Готовый перевод Pluto's Heart Osmanthus Chen / Сердце Плутона: Сквозь годы разлуки: Глава 7

Чэнь Яньчэнь произнес эти слова настолько буднично, что в душе Лян Чжунси, словно в пустой чаше, они отозвались целой гаммой чувств. Впрочем, горьких среди них было больше всего.

— Вполне неплохо, — ответил Лян Чжунси. — Консалтинговая компания по дизайну, решил попробовать свои силы.

— Звучит достойно. Как называется?

— Сыхуань.

Собрать воедино все мысли, чтобы покорить небосвод.

Кофейня притаилась в углу первого этажа нового учебного корпуса. Когда Лян Чжунси толкнул дверь, дверной колокольчик отозвался звонким переливом.

Паренек за стойкой, увидев Лян Чжунси, поднял голову и приветливо улыбнулся:

— Господин Лян, сегодня суббота, а вы всё равно здесь?

— По пути решил заглянуть, посмотреть, как дела в новом кампусе. Представители Чуаньлян не заходили?

Паренек понизил голос:

— Позавчера заходил инженер Сюй из Чуаньлян, больше никого не было.

Лян Чжунси на мгновение задумался и кивнул, показывая, что понял.

Паренек тут же перевел взгляд на Чэнь Яньчэня, кивнул ему и с улыбкой спросил:

— Что будете пить, господа? За мой счет!

— Мне как обычно, — ответил Лян Чжунси. — А ему...

На языке уже вертелось: ванильный колд-брю, но Лян Чжунси вовремя себя остановил.

Внутренне он усмехнулся: привычки — страшная вещь. Оказалось, что мышечную память не стереть даже за шесть лет.

Он повернулся к Чэнь Яньчэню:

— Что будешь?

Чэнь Яньчэнь, даже не взглянув на меню, произнес:

— Ванильный колд-брю. Спасибо.

Лян Чжунси засмотрелся на его профиль, на миг потеряв нить разговора.

Они сели у окна. Чэнь Яньчэнь всё время смотрел наружу. Солнечный свет падал на его лицо, которое стало бледнее, чем в юности, зато посеребренные волосы засияли золотом.

Лян Чжунси долго молчал, а потом внезапно спросил:

— Надолго приехал?

Чэнь Яньчэнь обернулся, как раз когда подошел паренек с кофе. Лян Чжунси мельком взглянул на стаканы, встал, подошел к стойке самообслуживания, взял трубочку и протянул её Чэнь Яньчэню.

Тот немного опешил:

— Спасибо.

Сделав несколько глотков, он выразил полное удовлетворение. Затем вытащил трубочку:

— У меня билет в один конец.

На самом деле, никакой особой причины для билета в один конец не было. Он просто собирался второпях, не зная, сколько времени здесь займут дела. К тому же за шесть лет он ни разу не был в отпуске, поэтому решил воспользоваться случаем и подольше побыть с Лэ Июнь.

Чэнь Яньчэнь потягивал кофе и оглядывал кофейню. Заметив, что дизайн интерьера чем-то напоминает Космического возлюбленного, он спросил:

— Эта кофейня тоже твоя?

Лян Чжунси покачал головой:

— Не совсем. Часть инвестиций вложила Чуаньлян, здание — собственность моего деда, а дизайном занималась Сыхуань.

— Как здоровье дедушки Дин?

— Все хорошо, спасибо за заботу.

Чэнь Яньчэнь улыбнулся:

— Должно быть, ты за эти годы сильно занят? То собственная дизайнерская компания, то Космический возлюбленный...

Случайно упомянув Космического возлюбленного, он внезапно осекся. Вот уж ляпнул, не подумав. В тот момент, когда он лихорадочно искал тему, чтобы сгладить неловкость, зазвонил телефон. Чэнь Яньчэнь взглянул на экран.

Кайлин, ты, должно быть, маленький ангел, посланный небесами, чтобы спасти этот мир.

Чэнь Яньчэнь даже не успел заговорить, как Кайлин на том конце провода чуть не плакала:

— Профессор, вы куда запропастились?

Она действительно была напугана. В конце концов, её профессор умудрялся заблудиться в университете, где проработал почти десять лет. А сейчас он в незнакомом месте, в огромном кампусе — если Чэнь Яньчэнь потеряется, то при его характере он, скорее всего, даже не сможет объяснить, где находится.

— Я скоро вернусь, — успокоил её Чэнь Яньчэнь.

Когда раздался звонок, Лян Чжунси деликатно отошел к кассе, чтобы оставить Чэнь Яньчэню пространство для разговора. Поболтав пару минут с пареньком, он скользнул взглядом по холодильной витрине и спросил:

— В вашем лимонном чизкейке есть орехи?

— Нет. Если хотите что-то с орехами, у нас есть новый фисташковый мусс, может, попробуете?

— Нет, давайте просто лимонный чизкейк.

У Чэнь Яньчэня была серьезная аллергия на орехи, причем такая, о которой он сам в свое время не догадывался.

В первый же год их жизни в Нью-Йорке, в день рождения Лян Чжунси, Чэнь Яньчэнь в радостном возбуждении купил миндальный торт, решив устроить сюрприз. В итоге никакого сюрприза не вышло — зато Лян Чжунси чуть не отправился на тот свет. После пары ложек торта у него начались проблемы с дыханием, лицо побелело, а губы посинели.

Лян Чжунси в ужасе вызвал скорую. Только в больнице врач сказал, что у него аллергия на орехи, и если бы они приехали чуть позже, спасать было бы уже некого.

Когда Чэнь Яньчэнь пришел в себя, Лян Чжунси спросил:

— Ты разве не знал, что у тебя аллергия на орехи?

Чэнь Яньчэнь тогда лишь небрежно бросил:

— А должен был?

Дождавшись, пока Чэнь Яньчэнь уберет телефон, Лян Чжунси вернулся к столику с тортом и пододвинул его к собеседнику:

— Попробуй, их десерты готовят прямо здесь, довольно неплохо.

Доев торт и допив кофе, Чэнь Яньчэнь сказал:

— Я, пожалуй, пойду, мой ассистент меня ждет.

— У тебя еще лекция после обеда?

Чэнь Яньчэнь покачал головой:

— Я попрошу её вызвать мне такси до дома.

Лян Чжунси промолчал.

— У знакомых на ферме как раз поспели сушеные плоды лонгана, мама просила передать их тётушке Юнь. Нам по пути, я подвезу тебя.

Чэнь Яньчэнь опустил глаза:

— Хорошо. Я тоже привез подарки для тётушки Сююй.

Видя, что солнце снаружи в самом зените, Лян Чжунси попросил его подождать в кофейне, пока он пригонит машину.

Чэнь Яньчэнь подпер подбородок рукой, глядя на уходящего Лян Чжунси, а затем на парочку, которая, держась за руки, направлялась в сторону кофейни.

Лян Чжунси стал выше, его фигура стала еще более спортивной — широкие плечи, длинные ноги. Он всегда держался прямо, и даже сейчас, в простой повседневной одежде, прохожие не могли не обернуться вслед: кто же откажется посмотреть на статного красавца?

Но глядя на него, Чэнь Яньчэнь почувствовал какую-то грусть.

Ирония судьбы: даже за все годы разлуки, да и до отъезда Лян Чжунси в страну, им редко удавалось так спокойно и мирно разговаривать. Спокойно, но до боли отчужденно.

Впрочем, так даже лучше. Соблюдать безопасную дистанцию полезно для всех, так никто не взорвется.

Вскоре Лян Чжунси пригнал машину и припарковал её у входа. Та самая парочка, что только что вошла, едва усевшись за столик, не удержалась от шепота, увидев белый Кайен.

Парень восторженно прошептал:

— Это новая модель этого года... турбо, индивидуальный заказ, черные стальные диски...

Садясь в машину, Чэнь Яньчэнь сразу заметил детское кресло на заднем сиденье. Лян Чжунси в это время разговаривал по телефону, и на экране бортового компьютера красовалась фотография: Лян Чжунси обнимает маленькую девочку лет четырех-пяти, они оба строят рожицы — он выглядит таким счастливым, а девочка такой милой.

Лян Чжунси жестом показал подождать и ласково произнес в трубку:

— Цинцин, умница, я сегодня вечером обязательно приду домой ужинать. А после ужина отвезу тебя покупать свинку Пеппу, договорились?

Телефон стоял на громкой связи, и в ответ раздался детский голосок:

— Хорошо! Только ты обязательно-обязательно приходи пораньше!

— Да, обещаю, обязательно. Пока-пока.

Повесив трубку, Лян Чжунси одной рукой взялся за руль, а вторую перекинул через спинку пассажирского сиденья, наклонившись к Чэнь Яньчэню, чтобы посмотреть в камеру заднего вида при парковке.

Чэнь Яньчэнь взглянул на парктроник на экране и замер. Привычки — воистину пугающая вещь.

Первой машиной Лян Чжунси в Нью-Йорке была подержанная Хонда девяносто четвертого года. О парктронике там и речи не шло, там даже печка не работала.

За те четыре года Чэнь Яньчэнь сменил не один дорогой спорткар, а Лян Чжунси всё продолжал водить ту развалюху. И дело было не в отсутствии денег: корпорация Чуаньлян семьи Лян уже тогда процветала, недвижимость была повсюду, а у Лян Чжунси в кармане лежали карты с безлимитным кредитом.

И не то чтобы он не любил машины. На автовыставках в Нью-Йорке, даже пропуская занятия, он всегда ходил вместе с Чэнь Яньчэнем, они даже специально ездили в Лас-Вегас посмотреть на новинки. Но Лян Чжунси всегда повторял: я еще не заработал своих собственных денег, как-нибудь потом. Да и к машине привыкаешь, она становится чем-то родным.

Похоже, господин Лян за эти годы действительно хорошо заработал.

Чэнь Яньчэнь смотрел на фотографию на экране с подписью Дом и чувствовал необъяснимую тоску. Впрочем, чему удивляться? Прошло шесть лет, им обоим скоро по тридцать — время заводить семьи.

Не то чтобы он что-то чувствовал, просто слова сорвались с языка сами собой:

— Твоя дочь... очень милая.

Лян Чжунси замер.

Чэнь Яньчэнь указал пальцем на экран:

— Очень на тебя похожа.

Лян Чжунси понял, в чем дело, и ответил низким голосом:

— Твоя девушка тоже очень красивая.

Чэнь Яньчэнь замер.

— Вы очень подходите друг другу, — добавил Лян Чжунси.

Чэнь Яньчэнь только сейчас вспомнил, что, когда он разговаривал с Чжоу Цяо, этот человек все время был за дверью.

Он отвернулся к окну:

— Это подруга.

Лян Чжунси приподнял бровь и бросил на него быстрый взгляд:

— Младшая сестра?

— Сестра? — Чэнь Яньчэнь с удивлением повернулся. Насколько он помнил, тётушка Сююй, мать Лян Чжунси, была старше Лэ Июнь, какая же младшая сестра?

— Моя кузина, ты её видел... если помнишь, — сказал Лян Чжунси, не отрываясь от дороги. — Четыре года назад в Канаде она попала в автокатастрофу по пути в больницу, когда ехала рожать. Её муж погиб на месте, а она после того, как родила Цинцин, тоже скончалась.

Снова автокатастрофа.

Сердце Чэнь Яньчэня дрогнуло.

Он снова посмотрел в окно на голубое небо и белые облака. Мимо пролетал самолет, казалось, он движется очень медленно, хотя на самом деле за мгновение преодолевал километры.

Чэнь Яньчэнь тихо произнес:

— Ты когда-нибудь слышал о параллельных вселенных?

http://bllate.org/book/37838/4735237