Лянь Хэнъюань смотрел на четкий и понятный Исторический материализм на светящемся экране, на мгновение потеряв дар речи.
— Честно говоря, мне всё еще трудно понять эту идею о том, что история строится на материальной основе. — Жэнь Юй запрокинул голову к потолку и потер лицо обеими руками.
Вэй Ту улыбнулся, похоже, уже привыкнув к тому, что Жэнь Юй уходит в крайности. Он посмотрел на совершенно остолбеневших Лянь Хэнъюаня и Цинь Исюаня и мягко поинтересовался:
— Вам нужно немного времени, чтобы всё самостоятельно обдумать и усвоить?
— Нет… то есть, нам нужно кое-что обсудить. — Лянь Хэнъюань быстрее вернул себе невозмутимый вид, сел рядом с Цинь Исюанем и похлопал его по плечу.
Цинь Исюань инстинктивно посмотрел на Лянь Хэнъюаня, моргнул, явно еще не вернувшись в реальность.
Лянь Хэнъюань тяжело вздохнул, протянул руку, обвил шею Цинь Исюаня и приблизился к его лицу так, что губы почти касались мочки уха, после чего тихо прошептал:
— Цинь Исюань, ты хочешь знать, почему я ушел из Цзиньцзян?
— Почему? — Цинь Исюань мгновенно пришел в себя и резко схватил Лянь Хэнъюаня за вторую руку.
Лянь Хэнъюань убрал руку, накрыл тыльную сторону ладони Цинь Исюаня и, медленно разжав его пальцы, тихо спросил:
— О чем ты только что думал?
Цинь Исюань пристально вглядывался в глаза Лянь Хэнъюаня, но чувствовал лишь бездонную пропасть — ловушку, которая заманивает прохожих лишь для того, чтобы они разбились насмерть.
Долгое время он молчал, пока наконец не убедился, что Лянь Хэнъюань не намерен обсуждать это прямо сейчас. Он отдернул руку и скривил губы:
— Я думал о том, что было, когда я только прибыл на Цансин. Сначала капитан относился ко мне с невероятным энтузиазмом, а потом… если подумать… я немного посидел в телефоне, а когда снова заговорил с капитаном, то почувствовал, что он очень вежлив и мягок в общении, но прежнего энтузиазма уже нет.
Хотя это была вполне обычная сцена социального взаимодействия, в описании Цинь Исюаня… Лянь Хэнъюань почувствовал легкое раздражение. Но он всегда умел притуплять свои чувства, поэтому быстро заставил эту слабую эмоцию угаснуть, сосредоточившись на том, что изначально хотел обсудить с Цинь Исюанем:
— Как думаешь, капитан мог прийти из того же места, что и мы?
Цинь Исюань неосознанно широко раскрыл глаза и опустил голову, размышляя:
— Рабочая вечерняя школа, исторический материализм, да и сама идея рыть туннели отчасти похожа… Но он не знает, что такое телефон, и никак не отреагировал, когда мы упомянули технологии Земли. Возможно ли, что капитан из какого-то другого социалистического общества?
В мыслях Лянь Хэнъюаня промелькнула другая, более пессимистичная вероятность, но он признал, что догадка Цинь Исюаня имеет смысл:
— Во всяком случае, он, судя по всему, тоже не коренной житель Империи. Эта звездная эра вызывает у меня странное чувство: мысли людей будто скованы кандалами, и никто, кажется, не задумывается о логике и принципах жизни. Такие идеи, как исторический материализм, едва ли могли зародиться в подобной обстановке.
Убедившись, что Цинь Исюань думает примерно о том же, Лянь Хэнъюань выпрямился и посмотрел на Вэй Ту:
— Капитан, на самом деле в родных местах у меня и Цинь Исюаня тоже существовали идеи исторического материализма, причем это обязательный предмет в высших учебных заведениях нашей страны.
Жэнь Юй, который до этого выглядел так, будто они слепят его своей романтикой и он больше не желает на это смотреть, услышав слова Лянь Хэнъюаня, в шоке резко повернул голову обратно:
— Кто-то еще способен выдумать столь абстрактную теорию? И это еще и обязательный предмет? У вас там… все способны это понять?
На лице Вэй Ту удивления было не меньше, чем у Жэнь Юя, но он держался спокойнее. Не отвечая Лянь Хэнъюаню, он задумчиво посмотрел на созданный им документ с презентацией.
Лянь Хэнъюань покачал головой:
— Конечно, абстрактные теории на лекциях понимают далеко не все, но идеи, связанные с ними, постоянно пронизывают жизнь каждого человека, исподволь получая всеобщее признание. Например, рассмотрение каждого конкретного вопроса в его специфических условиях… ведь так?
Цинь Исюань неожиданно поймал на себе взгляд Лянь Хэнъюаня и почесал в затылке:
— Только не спрашивай меня, у меня по марксистско-ленинским дисциплинам была оценка так себе, лишь бы рейтинг не портить.
— Ладно, мы оба технари: понять-то можем, а объяснить толком не умеем. — Лянь Хэнъюань вздохнул.
Вэй Ту кивнул, снова переводя взгляд на Лянь Хэнъюаня и Цинь Исюаня, и лишь после долгих раздумий заговорил:
— Вы только прибыли на Цансин и, возможно, еще во всем не разобрались. Здесь сфера влияния человеческой цивилизации охватывает пять звездных систем, и все они входят в состав Империи. Империя — это единственная форма правления людей. И Империя… до сих пор остается феодальной монархией.
— Что?! — изумленно воскликнули в один голос Лянь Хэнъюань и Цинь Исюань.
— Погодите-ка, раньше, когда вы упоминали Империю, я был уверен, что это конституционная монархия, как же так… — Цинь Исюань говорил быстро, но на полуслове осекся, не зная, как выразить свое потрясение, и непроизвольно замахал руками в воздухе.
Лянь Хэнъюань нахмурился, вызвал свой Оптомозг и с полным недоумением во взгляде произнес:
— При таком развитом уровне производительных сил — и вдруг оставаться на стадии феодальной монархии? Это нелогично.
Вэй Ту глубоко вздохнул и вдруг улыбнулся:
— Вот как. Вы тоже так считаете. Когда я только прибыл на Цансин, я думал точно так же.
— Капитан! — Жэнь Юй еще не до конца разобрался в ситуации, но, услышав, как Вэй Ту раскрывает свой статус чужака, мгновенно напрягся.
Вэй Ту махнул рукой, показывая Жэнь Юю, что тот может расслабиться, и с улыбкой встретился взглядом с невозмутимым Лянь Хэнъюанем:
— Ты, кажется, уже догадался. Жэнь Юй не пришелец — им являюсь я. Последние два дня вы препарировали всё происходящее на Цансин с помощью своих знаний, и я делал то же самое, когда только попал сюда. Правда, я не изучал столько научных дисциплин: как видите, осознав устройство Империи, я поделился с жителями Цансина идеями Маркса.
Лянь Хэнъюань придержал Цинь Исюаня за плечо и спокойно озвучил свою догадку:
— Значит, вы прибыли… из предрассветной тьмы?
Авторское примечание:
Да, Вэй Ту — земляк, или, точнее сказать, он павший герой, не доживший до рассвета Нового Китая.
Честно говоря, мне казалось, что в предыдущих главах это уже было вполне очевидно, но я никак не ожидал, что столько людей продолжат гадать, кто же этот земляк (
Опасаясь цензуры, я не стал писать в тексте слишком прямо, так что додумывайте сами [жалобно]
Помимо борьбы с расой жуков, вторая сюжетная линия — это свержение прогнившей феодальной империи.
Впрочем, Сяо Лянь и Сяо Цинь не сильны в политике, так что они отвечают исключительно за романтику, научные исследования и удовольствие от сражений [собачья голова]
Глава 11
— Замечательно, теперь чужак здесь я. — Слева от Жэнь Юя сидел Вэй Ту, справа — Лянь Хэнъюань и Цинь Исюань, а сам он сидел посредине с абсолютно бесстрастным лицом.
— Посмотри на это с другой стороны, в Цансине ты изначально был зарегистрирован как пришелец. — Цинь Исюань наконец улучил момент, чтобы подколоть Жэнь Юя, и лучезарно улыбнулся.
— С чего это ты вдруг решил придраться к Жэнь Юю? — Лянь Хэнъюань ущипнул Цинь Исюаня за щеку, заставляя убрать эту улыбку с лица. Заметив, что взгляд Цинь Исюаня переместился с Жэнь Юя обратно на него, Лянь Хэнъюань почувствовал себя удовлетворенным и уже не обращал внимания на то, что тот на него скалится.
— Он вечно ставит под сомнение наши чувства! — Цинь Исюань потер щеку, и в его взгляде, устремленном на Лянь Хэнъюаня, невольно промелькнула обида и негодование.
Лянь Хэнъюань впервые в жизни был ошеломлен словами Цинь Исюаня. Время словно остановилось: возможно, прошло несколько минут, а может, всего лишь секунда. Лянь Хэнъюань поспешно отвел взгляд, глубоко вздохнул, убрал руку и мысленно напомнил себе.
Цинь Исюань — законченный прямолинейный гетеросексуал, нельзя поддаваться на чары прямолинейного парня, нельзя злиться на прямолинейного парня, нельзя…
— Меня сейчас вырвет. Можно перейти к делу? Вы не могли бы уединиться где-нибудь и продолжить свои нежности после возвращения? — Жэнь Юй изобразил рвотный порыв.
Лянь Хэнъюань заговорил раньше Цинь Исюаня, чтобы тот снова не начал с ним спорить:
— Капитан, все эти лекции, о которых вы говорите, мы с Цинь Исюанем уже изучали. Может, мы уже можем приступить к работе? Мне всё же как-то неловко питаться в долг целыми днями.
— Конечно можете. Правда, в звездную эру большую часть работы выполняют роботы, а население Цансина невелико. Если посадить немного овощей дома и завести птицу, базовую жизнь вполне можно обеспечить своими силами. Те, кто хочет участвовать в общей работе, на самом деле сами придумывают себе должности, а мы уже совместно обсуждаем подходящую зарплату. Какую работу вы бы хотели выполнять?
Лянь Хэнъюань бросил быстрый взгляд на Цинь Исюаня и спокойно посмотрел в глаза Вэй Ту:
— Я, как и говорил раньше, хочу исследовать, какие химические реагенты способны нанести вред расе жуков, а затем найти способ запустить их в массовое производство. Название должности такое же, как у меня было прежде — химический инженер.
Вэй Ту кивнул в знак согласия и перевел взгляд на Цинь Исюаня.
Цинь Исюань откинулся на спинку сиденья, задрал голову к потолку с озадаченным выражением лица. Спустя мгновение он украдкой бросил взгляд на затылок Лянь Хэнъюаня с такого ракурса, откуда тот не мог его видеть, уперся руками в сиденье и выпрямился:
— Все эти роботы сами способны ремонтировать схемы, так что электриком мне не стать. Но я также изучал электросварку и тому подобное, немного смыслю в машиностроении, а поскольку меня как раз интересует бронетехника, то почему бы…
Лянь Хэнъюань обернулся к Цинь Исюаню, ожидая продолжения.
Но Цинь Исюань запнулся, встретился взглядом с Лянь Хэнъюанем, а через несколько секунд перевел глаза на Вэй Ту:
— Нельзя ли выделить нам с Лянь Хэнъюань один цех на двоих? Так мне будет удобнее исследовать, как внедрить созданное им химическое оружие прямо в броню. Раз уж вы собираетесь бить этой штукой расу жуков, наверняка ведь удобнее разместить ее в броне, чем таскать с собой бутылки?
— Проектированием брони занимается Шитоу. Вместо того чтобы работать вместе с ним, ты хочешь прилепиться к Лянь Хэнъюаню. Вы что, даже работать собираетесь в одном цехе? Вы двое не слишком ли приторные? — Жэнь Юй в очередной раз не удержался от шпильки в адрес Цинь Исюаня.
Лянь Хэнъюань накрыл тыльную сторону ладони Цинь Исюаня и уставился на Жэнь Юя:
— Если я не ошибаюсь, в твои обязанности входит ремонт мехов, в то время как на весь Цансин мех пилотирует только Чжан Жуншэн. Прежде чем обвинять других в излишней приторности, тебе стоило бы подумать о себе.
Жэнь Юй подавился словами, и его лицо мгновенно залилось краской. Он выпрыгнул из-за стола, судорожно взмахнул рукой, бросил Вэй Ту: «Если сегодня лекции не будет, я пошел», — и пустился бежать из библиотеки, словно спасаясь бегством.
Цинь Исюань закинул руку на спинку стула Лянь Хэнъюаня, с улыбкой провожая взглядом убегающего Жэнь Юя, после чего тут же перевел взгляд на Лянь Хэнъюаня и пристально посмотрел на него в упор, сияя глазами:
— Неплохо, Лянь Хэнъюань, ну кто бы сомневался, ты наконец заставил этого паренька заткнуться. Такой молодой, а болтает без умолку, так ему и надо.
Лянь Хэнъюань смотрел в глаза Цинь Исюаню, вспоминая слова, которые мысленно повторял про себя всего пару минут назад: последней фразой там было «нельзя влюбляться в натурала». К счастью, он привык не выказывать эмоций на лице, да и способность брать себя в руки у него была развита отлично — в мгновение ока он вернул себе невозмутимость:
— Ты хочешь объединить химическую лабораторию и сварочный цех? Звучит довольно опасно.
— Если вы предпочитаете дом на поверхности земли, я могу выделить вам отдельное здание, а обустроить его вы сможете сами — разделить на несколько комнат и определить для каждой свое назначение. Что касается зарплаты, то первое время я буду начислять вам ставку обычного инженера, во всяком случае, питаться в долг больше не придется, а после достижения определенных результатов мы пересмотрим оплату. Как вам такой вариант?
http://bllate.org/book/37591/4693777
Готово:
