Вещи Цзи Чэньгэ кормилица со служанками уложили заранее.
Вернувшись в свои покои, мальчик во что бы то ни стало вознамерился сменить пышное нарядное платье на более удобную одежду. Мать и кормилица, не в силах с ним спорить, уступили: переодели его в лёгкие, не стесняющие движений одежды, а сверху накинули шубку из ценного меха духовного зверя.
Во Дворце Тяжёлого Снега круглый год царила лютая зима и лежал неподвижный снег. Ребёнок ещё не ступил на путь самосовершенствования и оставался обычным смертным из плоти и крови — суровый холод горной обители мог оказаться для него губительным.
Глядя на сына, молодая госпожа Цзи едва удерживала слезы, подступавшие к глазам.
В душе её бушевала тоска, но Чэньгэ, почувствовав это, повернулся и мягко сжал её щеку пухлой детской ладошкой.
— Матушка, я обязательно буду навещать вас, — принялся утешать её мальчик. — И тебя, и младшего брата.
Молодая госпожа Цзи ходила беременной уже более двух месяцев. Прежде Цзи Чэньгэ тайком надеялся, что на свет появится малышка, похожая на Цзяцзя, однако мать разочаровала его, обмолвившись, что ждёт мальчика.
Стоявший подле Цзи Линь со вздохом покачал головой:
— Посмотри на себя. Сама мать, а Чэньгэ приходится тебя успокаивать.
Не обращая внимания на упрёки мужа, госпожа Цзи прижала сына к груди и с надрывом произнесла:
— В Дворце Тяжёлого Снега береги себя. Слушайся наставника во всём, ты меня понял?
Цзи Чэньгэ молча кивнул.
Цзи Линь тоже воспользовался последней возможностью дать напутствие:
— Усердно постигай искусство меча. При твоих задатках да под руководством самого Владыки Меча тебя ждёт великое будущее. Дома всё будет благополучно, так что полностью отдайся самосовершенствованию. И не бегай домой по каждому поводу, не то люди засмеют.
В отличие от супруги, он мыслил шире и понимал: великие ордена не жалуют учеников, чьи мысли постоянно обращены к семье, а потому счёл долгом предостеречь сына.
Цзи Чэньгэ снова кивнул — трудно было сказать, насколько глубоко он проникся этими словами.
Кормилица тем временем прибрала все вещи из его гардероба в пространственное кольцо, не забыв прихватить любимые иллюстрированные свитки, игрушки, солидный запас духовных камней и даже талмуд «Полного собрания талисманов». Продев сквозь кольцо изящную цепочку, она повесила его на шею мальчику — на этом приготовления завершились.
Перед уходом Цзи Чэньгэ обвёл прощальным взглядом убранство комнаты, затем мельком посмотрел в зеркало, чтобы убедиться в безупречности своего вида, и лишь после этого, держась за руку матери, переступил порог покоев.
Цзи Хунсюэ ожидал их у ворот усадьбы.
Разомкнув пальцы, Цзи Чэньгэ шагнул к своему новому наставнику. Вспыхнул уже знакомый золотистый свет, и мальчик изо всех сил замахал рукой остающимся родителям и кормилице.
«Спасибо».
Проведённые здесь четыре года с лихвой восполнили горечь и упущения его прошлой жизни. Он не собирался и дальше предаваться воспоминаниям.
«Спасибо вам. И прощайте».
В этом мире у вас всё будет хорошо. Ничья злоба или коварный замысел больше не причинят вам вреда — он даёт клятву в этом.
***
Когда золотое сияние рассеялось, наставник и ученик вновь стояли перед горными вратами Дворца Тяжёлого Снега.
Цзи Чэньгэ поднял взгляд на бесконечную вереницу ступеней, уходящую в небеса, и у него едва волосы на голове не встали дыбом от ужаса.
Как и следовало ожидать, Цзи Хунсюэ ровным голосом произнёс:
— Идём.
С этими словами он ступил на лестницу. Нарушать устав обители меченосец не намеревался, и мальчику ничего не оставалось, кроме как скрепя сердце поплестись следом.
История повторялась с удручающей точностью.
Он дал себе зарок: переступив порог Дворца, он не покинет обитель по меньшей мере лет десять.
Детское тело, ещё не познавшее изнурительных тренировок, не шло ни в какое сравнение с прежней плотью уровня Золотого Ядра. Одолев едва ли три десятка ступеней, Цзи Чэньгэ почувствовал, как икры налились свинцом, а ноги отказались служить. Поскользнувшись, он больно растянулся на каменных плитах; лишь успев вовремя повернуть голову в сторону, уберег лицо от ушибов.
И всё же ссадины от жёсткого камня оказались весьма ощутимыми.
Цзи Хунсюэ остановился и оглянулся.
Малыш самостоятельно поднялся на ноги и без единого ропота упрямо одолел ещё пять ступеней. Вдруг земля ушла из-под ног — кто-то легко подхватил его в воздух.
— Неплохо, — ровно проронил Цзи Хунсюэ.
Он бережно взял ребёнка на руки. Цзи Чэньгэ инстинктивно обвил руками его шею, на миг замер от собственной дерзости. Однако, убедившись, что наставник не собирается его отчитывать, перевёл дух и поудобнее устроился у него на груди.
И хотя всё происходящее оставалось лишь иллюзией внутри свитка воспоминаний, бессознательное доверие к Цзи Хунсюэ никуда не исчезло.
Удивительное чувство, но мальчик решил довериться ему без оглядки.
Подъём казался бесконечным, навевая дремоту. Прижавшись к груди наставника, Цзи Чэньгэ не заметил, как сомкнул веки и погрузился в глубокий сон.
Дети так быстро устают.
Проснулся он лишь тогда, когда до слуха долетел нестройный гул голосов. Открыв глаза, Цзи Чэньгэ понял, что они уже на вершине.
Нынешний Дворец Тяжёлого Снега разительно отличался от того тихого, безмятежного приюта, который отпечатался в его памяти.
В воздухе стоял густой запах крови. Всюду валялись брошенные духовные артефакты, неупокоенные тела и даже изувеченные останки духовных зверей.
Ученики Дворца в сине-белых одеяниях с оживлением на лицах разбирали завалы. Завидев Владыку Меча с ребёнком на руках, они замирали в изумлении.
К ним приблизился старец в таком же сине-белом одеянии.
— Владыка Меча, вы вернулись как нельзя кстати!
Цзи Чэньгэ узнал его: именно этот седовласый муж обычно дремал у дверей Книжного Павильона!
Ныне же он буквально лучился бодростью и непреоборимой боевой яростью.
— Едва вы покинули обитель, как эти безумцы поддались на уловку и пошли штурмом на Дворец Тяжёлого Снега! Все до единого угодили в нашу ловушку!
— Секта Девяти Соединений? — ледяным тоном переспросил Цзи Хунсюэ.
Старец презрительно усмехнулся:
— Именно так! Мы захватили их главу живьём и уже доставили к главе секты.
Стоявшие поблизости адепты подхватили:
— Этот Цзюляньшэн — настоящий идиот! Неужели возомнил, будто без Бессмертной Раскалывающей Небеса и Владыки Меча Девяти Небес Дворец Тяжёлого Снега станет лёгкой добычей?
Старец погладил бородку:
— Глава секты проявил редкую прозорливость, устроив засаду загодя. Оставалось лишь дождаться, пока эти глупцы сами шагнут в капкан. — Он уважительно поклонился Цзи Хунсюэ: — Владыка Меча, вы, должно быть, утомились в пути. Молва о ваших свершениях опередила вас, и мы уже гадали, когда вы изволите вернуться... Постойте, а что это за дитя?
— Мой ученик, — вскользь отрезал Цзи Хунсюэ.
— Что?! — обомлел старец. Окинув Цзи Чэньгэ пристальным взглядом, он одобрительно закивал: — Достойно, весьма достойно... Видать, как и у вас, от рождения чистейший ледяной корень духовности.
— Где глава секты? Мне нужно его видеть, — безразлично перебил Цзи Хунсюэ.
— В Зале Чистой Ясности, — тут же отозвался собеседник.
Зал Чистой Ясности... Снова Зал Чистой Ясности.
У Цзи Чэньгэ невольно закралась мысль, не является ли Ши Юйшу привязанным к месту нипом, спавнящимся исключительно в этом зале.
А если так, то его наставник — просто курьерский нип, вся задача которого сводится к телепортации ученика во Дворец?
Кощунственные соображения пришлось поспешно вытряхнуть из головы.
Вскоре они очутились перед нужными покоями. Цзи Хунсюэ опустил мальчика на землю ещё у порога. То ли Цзи Чэньгэ показалось, то ли наставник и впрямь передвигался с невероятной скоростью: его шаги выглядели неспешными, но расстояние таяло на глазах.
Малыш послушно ступил на плиты пола и семенил за учителем след в след.
Внутри залы связанный Верёвкой Связывания Бессмертных мужчина средних лет истерично надрывался:
— Мы ведь оба принадлежим к праведному пути! С чего бы секте Девяти Соединений идти против Дворца Тяжёлого Снега?! Нас просто ввели в заблуждение демонические заклинатели, мы поднялись на гору по ошибке! Это досадное недоразумение!
Один из вспыльчивых старейшин презрительно хмыкнул, шагнул вперёд и без лишних слов со всей силы впечатал сапог в грудь Цзюляньшэна. Удар мастера стадии Трансформации Духа обладал сокрушительной мощью — пленник тут же выплюнул сгусток алой крови.
Во Дворце Тяжёлого Снега отродясь не переваривали подобную шваль, прикрывающуюся святой праведностью. Не сдерживай их многочисленные соглашения да условности, меченосцы с большим удовольствием перерезали бы глотки этим лицемерным союзничкам, чем самим демонам.
Восседавший на возвышении Ши Юйшу переглянулся с появившимся в дверях Цзи Хунсюэ, и на его челе наконец проскользнула тень улыбки.
— И впрямь. Дворец Тяжёлого Снега и секта Девяти Соединений плечом к плечу сражаются с демонической скверной. С чего бы вам замышлять недоброе? Чистейшей воды вздор.
Ударивший пленника старейшина насупился:
— Но, глава секты...
Ши Юйшу предостерегающе поднял ладонь, призывая к молчанию, и неторопливо закончил:
— Дерзкие воры, ворвавшиеся в наш дом — лишь жалкая кучка демонических отребий. Какое отношение к этому имеет почтенная секта Девяти Соединений?
Молодые адепты, застывшие в зале, в замешательстве переглянулись, но перечить не дерзнули. Сам Цзюляньшэн тоже замер, не понимая, куда клонит собеседник.
Зато Цзи Чэньгэ, уловив пару фраз, быстро восстановил картинку происходящего и понял скрытый подтекст слов Ши Юйшу.
Предположение оправдалось: Ши Юйшу мягко продолжил:
— Мы всего лишь расправились с вороватыми крысами. А вот где обретается глава секты Девяти Соединений, нам неведомо. Возможно, прямо сейчас он где-то истребляет остатки демонических орд?
Цзюляньшэн изменился в лице и побледнел от ужаса:
— Ты... Ты!.. Если я не вернусь, другие ордена обо всём узнают!
Ши Юйшу сохранял невозмутимость:
— Внезапная кончина главы секты в столь смутное время — явно дело рук демонических выродков. Нам ли не знать? Сегодня наш Дворец тоже подвергся вероломному нападению. И надо же такому случиться: ни главы, ни старейшин стадии Слияния и выше не оказалось на месте. Очевидно, враги загодя выведали всё и устроили пышное представление.
Он сокрушённо вздохнул, беззастенчиво продолжая лгать:
— К счастью, Дворец Тяжёлого Снега принял меры предосторожности, да и глава своевременно подоспел, взяв управление в свои руки, отчего обитель удалось отстоять. Жаль только главу Цзюлянь... В преклонных летах пал от рук демонических иродов. Как прискорбно...
Едва Ши Юйшу повёл рукой, как старейшина, ранее давший пленнику пинка, с холодным оскалом обнажил меч.
Прямые и резкие заклинатели меча расправлялись с врагами без лишних раздумий. Поняв из безапелляционных речей Ши Юйшу, что пощады не будет, Цзюляньшэн исказился в безумной гримасе:
— А-а-а-а-а!..
Ученики в зале ахнули:
— Старейшина, берегитесь! Он хочет самоликвидироваться!
Ши Юйшу лишь чуть изогнул губы в насмешливой ухмылке и вальяжно откинулся на спинку кресла. Он взирал на подсудимого свысока, точно на жалкого паяца.
Клинок, сотканный из чистейшей духовной энергии, бесшумно пронзил Зарождающуюся Душу Цзюляньшэна.
Истошный вопль, готовый перерасти в разрушительный взрыв, сорвался и мгновенно угас.
— Шумно, — бросил Цзи Хунсюэ, ступая под своды Зала.
Цзи Чэньгэ поспешил за ним. Поравнявшись с поверженным главой, он мазнул по нему взглядом: тот так и застыл с разинутым в вопле ртом и налитыми кровью глазами, лишённый малейших признаков жизни.
На душе у мальчика стало невыносимо тяжело.
Занёсший было меч старейшина с досадой глянул на Цзи Хунсюэ и со вздохом убрал оружие.
Готовая добыча ушла из-под носа, но перечить Владыке Меча никто бы не дерзнул.
Ши Юйшу легковато улыбнулся и с незыблемым изяществом произнёс:
— Неудивительно, что секта Девяти Соединений скатилась до столь жалкого упадка. — Он поднялся с места: — Старший брат, ты тяжело трудился. Угроза устранена, бреши в защите обители уже латают. Можешь со спокойной душой отправляться в уединённую медитацию.
Тут его взор упал на семенящего за Цзи Хунсюэ Цзи Чэньгэ:
— А это?..
— Мой ученик.
Ши Юйшу буквально лишился дара речи от изумления.
В одно мгновение оказавшись рядом с Цзи Хунсюэ, он сбавил тон до полушёпота:
—... Старший брат, я же просил тебя побыть снаружи хотя бы полмесяца! Ты не просто наведался к демонам и укокошил очередного Владыку, но ещё и приволок с собой ученика?!
Цзи Хунсюэ приподнял веки и равнодушно ответил:
— На обратном пути я заглянул к клану Цзи.
— К клану Цзи? — Ши Юйшу на секунду задумался, прежде чем извлечь из памяти давнее предание. Кажется, Цзи Хунсюэ происходил из рода мастеров талисманов Среднего мира, но оборвал с ними все связи, стоило ему вступить на путь Дао. — Ты ходил туда, дабы разрубить узы причин и следствий, так с какой стати привёл дитя? — Поймав случайный мимолётный взгляд Цзи Чэньгэ, глава тут же пошёл на попятный: — Впрочем, парень на вид смышлёный. Совсем неплох.
Цзи Чэньгэ: «...»
Эти великие заклинатели выносили суждения буквально с первого взгляда. И пусть мальчик осознавал, что находится внутри иллюзорного свитка воспоминаний, где ему ничто не угрожало, отсутствие поддержки Системы заставляло его чувствовать себя неуютно.
Доселе хранившая молчание даос Цзиньлин наконец подала голос:
— По мнению бедного даоса, сей юный адепт связан с Владыкой меча Девяти Небес глубокой кармической нитью. В вас течёт одна кровь.
Ши Юйшу изумился пуще прежнего, но мгновение спустя его лицо озарилось пониманием:
—... Твоя родня проявила недюжинную дерзость, раз вознамерилась продлить эту связь.
Поистине достойно клана, некогда выставившего вон будущего Владыку Меча! Тот прибыл, дабы поставить точку в семейной истории, а они умудрились выдвинуть подобное условие! Но кураж ситуации придавал тот факт, что Цзи Хунсюэ согласился...
Неужели в их жилах и впрямь течёт одна и та же взбалмошная кровь?
Цзи Хунсюэ не имел ни малейшего желания вдаваться в подробности. Он лишь неопределённо кивнул и бросил Ши Юйшу:
— Он только прибыл и не знает укладов. Устрой его.
Ши Юйшу: «...»
Он давно смирился с тем, что взваливать на свои плечи все хозяйственные хлопоты наставника и старшего брата — его неизбежная доля.
Слегка кашлянув, Ши Юйшу снова напустил на себя подобающий главе ордена чинный вид:
— С гибелью Демонического Императора и падением нескольких Владык демонический оплот окончательно развалился. Нам надлежит заняться воспитанием нового поколения учеников. Как-никак, и наш Дворец Тяжёлого Снега понёс в той войне немалые потери.
Демонический оплот сплотил бесчисленные секты тёмного пути, подчинив своей воле практически весь демонический мир. Дворец Тяжёлого Снега и секта Лотоса Будды выступали главным щитом на пути этой скверны и приложили невероятные усилия для победы. Ныне статус Дворца как величайшей обители заклинателей меча утвердился окончательно, вот только цена оказалась высокой: в кровопролитной бойне пали многие, а сама Бай Сысы — главная надежда ордена на вознесение — сгинула в финальном сражении.
В тот роковой день Бай Сысы, превозмогая грозовые удары небесной кары, ворвалась в сердце древнего массива, сооружённого Демоническим Императором, и одним ударом размозжила ключевую точку Великого Массива Жертвоприношения Небу. Цзи Хунсюэ совместно с главой секты Лотоса Будды сумел загнать Демонического Императора в морские пучины и запечатать его на дне. Однако после битвы Цзи Хунсюэ поднял со дна океана лишь искорёженные обломки оружия.
То был Меч Раскалывающий Небеса — артефакт самой Бай Сысы.
Ши Юйшу тяжело вздохнул:
— Демоны более не представляют угрозы, а с мелкими смутами справятся и без нас. Самое время закрыть ворота и заняться внутренним обустройством ордена. А раз старший брат первым показал пример, набор учеников тридцать третьего поколения должен пройти успешно.
В этот миг даос Цзиньлин шагнула вперёд и пристально всмотрелась в Цзи Чэньгэ.
Мальчик всерьёз опасался этих легендарных прорицателей, а потому поспешно опустил ресницы, уклоняясь от её взгляда. Даос Цзиньлин нахмурилась и замялась:
— Дитя...
Ши Юйшу глубоко уважал прозрения союзников из Обители Ясной Луны. Заметив её интерес к Цзи Чэньгэ, он поинтересовался:
— Даос Цзиньлин прозрела нечто недоброе?
Поскольку они с Ши Юйшу давно знали друг друга, Цзиньлин не сдержала порыва и выпалила:
— Не пройдёт и тридцати лет, как на голову этого ребёнка обрушится страшная беда. И не избежать её, ибо такова воля Небес.
Цзи Чэньгэ: «...»
Мальчик наконец сообразил, кто перед ним. Именно эта женщина некогда предсказала его роковую судьбу!
Ши Юйшу мгновенно помрачнел:
— Беда?
Даос Цзиньлин принялась исчислять знаки на пальцах, и лицо её становилось всё суровее.
— Даос Цзиньлин?
Она лишь покачала головой, отрезав дальнейшие расспросы. В душе прорицательница уже проклинала свою несдержанность: недаром учитель изо дня в день бранил её за длинный язык.
Видя её замешательство, Ши Юйшу не стал допытываться. За долгие века союза с Обителью Ясной Луны меченосцы твёрдо усвоили: за проникновение в тайны судьбы приходится платить высокую цену, а поведение прорицательницы явно указывало на то, что знание это сокрыто от смертных.
Цзи Чэньгэ, разумеется, прекрасно знал, о какой беде шла речь: в каноническом тексте новеллы «Хроника Бессмертных и Демонов: Борьба за выживание» оригиналу действительно суждено было погибнуть. И по времени это аккурат укладывалось в тридцать лет.
Сохраняя невинный вид, мальчик лишь крутил головой по сторонам, делая вид, будто его до глубины души захватило убранство Зала Чистой Ясности, а до недавнего убийства и разговоров взрослых ему нет никакого дела.
— Раз сие ещё не свершилось, не стоит и кручиниться, — отрезал Цзи Хунсюэ.
Ши Юйшу с готовностью закивал:
— Старший брат абсолютно прав.
Даос Цзиньлин поспешила согласиться:
— Владыка Меча изрёк мудрую мысль.
Даос Цзиньлин прибыла во Дворец Тяжёлого Снега с единственной целью — предостеречь их от коварства секты Девяти Соединений. Поглазев на труп Цзюляньшэна, она не видела причин задерживаться.
Уже перед самым отбытием она обернулась к Ши Юйшу:
— Учитель просил передать вам, глава: в деле Бессмертной Раскалывающей Небеса ещё может отыскаться добрый исход.
Ши Юйшу вздрогнул от неожиданности, а затем искренне промолвил:
— Благодарю вас, даос Цзиньлин.
— Не стоит благодарностей, глава. Весь Великий мир Утреннего Солнца обязан Дворцу Тяжёлого Снега за воцарившийся покой, и наша Обитель Ясной Луны не станет исключением.
Склонившись в глубоком поклоне, даос Цзиньлин обратилась в луч ослепительного света и растаяла за горизонтом.
Лишь после её ухода Ши Юйшу снова перевёл взгляд на ребёнка и задумчиво переспросил:
— А тебя звать...
Цзи Чэньгэ задрал голову и звонким детским голосом ответил:
— Цзи Чэньгэ.
http://bllate.org/book/37636/5061415
Готово:
