— Несерьёзный ты человек! — женщина шлёпнула мужчину по спине с громким звуком. — Достал уже!
Мужчина коротко усмехнулся и продолжил:
— Говорю же, дело не в том, что я не хочу искать. Любая, услышав, что у меня на руках ребёнок, убежит на край света. К тому же я в будущем вовсе не планирую заводить детей и тем более жениться…
— Глупости! Забота о Сяо Ци никак не мешает тебе завести ребёнка, Сяо Ци ведь скоро вырастет!
— Эх, считай, что я просто не желаю брать на себя ответственность за других людей. А вот ты — тебе уже тридцать, красавица, кончай ждать его.
— Тогда женись на мне? — не удержавшись, ядовито парировала женщина.
— О, а отличная идея! — мужчина снова рассмеялся. — Давай-ка назначим свадьбу на тот день, когда выйдет Ян Си.
— Проваливай!
Претворяющийся изнеженным, фальшивый и с паршивым характером
Бай Ицин вовсе не собирался подслушивать. Во-первых, его тело было настолько ватным, что шевелиться не хотелось совсем, а во-вторых, у мужчины был потрясающе приятный голос. Разве что в те времена, когда слух его не подводил, с ним могли сравниться разве что профессиональные актёры озвучки из телевизора.
Он попытался издать хоть какой-то звук, но в горле пересохло, и оно жгуче болело. Бай Ицин невольно поморщился.
Мэн Тун бегло скользнула взглядом в его сторону и, заметив страдальческое выражение на лице парня, радостно воскликнула:
— Он очнулся!
Лу Е откинулся назад и с абсолютно расслабленным видом принялся ждать, пока только что пришедший в себя человек проникнется к нему благодарностью и смиренно скажет спасибо.
Бай Ицин пошевелил пальцами и вдруг почувствовал, что с тыльной стороной его ладони что-то не так… Он широко раскрыл глаза, и висевшая над кроватью капельница отчётливо отразилась в его зрачках.
Какая-то картина вмиг взорвалась в сознании, Бай Ицин резко сел на постели и в панике сорвал с руки иглу для капельницы. В тот же миг за выскользнувшей иглой последовала тонкая алая струйка, брызнувшая прямо на белую простыню…
— Ах! — Мэн Тун судорожно втянула воздух. — Ты что творишь?!
Лу Е тоже испугался этой внезапной сцены. Он подскочил к кровати, наотмашь схватил Бай Ицина за яростно дрожащее запястье и взревел:
— Ты чё, больной?!
Опомнившись от ужаса, Бай Ицин уставился на крупную руку, которая сжимала его запястье так сильно, что стало больно. Его взгляд медленно поднялся выше, и он встретился с разъярённым взглядом Лу Е.
— Это ты… — Бай Ицин шевельнул губами, издав хриплый шёпот.
— Я! Какого чёрта ты устраиваешь истерику?
Лу Е был вне себя от ярости.
Мало того что нужно выбить деньги за проезд и компенсацию за упущенное время, так теперь ещё придётся требовать моральную компенсацию — этот псих напугал его до чёртиков!
Мэн Тун поспешно оттащила Лу Е:
— Не пугай его!
Лу Е: «…»
Мэн Тун взяла руку Бай Ицина, чтобы осмотреть её, и её тон смягчился:
— Тебе приснился кошмар? Это клиника, давай я сначала остановлю кровь на руке, хорошо?
Мозг Бай Ицина быстро прояснился. Он опустил глаза, опечаленный собственной несдержанностью.
Он ведь давным-давно уже отпустил это…
— Простите, — пробормотал он, глядя на собственную кисть.
— Ничего страшного, — улыбнулась Мэн Тун. Она протерла тыльную сторону ладони спиртом и заклеила пластырем ватный шарик, прижатый к ранке. — У тебя была температура, Лу Е привёз тебя сюда.
— Спасибо, — кивнул Бай Ицин, догадавшись, что это имя владельца гостиницы.
Мэн Тун налила в бумажный стаканчик воды и протянула ему:
— Там осталось ещё больше половины пузыря…
— Я не буду ставить капельницу! — рука Бай Ицина, бравшая стакан, дрогнула, и горячая вода немного плеснула наружу, мгновенно оставив бледное пятно на коже.
Мэн Тун слегка удивилась, но настаивать не стала и лишь мягко улыбнулась:
— Ладно, тогда просто купишь лекарства, когда соберёшься уходить. Выпей каши перед уходом, директор Лу приготовил её сам.
Бай Ицин на секунду замер. Поняв, что именно имеет в виду женщина, он перевёл взгляд на белый термос, стоявший на столе.
Только сейчас он с запозданием ощутил в желудке пустоту и жгучую боль.
— Спасибо, — Бай Ицин опустил глаза.
Лу Е снова откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и принялся с нескрываемым любопытством разглядывать парня, который всё ещё выглядел слегка ошарашенным.
У него была очень красивая форма глаз: длинные, изящные двойные веки придавали лицу отстранённое и холодное выражение. И тем не менее секунду назад, охваченный страхом, он мог вытаращить глаза так широко — странное дело.
Мэн Тун провела бесконтактным термометром по лбу Бай Ицина и напутствовала:
— Температура ещё держится, не спеши вставать на ноги, иначе закружится голова.
— Хорошо, — Бай Ицин прислонился к спинке кровати и сделал небольшой глоток воды.
Мэн Тун собрала брошенные на пол шприцы и вышла. В комнате остались лишь растерянный Бай Ицин и насмешливый Лу Е.
Бай Ицин понятия не имел, как объяснить прежнее недоразумение мужчине, который явно был о нём не лучшего мнения. В конце концов, простую фразу «я ничего не слышу» Бай Ицин всегда предпочитал не произносить, соглашаясь скорее терпеть непонимание.
Но долг за оказанную услугу вернуть нужно.
— Извините за хлопоты, директор Лу, — Бай Ицин посмотрел на мужчину, сидевшего у окна.
Лу Е приподнял бровь, полностью соглашаясь:
— И то верно!
Бай Ицин: «…»
— Я переведу вам деньги за проезд и лекарства, — произнёс Бай Ицин.
Лу Е не стал скромничать:
— Хорошо.
Бай Ицин поставил стаканчик и шарил рукой по карманам шорт — пусто.
На столике у изголовья не было ничего, кроме термоса и ложки…
— Вы не видели… мой телефон? — неуверенно спросил Бай Ицин.
Лу Е припомнил события недавнего прошлого, но ничего особенного в памяти не всплыло. Он ответил:
— Наверное, в машине остался. Потом поищем, а пока поешь.
Бай Ицин открутил крышку термоса, и в лицо пахнул аппетитный аромат горячей еды…
Бай Ицин: «Угх…»
Лу Е: «‼!»
У него аж руки зачесались кому-нибудь врезать.
Бай Ицин опустил веки, изо всех сил стараясь унять спазмы в желудке.
В каше был имбирь.
Он терпеть не мог имбирь.
Не поднимая головы, Бай Ицин живо представлял себе выражение лица сидящего напротив мужчины.
Ладно уж, человек ведь «лично» готовил…
Придётся потерпеть.
Затаив дыхание, Бай Ицин зачерпнул крошечную ложечку и попробовал самую малость.
Нежный и солоноватый вкус, мелко нарезанное мясо и овощи разварились ровно настолько, насколько нужно… какое разочарование.
Стоило бы похвалить его за кулинарный талант — это была чистая правда, но он боялся, что стоить ему открыть рот, как его тут же вырвет.
http://bllate.org/book/37653/4703170
Готово:
