Готовый перевод The Whole World Is Begging Us to Reunite / Весь мир умоляет нас воссоединиться: Глава 21

Ань Чжицин не сразу понял, что их привезли к самому настоящему дому с привидениями. Внешний вид здания внушал лишь отвращение: как вообще в наше время может существовать подобная развалина? Неужели здесь действительно способны жить люди?

Он тут же выразил своё негодование:

— Может, мы за свой счёт в отель снимем номера? Зачем нагружать съёмочную группу?

Сопровождающий оператор с беспомощным видом пояснил:

— Это требование режиссёра. Вам необходимо находиться внутри, чтобы выполнять задания.

В молодости Ань Чжицин отличался своенравием, и с возрастом его характер ничуть не стал мягче. Он уже собрался спорить дальше, но Ци Хуэй строго прищурилась:

— Хватит уже.

Ему пришлось проглотить возражения, однако мысль перебраться в отель он не оставил и принялся непрестанно подавать знаки Цзян Ли.

Молодёжь вроде Цзян Ли обычно избалована и не привыкла к лишениям. Если Цзян Ли первому взбредёт в голову воспротивиться и предложить отель, госпожа Ци Хуэй вряд ли станет возражать.

«Ань Чжицин неплохо придумал!»

«Думает, что самый умный, а госпожа Ци Хуэй его насквозь видит!»

«Вот оно, наглядное пособие по тихой сапе. Теперь понятно, почему они развелись».

«Интересно, станет ли Цзян Ли возражать?»

Цзян Ли без труда прочитал немой призыв в глазах Ань Чжицина — в конце концов, уровнем интеллекта он выгодно отличался от Сюй Цзявэня. Вот только для маленького робота концепция «ночлега» сводилась к банальному поиску подходящего места для отключения питания. Поэтому к условиям проживания у него не имелось абсолютно никаких претензий.

Была бы дверь, а кровать — элемент необязательный.

Заметив, что Цзян Ли никак не отреагировал, Ань Чжицин совсем пал духом.

Оператор воспользовался паузой:

— Пожалуйста, проходите внутрь.

Сюй Цзявэнь, прошедший армейскую закалку, отличался высокой дисциплинированностью. Он первым вышел из машины, подошёл к дверям и толкнул покрытую толстым слоем пыли створку.

Шагнув за порог, он тут же нахмурился: перед ним открылся непроглядно-чёрный коридор, где с трудом мог разойтись один человек.

«Я понял их систему оценивания! Чем выше сложность локации, тем выше её ранг. Это вообще не про комфорт!»

«В прошлый раз был ранг C, сейчас сразу A. Сложность подскочила знатно».

«Какое ещё шоу додумается до такого?»

«Не пытайся понять логику съёмочной группы. Они рассчитывают сплотить участников с помощью дома с привидениями. Без десятилетней истории микроинсульта такое в голову не придёт».

— У кого-нибудь есть фонарик? — обернувшись, спросил Сюй Цзявэнь.

Ань Чжицин растерялся:

— Нам же просто заночевать нужно, зачем с собой фонари таскать?

— Без света идти слишком опасно.

Жуань Янь окончательно запутался. Он настраивался изо всех сил выполнять задания внутри, так к чему эти разговоры Сюй Цзявэня?

Он подошёл ближе к входу и, заглянув внутрь, мгновенно осознал происходящее: в коридоре царила абсолютная тьма. Без источника света туда соваться было попросту страшно.

Но кому в здравом уме придёт в голову носить с собой фонарь?

Пока остальные пребывали в замешательстве, хладнокровный юноша молча расстегнул рюкзак и извлёк оттуда массивный профессиональный фонарь.

Жуань Янь: «???»

Ань Чжицин: «???»

В глазах зрителей Цзян Ли снова проявил себя с неожиданной стороны.

«Кто вообще таскает с собой профессиональный фонарь?!»

«Да ещё и Ималент MS18! У него же световой поток под сто тысяч люмен, это буквально один из самых мощных фонарей в мире!»

«Чем Цзян Ли вообще занимается в свободной жизни???»

«Отличный вопрос!»

Маленький робот не вполне понимал искреннее изумление окружающих. С точки зрения квалифицированного исследовательского модуля, наличие профессионального инструментария являлось базовым требованием безопасности.

С появлением мощного источника света все облегчённо вздохнули. Сюй Цзявэнь взял фонарь и возглавил колонну.

Цзян Ли замыкал шествие, за его спиной находился только Дуань Чжихань.

Пользуясь светом вырвавшегося вперёд луча, юноша внимательно изучал обстановку. Это была новая для него локация. Тёмный коридор казался бесконечным и удушающе узким. Стены, выложенные из грубого камня, пестрели тёмно-красными пятнами, подозрительно похожими на засохшую человеческую кровь.

Он разглядывал подтёки слишком пристально, поэтому идущий сзади мужчина слегка потянул его за воротник, призывая к порядку:

— Смотри под ноги.

Кончики пальцев Дуань Чжиханя случайно задели обнажённую кожу на затылке. Цзян Ли невольно вздрогнул от этого неожиданного прикосновения, но ничего не сказал и лишь молча прибавил шаг.

Дуань Чжихань удивлённо вскинул бровь. Надо же, какой послушный на этот раз. Похоже, не сердится.

Спустя неопределённое время впереди замерцал мертвенно-белый свет свечей, напоминающий колышущиеся на ветру погребальные флаги.

Ань Чжицин в страхе остановился:

— Вам не кажется, что с этим местом что-то не так?

Сюй Цзявэнь поддержал его:

— Этот дом непригоден для проживания. Здесь явственно пахнет кровью.

Зрители в прямом эфире внезапно осознали пикантность ситуации.

«Они что, до сих пор не знают, что это дом с привидениями?»

«Ну, на двери таблички не висело, да и персонала не видать».

«Тогда всё становится ещё интереснее!»

«Те, кто поспугливее, прямо там разревутся? Ставлю на то, что Цзян Ли расплачется первым, а вот Жуань Янь удержит лицо».

Жуань Яню в этот момент было не до смеха — сердце у него уходило в пятки.

Разум подсказывал, что реальная опасность отсутствует и всё происходящее — лишь постановка съёмочной группы, однако тревожные мысли настойчиво лезли в голову. Он оглянулся на операторов и попытался взять себя в руки: когда остальные поддадутся панике, у него появится идеальный шанс выделиться.

Наконец миновав длинный коридор, они вышли в гостиную.

Просторная комната оказалась залита ярким светом. На стенах пестрели трогательные детские рисунки, а через панорамную стеклянную террасу открывался захватывающий вид.

Увидев это, Ань Чжицин перевёл дух:

— А дом-то ничего! На вид развалина, а внутри получше любого отеля обустроено.

Хорошее освещение дарило чувство безопасности, поэтому тревога Жуань Яня тоже улеглась. Он непринуждённо опустился на диван.

Рядом лежал новенький плюшевый мишка. Вот только губы игрушки были наглухо зашиты суровыми красными нитками, отчего мордочка казалась плачущей.

Жуань Яню показалось — или стеклянные глазки мишки действительно только что дернулись?

«Реквизит сделан просто невероятно реалистично!»

«Захотелось самому сходить в этот квест!»

«Я вижу, как у Жуань Яня поджимаются колени!»

«Если уж Жуань Янь держится из последних сил, Цзян Ли точно скоро разрыдается. А ведь его слез ещё никто не видел!»

Жуань Янь не решился больше сидеть на диване и поспешил переместиться к основной группе. Проходя мимо комода, он заметил стеклянный куб.

Внутри лежал испятнанный кровью череп. Тёмные, пустые глазницы уставились прямо на него.

— Это человеческая кость! — вскрикнул Жуань Янь, отпрянув в ужасе. Он был абсолютно уверен в подлинности останков — никакой пластиковой фальши.

Голос Жуань Яня дрожал от страха, когда пепельно-синеволосый юноша произнёс с откровенным пренебрежением:

— По бокам носовых костей чёткие костные выступы, сверху — продольные гребни. Как тут можно не узнать череп мандрила?

Осмеянный Жуань Янь: «???»

Зрители в чате почувствовали не меньшую издевку, одновременно поражаясь глубине познаний юноши.

«И откуда этот недоучка знает такие специфические вещи?»

«Знания из серии: невероятно круто, но абсолютно бесполезно в реальной жизни».

«Ничего не понял, но проникся уважением».

«Ему в шоу-бизнесе тесно, с такими-то талантами!»

Лицо Жуань Яня вспыхнуло от стыда. К счастью, Сюй Цзявэнь своевременно отвлёк внимание всех присутствующих, обнаружив на столе записку.

Он зачитал текст вслух:

— «Приветствуем вас в пункте назначения. На втором этаже находятся комнаты для отдыха. Пожалуйста, оставьте багаж в своих комнатах и проследуйте в столовую, где для вас приготовлен пышный ужин. Присутствие обязательно».

— «Для посещения открыт весь дом, мы поощряем исследование локации, однако строго соблюдайте три правила: Первое: не разглашайте то, что увидели. Второе: вы можете обмениваться информацией со спутниками. Третье: убедитесь, что рядом с вами действительно ваш спутник».

«Последнее правило звучит жутковато...»

«А первое и второе разве не противоречат друг другу?»

«В обычные комнаты страха я хожу без проблем, но в такую точно бы не пошёл».

«Это точно шоу о путешествиях?»

Цзян Ли тоже обратил внимание на явное противоречие между первым и вторым пунктами. Подавив возникшие сомнения, он взял багаж и направился к лестнице на второй этаж.

Освещение на втором этаже уступало первому: чем дальше в глубину коридора, тем гуще становились тени. В темноте мелькнул какой-то юркий силуэт, напомнивший крысу.

Найдя дверь с табличкой со своим именем, юноша повернул ручку.

В то же мгновение, когда створка распахнулась, слух прорезал оглушительный, истошный вопль. За окном возникла верхняя половина человеческого силуэта в белом, а по стеклу неестественно медленно потекли густые алые подтёки.

Сцена выглядела более чем жутко. Однако юноша с абсолютно каменным лицом включил свет, убрал чемодан в шкаф и даже тщательно вытер пыль с крышки салфеткой.

«Я сам чуть не умер от страха, а ему хоть бы хны!»

«У него действительно какое-то нечеловеческое спокойствие».

«Ань Чжицин в соседней комнате чуть не сомлел, оператору пришлось отпаивать его и объяснять, что это просто шоу».

«Будь я на их месте, сбежал бы с проекта в ту же секунду».

Закончив с багажом, маленький робот подошёл к окну для осмотра.

Створки оказались наглухо запечатаны, так что проверить природу красной жидкости не представлялось возможным.

Впрочем, будь это даже настоящая человеческая кровь — какая разница? Призраки с точки зрения его программы являлись лишь ментальными сущностями, аналогом голографической проекции при сверхдальней связи. Бояться тут абсолютно нечего.

Похоже, именно это и подразумевалось под «тем, что нельзя разглашать». Подобные визуальные эффекты предназначались для одного зрителя, в то время как с остальными предметами можно было взаимодействовать.

Совершенно спокойный, Цзян Ли вышел из комнаты.

Остальные участники, судя по всему, тоже столкнулись с персональными сюрпризами. Ань Чжицин выглядел мертвенно-бледным, Жуань Янь непрестанно озирался по сторонам.

Дуань Чжихань ровным голосом произнёс:

— Идёмте в столовую.

Цзян Ли не стал возражать и последовал за группой.

Столовая располагалась справа от гостиной. В центре помещения стоял массивный стол из белого мрамора, уставленный блюдами и сервированный по всем правилам, словно для приёма долгожданных гостей.

Внимательная Ци Хуэй сразу заметила нестыковку:

— Нас всего шестеро. Почему приборов семь?

Ань Чжицин неуверенно предположил:

— Может, просто сервировали с запасом?

— Нет, — Дуань Чжихань поднял лежащий во главе стола конверт.

— Что там написано? — Ань Чжицин нервно сглотнул.

— Помимо нас, здесь присутствует ещё один гость.

После этих слов в столовой воцарилась звенящая тишина. Несмотря на понимание, что всё происходящее — лишь сценарий шоу, у Ань Чжицина подкосились ноги.

Он бросил быстрый взгляд на Цзян Ли и, убедившись, что юноша сохраняет полное хладнокровие, перевёл взор на актера.

Дуань Чжихань тем временем продолжил чтение:

— В письме сказано, что этот гость крайне застенчив. Чтобы призвать его, требуется особый ритуал.

— Тогда ну его к лешему, — сдал назад Ань Чжицин. — Кто знает, какую дрянь мы сюда призовём?

Дуань Чжихань ответил с безупречным спокойствием:

— Нас привели сюда не просто так. Организаторы не стали бы устраивать ритуал без веской причины.

Если бы эти слова произнёс Сюй Цзявэнь, Ань Чжицин нисколько бы не удивился: тот отличался въедливым характером и привычкой доводить любое дело до идеала.

Но Дуань Чжихань был совсем другим.

Натура вальяжная и ленивая, он изначально относился к проекту без малейшего пиетета. Зачем ему проявлять такое рвение к выполнению заданий? Разве плохо просто расслабиться и получать удовольствие?

Ань Чжицин долго ломал голову над мотивами кинозвезды, но возразить не решился.

Остальные участники спорить тоже не стали, согласившись провести спиритический сеанс с пером, о котором говорилось в письме. На самом же деле Дуань Чжихань просто искал удобный повод сблизиться с маленьким партнером.

Этот ритуал являлся разновидностью древнего китайского гадания фуцзи. Реквизит требовался самый простой: бумага да обычная ручка, которую следовало удерживать навесу пальцами участников.

«Какая же жесть начинается!»

«Глубокая ночь на дворе, мне реально жутко смотреть!»

«Есть тут кто для моральной поддержки?»

«С вами! Держимся!»

Проводить подобный ритуал ночью — совсем не то же самое, что баловаться им при дневном свете. Учитывая, что в огромном доме находилось всего шесть человек, атмосферное давление на психику оказывалось колоссальным.

Однако когда дело дошло до контакта, Ци Хуэй брезгливо бросила Ань Чжицину:

— Я не хочу касаться его рук.

Сюй Цзявэнь вопросительно посмотрел на Жуань Яня.

Цзян Ли же отрешённо заявил:

— Я вообще ни к кому прикасаться не желаю.

«И вся напряжённая атмосфера мгновенно испарилась!»

«Кто бы мог подумать, что всё застопорится на этой фигне!»

«Реплика Цзян Ли — просто вышак!»

«Навык массово провоцировать людей вкачан на максимум!»

После неловкого обсуждения порядок удержания ручки распределили от центра к периферии: Сюй Цзявэнь, Ци Хуэй, Жуань Янь, Ань Чжицин, Дуань Чжихань и Цзян Ли.

Гости сгрудились вокруг стола и завели вполголоса:

— Дух пера, дух пера, я — твоя нынешняя жизнь. Если желаешь связать наши судьбы, начерти круг на бумаге...

В тусклом жёлтом свете ламп маленький робот мечтал лишь о том, чтобы игра скорее завершилась. Вовсе не из-за страха — просто его ладонь покоилась поверх руки Дуань Чжиханя, и прямое соприкосновение кожи обжигало чужим, вызывающим невольную дрожь теплом.

Вдобавок Дуань Чжихань не просто смотрел на него не отрываясь, но и взглядом выражал нечто вроде: «Ты пользуешься моим положением».

Кто ещё чьим положением пользуется?!

Если бы не идущий ритуал, юноша без колебаний отдёрнул бы руку, но сейчас оставалось только терпеть каждую бесконечную секунду.

Развязка наступила внезапно. Едва эхо затихло, как с верхнего этажа донеслись частые, дробные шаги.

Звук напоминал беготню играющих в догонялки детей. В следующее мгновение раздался звонкий, пронзительный детский смех — кто-то приближался из темноты.

Ань Чжицин без сил сполз на пол, лоб Жуань Яня покрылся холодной испариной, да и Ци Хуэй заметно изменилась в лице.

Прямое столкновение пугало бы меньше; именно липкий, неизвестный страх заставлял воображение рисовать самые жуткие картины.

И только маленький робот с живым любопытством всматривался в приближающуюся ментальную сущность, не выражая ни капли испуга.

Прекрасный, хрупкий юноша, сохраняющий абсолютное хладнокровие среди мрака проклятого дома — эта картина обладала невероятной силуэтной выразительностью.

«Он вообще способен испытывать страх?»

«Раньше хейтеры орили, что Цзян Ли играет деревянно и без эмоций... Судя по всему, он и в жизни такой каменный!»

«Он хоть когда-нибудь улыбается?»

«Что за идеальный персонаж из романов?»

«Простите, но он явно из жанра данмей!»

К искреннему сожалению Цзян Ли, сущность растворилась в темноте, так и не показавшись полностью, хотя повадками действительно напоминала ребёнка.

В этот момент на ступенях лестницы возникло новое письмо.

Маленький робот с интересом подошёл ближе и подхватил конверт.

Подражая остальным, он зачитал текст вслух:

— «Верю, что благодаря ритуалу вы увидели ЭТО. Оно разрушило мой дом, убило мою жену и ребёнка. Никому не выбраться живым, никому! Единственный шанс — запечатлеть его лицо на экзорцистский фотоаппарат».

Услышав это, Ань Чжицин одновременно почувствовал и облегчение, и новый приступ ужаса.

Обличение дарило надежду, но задание съёмочной группы прямым текстом вынуждало их отправляться на поиски твари, иначе из дома было не выбраться. Но кто в здравом уме пойдёт искать монстра?

Дуань Чжихань неожиданно подал голос:

— Похоже, сначала нужно найти фотоаппарат. Если разделимся, справимся быстрее.

Ань Чжицин тут же вцепился в рукав актёра:

— Искать поодиночке слишком опасно!

Ань Чжицину показалось — или молодой киноактер действительно едва заметно усмехнулся?

— Тогда разобьёмся на пары, — пошёл на уступку Дуань Чжихань. — Переформировываться — лишняя трата времени, давайте разделимся в том же порядке, что и во время ритуала.

Предложение звучало логично и обоснованно. Участники кивнули в знак согласия. Маленький робот тоже кивнул, но секундой позже осознал подвох.

Если следовать порядку ритуала, то его напарником оказывался... Дуань Чжихань?

Хотя они и договорились держать нейтралитет на шоу, это вовсе не означало желания лишний раз контактировать с этим человеком.

Пока он пребывал в сомнениях, Дуань Чжихань подошёл вплотную и склонил голову:

— Сяо Цзян-лаоши, идем?

Высокомерному маленькому роботу это уважительное обращение явно пришлось по душе. Пометавшись мгновение, он шагнул вперёд, хотя кончики его ушей едва заметно заалели.

«Это разделение точно не было спланировано заранее?»

«Да какая разница! Обращение "Сяо Цзян-лаоши" звучит так сладко, я буквально пищу от восторга!»

«Хочу послушать, как он называет его "Сяо Цзян-лаоши" в постели!»

«Вы совсем стыд потеряли!»

«Я тоже потерял, присоединяюсь!»

В здании было четыре этажа, но дверь на последний оказалась заперта, поэтому Цзян Ли с Дуань Чжиханем взяли на себя третий.

Здесь располагались детская, кинозал, кабинет и кладовая.

Рассудив, что в кабинете должно быть много текстовых материалов и, возможно, сведений об экзорцистском аппарате, маленький робот первым делом направился туда.

Вся стена помещения была заставлена книжными шкафами. На письменном столе лежало недописанное письмо, где на бумаге выводились пугающие слова: «Оно пришло». На краю столешницы темнели отпечатки маленьких детских ладошек.

Переведя взгляд на соседнюю стену, юноша увидел семейный портрет: мужчина средних лет держал за руку жену и обнимал семилетнего сына.

Однако кто-то с невероятной злобой изрисовал картину красным восковым мелком.

Цзян Ли только шагнул ближе, чтобы рассмотреть детали, как свет в кабинете резко погас!

Комната погрузилась в абсолютную тьму. Слышалось лишь, как нечто мерзкое с шорохом ползёт по полу, издавая тошнотворный писк.

Юноша попытался разглядеть существо, но в темноте потерял ориентировку и застрял в узком проходе между столом и стеной. Нечто приближалось, настойчиво карабкаясь по его ноге.

Кожу обсыпало мурашками. В этот момент Дуань Чжихань подошёл со спины — так близко, что Цзян Ли почувствовал его дыхание.

Мужчина лёгким движением смахнул тварь с его ноги, но это прикосновение отозвалось в теле гораздо более невыносимым, щекочущим чувством.

Внезапно за дверью раздались шаги — похожие на те, что они слышали в гостиной, но на этот раз более частые и торопливые.

Дуань Чжихань, глядя на невозмутимого юношу, у которого и мысли не возникло прижаться к нему, с иронией спросил:

— Тебе не страшно?

— Не страшно.

Внимание Цзян Ли полностью поглотили шаги за дверью, однако спутник не отступал:

— Неужели совсем-совсем не страшно?

Маленький робот лишь раздражённо сжал губы. Неужели он выглядит настолько беспомощным? Он не героиня дешёвого хоррора, которой требуется утешение!

Едва он собрался вспылить, как Дуань Чжихань прошептал ему прямо на ухо:

— А вот мне ужасно страшно.

Так это он испугался.

В душе маленького робота вспыхнуло приятное чувство превосходства. Ну и что, что тот лучше играет на камеру? Трусишка тот ещё.

Он снисходительно бросил, даже не пытаясь изобразить сочувствие:

— Ничего страшного тут нет, просто не думай об этом.

И желательно отойди подальше.

Дистанция между ними Цзян Ли категорически не нравилась. Он сделал пару шагов вперёд, как вдруг рамка со стены с грохотом обрушилась на пол, разлетаясь со звоном на тысячи стеклянных осколков.

Вслед за этим раздались радостные детские хлопки. Не успел юноша осмыслить происходящее, как идущий сзади человек в страхе обнял его со спины:

— Как жутко...

Бровь Цзян Ли нервно дёрнулась:

—... Я понял.

Но какого дьявола твои руки забыли у меня на талии?!

http://bllate.org/book/37773/4981409