Юань Сун невероятно изумленно повернул голову, глядя на него, и безуспешно забился, пытаясь вырваться из мертвой хватки Пей И:
— Ты… ты, мать твою, сдурел?
Лицо Пей И было холодно и отстраненно. Одной рукой он намертво вцепился Юань Суну в запястье, жестоко пресекая любые попытки сопротивления, прижал его плечо к дивану и надавил на старую травму в области поясницы.
— Да я… — у Юань Суна лицо побелело, глаза покраснели от адской, сука, боли. — Отвали!
У Юань Суна была высокая, стройная фигура, а кожа — гладкая и нежная, какую холят и лелеют с малых лет.
Кожа на затылке, спине и пояснице была гладкой, как шелк, под плечами отчетливо выделялись крылья лопаток, готовых взмыть ввысь, а линия талии резким изгибом уходила вниз, завораживая так сильно, что казалась острой, искушающей душу клинком.
А синяк на пояснице бросался в глаза — судя по всему, его оставил сильный удар тупым предметом.
Лицо Пей И помрачнело, между бровей проступила едва сдерживаемая свирепость, тонкие губы крепко сжались. Коснувшись злосчастного синяка, он даже на секунду замер и лишь потом едва ощутимо провел по нему пальцами.
Стоило ему лишь слегка надавить, как прижатый к полу человек резко вздрогнул — очевидно, боль была для него совершенно невыносимой.
Это мгновенно разожгло в душе Пей И всю скопившуюся там тьму; в его глазах вспыхнули пугающие, кровоточащие прожилки, придающие его облику еще больше кровожадной мрачности.
Эта затаенная злость слишком долго давила ему на сердце, и стоило ей вырваться наружу, как она грозила смести все на своем пути без разбора.
Он глубоко вздохнул, с полуприкрытыми глазами молчал добрую половину минуты, а затем внезапно усмехнулся:
— Юань Сун, больно?
Юань Сун, которого силой заставили обнажить травму, разом растерял и гордость, и достоинство. Подобно загнанному в угол раненому волчонку, который до последнего отчаянно сопротивляется, он резким движением локтя заставил Пей И отступить на полшага назад.
Его лицо покраснело от напряжения в борьбе, огромные персиковые глаза полыхали яростью, и он буквально взревел:
— Пей И, пошел к черту!
— К черту? — с каменным лицом усмехнулся Пей И и, пользуясь тем, что Юань Сун потерял бдительность, прижал его в углу.
На этот раз он намертво заломил ему руки за спину, придавил поясницу коленем и полностью лишил Юань Суна возможности двигаться.
Оба тяжело дышали.
Юань Сун сжав зубы и покрасневшими глазами отвернулся в сторону, храня молчание.
В комнате воцарилась зловещая тишина.
Пей И взял его за подбородок, заставив поднять голову, и заглянул в глаза:
— Юань Сун, посмотри на меня.
Юань Сун, словно не слыша ничего, уставился на диванную подушку в правом нижнем углу и молча скрипел зубами.
Некоторое время они снова молчали.
Пей И тяжело выдохнул. Его голос звучал хрипло и надломленно, сквозь него пробивалась исчерпавшая все силы мольба:
— Юань Сун…
Прошла ли секунда или целая вечность, но в конце концов Юань Сун медленно перевел взгляд на стоящего совсем рядом мужчину.
Он немного дернулся, пытаясь освободиться, и хотя его голос уже не звенел прежней чистотой, в нем все так же звучали упрямство и вызов:
— Говори.
Пей И медленно наклонился ближе к нему. Юань Сун, видимо, тоже устал и не стал уворачиваться — они соприкоснулись кончиками носов.
Так близко, что оба отчетливо ощущали исходящий друг от друга одинаковый аромат флердоранжа.
Пей И полностью сбросил с себя маску привычной ленивой надменности, его аура стала пугающе тяжелой, а несколько выбившихся прядей упали на правую бровь, придавая ему зловещий и свирепый вид.
И тем не менее этот самый человек медленно, глухо и чеканя каждое слово — почти смирившись и умоляя — произнес:
— Юань Сун, неужели тебе так трудно хоть в чем-то уступить… Я ведь не желаю тебе зла…
Юань Сун нахмурился, глядя на него. Они стояли настолько близко, что он отчетливо видел дрожащие ресницы Пей И и вздувшиеся вены на его шее.
Пей И, казалось, больше не мог говорить; он шумно вздохнул, собираясь с силами, и продолжил:
— Юань Сун, я же… твой парень. Неужели тебе трудно хоть немного меня пожалеть?
— …
Юань Сун резко поднял на него взгляд.
Долгое время стояла тишина.
Наконец Юань Сун расслабил напряженное тело, недовольно скривил губы, но тон по-прежнему оставался задиристым:
— Раз так хотел посмотреть — смотри. Достал уже.
Пей И едва заметно улыбнулся, больше ничего не говоря, и снова внимательно осмотрел рану на пояснице Юань Суна.
Закончив осмотр, он поднялся на ноги, подошел к балкону и кому-то позвонил:
— Я попрошу врача приехать, пусть он осмотрит твою травму и проверит тебя насчет амнезии.
Юань Сун поморщился. Он всегда люто ненавидел врачей и считал потерянную память сущим пустяком, но сейчас, чувствуя себя виноватым, мог лишь с каменным выражением лица выдавить из себя:
— Угу.
Завернувшись в одежду, он захлопнул дверь спальни, с головой зарылся под одеяло и прикинулся мертвым. Спустя мгновение раздался стук в дверь.
Полагая, что это вернулся Пей И, он недовольно бросил:
— Войди, хватит стучать, как же задолб…
— Я вошел.
Услышав незнакомый мужской голос, он удивленно приподнял голову и посмотрел в сторону двери.
У входа стоял высокий мужчина в белом халате, озаряя комнату открытой, непринужденной улыбкой:
— Третий молодой господин, помнишь меня?
Юань Сун:
— …?
Юань Сун:
— Ты еще кто?
Ошеломленный молодой человек с красивым лицом наблюдал, как незваный гость самостоятельно закрыл дверь, притащил стул от его кровати и уселся рядом.
Немного отодвинув медицинский чемоданчик в сторону, этот тип с неподдельным интересом любителя сплетен произнес:
— Да это же я, Цинь Вэнь! Охуеть, я тут услышал, что вы с Пей И сошлись, охренеть просто!
Заметив, что Юань Сун смотрит на него холодным взглядом, но не опровергает услышанное, Цинь Вэнь разразился целой тирадой крепких выражений, резко вскочил на ноги и в шоке зашагал кругом по комнате:
— Вы двое! Твою мать, да если в нашей тусовке об этом узнают, все к чертям на воздух взлетит!
Юань Сун закатил глаза:
— Ты можешь присесть? У меня от твоих кругов голова кружится.
Усевшись обратно, Цинь Вэнь продолжал цокать языком от изумления:
— Этот Пей И от тебя без ума, просто слов нет. Тьфу ты, вы теперь вместе, небось потакает любому твоему капризу.
Чего ни попросишь — всё к твоим ногам, просто кайф.
Услышав это, Юань Сун сузил глаза до узких щелочек и с ехидной усмешкой процедил сквозь зубы:
— Ага, только что подрались.
Просто кайф.
— ???
Глава 6. Третий молодой господин
— ???
С лица Цинь Вэня не сходило выражение полного недоумения, когда он перевел взгляд на полулежащего у изголовья кровати парня.
Юань Сун, закутанный в широкий банный халат, полулежал на больших диванных подушках.
Мягкое тонкое одеяло сбилось в комок, едва прикрывая его ниже пояса, и открывая взору рельефный рельеф упругого живота.
Но еще сильнее поражало его лицо.
Резкие, выразительные черты придавали его внешности яркую, хищную красоту, далекую от невинной миловидности. Светлые зрачки излучали холод, а широкие персиковые глаза, чуть приподнятые к внешним уголкам, смотрели на всех так, будто таили в себе океан нежности.
Допотопно-красивый, до боли в глазах.
http://bllate.org/book/37486/4674200
Готово:
