Готовый перевод Listening to the Sudden Storm / Склонившись, слушать тревожный ветер: Глава 30

Сырой, промозглый ветер и своры бродячих собак делали подворотню скверным местом для ночлега. Фэн Хуайюэ отряхнул штаны и поднялся, намереваясь поискать угол получше. Куда идти, он не знал, а потому брёл куда глаза глядят. В какой-то момент началась настоящая чертовщина: стоит пройти сотню шагов, как над головой снова возникает один и тот же алый фонарь.

— Молодой господин, — бесшумно, точно тень, из мрака выскользнула девица в зелёном платье. Помешивая круглым веером, она грациозно прислонилась к столбу под фонарём. — Чего стесняться? Коли хочется войти — входи. К чему эти маневры? Раз уж пришёл на Рынок Трёх Тысяч, стоит ли корчить из себя недотрогу?

— Вы ошибаетесь, девица, — попытался объяснить Фэн Хуайюэ. — Я всего лишь заблудился и ищу дорогу наружу.

— Не можешь найти дорогу? Значит, самим небом суждено тебе остаться, — со смешком откликнулась та.

Подойдя ближе, она пальчиком подцепила край его воротника и, тихо хохоча, стала манить за собой, отступая шаг за шагом. За её спиной бесшумно распахнулась алая деревянная дверь. Фэн Хуайюэ бросил беглый взгляд во двор и обомлел: там, точно светлячки в темноте, перемигивались десятки зелёных змеиных глаз.

Демоница даже не думала скрывать свою суть: облизнулась, со скрежетом и шипением высунув раздвоенный язык, и подалась к юноше. Фэн Хуайюэ ловко уклонился. Связываться с нечистью и поднимать шум не хотелось, но это логово явно превосходило промозглый переулок по комфорту. Похлопав себя по груди, он попытался призвать Сяо-Бая — мол, выручай родителя.

Однако духовный зверёк и не подумал вылезать. Напротив, он усерднее зарылся в складки одежд, отчего на животе Фэн Хуайюэ образовался комичный бугорок.

Пришлось лезть за пазуху левой рукой, а правой — на лету перехватить змеиное жало, едва не коснувшееся щеки. Наглость смертного привела демоницу в бешенство. Раздался мерзкий хруст: её челюсть отвисла, будто выскочив из суставов, пасть разверзлась, обдав прохожего тошнотворной вонью. Демоница уже собиралась сожрать дерзкого чужака, как вдруг её глотку обожгла адская боль.

Дикий визг захлебнулся в пламени. Заметавшись, она попятилась: огонь объял её изнутри и снаружи. Немилосердные языки пожирали плоть, выплескиваясь из глазниц жидким пламенем. У Фэн Хуайюэ от этого зрелища мурашки побежали по коже. Он лишь хотел, чтобы Сяо-Бай скрутил змею, и никак не ожидал столь жуткой расправы. Затаившиеся во дворе гады от ужаса прижались к стенам.

А на подол его халата тем временем тихо опустился огонёк — белесый, трепещущий на ходу.

«Ты разве не должен быть на ней?»

Фэн Хуайюэ с удивлением сжал пальцами духовное пламя и взглянул на корчащуюся демоницу. По краю пылающего костра змеилась едва заметная синеватая кайма.

Это точно был не Сяо-Бай.

Если не он, тогда...

Сердце ухнуло вниз. Ветер мгновенно стих, и в воцарившейся тишине отчётливо зазвучал сухой треск — то сгорали дотла змеиные кости. Сяо-Бай, едва дыша, сполз обратно под одежду. А испуганные змеи во дворе, затаив дыхание, таращились на калитку. Не выдержав давящего, невыносимого ужаса, обитатели логова один за другим сами поползли в огонь, предпочитая мгновенную смерть ожиданию.

Широкий чёрный рукав, подобно огромному воронову крылу, мягко опустился ему на плечо.

Фэн Хуайюэ едва не затошнило от страха. На подсознательном уровне он дёрнулся прочь, но чьи-то пальцы железной хваткой впились в него, притянув к ледяной груди. Не успел он опомниться от удара, как с лица сорвали и маску, и талисман изменения облика.

В груди всё похолодело. Заставив себя поднять взгляд, он столкнулся с взором, налитым алой паутиной кровавых жил.

Сы Вэй смотрел на замершего перед ним юношу остекленевшим взглядом, не в силах отличить явь от морока. Эта родная черта словно выпила из него душу. В туманном сознании вспыхивали и гасли картины: шумный пир в Долине Лунной Реки, мрачные тучи над Городом Высохших Когтей... Тысячи воспоминаний кружились осколками, рассекаемые пламенем костра. Сложить их воедино не удавалось; мысли путались, и оставалось лишь одно — судорожно, до боли сжимать в объятиях обречённую драгоценность.

Фэн Хуайюэ отвернулся, избегая обжигающего дыхания. Краем глаза он заметил в дверях Юй Хуэя и Пэн Лю, и у него перехватило дыхание. Что же такого невероятного он натворил в прошлом, если на его поимку явились сразу три Бессмертных владыки?! Память упорно молчала, а любые попытки вспомнить отзывались в голове мучительной, тупой болью, точно череп источили муравьи. От нервного напряжения выступал холодный пот, лицо побледнело.

— Ночная роса студит, здесь не место для разговоров, — негромко произнёс Юй Хуэй. — Забери А-Луаня домой.

Сы Вэй не ответил. Запахнув полы широкого плаща вокруг пленника, он подхватил его и поднялся на борт деревянной птицы, парившей над землей.

Внутри летательного аппарата было просторно, пол устилали мягкие шкуры, однако сквозь стыки механизмов всё равно пробивался сквозняк. Сы Вэй сжимал Фэн Хуайюэ так крепко, что у того чуть рёбра не трещали. Ни вырваться, ни вздохнуть: ломило поясницу, гудела голова, леденели пальцы, а желудок скручивало от тошноты. Лишь немного опомнившись, Сы Вэй ощутил, как дрожит его ноша. Он сжал холодные ладони юноши и укутал его коконом из духовного пламени.

Тепло-то стало, да только чересчур. Нежное тело, не оправившееся от тяжёлых ран, пробрал жар. К моменту приземления Фэн Хуайюэ весь покрылся потом и окончательно слёг с лихорадкой. Впрочем, метания в бреду были ему только на руку: уткнувшись лицом в грудь Сы Вэя и надрывно кашляя, он решил притворяться бессознательным до последнего.

В спальне Юй Хуэй коснулся двумя пальцами его запястья и нахмурился:

— Истощение крайнее. Душа едва держится в теле, ритуала восстановления он сейчас не вынесет.

— Раз он снова с нами, спешить некуда, — тихо отозвался Пэн Лю. — Ослабленный организм не примет сильных снадобий. Начнём с мягкого ухода.

Фэн Хуайюэ лежал ни жив ни мёртв — отчасти в бреду, отчасти притворяясь. Он чувствовал, как чья-то заботливая рука бережно стирает холодный пот с его лба. Кем был этот «кто-то», догадаться не составляло труда, а потому юноша зажмурился ещё крепче. В конце концов усталость взяла своё, и он провалился в глубокий сон.

Он проспал остаток ночи, весь следующий день и ещё полночи. В полночь за окном уныло зашуршал дождь. Поворочавшись, Фэн Хуайюэ сбросил одеяло и с трудом сел, намереваясь встать за водой, как вдруг чьи-то пальцы замкнулись на его лодыжке.

— Куда ты? — раздался тихий голос Сы Вэя. — Пол холодный, я отнесу.

Душа Фэн Хуайюэ ушла в пятки. Лишь сейчас до него дошло, где он находится. В комнате вспыхнул одинокий огарок, разгоняя мрак мягким сиянием. Сы Вэй восседал на краю ложа в простой домашней мантии. Без привычного величия он казался почти земным, но Фэн Хуайюэ всё равно мгновенно отдёрнул ногу и сквозь зубы выдавил:

— Не надо.

Сы Вэй поднялся, налил воды и поднёс пиалу прямо к его губам. Рука Фэн Хуайюэ, тянувшаяся за посудиной, замерла в воздухе. Подавшись назад, он пробормотал:

— Благодарю... Я сам.

— Боишься меня? — спросил Сы Вэй.

Фэн Хуайюэ уставился на него, судорожно соображая, как вести себя с этим бывшим возлюбленным из прошлого. Он готовил себя к мысли, что три века назад между ними вспыхивали безумные страсти, да вот беда: сейчас никакого безумия он не ощущал. И восстанавливать его не горел желанием.

Не успел он опомниться, как Сы Вэй нагнулся и припал к его губам. От неожиданности у Фэн Хуайюэ волосы встали дыбом. Сбросив одеяло, он рванул прочь. Что за спешка с возрождением былых чувств?! Он ведь только размышлял, как бы поделикатнее предложить расставание! На подгибающихся ногах он успел сделать лишь пару шагов, прежде чем его сгребли в охапку. Почуяв, что целомудрие висит на волоске, он зажмурился и влепил пылающему страстью владыке звонкую пощечину.

Звук прозвучал отчётливо, но Сы Вэй лишь тихо засмеялся. Уткнувшись лицом в его шею, он содрогался от нежного смеха.

— Ничего, — прошептал он. — Со временем всё вспомнишь.

«А если я так ничего и не вспомню?!» — мысленно застонал Фэн Хуайюэ.

— Неважно, — Сы Вэй слегка прикусил чувствительную кожу на его шее. — Мы вернёмся на Гору Шести Гармоний. Что бы ты ни пожелал, всё будет твоим. Куда бы ни отправился — я не отступлю от тебя ни на шаг.

Фэн Хуайюэ промолчал. Возвращаться на какую-то Гору Шести Гармоний в таком неопределённом положении он категорически не собирался. А Сы Вэй не останавливался: его горячие, частые поцелуи скользили от шеи к ключицам. Испытывая отчаянную неловкость, Фэн Хуайюэ с трудом отпихнул его, забился с одеялом в угол и притворил глаза, размышляя, как совершить побег.

Сы Вэй остался в комнате и просидел у его постели до самого утра. Фэн Хуайюэ то погружался в чуткий сон, то вновь открывал глаза. Поняв, что этот страж никуда не уйдёт, он проглотил неловкость и сел:

— Я хочу пройтись.

На столике у изголовья лежали аккуратно сложенные одежды. Сы Вэй взял их и потянулся развязывать на нём нижнее платье. Фэн Хуайюэ кубарем скатился на пол.

Едва Юй Хуэй вошёл во двор, как из покоев донёсся глухой стук. Распахнув дверь, он увидел Фэн Хуайюэ, сидящего на полу, и поспешил на помощь:

— Что случилось?

«С одним любовным долгом не разобрался, а тут второй пожаловал!» — про себя запричитал Фэн Хуайюэ. Впрочем, к этому владыке он, к счастью, не пылал безответной страстью, а чужие чувства его ни к чему не обязывали. Поправив халат, он невозмутимо ответил:

— Оступился.

Юй Хуэй протянул ему пышный букет ярких летних цветов и тепло улыбнулся:

— Это тебе.

Приняв подарок с весьма смешанными чувствами, Фэн Хуайюэ вытянул шею и оглядел двор. Убедившись, что третий Бессмертный владыка не спешит с ухаживаниями, он перевёл дух. Юй Хуэй пояснил: выкраденные в теневом секторе девицы предназначались для переправки в Град Теневого Моря. Нити заговора уходили глубоко, так что Пэн Лю временно занят расследованием и прийти не сможет.

Фэн Хуайюэ тут же подхватил:

— Раз уж дело столь важное, вам обоим стоит отправиться на помощь! Не тратьте время на меня, судьба поднебесной превыше всего!

Приговаривая это, он уже вознамерился сбежать в спальню, но Сы Вэй удержал его за локоть:

— Ты ведь хотел подышать свежим воздухом?

— Передумал, лучше посплю, — буркнул он.

«Подышать воздухом» предполагало одиночество, а в присутствии двух Бессмертных владык даже просто дышать удавалось с трудом! Захлопнув дверь, Фэн Хуайюэ выгадал минутную передышку. Он быстро оделся, а затем прижал ухо к дверной щели.

— Девчонку схватили, — послышался голос Юй Хуэя. — Сам допросишь или мне заняться?

— Сам, — отрезал Сы Вэй.

— Хитрая бестия, скользкая, точно вьюн. Врёт не краснея: из десяти слов восемь ложных. Заявляет, будто спасла А-Луаня, и требует награду.

Фэн Хуайюэ нахмурился. Девчонка... Хунфэй? Раз выследили её, Минчэнь тоже рискует быть раскрытым. А даже если и нет, узнав, что его удерживают в поместье семьи Пэн, тот наверняка ринется на выручку.

«Надо уносить ноги!»

Затаив дыхание, Фэн Хуайюэ подслушивал. Едва шаги за дверью затихли, он прошмыгнул к выходу. Однако путь преградил невидимый барьер — от удара о защитное поле юноша отскочил назад. Лазурное сияние, подобное сомкнутым лепесткам гигантского цветка, наглухо отрезало двор от внешнего мира.

— Эй! — зажав ушибленный нос, проворчал он. — С какой стати меня опять заперли?!

Три века назад держал под замком, и теперь снова?! Какая низость!

Хоть память о прошлом не вернулась, ругаться на затворничество он умел с былым мастерством. Впрочем, и навык совершать побеги у него отточен не хуже.

«Прощайте, прощайте!»

http://bllate.org/book/37559/5049682