Готовый перевод Listening to the Sudden Storm / Склонившись, слушать тревожный ветер: Глава 31

Побег Фэн Хуайюэ потерпел крушение, толком и не начавшись. Если быть совсем точным, он не успел одолеть и десятка шагов, как с небес камнем обрушился Сы Вэй и безапелляционно сцапал его за загривок.

Пытаясь вырваться из мёртвой хватки, юноша лишь досадно выдохнул:

— Тебе разве не полагалось печься о благе всего сущего?

Сы Вэй ответил без тени сомнения:

— Заботе о мире ничуть не мешает минутка, улученная для твоей поимки.

Юй Хуэй стоял неподалёку, с глубоким недоумением разглядывая прожженную в защитном барьере дыру. План и манера побега точь-в-точь повторяли те, что он наблюдал триста лет назад... Неужели А-Луань и впрямь лишился памяти? Он вновь перевёл взгляд на Фэн Хуайюэ, который теперь покорно плелся рядом с пленителем. Что ж, похоже, беспамятство всё-таки не было притворством: прежний А-Луань ни за что не стал бы так кротко шагать под конвоем. В ход пошли бы как минимум истошные вопли, летящие во все стороны предметы и пара метких пинков.

— Неужто мне даже прогуляться нельзя? — надулся Фэн Хуайюэ.

— Отчего же, можно, — ровным тоном отозвался Сы Вэй. — Куда изволишь? Я пройдусь с тобой.

Фэн Хуайюэ с досадой плюхнулся на край кровати, преисполнившись горького раскаяния: и зачем только его понесло в Город Лубаня? Не явись он сюда, не пришлось бы куковать в этой незримой клетке.

Он хранил угрюмое молчание, и в комнате воцарилась звенящая тишина. Юй Хуэй слегка похлопал Сы Вэя по плечу, знаками предлагая тому выйти за дверь. У него имелся богатейший опыт улаживания подобных сцен, правда, трёхсотлетней давности. Сработает ли старая сноровка теперь, оставалось только проверить.

— Мы вовсе не пытаемся запереть тебя под замком, — терпеливо заговорил Юй Хуэй, едва за Сы Вэем закрылась дверь. — Просто ты сейчас слишком слаб, духовные каналы повреждены... Даже если ты хочешь развеяться, сперва нужно как следует подлечиться.

Фэн Хуайюэ и сам прекрасно это понимал. Но главная беда кролась в другом: если он задержится, Минчэнь рано или поздно отправится на его поиски. А репутация клана злых духов в Царстве самосовершенствования была ничуть не лучше, чем у давнишних свирепых демонов иссохших костей. Появись Минчэнь здесь, он вполне мог сходу лишиться жизни. В конце концов, Бессмертный владыка Ясного Света выглядел до крайности жестоким и явно не принадлежал к людям, склонным к долгим и мирным разговорам.

— Или ты рвёшься наружу, чтобы с кем-то встретиться?

Стоило Юй Хуэю затронуть больное место, как взгляд Фэн Хуайюэ невольно вильнул в сторону.

— Это тот самый друг, что приютил тебя на триста лет? — продолжил зондировать почву Юй Хуэй. — Он тоже в Городе Лубаня?

Фэн Хуайюэ предпочёл отмолчаться. Минчэнь за эти три века наплёл ему сорок бочек арестантов и упорно пытался удержать в том глухом поместье. Пусть истинные мотивы злого духа пока оставались загадкой, в одном Фэн Хуайюэ не сомневался: отношения Минчэня с тремя Бессмертными владыками — и особенно с Сы Вэем — были хуже некуда. А потому, пока туман не рассеется, раскрывать карты перед любой из сторон казалось верхом глупости.

Сы Вэй, прислонившись к дверному косяку снаружи, молча ловил каждое слово. За двое суток, проведённых у изголовья постели, он иссчитал подушечками пальцев каждый вершок этой тёплой кожи, без конца касался губами его губ. Чувства, подавляемые три столетия, прорвали плотину, затопили сердце и сдавили грудь так, что приходилось судорожно хватать воздух ртом и смывать горькие слёзы, вытирая их о ладони спавшего юноши.

Он больше не вынесет кошмара повторной утраты. Ему хотелось прямо сейчас утащить его на Гору Шести Гармоний, воздвигнуть вокруг десятки тысяч непробиваемых барьеров и запереть рядом с собой навечно.

— Я правда ничего не помню из прошлой жизни, — вздохнул Фэн Хуайюэ.

— Спрашивай о чём угодно, я всё расскажу, — Юй Хуэй налил ему чашку свежего чая. — Не спеши.

Фэн Хуайюэ подумал, что спешить как раз очень даже стоит. Он покосился на силуэт за дверью.

Поняв его молчаливый жест, Юй Хуэй сочувственно улыбнулся:

— Триста лет назад вы двое задавали жару абсолютно всем.

Один вечно норовил сбежать, второй — всё взять под тотальный контроль, отчего скандалы вспыхивали каждые три дня, и каждый раз с невероятным размахом. Если ссора случалась на Горе Шести Гармоний, Фэн Хуайюэ улепётывал в Долину Лунной Реки. А если искры летели уже там, то близкое соседство с Городом Золотой Цикады вынуждало Юй Хуэя брать на себя роль миротворца.

— Если Сы Вэй опять притащится за тобой, я запру все ворота и духу его тут не поверю! — успокаивал он тогда беглеца.

Фэн Хуайюэ сжимал его руку и с наивной искренностью восклицал:

— Вот и отлично! Так и сделай!

А затем безмятежно жил у него дней пять. На исходе шестого дня, откровенно заскучав, Фэн Хуайюэ прибредал в главный холл, выпивал полчайника, долго ходил вокруг да около и наконец невзначай интересовался: а не пора ли хозяину поместья сменить ворота на въезде?

На что Юй Хуэй невозмутимо отзывался:

— Зачем сменять? Они крепче некуда. Лучший нефритовый монолит, да ещё восемьдесят один слой защитных заклинаний сверху, а у входа дежурят два каменных тапира с маховую сажень ростом. Кто бы ни пришёл — не проломится. Но если ты всё ещё опасаешься, я могу поставить ещё три ряда решёток.

Фэн Хуайюэ тогда лишь ошарашенно хлопал глазами:

—... О таких важных вещах мог бы и пораньше предупредить!

И в тот же вечер, подхватив пожитки, удрал обратно в Долину Лунной Реки.

В Долине Лунной Реки не водилось ни каменных зверей, ни непробиваемых щитов, а потому парочка спокойно продолжала свой бесконечный спектакль с погонями, взаимными упрёками, смертельными обидами и пылкими примирениями.

Слушая этот рассказ, Фэн Хуайюэ откровенно разинул рот. Но изумила его не столько бурная предыстория их отношений с Сы Вэем, сколько то, с какой теплотой и покровительственным добродушием Юй Хуэй обо всём повествовал. Юноша вдруг осознал, что, кажется, сильно просчитался в своих подозрениях, и осторожно спросил:

— А кем я приходился тебе, Бессмертный владыка Чистой Реки? И Бессмертному владыке Преодолевающей Горы?

Юй Хуэй ответил без колебаний:

— Другом. Очень хорошим другом.

— И только?

— А что, этого мало?

— Более чем достаточно! — Фэн Хуайюэ перевёл дух, будто с его плеч свалилась тяжелейшая глыба. Слава небесам, любовные долги прошлого оказались не столь запутанными. Триста лет назад он, выходит, обладал весьма достойными понятиями о морали.

Раз уж вокруг собрались исключительно друзья, дело существенно упрощалось. Фэн Хуайюэ тут же заявил:

— Я хочу съехать и жить один.

Юй Хуэй качнул головой:

— Ты тяжело ранен, духовные каналы почти истощены. Отпускать тебя одного слишком опасно. К тому же лекарь уже готовит снадобья: нужно и выводить ядовитых гу, и исцелять повреждённую душу. Гораздо удобнее делать это здесь.

Фэн Хуайюэ, безусловно, мечтал избавиться от отравления и восстановить дух, но его не оставляла тревога за Минчэня. Да даже если он останется лечиться, нужно хотя бы подать весточку. А потому он продолжал упорствовать.

Видя, что переубедить его не удастся, Юй Хуэй уступил:

— Ну хорошо. Где бы ты хотел остановиться? Я сейчас же отправлю людей всё устроить.

Знакомых в Городе Лубаня у Фэн Хуайюэ почти не было, да и втягивать А-Цзиня в эти разборки не хотелось. Поэтому он попросил подготовить покой в том же постоялом дворе, где жил прежде. И особо подчеркнул: жить он желает исключительно один. Ну, или, если они так за него боятся, пусть выставят стражу снаружи, но в самой комнате — никого.

Юй Хуэй прекрасно понял намек. Он бросил быстрый взгляд на дверь и, убедившись, что Сы Вэй молчит, произнёс:

— Я велю обустроить постоялый двор. А о деталях — кто и где будет находиться — потолкуем позже.

Фэн Хуайюэ понизил голос до шепота:

— А мы точно сможем договориться до того, чего хочу я?

— Если ты будешь категорически против, он не станет принуждать, — заверил его Юй Хуэй. — Триста лет назад ты мог запросто тыкать в него пальцем и орать во всё горло. Так что нечего стесняться и бояться теперь. Проси всё, что вздумается — он лишь сильнее будет тебя баловать.

«Да ну, правда?» — усомнился Фэн Хуайюэ. Он прочистил горло и во весь голос крикнул в сторону двери:

— Я хочу жить на постоялом дворе абсолютно один!

Сы Вэй отчеканил без малейшего промедления:

— Мечтай больше.

Фэн Хуайюэ: «...»

Юй Хуэй: «...»

— Он три сотни лет собирал твои осколки в Городе Высохших Когтей, — с явным сочувствием пояснил Юй Хуэй. — Так что умом тронулся окончательно. Нужно время, чтобы привести его в чувство.

Фэн Хуайюэ обомлел. Он знал, что в марионетке находилась часть его собственной души, но в суматохе даже не задумывался, откуда она там взялась. Ему казалось, что во время того страшного взрыва его духовная сущность просто раскололась: одну половину утянул Сы Вэй, а вторую вместе с телесной оболочкой забрал Минчэнь. Выходит, всё было совсем иначе?

— Твоя душа сгорела в том пламени и рассеялась по миру, — тихо произнёс Юй Хуэй. — Собрать её воедино казалось невозможным.

Но Сы Вэй вовремя запечатал весь город заклинаниями, подчинил демонов иссохших костей и заставил их день за днём, из года в год выискивать в пыли и грязи мельчайшие крупицы духовной энергии, пока из них не сформировался смутный облик.

Фэн Хуайюэ потерял дар речи. Он-то считал, что его жизнь в Поместье семьи Ян была верхом тоски, но, оказывается, кое-кто провёл три века в ещё более беспросветном аду, перебирая прах в мёртвом городе.

И делал это ради него.

— У меня ещё остались дела, так что задерживаться не могу, — поднялся Юй Хуэй. — Отдыхай. А если не спится — прогуляйся по саду. В прошлом ты очень любил здесь бывать. Раз уж память подвела, есть отличный повод открыть это место заново.

Фэн Хуайюэ хотел было попросить, чтобы тот прихватил с собой и истукана у дверей, но вспомнил про триста лет поиска...

И спесь с него тут же сбило.

Сы Вэй переступил порог:

— Долго ты ещё намереваешься прожигать взглядом его спину?

Фэн Хуайюэ поспешно отвёл глаза. Не смотришь — и не надо.

Ему было не по себе. Прежде он полагал, что их связывала лишь пылкая интрижка в прошлом — пусть даже страстная, но давным-давно остывшая. Разбежались и разбежались. Однако теперь, когда всплыла эта трёхсотлетняя эпопея в Городе Высохших Когтей, привычные слова нещадно застревали в горле.

Сы Вэй подошёл вплотную.

Фэн Хуайюэ чисто инстинктивно подался назад, но тут же сообразил, что выглядит это не слишком красиво, и символически кочнулся обратно. Сы Вэй не упустил случая: он бесцеремонно цапнул его за щеку, слегка сжал и насупился:

— Прошлое ты, значит, позабыл, а вот уменье ломать мои барьеры ничуть не выветрилось из головы.

— А что мне оставалось делать, если ты меня запер?! — Фэн Хуайюэ смахнул его руку.

Сы Вэй провел большим пальцем по его подбородку и, наклонившись, стремительно коснулся губами его губ.

Фэн Хуайюэ едва не закричал от досады: «Спасите! Я опять хочу сбежать!»

— Только попробуй, — пресёк Сы Вэй.

— Я же ничего не сказал!

— А тебе и не нужно говорить, — отрезал Сы Вэй. — И даже не думай удирать.

Слушать другого Бессмертного владыку было куда приятнее! Фэн Хуайюэ честно пытался проявить милосердие к человеку, потратившему на него три века, но быстро осознал: с этим типом слабость недопустима. Стоило сменить гнев на милость, как тот немедленно переходил все границы приличий.

Фэн Хуайюэ судорожно замял воротник, едва не визжа от беспомощности. Впрочем, закричать он так и не смог — просто не вышло.

Сы Вэй властно смял его губы, проникая языком глубоко внутрь. Фэн Хуайюэ ахнул, оказавшись совершенно бессильным перед этой напористостью. Жаркое, влажное дыхание и откровенное чавканье поцелуя заставили его вспыхнуть до кончиков ушей. Это ж надо уметь — целоваться с таким оглушительным бесстыдством!

Он упёрся коленом Сы Вэю в живот, пытаясь отпихнуть, но тот легко заблокировал движение.

Выгадав секунду для вдоха, Фэн Хуайюэ экстренно запросил тайм-аут:

— Я потерял память!

— Знаю, — невозмутимо отозвался Сы Вэй.

«Знаешь — и всё равно лезешь?!»

Фэн Хуайюэ отчаянно пытался оттолкнуть его, но выходило лишь какое-то двусмысленное кокетство. Даже слабенькая пощёчина выша с эффектом поглаживания. Сы Вэй перехватил его тонкое запястье, слегка прикусил кожу и негромко рассмеялся.

От этого смеха Фэн Хуайюэ стало и жутко, и досадно:

— Да угомонись ты хоть немного! Я же ничего не помню! Для меня ты сейчас — ровно тот же прохожий с улицы, что Чжан Cань или Ли Си. Если какой-то Чжан Cань без разбору набросится на тебя с поцелуями, разве это будет правильно?!

— Нет.

— И что надо сделать?

— Убить его.

Сы Вэй вновь склонился, слегка прикусил его губу и приглушённо прошептал прямо в губы:

— Ну так убей меня.

Фэн Хуайюэ: «...»

«Ты хоть немного нормальным быть можешь?!»

Сы Вэй припал к его уху:

— Кто спас тебя в тот день?

— Я не хочу говорить.

— Не скажешь — я всё равно узнаю, — качнул головой Сы Вэй.

Фэн Хуайюэ напрягся. Он решительно оттолкнул его, сел прямо и строго произнёс:

— Он мой очень хороший друг!

Сы Вэй усмехнулся:

— Раз он такой хороший друг, отчего же ты таишься? Сам ведь чуешь, что у него рыльце в пушку.

Фэн Хуайюэ поперхнулся, но всё же упрямо выдавил:

— В общем, я сам с ним разберусь. Твоя помощь не требуется. Он отлично обо мне заботился!

— Отлично? — Сы Вэй положил широкую ладонь на его худощавую спину, и лицо его потемнело. — Весь в ранах, источен ядовитыми гу, с едва теплящимися духовными каналами... Это ты называешь заботой? Вот подлечишься немного, и я лично заменю тебе эти набранные с бору по сосенке духовные кости.

От этих слов у Фэн Хуайюэ волоски на затылке встали дыбом. Свои нынешние кости он находил вполне сносными и уж точно не собирался отдавать себя под нож.

Сы Вэй медленно провел ладонью по тому самому шраму, что когда-то вырезал собственными руками. На мгновение он замер, а затем снова подался вперед и припал губами к его груди прямо через ткань одежды.

Фэн Хуайюэ застыл, боясь шелохнуться, и вновь вспомнил слова Юй Хуэя: «Умом тронулся». Похоже, крыша у Бессмертного владыки и впрямь съехала окончательно.

В итоге его заставили улечься на послеполуденный сон. Сы Вэй сначала прикрыл ему глаза ладонью, а затем, словно забавляясь с котёнком, стал поглаживать щеку тыльной стороной пальцев. Фэн Хуайюэ пробовал притворяться спящим, но выходило скверно. В конце концов он натянул одеяло на самую голову и с головой укутался в купорос.

Сы Вэй тихо хмыкнул, прижавшись подбородком к его макушке:

— Спи.

И Фэн Хуайюэ действительно сморило. То ли проснулась давняя привычка трёхсотлетней давности, то ли Бессмертный владыка умел напускать чары.

Яркое солнце, пробиваясь сквозь густые бамбуковые кроны, падало в комнату мягким, приглушенным светом. Сы Вэй осторожно потянул одеяло вниз, освобождая юноше дыхание, долго и жадно вглядывался в родные черты и лишь затем бесшумно поднялся.

— Стеречь в оба глаза.

— Слушаемся! — склонились адепты за дверью.

На другой стороне поместья Пэн, Хунфэй откровенно скучала, подбрасывая в воздух пару сочных плодов. Услышав скрип двери, она резко повернулась. Девушка ожидала увидеть очередного ученика клана Пэн, но в проёме, в ярких лучах предзакатного солнца, возник сам Бессмертный владыка Ясного Света.

Хунфэй обомлела. На своём веку в Подпольном рынке она видела немало жути и жестокости, но эта давящая аура превосходила всё, с чем ей приходилось сталкиваться. Девушка смущенно уронила фрукты обратно в поднос и покорно склонила голову.

— Отвечай честно, и я тебя не трону, — произнёс Сы Вэй. — Как ты познакомилась с А-Луанем?

Хунфэй сперва растерялась:

— Я не зна... О небеса! Так тот юноша — Молодой господин Фэн?!

Она прикрыла рот ладонью и судорожно вздохнула. И это были вовсе не наигранные эмоции. Хоть она и была совсем молода и не застала времён свирепых демонов иссохших костей, слухами земля полнилась. Первейший красавец прошлых лет, славившийся небывалой роскошью и распутством... Как он мог превратиться в того оборванца?

— Говори, — надавил Сы Вэй.

— В-выполняю! — спохватилась Хунфэй. — Я встретила Молодого господина Фэн на Рынке Трёх Тысяч. Меня сцапали работорговцы, а он тайно помог мне сбежать. Потом я случайно услышала, что он ищет какие-то романтические книжонки. Ну я и стянула десяток свитков да принесла ему в постоялый двор...

— Что за книжонки?

— Да... про вас, Бессмертный владыка.

— Название?

— Не знаю! Я ж их схватила не глядя!

— Продолжай.

Хунфэй судорожно сглотнула. Дальше оставались лишь Мастерская Небесного Мастерства и городская роща.

— Тот злой дух, кажется, очень печётся о Молодом господине Фэн. Он звал его... Минчэнем. Куда он делся теперь, я правда не ведаю. Но перед уходом он велел мне следить за каждым шагом Молодого господина Фэн и ни в коем случае не давать кому-либо его увести. И... и опоил меня ядом.

Сы Вэй бросил ей маленький нефритовый флакон:

— Если он вернётся, ты знаешь, что делать.

Хунфэй подхватила снадобье и с трудом подавила ликующий вздох:

— Не извольте беспокоиться, Бессмертный владыка! Я при первом же удобном случае подам знак!

***

В спальне Фэн Хуайюэ проспал до самого вечера. На сей раз он уже набрался опыта: открыв глаза, сперва лишь приоткрыл узкую щелочку.

Отлично! В комнате никого! Пора действовать!

Он бесшумно натянул сапоги, юркнул к двери и уже вознамерился выскользнуть наружу, как его с той же бесшумной грацией сцапали за шкирку.

— А-а-а-а!

От его ультразвукового свиста у Пэн Лю заложило уши.

— Это я, — обречённо выдохнул Бессмертный владыка Преодолевающей Горы.

Фэн Хуайюэ: «...»

— Ой. Прости.

http://bllate.org/book/37559/5061341