Гу Янь издал короткое «мгм», положил планшет и бросил взгляд на несколько рисунков, разложенных на столе.
Они были обнаружены ранее в доме У Даюна.
— Это дело о похищении можно считать завершённым? Строго говоря, пожалуй, и нет, — Сяо Ван сидел на стуле задом наперед, машинально потирая щетину, пробивающуюся на подбородке, и без умолку тараторил: — У Даюн всё еще в бегах, его нужно поймать, но, к счастью, жертв спасли, никто не пострадал, верно ведь, замкомандира Гу?
Гу Янь не ответил, лишь стоял там, мрачно и неотрывно глядя на те наброски.
Сяо Ван слегка оттолкнулся носком ботинка, стул с противным скрипом скользнул к Гу Яню, и он, склонив голову набок, спросил:
— Что такое? О чём ты думаешь?
Было уже половина пятого вечера. Зимой темнота наступает быстро, закатное солнце сквозь занавеску падало на столешницу, на мгновение высвечивая те наброски в лучах угасающего дня, а затем их снова скрыла тень от раскачивающейся занавески.
Гу Янь аккуратно собрал все эти непристойные наброски, уложил их в папку для документов и молча подавил некое предположение, зародившееся в сердце, резко сменив тему:
— Ци Цзяньхун со своим сыном ведь всё еще в отделении?
— Уже нет, — Сяо Ван подпёр рукой голову. — Ци Цзяньхун сказал, что хочет отвезти сына в больницу, документы только что оформили, и они уехали на такси.
Гу Янь слегка повёл брови:
— Понял. Возвращайтесь отдыхать, все изрядно вымотались за бессонную ночь.
Едва слова затихли, как в офисе один за другим раздались зевки. Оперативники принялись потягиваться, ворча, что дома обязательно нужно будет как следует отоспаться. Сяо Ван только собрался спросить Гу Яня, не хочет ли тот пойти вместе с ними поесть ужина в Шасяньский отель*, как, подняв голову, обнаружил, что силуэты Гу Яня и след просты.
***
Дзынь!
Двери лифта только открылись, Гу Янь быстрым шагом вышел наружу и нос к носу столкнулся с Цзян Лэем и остальными, вернувшимися из уезда Хэфэн. Стоило им заметить Гу Яня, как они тут же остановились и принялись докладывать:
— Эта девчонка Ци Цин просто бедняжка, у неё сильный жар, наверное, придётся пару дней капельницы ставить, хорошо, что её родители договорились с родственниками, чтобы те встретили её в городской больнице...
Пока Цзян Лэй увлечённо и живо рассказывал, взгляд Гу Яня скользнул сквозь толпу и зацепился за фигуру в углу.
Хэ Жанчэнь сидел на табурете, ватная куртка лежала у него на коленях, корпус был слегка согнуть, а в обеих руках он держал телефон — то ли листал короткие видео, то ли занимался чем-то ещё.
Спустя пару секунд Гу Янь отвёл взгляд и глухим голосом произродил:
— Хорошо, я понял.
Цзян Лэй поднял руки и сладко потянулся, бормоча, что собирается немедленно мчаться домой к жене и ребёнку.
— Кстати, — Гу Янь внезапно окликнул его.
Цзян Лэй опешил:
— Чего такое?
— У тебя одежда испачкана, на манжете.
Цзян Лэй резко вывернул руку: на синем пуховике неизвестно откуда красовалось большое грязное пятно угольно-чёрного цвета, бросающееся в глаза. Он принялся яростно тереть его, но пятно не оттиралось:
— Черт возьми, неужто это краска какая-то? Не отстирывается!
Гу Янь посмотрел на грязно-чёрное пятно и проговорил:
— Я в химчистку...
— Да ничего, — перебил Цзян Лэй. — Дома попрошу жену разобраться, она на каком-то сайте купила специальное средство для чистки пуховиков: пшикнешь, протрёшь — и отлично помогает, правда, придётся выслушать парочку упрёков. Кстати, замкомандира Гу, что ты там говорил?
— ...
Гу Янь вовремя проглотил готовую сорваться с языка фразу о том, что в химчистке есть пополняемый счет и он может отнести вещь туда, и бесстрастно бросил:
— Ох, ну тогда попроси супругу помочь тебе.
Цзян Лэй кивнул и повёл свой отряд на выход.
***
Гу Янь с бесстрастным лицом направился к выходу в холл, словно намеренно ставя шаги тише — звук соприкосновения подошв с полом был почти неразличим. И лишь остановившись перед стулом, он тихо произнёс:
— Моя одежда.
Услышав это, Хэ Жанчэнь поднялся на ноги, после чего его светлые зрачки чуть расширились.
Солнце садилось, и Гу Янь стоял в таком положении, что бо́льшая часть его фигуры погружалась в сумерки. Чёрный свитер подчёркивал прямую линию плеч и крепкую, статную осанку, а надбровные дуги и линия подбородка были тронуты мягким золотистым светом. На почти безупречном лице не было и следа от бессонной ночи.
— Держи, — Хэ Жанчэнь на мгновение замер и протянул ватную куртку. — Я смочил салфетку водой, оттёр очень чисто.
Гу Янь взял куртку и надел её:
— Спасибо. Давай я угощу тебя ужином.
— Без проблем, — Хэ Жанчэнь потёр нос и привычно перевёл взгляд с этого несравненно красивого лица на парковку. — Давай перекусим где-нибудь у входа, мне ведь ещё возвращаться скоро.
Гу Янь резким движением застегнул молнию:
— Хорошо.
***
До часа пик было еще далеко, посетителей в деревенском ресторанчике оказалось немного — если не считать их двоих, занято было всего три столики. Поэтому блюда принесли очень быстро: капуста с тофу источала аппетитный аромат, стручковая фасоль в устричном соусе была лёгкой и хрустящей, а шиитаке с курицей в глиняном горшочке аппетитно булькали, покрывшись золотистыми пузырьками масла. Хэ Жанчэнь зажал палочками стручок фасоли и, откусывая, заметил:
— Зачем столько заказал?
Гу Янь насыпал себе пиалу риса:
— Не знаю, какие у тебя ограничения в еде.
Услышав это, Хэ Жанчэнь прыснул со смеху:
— Да какие у меня ограничения? Я в еде не привередлив, ем абсолютно всё.
Не успел он собраться зачерпнуть ложку риса, как хозяйка вынесла еще одно блюдо — миску тушеных кусочков рыбы в красном соусе.
Доброжелательно улыбаясь, она произнесла:
— Все блюда готовы.
— Спасибо, хозяйка, — вежливо отозвался Хэ Жанчэнь.
— Ой-ой, какой же этот парень красивый! — хозяйка быстро вытерла руки о фартук и окинула взглядом сидящих. — Тот, что напротив, тоже писаный красавец!
Хэ Жанчэнь улыбнулся:
— Тетенька, у вас в заведении просто пальчики оближешь.
— Я угощу вас двумя банками колы, пойду принесу.
— Спасибо, тётя! — Хэ Жанчэнь радостно улыбнулся.
Хозяйка шустро направилась к холодильнику с напитками. Гу Янь чуть шевельнул бровями, молча наблюдая за тем, как ловко Хэ Жанчэнь справляется с подобными любезностями. Лишь когда две баночки колы с легким звоном опустились на стол, Гу Янь внезапно заговорил:
— У тебя отличный характер, великолепно умеешь поддерживать беседу.
Хэ Жанчэнь отправил в рот кусочек гриба шиитаке, несколько секунд поочередно разглядывал сидевшее напротив красивое лицо и дорогой логотип на ватной куртке, после чего с самоиронией произнёс:
— Жизнь заставила, столько на подработках натрудился.
Гу Янь уточнил:
— Разве ты не давал только частные уроки?
— С чего бы только их, господин полицейский? Я еще в старшей школе подрабатывал на летних каникулах. За прошедшие годы сам уже не помню, сколько сменил подработок. Вечно приходилось крутиться в разных местах: будь у меня холодный характер и не будь подвешен язык, меня бы хозяева давным-давно с говном сожрали.
Гу Янь слушал очень внимательно, а палочки так и замерли на весу.
Заметив такое выражение его лица, Хэ Жанчэнь немного подумал, выловил из горшочка с курицей и грибами единственный куриный окорочок, положил его в тарелку Гу Яню и сказал:
— Ты только ничего такого не подумай, я не про тебя, просто привёл пример.
— ... — Гу Янь уставился на прибавку в своей тарелке. Он несколько раз пытался поднять палочки, но так и не притронулся даже к куриной кожице, а спустя мгновение и вовсе положил палочки на стол. — Сяо Ван говорил, что тебе предстоит производственная практика?
— Ага, как только зимние каникулы закончатся, сразу отправлюсь. Буду совмещать практику с подготовкой к поступлению в аспирантуру.
— Тогда ты перестанешь быть репетитором у Ци Цин?
Хэ Жанчэнь тихо промычал что-то неопределённое и продолжил орудовать палочками.
Гу Янь неотрывно, в упор следил за каждым его движением, храня молчание.
— Что такое, господин полицейский? — Хэ Жанчэнь прожевал гриб и немного невнятно произнёс: — Дело же закрыто, наше сотрудничество с полицией прошло успешно. Мне нужно еще о чём-то отчитываться в дальнейшем?
— Нет.
Тон Гу Яня был совершенно ровным.
Хэ Жанчэнь молча кивнул и продолжил есть. Гу Янь тоже больше ничего не говорил.
Вскоре в заведении прибавилось посетителей: новые гости с грохотом толкали стеклянную дверь, и вместе с ними в зал врывались клубы зимнего холода и шум. Хэ Жанчэнь налил тёплой воды в одноразовый стаканчик, сделал глоток и заговорил:
— Господин полицейский, когда я сегодня заходил в районное отделение, встретил Ци Цзяньхуна.
Гу Янь поднял глаза и уставился на него.
— Дядя Ци так беззаботно курил у входа, на его лице не было ни тени волнения.
Хэ Жанчэнь молча поставил прозрачный стаканчик на стол и опустил взгляд на рябь на поверхности воды.
— Он даже сказал мне, что вы отправились спасать Ци Цин, и так уверенно заявлял, что её непременно спасут.
— О? Он так сказал?
Хэ Жанчэнь уверенно кивнул:
— Ага. Дядя Ци даже успел вздремнуть часок. Думаю, он должно быть очень сильно доверяет вам, поэтому был так спокоен и ни капельки не переживал.
Гу Янь допытывался:
— В котором часу ты видел его у входа в отделение?
— Наверное, как раз в то время, когда вы ответили мне тем единственным «1».
Взгляд Гу Яня упал на лицо собеседника. Выражение того оставалось неизменно мягким — такое просто невозможно связать со словом «обман».
— Неужели Хэ Жанчэнь говорит правду?
— Но ведь это не вяжется! Ци Цзяньхун был крайне невысокого мнения о Гу Яне, допрос закончился на минорной ноте, он даже грозился пожаловаться.
К тому же, с точки зрения отца, у которого похитили детей, невозможно не тревожиться, не говоря уже о том, чтобы спокойно почивать. В конце концов, в тот момент даже у полиции из улик был лишь след одного минивэна, и было совершенно неясно, находятся ли вообще там оба пострадавших.
Почему же он не волновался?
Неужели он был непоколебимо уверен, что полиция непременно добьётся успеха? Или, если взглянуть иначе, Ци Цзяньхун точно знал, что его дети находятся именно там!
Мозг Гу Яня лихорадочно работал, но внешне всё длилось лишь долю секунды. Сохраняя абсолютное спокойствие, он произнёс:
— Верно, полиция и народ работают рука об руку.
Хэ Жанчэнь коротко откликнулся «угу» и больше ничего не добавил.
Спустя мгновение Гу Янь вдруг произнёс:
— Бросай репетиторство.
— Кхе-кхе... — Хэ Жанчэнь едва не поперхнулся, торопливо выдернул пару салфеток, промокнул уголки рта и с недоумением посмотрел на Гу Яня.
Тот продолжил:
— Разве тебе не пора на практику? Раз уж у тебя появится работа, будет и зарплата...
— Погодите-ка! — Хэ Жанчэнь поспешно перебил его. — Видите ли, господин полицейский, наша медицинская практика немного отличается от практики того же офицера Сяо Вана.
— Отличается?
— Именно. Для студентов-медиков практика — это часть обучения, — Хэ Жанчэнь изобразил на лице сожаление. — Поэтому за неё не платят.
Гу Янь действительно не знал об этом и на секунду потерял дар речи.
Хэ Жанчэнь беспечно махнул рукой:
— Впрочем, студентам лечебного факультета не нужно писать дипломную работу, пожалуй, это единственное утешение: не придётся ломать голову над диссером.
Гу Янь доел остатки риса, поднялся и сказал:
— Я оплачу счёт.
http://bllate.org/book/37551/4687095
Готово:
