У системы явно было весьма искажённое представление о его возможностях.
Взглянув на двух сцепившихся заклинателей и разворачивающуюся перед ним феерию снопов света — зрелище, рядом с которым блекли спецэффекты лучших трехмерных блокбастеров, — Цзи Чэньгэ задался логичным вопросом: откуда в системе столько слепой уверенности? С чего она решила, будто едва переместившийся в этот мир новичок способен разнять подобный поединок?
Помощник-проводник тем временем вовремя соскочил с его плеча и устремился к сражающимся. Впрочем, назвать это полноценным боем было сложно: Е Линь бился с клубящейся черной скверной, захлестнувшей его со всех сторон. Чернота казалась бесплотным дымом, однако при столкновении с клинком звеняще упиралась в сталь, ничуть не уступая ей в прочности.
Более того, дымчатые сгустки на глазах обретали форму, из тьмы выплетались гибкие руки, постепенно слагавшиеся в человеческий силуэт. Шао Цзюэ стоял неподалеку, равнодушно скрестив руки на груди и наблюдая за схваткой со стороны. Интуиция подсказывала Цзи Чэньгэ: продолжайся бой еще немного, и Е Линь неминуемо потерпит поражение.
Маленький помощник прочертил в воздухе светящуюся линию по диагонали, на мгновение отрезав чёрные щупальца от Е Линя. Внутренне вздохнув, Цзи Чэньгэ крутанул кистью — и в его ладони материализовался меч, сплошь покрытый инеем.
Цзи Чэньгэ попробовал воззвать к духовным силам. Морозная, кристально чистая энергия отозвалась мгновенно, привычно устремившись по каналам и сконцентрировавшись в лезвии.
Брови Шао Цзюэ чуть приподнялись — он первым почувствовал резкий всплеск силы и повернулся к Чэньгэ.
Его взгляду предстал заклинатель меча в белоснежных одеждах: нахмурившись, тот с секунду следил за движениями Е Линя, а затем легко оттолкнулся от земли и без единого лишнего жеста, с выверенной точностью сокрушил и рассек опутывавшую юношу тьму.
В то же мгновение, когда чёрные нити распались, Цзи Чэньгэ сгреб Е Линя за загривок и без труда вытащил его из ловушки, точно нашкодившего котенка.
Плавно приземлившись, он сохранял абсолютное хладнокровие. Повернув голову к Шао Цзюэ, Чэньгэ ровным тоном произнес:
— Шао Цзюэ, остановись.
Тот лишь небрежно пожал плечами. Оставшиеся сгустки мрака послушно втянулись в землю и исчезли без следа. На лице Шао Цзюэ застыло выражение глубочайшей невинности, будто вовсе не он только что развязал потасовку.
Е Линь одарил его ледяным взглядом, а затем, сгорая от стыда, обратился к Чэньгэ:
— Мои навыки никуда не годятся. Я лишь опозорил тебя, старший брат.
Цзи Чэньгэ молча принял это к сведению.
В описании персонажа Е Линя упоминалось, что тот «обучался некоторым приемам фехтования Дворца Тяжёлого Снега». Судя по всему, эти техники ему передал сам Цзи Чэньгэ — оттого юноша и зовет его старшим братом. Интересно только, считались ли эти уроки тайным самоволием?
[Задание выполнено. Награда: Осколок воспоминаний ×1, Универсальная валюта ×500 помещены в инвентарь. Сбор осколков воспоминаний: 2/6]
Шао Цзюэ мягко усмехнулся и произнес с наигранным дружелюбием:
— Сколько лет ковал свое мастерство старший брат Цзи, и сколько — ты, младший брат Е? Уступать ему — вполне естественный порядок вещей, так что не стоит так уж уничижать себя.
Слово «младший брат» он выделял с завуалированным издевательством, отчего бровь Е Линя нервно дернулась. Почувствовав подступающую головную боль и опасаясь новой вспышки, Цзи Чэньгэ решил спешно перевести тему:
— Когда ты прибыл?
Е Линь запнулся, и его внимание действительно переключилось.
— Как только стряхнул с хвоста преследователей, сразу направился в Гулань на твои поиски, — ответил он. — Должен был добраться еще вчера, но по пути наткнулся кое на что.
На его еще по-юношески незрелом лице проступило замешательство.
— Старший брат Цзи, помнишь Цветы Жёлтых Источников из Священной обители Осенней Бегонии?
Цзи Чэньгэ изогнул бровь:
— А что с ними?
— В одной из соседних деревень я обнаружил целое полчище этих цветов, — хмуро продолжал Е Линь. — Их заботливо взращивали года четыре или пять, и они теперь способны беспрепятственно ползать при дневном свете. Когда я зашел туда, эти твари уже сожрали всех жителей до единого.
Цзи Чэньгэ и Шао Цзюэ переглянулись, но не уронили ни слова.
— Цветов оказалось слишком много, в одиночку мне было не сладить, и я отправился за помощью к Вратам Небесной Таинственности, — добавил Е Линь. — Старший брат, ты ведь помнишь орден Небесной Таинственности, о котором я тебе рассказывал? Крупнейшая секта в Малом мире Зелёного Плюща.
«Кажется, прежний владелец этого тела соврал старейшине Гулани, будто принадлежит к ордену Небесной Таинственности?» — смутно вспомнил Цзи Чэньгэ и задумчиво кивнул.
Е Линь заметно оживился:
— Сейчас адепты ордена уничтожают тварей. Там же находится и мой лучший друг — он выбился во внутренние ученики Врат Небесной Таинственности! Как только они закончат, я обязательно вас познакомлю!
Однако, осекшись на полуслове, юноша осторожно вгляделся в лицо старшего брата:
— Впрочем... кажется, старший брат Цзи не слишком жалует чужаков?
Цзи Чэньгэ не знал, что на это ответить, и, выдержав паузу, произнес:
— Е Линь, здесь тоже появились Цветы Жёлтых Источников.
—... Что?
***
Деревня Старой Орхидеи, затерянная в Малом мире Зелёного Плюща, была родиной Е Линя.
Он не знал, кем были его отец и мать. Сельские старики постоянно тыкали в него пальцем, называя подкидышем, а сверстники, подражая взрослым, безостановочно дразнили его сиротой.
К счастью, дедушка с бабушкой растили Е Линя в бревенчатом домике, стоящем на отшибе, вдалеке от основной деревни. Пока он сам не прибегал в Гулань, ядовитые языки сельчан не могли причинить ему боли.
Старик не раз рассказывал внуку, как под вечер нашел его в плывущей по реке корзине. В пеленках лежала лишь резная деревянная плашка со словом «Линь». Так мальчика и назвали — Е Линь.
Когда ему исполнилось десять, в деревне случаем оказалась странствующая даосинь. Заприметив парня, она сразу объявила его своим личным учеником, и в ту же ночь Е Линь собрал пожитки и покинул Малый мир Зелёного Плюща.
Мальчик всей душой привязался к дедушке и бабушке, обещая обязательно вернуться через пару лет. Однако попав вместе с наставницей в Великий мир, он быстро осознал, как далек реальный мир от его детских иллюзий.
Его наставница на поверку оказалась демонической заклинательницей, а образ праведной даосинь служил лишь личиной для странствий по мирам. В обители кишели уродливые твари, а соученики отличались необузданным, жестоким нравом. Владычица Дворца Покорения Демонов Сиянь удерживала Е Линя в затворничестве целых пять лет, не позволяя переступить порог. И только когда юноша окончательно обратился в демонического заклинателя, ему позволили отправиться на мирские испытания.
Именно тогда судьба и свела его с Цзи Чэньгэ.
Чэньгэ вызвался сопроводить его в Деревню Старой Орхидеи, благодаря чему Е Линь успел застать бабушку перед самой ее смертью и упокоить ее тело рядом с дедом, ушедшим из жизни двумя годами ранее.
—... Я вернусь к Вратам Небесной Таинственности и обо всем доложу, — со сложной гаммой чувств произнес Е Линь. — Дело с Цветками Жёлтых Источников куда серьезнее, чем кажется. Похоже, кто-то нацелился на весь Малый мир Зелёного Плюща.
Юноша помрачнел:
— Сначала Тайная обитель Осенней Бегонии, теперь эта деревня... Страшно подумать, сколько еще неизвестных нам уголков превратили в плантации эти твари. Замысел грандиозен, тут явно замешаны силы какого-то крупного ордена...
Подняв взгляд, он столкнулся с ироничной полуулыбкой Шао Цзюэ и мгновенно сжал губы, обиженно умолкнув. В присутствии «Шао Юя» его не покидало жгучее ощущение, будто этот человек смотрит на него свысока и молча насмехается над каждым словом.
До чего же мерзкий тип.
— Как далеко отсюда до деревни, где ты наткнулся на цветы? — поинтересовался Цзи Чэньгэ.
— Если лететь на мече, управился бы за полдня, — без промедления откликнулся Е Линь.
«Полет на мече...» — с некоторой задержкой до Цзи Чэньгэ дошло, что в этом мире заклинателей перемещение по воздуху — дело вполне обыденное.
Немного размыслив, он спросил:
— Если выступаешь прямо сейчас, успеешь вернуться к сумеркам?
Прикинув время, Е Линь кивнул:
— Вполне. Если буду возвращаться в одиночку, до темноты успею. Что до заклинателей Врат Небесной Таинственности... они, пожалуй, пойдут медленнее.
— Отлично, — подвел итог Цзи Чэньгэ. — Тогда поступим так: отправляйся к ним и попроси о содействии. Скажи, что основные стебли цветов мы уничтожили, а у крестьян остались лишь нераскрывшиеся побеги. Пусть по прибытии сразу идут в деревню и поднимут как можно больше шуму. Чем громче, тем лучше.
— Мой друг Цзычан не откажет, — послушно пообещал Е Линь. — Но... Старший брат, к чему весь этот шум?
— Помимо нас троих, в деревне затаился еще один заклинатель, — ответил Чэньгэ.
— Кто?! — вздрогнул юноша.
Цзи Чэньгэ перевел взгляд на Шао Цзюэ, и тот небрежно озвучил имя:
— Кулянь.
Е Линь тут же переменился в лице, став мрачнее тучи:
— А я-то гадал, с чего этот гад отстал от меня! Думал, он сгинул в Тайной обители Осенней Бегонии, а он, оказывается, увязался за тобой! Старший брат, твои раны...
— Уже затянулись, — перебил его Цзи Чэньгэ.
— Это я во всем виноват! — с удрученным видом воскликнул Е Линь. — Втянул тебя в эту грязь... Случись с тобой беда, как бы я потом смотрел в глаза старейшинам Дворца Тяжёлого Снега?
Глядя на его понурую фигуру, Цзи Чэньгэ невольно смягчился и похлопал юношу по плечу:
— Не изводи себя. Лучше скажи... Камень Долголетия...
— Его отобрали?! — испуганно встрепенулся Е Линь.
Чэньгэ на мгновение замялся, не зная, как облечь правду в слова. Он бросил взгляд на Шао Цзюэ, но тот лишь хмыкнул и демонстративно отвернулся, всем видом показывая, что умывает руки.
Пришлось выкручиваться самому:
— Нет... всё в порядке. Камень Долголетия всё еще у меня.
Е Линь облегченно перевел дух:
— Ну и славно. Старший брат как всегда непревзойден! Пусть тот мерзавец и достиг Стадии Зарождающейся Души, отобрать у тебя Камень Долголетия ему оказалось не под силу.
Цзи Чэньгэ почувствовал укол совести. Настоящий владелец этого тела был мертв, а сам он, столкнись сейчас с тем бродячим заклинателем, едва ли смог бы выдать и половину прежнего мастерства.
Скрывая неловкость, Чэньгэ произнес:
— Его плотская оболочка тяжело повреждена, а Зарождающаяся Душа бежала. Мы рассчитываем, что вскоре он вернется за своим телом, поэтому решили устроить засаду. Если вы с учениками поднимете в Деревне Старой Орхидеи шум, он может потерять бдительность и сам шагнет в ловушку.
Е Линь не стал расспрашивать о подробностях замысла и кивнул:
— Тогда нечего терять время, я спешу за людьми из ордена.
Однако его взгляд зацепил Шао Цзюэ, и юноша вновь мгновенно стемнел лицом:
— Старший брат, а он...
— Он останется и поможет мне, — возразил Цзи Чэньгэ.
Лоб Е Линя прорезали глубокие морщины:
— Старший брат, ему нельзя верить! Он ничем не лучше того бродяги — оба охотятся за Камнем Долголетия!
— Я знаю, — вздохнул Чэньгэ.
Е Линь едва не поперхнулся от удивления и с новой силой заладил:
— Он коварен и всегда преследует личную выгоду! Тебе ни в коем случае нельзя полагаться на него!
— Е Линь, — раздался медовый, но ядовитый голос Шао Цзюэ. — Ты, часом, не забылся? Кто из нас двоих приходится тебе старшим братом по обучению?
Пальцы юноши до белизны костяшек сжали рукоять.
Шао Цзюэ неторопливо продолжил:
— Называешь его старшим братом на каждом шагу... Неужто возомнил себя адептом Дворца Тяжёлого Снега? Похоже, наставница проявляла о тебе недостаточно заботы, раз в твою голову закрались подобные мысли.
— Шао Юй, не переходи границы! — процедил Е Линь.
— Перехожу границы? — мягко усмехнулся Шао Цзюэ, но его тон обжигал холодом. — Получив Камень Долголетия в Тайной обители Осенней Бегонии, ты не спешил принести его наставнице, а предпочёл сговориться с учеником Дворца Тяжёлого Снега и сбежать в этот захудалый мирок... Как по мне, так предательские замыслы таил совсем иной человек. Не так ли, младший брат?
Лицо Е Линя пошло пятнами. Цзи Чэньгэ воочию убедился, насколько немилосердно эти двое ладят между собой — точь-в-точь вода и пламя. Юношу было даже немного жаль: мало того что уступал в бою, так еще и в словесной перепалке проигрывал подчистую.
— Довольно, не теряйте понапрасну время, — вмешался Чэньгэ. — Е Линь, отправляйся и возвращайся как можно скорее. Шао... Юй, а мы идем к старейшине.
Е Линь молча развернулся. Его меч оторвался от земли и завис в воздухе; вскочив на обнаженную сталь, юноша устремился ввысь и мгновенно растаял в небесах.
Цзи Чэньгэ проводил его взглядом. Подросток выглядел настолько обиженным и несчастным, что невольно вызывал сочувствие.
Потирая подбородок, Шао Цзюэ с любопытством спросил:
— Как думаешь, Е Линь догадался, что ты лишился памяти?
— Похоже, нет, — отозвался Чэньгэ.
— Удивительное дело... — вполголоса пробормотал Шао Цзюэ.
— Что тебя удивляет?
Шао Цзюэ тонко улыбнулся:
— В прошлом некто ненадолго захватил душу Сюй Линьлун. И за одну-единственную фразу мой смышленый младший брат мгновенно распознал подвох и сорвал маску с самозванца. А сегодня он даже не заикнулся о твоих странностях.
«Вот она — пресловутая главгеройская интуиция, присущая всем центральным персонажам, — мысленно резюмировал Цзи Чэньгэ. — Е Линь не стал исключением. Что до Сюй Линьлун... Должно быть, она главная героиня этой книги».
Не дожидаясь ответа, Шао Цзюэ сам же и подвел итог:
— Впрочем, эти случаи не сравнить. Сюй Линьлун находилась под чужим контролем, в то время как старший брат Цзи... даже лишившись памяти, остается самим собой.
«Цзи Чэньгэ остаётся Цзи Чэньгэ?»
На миг его охватило странное оцепенение, но он быстро взял себя в руки и произнес:
— Пойдём.
http://bllate.org/book/37636/4922735
Готово:
