расскажи, как ты собираешься отблагодарить меня?

Сердце Чу Дуцина забилось чуть быстрее, но он изо всех сил старался сохранять невозмутимость, а в его глазах блеснул манящий огонек:

— Стоит шестому молодому господину лишь слово сказать, и Дуцин готов пройти сквозь огонь и воду.

— Ты что, в дораме снимаешься? Тоже мне, сквозь огонь и воду, — легко усмехнулся Фэн Люэбай, отпустил его подбородок и отступил на шаг. — Переодевайся давай, не простудишься. Спустимся вниз, я познакомлю тебя с пара людьми, возможно, это пригодится тебе в будущем.

В глазах Чу Дуцина мелькнуло удивление, и он поспешно произвел:

— Большое спасибо шестому молодому господину, Дужо непременно запомнит его доброту.

Сказав это, он неторопливо взял одежду и начал переодеваться прямо на глазах у Фэн Люэбая, намеренно замедляя движения и то и дело бросая боковые взгляды, чтобы проследить за реакцией мужчины.

Фэн Люэбай же молча стоял в стороне.

Переодеваясь, Чу Дуцин про себя размышлял: с самого начала он так или иначе пытался привлечь внимание Фэн Люэбая, ведь перед обаянием и статусом такого мужчины устоять действительно трудно.

Но почему же при личном общении этот Фэн Люэбай оказался совсем не таким, каким его описывали другие? По слухам, Фэн Люэбай слыл ветреным повесой и никогда не отказывал красавицам, так почему же сейчас, столкнувшись с его столь явными намеками, он сохраняет такое хладнокровие?

Может быть, он… того, не может?

В разгар этих мыслей Чу Дуцин внезапно почувствовал внутренний жар, и непреодолимое желание подступило к самому горлу. Мысленно он выругался: проклятый период течки начался раньше срока. Ноги ослабели, в глазах поплыло, и его тело помимо воли качнулось в сторону Фэн Люэбая.

Заметив перемены в состоянии Чу Дуцина, Фэн Люэбай нахмурился и только было хотел заговорить, как тот уже прильнул к нему. Мужчина инстинктивно поддержал его, но услышал тяжелое дыхание прямо у своего уха:

— Шестой молодой господин… мне плохо…

Сердце Фэн Люэбая сжалось, и он мгновенно понял, в чем дело. Крепко взяв Чу Дуцина за плечи, он попытался отстранить его и произнес:

— Насколько я помню, твой покровитель — Янь Хуаньхань? И ты вот так, средь бела дня…

Но Чу Дуцин уже ничего не соображал; он крепко обвился руками вокруг шеи Фэн Люэбая и капризно выдохнул:

— Мне надоело сидеть на лавке запасных. Янь Хуаньхань все равно плевать на меня хотел, шестой молодой господин, спасите меня…

Глядя на раскрасневшееся лицо и затуманенные глаза Чу Дуцина, Фэн Люэбай тяжело вздохнул, подошел к стоявшему в стороне бару и принялся смешивать напитки. Его движения были уверенными и изящными, и вскоре перед ним стоял бокал с переливающейся всеми цветами жидкостью.

— Будешь пить? — Фэн Люэбай с бокалом в руке подошел к Чу Дуцину. — Решение за тобой.

Чу Дуцин бросил взгляд на него, затем на бокал и, помедлив мгновение, всё же взял его из рук мужчины и осушил до дна. Алкоголь затуманил его сознание, а тело запылало еще сильнее. Больше не в силах сдерживаться, он приподнялся на носочках и, прильнув к губам Фэн Люэбая, жадно поцеловал его.

Время шло, и наступил новый день.

В просторном и светлом кабинете генерального директора царила удушливая, давящая атмосфера. Солнечные лучи падали на пол сквозь огромные панорамные окна, но были не в силах рассеять тяжелый мрак, окутавший комнату.

Янь Хуаньхань сидел в роскошном кресле руководителя, нахмурив брови; его и без того суровое лицо искажало выражение крайнего раздражения и нетерпения.

В этот самый момент до его слуха донесся надрывный плач, от которого раскалывающаяся от боли голова заболела еще сильнее.

— Вторая госпожа, это Фэн Люэбай заставил меня силой! — захлебываясь слезами и надрывая голос, кричал Чу Дуцин, вцепившись побелевшими пальцами в край рабочего стола Янь Хуаньханя.

Не выдержав, Янь Хуаньхань приказал:

— Вон!

Стоило ему произнести это, как в кабинет вошел ассистент с несколькими сотрудниками. Не смея медлить ни секунды, они подхватили под руки обессилевшего от слез Чу Дуцина и потащили к выходу. Тот безуспешно брыкался ногами и продолжал что-то кричать, но тяжелая дверь закрылась, отрезая его голос.

Вытолкав Чу Дуцина за дверь, помощник и сотрудники отпустили его, но он с силой вырвался и взвизгнул:

— Не трогайте меня, я сам уйду!

Его глаза были красными, по лицу все еще дорожками текли слезы, выдавая его жалкое и озлобленное состояние.

Спотыкаясь на каждом шагу, он добрел до стены и прислонился к ней. Переполнявшие его обида и горечь едва не душили его. В глубине души он рассчитывал, что хоть Янь Хуаньхань и не баловал его особенной нежностью, но в последнее время выполнял любые капризы, и наивно полагал, что Янь Хуаньхань поверит его словам, защитит его и заставит Фэн Люэбая ответить за всё.

Но реальность оказалась похожа на звонкую пощечину. Янь Хуаньхань проявил такую холодную безжалостность, что не пожелал выслушать и пары лишних слов, выставив его вон без малейших колебаний. От этой мысли губы Чу Дуцина побелели от укуса, руки сжались в кулаки, а тело задрожало от гнева и боли.

— С какой стати… за что со мной так… — шептал Чу Дуцин, и в его сердце бурлила ненависть.

Он поклялся себе, что так просто это не оставит: он непременно заставит Янь Хуаньханя пожалеть о сегодняшнем поступке, а Фэн Люэбая — заплатить за то, что он сделал прошлой ночью.

Глава 5

5. Как, не хочешь уходить?

В тихой бухте на гладкой водной глади покачивалась роскошная яхта необычной формы.

Разноцветные огни сменяли друг друга, оглушающе гремела зажигательная электронная музыка, а на танцполе мужчины и женщины в исступлении двигались в такт битам — вокруг царила атмосфера безудержного разгула и роскоши.

Янь Хуаньхань нахмурился, окинув всё взглядом: неужели Фэн Люэбай для серьезного разговора выбрал именно это место?

Находясь в эпицентре этой шумной и суетливой вечеринки на яхте, он принялся высматривать нужного человека в толпе. В этот момент его взгляд упал на диджейский пульт, за которым стоял сам виновник торжества — Фэн Люэбай. Тот держался крайне непринужденно и уверенно, его руки ловко скользили по оборудованию, безупречно улавливая каждый ритмический рисунок. Крутые, постоянно меняющиеся световые лучи скользили по его резким, волевым чертам лица.

Внезапно Фэн Люэбай прекратил играть, схватил микрофон и звонким, поставленным голосом прокричал на всю палубу:

— Все угощения сегодня за счет этого молодого господина!

После этих слов толпа взорвалась оглушительными, восторженными криками, волна за волной прокатывающимися по палубе. Атмосфера вечеринки накалилась до предела, эмоции людей были заведены до отказа, и на танцполе задвигались еще яростнее.

А в тени этого бушующего веселья стоял человек, который молча наблюдал за происходящим.

Тем временем Фэн Люэбай спрыгнул с диджейского подиума и, пробираясь сквозь возбужденную толпу, направился в сторону кают. Войдя в комнату, он собирался переодеться и стал неторопливо расстегивать пуговицы на вороте, обнажая изящную линию ключиц. В этот момент тишину комнаты нарушил резкий стук в дверь.

— Войдите, — небрежно бросил Фэн Люэбай.

Янь Хуаньхань толкнул дверь и вошел, держа в руках папку с документами:

— Фэн Люэбай, этот контракт…

http://bllate.org/book/37861/4738034