Окружающие люди тоже поежились от холода и принялись ворчать:
— Что за погода поганая.
Юэ Хуапин стоял у них за спиной, прислушивался к разговорам и с бесстрастным выражением лица дернул уголком рта. Если бы кто-нибудь в этот момент случайно оглянулся, то увидел бы, как под его красивой личиной по лицу вольготно расползаются красные прожилки, похожие на линии меридианов. Они словно рвались наружу, желая пробить человеческую оболочку.
Это напоминало хвосты бесчисленных змей; от этого все его лицо побагровело и стало жутковатым.
Его черные зрачки в какой-то момент превратились в оранжево-желтые вертикальные щелки, и от всего его облика исходило мощное, нечеловеческое ощущение.
Он стал пугающим, а затаившееся внутри него огромное чудовище заволновалось еще сильнее. Это беспокойство началось еще сегодняшним утром: мимолетное насыщение лишь раззадорило его аппетит, заставив жаждать большего. А поскольку удовлетворения не последовало, нарастающий голод начал расти в несколько раз быстрее.
Он пока не хотел думать о том, чем же закончится ситуация, если это желание продолжит бродить и останется неутоленным.
То была его Жертва, каждый дюйм кожи на ее теле принадлежал ему — дыхание, голос, каждая точка, куда падал ее взгляд... всё до единого было его.
<...>
Бай Шу тоже почувствовал этот холод. Он единым махом выбежал из учебного корпуса по лестнице и, не смея останавливаться, бежал до тех пор, пока не добрался до скопления людей, где наконец замер, тяжело выдыхая воздух из груди.
Бегство позорно, но оно работает.
Заведомо зная, что перед ним извращенец или монстр, оставаться рядом и пытаться водить его за нос — худший из возможных вариантов. Бай Шу собирался прибегнуть к нему лишь в том случае, когда окажется в безвыходном положении.
Выбежав из учебного корпуса, он почувствовал, что липкое, влажно-холодное дыхание исчезло, но даже несмотря на то, что ледяной ветер больно резал лицо, останавливаться он не смел. Он боялся столкнуться с тем, чего больше всего опасаешься в фильмах ужасов: решив, что добежал до безопасного места, оглянуться и тут же увидеть призрак.
Шумные голоса людей немного успокоили тревогу на дне души Бай Шу. Даже на бегу он продолжал крепко сжимать в руке телефон.
В такую лютую стужу ладони от пережитого страха покрылись холодным потом. Он достал телефон и отправил Сяо Чэнъюю сообщение, чтобы узнать, как обстоят дела.
Затем он проверил заказ в приложении по доставке еды. Ему требовалось приобрести кое-какие средства для самообороны, но во второй половине дня у него стояли обязательные пары, а список нужных вещей был слишком длинным и разнообразным. Бай Шу просто сделал заказ через доставку, а опасаясь, что никто не возьмется за него, сразу установил плату за курьерские услуги в размере более тысячи юаней.
Убедившись, что заказ доставляется, он прикинул, что курьер прибудет примерно через полчаса.
Тогда Бай Шу поднял голову и огляделся. Следуя за звуками голосов, он добежал до небольшого школьного стадиона. Всего в университете А было два стадиона: большой использовался для студенческих нормативов по физкультуре, а маленький обычно служил площадкой для соревнований по баскетболу, футболу и другим видам спорта.
Сейчас центр стадиона был запружен людьми, из толпы то и дело доносились восторженные возгласы и крики поддержки.
На собрании Бай Шу слышал, как Сяо Чэнъюй говорил, что университет собирается организовать баскетбольный матч совместно с несколькими близлежащими вузами. В качестве площадки выбрали крытый баскетбольный зал университета А, а расходы на мероприятие брала на себя принимающая сторона — именно в этом и заключалась цель того совещания.
Команду, которая будет представлять университет на баскетбольном турнире, отбирали посредством внутреннего отбора среди подавших заявки с различных факультетов. Художественный факультет традиционно держался в стороне от подобных мероприятий, и Бай Шу, который обычно не следил за сплетнями, услышал об этом только сейчас.
Было уже чуть больше одиннадцати, и до полуденных факультативов оставалось еще немного времени. Возвращаться в общежитие? Бай Шу не был уверен, находится ли Сюй Чжо на месте, поэтому немного подумал и открыл в WeChat чат с Сюй Чжо.
[Бай Шу: Расписание.]
Собеседник ответил практически мгновенно, тут же прислав свое расписание.
[Сюй Чжо: Что такое, Шу-шу?]
Бай Шу ничего не ответил. Посмотрев на эти слова пару секунд, он переключился обратно на расписание Сюй Чжо.
Пара, пара, факультатив, факультатив, забитый день...
Сегодня у Сюй Чжо было всего два факультатива, что равнялось полному отсутствию пар, — неудивительно, что он смог так быстро ответить на сообщение.
Бай Шу решительным движением убрал телефон в карман и, направляясь в толпу смотреть баскетбольный матч, продолжал размышлять о том, как долго еще продлятся эти дни, когда нельзя показаться в учебном корпусе и нельзя вернуться в общежитие.
Однако он почти не смел развивать эту мысль дальше, потому что любые размышления на сей счет приводили лишь к двум исходам: либо монстр добровольно откажется от него, либо монстр добьется своей неведомой цели.
Чем больше Бай Шу думал об этом, тем сильнее охватывал его ужас. Ледяной ветер почти застудил его тело, а этот страх шел холодом прямо из глубины души. Заставив себя расслабиться, он перевел взгляд на соревнующиеся команды.
Толпа оживленно обсуждала обе стороны. Одни болели за команду со своего факультета, другие были фанатами кого-то конкретного, и Бай Шу заметил, что одно и то же имя упоминается с удивительной частотой.
Сан Чжао.
Когда большинство людей произносило это имя, их интонация взмывала вверх, уголки губ слегка приподнимались, а глаза сияли — все это были признаки восхищения или симпатии.
Бай Шу молча слушал. Он никого не знал из играющих команд, однако мог заметить, что одна из команд явно превосходила соперников по силе: точные пасы, обходы противника, броски в корзину — всего за несколько минут разрыв в счете между командами стал еще больше.
Когда игрок в красно-белой баскетбольной форме с девяткой на спине легко обыграл соперника и забросил трехочковый мяч, радостные крики у кромки поля едва не оглушили его.
Его растрепанные челки были насквозь пропитаны потом, он повернулся к трибунам и изогнул губы в улыбке. Кристальные капли пота скатывались со лба на резкое лицо, сквозь свободную майку угадывалось отличное телосложение, и от всего его вида весло мощной, кипучей энергией.
Он непринужденно общался с публикой, а его взгляд, казалось бы, невзначай скользнул по толпе и зацепился за Бай Шу.
Бай Шу нахмурился.
Он снова услышал чужие мысли.
Похоже, из-за того, что он оказался в самом центре шумного места, голоса в его голове стали еще более хаотичными. Этот галдеж невозможно было описать: казалось, бесчисленное множество людей разом говорят о разном, и в голове стоял лишь непрекращающийся гул.
Бай Шу предполагал, что способность слышать чужие мысли подверглась влиянию Монстра, ведь Сюй Чжо и Юэ Хуапин, у которых он тоже слышал мысли, в некоторых аспектах обладали поразительным сходством.
А что насчет этого раза? Чьи мысли он слышит?
Взгляд Бай Шу быстро окинул площадку. В первую очередь он осмотрел стоявшую ближе всего к нему толпу, последовательно заглядывая в лица каждого.
Большинство из них были сосредоточены на происходящем на поле. Те же немногие, кто заметил Бай Шу, ошарашенно поворачивали к нему головы на пару секунд, а затем испуганно отводили глаза и отворачивались, однако их тела при этом невольно выпрямлялись, и даже дышать они старались тише.
http://bllate.org/book/37582/4692569
Готово:
