Готовый перевод The Director Everyone Hates Wants a Divorce / Нежеланный муж: Режиссёр хочет развестись: Глава 11

Услышав шаги, Ли Цяньлин обернулся, слегка приподняв брови: — Ты вернулся.

Шан Ли не виделся с ним уже очень давно, и теперь этот мимолетный взгляд показался ему вечностью.

Шан Ли долго смотрел на Ли Цяньлин, прежде чем прийти в себя, и спросил его: — Разве ты не собирался на съемки фильма и должен был вернуться только через два месяца?

Голос Ли Цяньлин звучал спокойно: — Кое-что потребовалось уладить, поэтому график пришлось изменить.

Шан Ли подумал, что тот говорит о какой-то работе на родине, и кивнул.

Внимательно посмотрев на Ли Цяньлин, он спросил: — У тебя ведь сейчас есть время? Я хочу с тобой поговорить.

— Хорошо, давай наверх.

Ли Цяньлин кивнул и повел Шан Ли на террасу третьего этажа.

Фонари на террасе излучали мягкий желтоватый свет, а столики и стулья под открытым небом ежедневно убирались, содержаясь в идеальной чистоте.

Ли Цяньлин подошел первым, опустился на стул, достал из чайного подноса принадлежности и разлил воду по чашкам.

Шан Ли последовал за ним и сел напротив.

Помолчав пару секунд, Ли Цяньлин заговорил первым: — Шан Ли, почему ты вдруг захотел развестись со мной? Назови мне причину.

Шан Ли посмотрел на красивое, подобное луне лицо Ли Цяньлин, с горечью усмехнулся и ответил: — Хочешь услышать причину? Причина в том, что у меня к тебе больше нет чувств, и я больше не могу так жить. Ты меня не любишь, неужели странно, что я хочу с тобой развестись?

Ли Цяньлин не понимал: — Наш брак изначально был деловым союзом. Так ли важно, любим ли мы друг друга и есть ли между нами какие-то чувства?

— Конечно, важно, — кивнул Шан Ли.

Глядя на него, Шан Ли серьезно произнес: — Я мог смириться с тем, что поначалу у нас не было чувств, и знал, что ты изначально ко мне равнодушен. Но я думал, что все изменится. Прошло три года, а ты за три года ничуть не изменился.

На самом деле в прошлой жизни прошло уже пять лет.

Пять лет Ли Цяньлин по-прежнему ставил во главу угла работу, отводя Шан Ли незначительное, второстепенное место.

— Мы всегда вели себя друг с другом лишь вежливо и учтиво, словно чужие гости, и за весь год едва ли виделись пару раз. Какой вообще смысл в таком браке?

Уставившись на сидевшего напротив Ли Цяньлин, Шан Ли прямо спросил его в глаза: — Ли Цяньлин, ты собираешься относиться ко мне так всю жизнь?

Ли Цяньлин почувствовал, что тот вот-вот расплачется. Помолчав немного, он шарил пальцами по карманам своего пиджака, пока не достал запасной носовой платок и не протянул его Шан Ли.

— Возьми, вытри.

Шан Ли со слезами на глазах глянул на него, чувствуя себя уязвленным этой показной мягкостью — он всегда был таким: на вид нежным, а на деле совершенно холодным.

Взяв платок, он опустил голову и смахнул влагу у глаз.

Ли Цяньлин с некоторым недоумением посмотрел на Шан Ли и, подумав, сказал: — Вообще-то, по совести говоря, я относился к тебе неплохо. Шан Ли, ты ведь вырос не в этих кругах; на самом деле здесь полно пар, которые живут лишь ради приличия, а из-за выгоды готовы грызть друг другу глотки. Есть и те, кто гуляет сам по себе, и у обоих супругов на стороне растут внебрачные дети.

Между нами все чисто, я не сделал ничего такого, чем предал бы тебя, так что ты должен быть доволен.

— Триста шестьдесят пять дней в году ты триста дней проводишь на съемочной площадке, целыми днями занят работой. Кем я вообще для тебя являюсь? — Порою Шан Ли почти привыкал к тому, что в его жизни словно и вовсе нет человека по имени Ли Цяньлин.

— Если причина только в этом, то я не одобряю твой развод. Сейчас ты просто действуешь сгоряча, так что на этот раз я сделаю вид, будто ничего не слышал.

Посмотрев на Шан Ли, Ли Цяньлин добавил: — Я хочу, чтобы ты хорошенько обдумал, чего именно ты на самом деле хочешь.

— Ты спрашиваешь, чего я хочу.

Шан Ли тихо повторил эти слова, со сложными чувствами глядя на освещенное мягким светом спокойное лицо Ли Цяньлин напротив.

Во взгляде этого человека читалась лишь доля недоумения — казалось, он и вправду не понимал мыслей Шан Ли.

— Ты правда не знаешь, чего я хочу?

Шан Ли невольно горько усмехнулся, оплакивая собственную неразделенную любовь.

После свадьбы в прошлой жизни Шан Ли больше половины времени следовал по пятам за Ли Цяньлин, отчаянно пытаясь догнать его.

Шан Ли делал многое и даже увлекся миром кино, который так любил Ли Цяньлин, в конце концов докатившись до звания третьесортного режиссера в этой сфере. Но ведь поначалу Шан Ли всего лишь хотел, чтобы Ли Цяньлин обернулся и посмотрел на него.

Вот только эта простая цель так и осталась недостижимой.

Шан Ли пробормотал себе под нос: — Я хочу теплый дом, хочу уважения, хочу… Хочу ответной любви. Пусть даже неполной, пусть крошечной искры чувств — и то было бы лучше, чем пустота.

Он живой человек, а не деревянная чурка, и сердце у него из плоти и крови. Когда к нему вечно относятся с неприязнью и не любят, ему тоже бывает больно.

Шан Ли согласился на брак по расчету и не пытался сопротивляться или возражать лишь потому, что доверял порядочности Ли Цяньлин. Он наивно полагал, что брак с Ли Цяньлин станет отличным выбором.

Просто при самой первой встрече Ли Цяньлин произвел на Шан Ли слишком сильное впечатление.

До того как семья У разыскала его, Шан Ли жил из рук вон плохо. Но и после возвращения в семья У из-за отсутствия образования и кругозора ему пришлось несладко — над ним то и дело открыто насмехались и издевались в лицо.

На дне рождения фальшивого молодого господина У Мэнъюй настоящий молодой господин Шан Ли появился под именем младшего сына семья У, потерявшегося много лет назад, и был представлен всем в качестве третьего молодого мастера семьи У.

Однако едва Шан Ли представили парой коротких фраз, ведущий велел ему сойти со сцены и вновь перевел разговор на чествование старшего молодого мастера семьи У.

На фоне виновника торжества У Мэнъюй, вокруг которого, подобно звездам вокруг луны, толпились люди в самом центре внимания, Шан Ли, забившийся в тихий угол, казался не более чем никчемной приживалкой.

Никто и не вспомнил, что этот день был днем рождения и самого Шан Ли.

С завистью взглянув на сцену, Шан Ли опустил голову и молча направился к фуршетному столу, взял маленькое пирожное и встал в уголке, поедая его.

Банкет выдался шумным, молодежи собралось много. В какой-то момент взрослые, обсуждавшие деловые вопросы, поднялись на второй этаж банкетного зала, и внизу остались только молодые люди.

Шан Ли увидел множество представлений, а также поваров, которые прямо на банкете демонстрировали шоу с приготовлением авторских блюд и готовили огненного лосося.

http://bllate.org/book/37441/4667593