Даже такое спокойное и безмятежное утро для неё было лишь временной роскошью.
Прикинув, что времени прошло достаточно, Мила переоделась в платье горничной и села перед зеркалом, чтобы привести себя в порядок.
На девушку в зеркале смотрели копна льняных кудрей и стройная, гордая осанка.
Избавившись от челки, что прежде загораживала обзор, она наконец явила миру свои яркие, живые глаза.
Эти глаза принадлежали не служанке Гань Ло — они принадлежали Миле Фрост.
Младшей и единственной дочери рода Фрост.
Бывшая аристократка взяла ярко-красную помаду и тронула ею центр губ.
Она завороженно смотрела на собственное отражение.
Гань Ло убил её семью, узурпировал фамильное поместье и заставлял день за днем прислуживать собственному врагу.
А когда счел её скучной и безликой, выбросил, как поношенную обувь.
Она ждала. Ждала шанса — возможности отомстить и изменить свою судьбу.
Но когда этот день наконец настал, всё вокруг казалось ей невероятным сном.
Пожалуй, таков был закон выживания: герцог, что относился к людям как к букашкам, в чьих-то глазах сам был лишь жалкой букашкой.
Пусть она и сожалела, что не сможет собственноручно убить обидчика, Мила ухватится за этот поворот судьбы, пусть даже придется в очередной раз продать себя.
Будь её новым господином демон или кто-то еще — она в любом случае карабкалась бы наверх.
Тук-тук-тук.
У двери раздался голос служанки:
— Главная управляющая Мила, прибыл человек, которого прислал тот господин.
И еще… он какой-то необычный.
Следуя за служанкой в переднюю, Мила широко распахнула глаза.
Ась…?!
Она растерянно переводила взгляд то на девочку на диване, то на белокурую девушку, ростом почти с неё.
Разве это просто необычный? Тут всё совсем не так!
Услышав шаги, Аня подбежала и крепко обняла Милу.
— Сестрица Мила! Давно не виделись!
Когда герцог затащил её в ту комнату, именно сестрица Мила спасла её, но стоило девочке прийти в себя, как эта старшая сестра куда-то исчезла.
Мила тоже узнала этот миловидный ребенок, вот только никак не могла взять в толк, как Аня здесь оказалась.
— Тогда эта госпожа… — она перевела взгляд на демонесцу.
— Лия, по приказу господина стала управляющей Поместья герцога, — произнесла беловолосая девушка.
Завершено сразу три задания, и это звездный час Игрока!
Нет ничего прекраснее панели заданий, на которой царит идеальный порядок.
[Строительство Пограничного города]
Прогресс: 12.3%
Назначены: Лия, Антон
Примерное время выполнения: отсутствует
Задание в Цзяоция было выполнено, и пусть строительство Пограничного города шло медленно, шкала прогресса неуклонно ползла вверх.
Имея Лию в Нижнем районе, Игрок чувствовал себя абсолютно спокойно.
В конце концов, даже если бы он сам взялся за дело, управиться лучше распорядительницы точно бы не вышло.
Внешний Город тоже шел в зачет прогресса строительства. Антон добровольно вызвался помочь Лие с управлением Внешним Городом, и от столь щедрого предложения Ю Цзэ, разумеется, не отказался.
К тому же жизненная сила трущоб и впрямь поражала воображение, это место явно было отмечено благословением небес.
Шестеро из каждых десяти процентов прогресса строительства были заработаны усилиями именно Внешнего Города. И хотя здешние безопасность и уровень жизни сильно уступали Нижнему району, на деле тут уже сформировалась собственная система жизни и законов.
Стоило только основать отряд стражников и покончить с притеснениями со стороны демонов, как индекс счастья местных жителей взлетел до небес так резко, что это стало заметно невооруженным глазом.
Выполняя мелкие поручения, Игрок порой слышал на улицах странные слухи о том, что новый Лорд — это посланный богиней ангел, призванный спасти их всех.
Ю Цзэ находил подобные нелепые сплетни маловероятным плодом народного творчества и решил отыскать первоисточник.
В итоге выяснилось, что это Антон проповедует народу учение о самом Ю Цзэ.
Причем успехи на ниве миссионерства оказались вполне реальными.
Когда Ю Цзэ отыскал Антона, тот юноша как раз стоял в капюшоне посреди молельного зала и что-то бормотал, обратившись к расписным витражам.
Если бы только он при этом не вещал всякую жуткую чушь вроде сын Бога Демонов или владыка надежды, Ю Цзэ, пожалуй, даже прослезился бы от умиления.
Но добывать прогресс строительства столь постыдным методом он всё же не собирался.
Впрочем, всё это время Ю Цзэ тоже не сидел сложа руки и вовсю занимался капитальным ремонтом особняка.
Когда они только подобрали Дулинвира, Игрок вовсе не задумывался о том, где именно будет жить ребенок.
В конце концов, стоило лишь нажать кнопку вселения, как рядом с базой появлялся значок человечка.
Удобнее и быть не могло.
Но однажды, вернувшись домой после выполнения задания, Игрок обнаружил крошечного дракончика, мирно спавшего у самого очага. Он легонько подтолкнул Дулина и спросил:
— Как тебя занесло сюда? В какой комнате ты жил раньше?
Дулинвир повернул голову и уставился на внутренности камина.
Ю Цзэ: ?
Позже, расспросив его во всех подробностях, он выяснил, что представители Расы драконов с рождения пылают страстью к той же стихии, к которой восходит их первородная сущность, а Черные драконы обожают огонь.
Для него пламя и раскаленная лава были самой уютной колыбелью.
Поразмыслив, Ю Цзэ решил, что их дому необходим камин побольше.
Закончив переделку, он опустил в огонь и то яйцо, что подобрал на алтаре.
Оставалось надеяться, что внутри тоже прячется Черный дракон, иначе рискует получиться жареная курица или утка гриль.
У взрослых людей всегда полно собственных дел.
И хотя Игроку не стоило лишний раз докучать Иэнсу, это вовсе не значило, что ему не хотелось этого сделать.
За прошедшие дни Ю Цзэ благодаря своей нечеловеческой силе воли уже помог Иэнсу избежать бесчисленных преследований.
Как говорится, день без тебя тянется как три осени, а у них тут уже назрел кризис семи лет.
Разобравшись с основными делами, Игрок нетерпеливо связался с Иэнсом.
Но стоило ему зажать в руке руну передачи звука, как Ю Цзэ засомневался, что именно стоит сказать.
Как выжать максимум пользы из каждой строчки на клочке бумаги?
В конце концов, шанс побеспокоить Иэнса выпадет всего трижды.
Гениальная идея выплеснуть на бумагу все свои прекрасные мысли была отвергнута в тот же миг.
Иэнс почему-то производил впечатление человека, который не слишком жалует излишне страстных особ.
Две предыдущие попытки подарить подарки подняли шкалу расположения всего на единицу, а вот простое движение в сторону добавило аж десять очков.
Неужели ему придется встать у Иэнса на пути и работать живым дорожным знаком, без конца отступая в сторону? Звучало глупо, но попробовать определенно стоило.
Вообще-то особой образованностью Игрок не отличался, а чем больше скажешь — тем выше шанс ошибиться, поэтому Ю Цзэ решил для начала прощупать почву.
Ты где?
Свиток начал нагреваться, вспыхнул бело-золотым пламенем и растворился в воздухе.
Игрок с азартом потирал руки в ожидании ответа.
Белый свет мигал без остановки, но весточки в ответ так и не поступило.
Прочитал и молчит? Не мог же он решить устроить ему игнор?
Иэнс находился в гильдии наемников на торговом рынке.
На этой улице неизменно привечали тех, кто испытывал нехватку денег, но при этом обладал реальными навыками.
Здесь тесно соседствовали Ассоциация магических зелий, Гильдия убийц и Гильдия наемников.
Сама же гильдия наемников занимала самое сердце рынка, в ее просторном зале вечно толпился народ, стоял шум и гам.
Место было сугубо рабочее, так что наемники не спешили заводить беседы с первыми встречными, предпочитая жаться группками по три-пять человек со своими боевыми товарищами.
Хватало здесь и одиночек вроде него самого, стоявших по углам в ожидании подходящего задания.
— Иэнс! Давно не виделись!
Раздался бодрый голос, и Иэнс обернулся.
— И впрямь давно. Какими судьбами здесь?
Он слегка кивнул, глядя на старого знакомого.
Кассиус был на несколько лет старше и считался ветераном среди наемников.
Когда Иэнс только покинул Ноя и вступил в гильдию, именно забота Кассиуса помогла ему избежать множества неприятностей.
— Дела в последнее время идут неважно, в Столице нынче неспокойно.
Кассиус почесал затылок, его лицо выражало глубокую скорбь.
— Впрочем, не будем об этом. Я тут зацепил одну деньжонку, хочешь со мной?
Мы ведь столько веков не работали в паре.
Мужчина вытащил из-за пазухи листовку с объявлением и протянул Иэнсу.
Иэнс взял бумагу и приподнял бровь:
— Разве ты не говорил, что больше не берешь заказы из Столицы?
При каждой встрече раньше Кассиус только и делал, что жаловался на жизнь.
Смысл его речей сводился к тому, сколь капризны столичные аристократы и сколь безумны их требования.
Кассиус неловко почесал затылок под его взглядом:
— Ну… они слишком много платили.
Они так тепло беседовали, когда грудь Иэнса вдруг прожгла волна жгучего жара.
Он достал свиток: золотое сияние мерцало и переливалось. Стоило развернуть бумагу, как в глаза бросились всего четыре крупных иероглифа:
Где
Ты
Находишься
Присутствие владельца послания было настолько мощным, что проигнорировать его не получилось бы при всем желании.
Кассиус с любопытством осведомился:
— Это твой друг?
Уж больно фамильярным и прямолинейным был тон, свойственный разве что близким друзьям.
Вот только лицо Иэнса помрачнело, отвечать он не спешил, и вид у него был вовсе не человека, обрадованного весточкой от приятеля.
Скорее уж он выглядел так, будто съел что-то тухлое.
Заметив это, Кассиус благоразумно захлопнул рот.
— Ничего страшного, пойдем. Зарегистрируемся.
Иэнс казался невозмутимым, но голос его упал ниже обычного по меньшей мере на октаву.
Двое без лишних слов прошли к стойке регистрации временного отряда.
Убедившись, что все данные занесены верно, Кассиус с улыбкой попытался закинуть руку на плечо Иэнса.
— Если задание выгорит, каждый из нас получит по тридцать тысяч!
Но чья-то рука оказалась быстрее.
Пальцы Кассиуса легли куда-то мимо цели, нащупав под ладонью длинную сухую кость.
И уж точно эта рука никак не могла принадлежать Иэнсу.
Как бы ни изощрялся Иэнс, он физически не сумел бы завести тыльную сторону ладони на самый верх чужого плеча.
Озадаченный Кассиус обернулся и уставился на молодого человека в капюшоне.
Тот был невероятно высок.
Сейчас он стоял прямо за спиной его друга, прожигая Кассиуса мрачным взглядом.
— Иэнс… Разве это не твой друг?
Кассиусу от этого взгляда стало не по себе, и он с надеждой посмотрел на Иэнса.
— Плечи — главное приданое мужчины, как считаешь?
Голос юноши звучал столь же мрачно, сколь и его выражение лица.
— В прошлый раз стоило кому-то прикоснуться к моему плечу, как я сиганул с восемнадцатого этажа и шлепнулся насмерть.
http://bllate.org/book/37692/4709299
Готово:
