Семи-восьмилетний мальчишка стоял на пороге. Его одежда насквозь вымокла и липла к телу, босые ноги утопали в грязи, а глаза неотрывно глядели в их сторону.
Линь Цюфан смахнула с глаз слёзы и поманила его рукой:
— Это мой сын Сяо Юй. Сяо Юй, иди сюда.
Сяо Юй медленно поднял ногу и шаг за шагом двинулся вперед. Сяо Ци с первого же взгляда понял, что с мальчиком что-то не так.
Походка казалась неестественной, и действительно — не успел он сделать и двух шагов, как вдруг рухнул всем телом на землю и оперся на нее руками и ногами, словно притаившийся зверёк.
Его тело слегка задрожало, а затем он резко задрал голову. Только вот черные зрачки в его глазах постепенно исчезли, сменившись абсолютно белыми белками. Он ухмыльнулся им, и эта улыбка была до ужаса жуткой.
В следующее мгновение он бросился на них с невероятной скоростью, мгновенно вскинув руку прямо к горлу Линь Цюфан.
Цинь Хаоюй среагировал мгновенно и рывком оттащил Линь Цюфан назад. В глазах Сяо Юя мелькнул зловещий блеск, и он тут же сменил траекторию, устремившись на Сяо Ци.
Сяо Ци в этот момент лениво сидел на диване, не делая ни движения — со стороны казалось, будто он просто оцепенел от страха.
Цинь Хаоюй выругался сквозь зубы и тут же принялся читать заклинание, но не успел закончить, как замер на месте.
Раздался звонкий шлепок: Сяо Ци взмахнул рукой и отвесил мальчишке оплеуху. После этого Сяо Юй так и замер на месте, выглядя совершенно ошеломленным.
А в следующее мгновение он попросту потерял сознание и рухнул на пол.
Линь Цюфан к тому моменту уже пришла в себя и с криком бросилась вперед:
— Сяо Юй! Сяо Юй, что с тобой?!
Сяо Ци поскреб в ухе:
— Ничего страшного, просто вырубился. Но всё же лучше отвезти его в больницу — кто знает, не пострадал ли он еще как-нибудь.
Цинь Хаоюй бросил на него молчаливый взгляд и ничего не ответил.
Больница Особого назначения 101.
Хотя изначально дорога должна была занять полчаса, они домчались всего за десять минут, несясь на предельной скорости, поскольку заметили, что состояние мальчика ухудшается, а температура его тела стремительно падает.
Эта больница была создана специально для тех, кто столкнулся с подобными особыми заражениями. Повсюду толпились люди, и едва они переступили порог, как медсестры тут же перехватили мальчика и бросились с ним в реанимационное отделение.
Стоило створкам дверей реанимации закрыться, как женщина без сил осела на пол.
Она сидела прямо на больничном кафеле, ее лицо приобрело жуткий, пугающий оттенок — любой на ее месте уже давно бы сошел с ума от пережитого.
На улице свирепая буря хлестала вовсю, дождь лил стеной, казалось, будто само небо прорвало. Внутри же больницы стояла зловещая, давящая тишина.
Прошло около двадцати с лишним минут, прежде чем из дверей вышел врач.
Линь Цюфан, словно вернувшись к жизни, мгновенно бросилась к нему:
— Доктор, как мой сын?
Врач снял маску и с облегчением выдохнул:
— Опасности больше нет, энергия демонов в его теле тоже рассеялась. Тем не менее, ему необходимо остаться под наблюдением.
Линь Цюфан встревоженно переспросила:
— Энергия демонов? Откуда взялась эта энергия демонов?
Врач покачал головой:
— Этого я не знаю, моя задача — спасать людей.
Хоть Линь Цюфан не до конца всё поняла, главное она уяснила: с ребенком все в порядке.
И она принялась бормотать себе под нос:
— Главное, что жив. Всё хорошо...
Цинь Хаоюй как раз закончил телефонный разговор и вернулся, когда врач уже ушел.
Он бросил взгляд на Сяо Ци:
— Ну что?
Сяо Ци, засунув руки в карманы и прислонившись спиной к стене, приподнял голову и посмотрел на него:
— Всё в порядке, ему нужен покой.
Успокоив Линь Цюфан, они покинули больницу.
Шагая по улице, Сяо Ци заговорил:
— Рыбалка. Когда я смотрел на того ребенка, в углублении валялась рыбна чешуйка. Как думаешь, может здесь быть какая-то связь?
Цинь Хаоюй озадаченно оглядел собственную обувь, думая совсем о другом:
— Понятия не имею. Разве что в обоих словах есть иероглиф «рыба», какая тут еще может быть связь?
Сяо Ци посмотрел на улицу через стекло больницы: бурные потоки дождя омывали окна, и стук капель сливался в сплошной грохот, напоминавший треск автоматной очереди.
— Брат Цинь прав. Только вот при таком ливне куда нам теперь направляться?
Цинь Хаоюй окинул взглядом разбушевавшуюся непогоду, а затем перевел взгляд на свои туфли: они были сплошь покрыты грязью и брызгами крови — смотреть было страшно. У него ведь была самая настоящая мания чистоты.
Придется выбросить еще одну пару.
Сяо Ци тяжело вздохнул и произнес:
— Время еще раннее, до обеда далеко. Поехали, заглянем к водохранилищу семьи Чжан.
Сяо Ци был только рад, что кто-то другой побудет водителем — самому ему хотелось лишь развалиться и поспать.
Водохранилище семьи Чжан, хоть и звалось водохранилищем, было огромным. Объехав его по периметру, они потратили целых полчаса.
Машину припарковали у самой кромки берега. Выходить наружу оба не стали: дождь лил с такой силой, что даже под зонтом ничего разглядеть бы не удалось.
Цинь Хаоюй смотрел на неуклонно поднимающийся уровень воды, и на душе у него скребли нехорошие предчувствия.
— Если эта ливневая канитель продолжится всю ночь, завтра придется экстренно спускать воду.
Сяо Ци протянул протяжное «о» и сосредоточенно уставился на бушующие за окном потоки воды.
В этот момент телефон Цинь Хаоюй звякнул. Он взял аппарат в руки, глянул на экран и усмехнулся:
— Ого, а я и не знал. Был уверен, что это водохранилище государственное, а оно, оказывается, частное. Такая махина стоит не меньше нескольких сотен миллионов, богатеи чертовы.
Сяо Ци повернул свою пушистую голову и с усмешкой спросил:
— Ты же сам богат.
Цинь Хаоюй покрутил перед носом пальцем:
— Ошибаешься. Это моя семья богата, а у меня самого ни гроша в кармане. Ладно, поехали обратно, вернемся, когда дождь поутихнет.
Когда они вернулись в управление, их одежда промокла насквозь. Подошло как раз время обеда, и Сяо Ци, переодевшись в сухое, вышел из комнаты, намереваясь поесть.
Стоило ему шагнуть в коридор, как он столкнулся с околачивавшейся там собакой. Говорили, что это любимый питомец самого начальника, которому было дозволено ходить по управлению гоголем.
Однако эта псина никого другого не задирала, а вот к Сяо Ци питала особую антипатию.
И сейчас у шавки снова начался приступ вредности: едва завидев Сяо Ци, она с презрительным видом скосила на него глаза.
Сяо Ци подумал про себя: ладно люди, но ты-то обычная блоховозка, с чего вдруг возомнила о себе?
Оглядевшись вокруг — к счастью, все ушли на обед и коридор пустовал — он без лишних слов заехал собаке пинком прямо в распахнутую дверь своей комнаты.
Спустя пару минут он преспокойно отправился наслаждаться обедом. Кто же знал, что не успеет он отойти далеко, как из кабинета начальника донесется истошный вопль:
— А-а-а! Кто! Какой ублюдок кастрировал мою собаку?!
Слушая этот вопль, Сяо Ци находил его необычайно приятным для слуха. Под такую музыку обедать было одно удовольствие, да и подозрения ни за что на него не пали — в конце концов, камеры видеонаблюдения он предусмотрительно вывел из строя.
Посмотрим, посмеет ли эта поганая псина еще раз задирать людей. Если только она не научится говорить человеческим языком, никто и никогда не узнает, чьих это рук дело.
Сяо Ци не обзавелся здесь друзьями, поэтому обедал в одиночестве. Вокруг него образовалось пустое пространство, из-за чего он выглядел довольно сиротливо — впрочем, раньше он всегда был одинок.
Но сегодня все было иначе. Стоило кому-то бросить взгляд на общий зал, как Сяо Ци немедленно привлекал к себе всеобщее внимание. И вовсе не благодаря выдающейся внешности, а просто потому, что перед ним громоздилось несколько подносов с едой — порция выглядела так, будто за столом собралась компания из четырех человек.
Цинь Хаоюй закончил сдавать отчет и тоже направился в столовую. Взяв еду, он сразу же заметил Сяо Ци. И с чего бы это? Раньше он никогда не обращал на него особого внимания, но сегодня тот словно сам собой врезался ему в глаза.
Заметив гору тарелок перед парнем — возможно, из-за чересчур аппетитных масштабов трапезы — он толкнул локтем стоявшего рядом Линь Линфэна:
— Эй, глянь туда.
Линь Линфэн проследил за его взглядом: сначала уставился на батарею тарелок, а затем перевел глаза на лицо Сяо Ци.
Он был озадачен. Глядя на тощую фигурку Сяо Ци, он искренне не понимал, как в такого заморыша помещается столько еды и почему при таком аппетите он остается донельзя тщедушным.
— Он всегда так ел? Чего-то я не припомню, чтобы на прежних сборах он уминал больше крошки.
Цинь Хаоюй, наблюдая за тем, как к Сяо Ци кто-то приближается издалека, задумчиво протянул:
— Понятия не имею. Но я точно знаю, что скоро тут станет весело. И скажи на милость, тебе не кажется, что в последнее время он стал... чертовски соблазнительным?
Тот вчерашний шлепок Сяо Ци явно не был случайностью.
Тем временем Сяо Ци достал телефон, подражая повадкам окружающих, сделал снимок своего обеда и отправил его Цзи Бовэню.
Контактов в телефоне Сяо Ци было кот наплакал, так что искать нужный не пришлось.
А надо сказать, вещица оказалась крайне полезной — куда практичнее всяких там талисманов и заклинаний.
Обед на самом деле был неплох, но в сравнении с стряпней Цзи Бовэня — просто отвратителен. К тому же здешняя еда совершенно не насыщала, а он был чертовски голоден, хотя и сдерживался из последних сил.
Мысленно он скривился: Столовая еда — просто гадость. И в подметки не годится тому, что готовишь ты.
Ответ прилетел незамедлительно:
— Если такая гадость, с чего бы уплетать за обе щеки.
Сяо Ци легко мог представить выражение лица, с которым тот напечатал эти слова. Пожалуй, физиономия у него выдалась та еще, хотя рассуждать о его мимике казалось несколько странным.
Сяо Ци набрал ответ:
— С чего ты взял, это не я ем. Я вообще-то жду, когда вечером ты меня покормишь. Кстати, возвращаясь с работы, захвати мне стаканчик молочного чая, ладно? Только с розовыми жемчужинами.
— Хорошо.
Настроение Сяо Ци было самым что ни на есть прекрасным, но стоило кому-то вмешаться, как атмосфера тут же рухнула.
Не успел он доесть, как проходивший мимо сослуживец грубо задел его локтем. Чашка с супом в руке зеваки опрокинулась, заливая штаны Сяо Ци, а жирные пятна мгновенно расползлись по ткани, промочив её насквозь.
Позади тут же раздались насмешливые смешки:
— Ой, гляньте-ка, не наш ли это экзорцист четвертого ранга, Сяо Ци? Прости-прости, рука соскользнула, не удержал равновесия. Впрочем, что с тебя взять — вырос в какой-то глухомани, нормальной еды сроду не видел, вот и жрешь как не в себя. Ха-ха!
В памяти Сяо Ци тут же всплыл обладатель этого голоса: Ли Ишань, одна из шестерок Сун Ханьсина.
Он поднял глаза, и в его взгляде промелькнуло неконтролируемое убийственное намерение.
Прикончить его? Пожалуй, слишком бросится в глаза.
Ли Ишань на секунду испугался этого взгляда, но тут же взял себя в руки: с чего бы ему бояться какого-то Сяо Ци? Всего-навсего никчемный отброс.
Сяо Ци с изяществом вытащил салфетку, промокнул рот, а затем бросил палочки на стол. Кто же знал, что палочки лежали непрочно и, скользнув по столешнице, покатились вниз.
Никто даже не обратил внимания на эти две палочки, пока они катились по краю, а затем соскользнули прямо на ногу Ли Ишаня.
http://bllate.org/book/37552/4687186
Готово:
