Больше похоже на кокетство.
Пэй Сюньчжи скосил глаза и увидел, как тот опустил голову, а пряди чёрных волос упали ему на грудь, обнажая изящный, беломраморный затылок.
Сам того не зная, он вдруг захотел его ущипнуть.
Такой белый, стоит только придавить — наверняка останется красный след.
Мысли унеслись куда-то далеко, пока пришедший в себя от боли черноходец не очнулся после того, как его вырубили ударами, и не издал вопль, похожий на крик завывающего демона.
— Я всё скажу, я всё до единого слова выложу, только больше не мучайте меня!
Он плакал искренне и душевно, а когда слёзы попадали на раны на лице, от боли его аж перекосило.
Пэй Сюньчжи пришёл в себя, поднялся на ноги и встал перед черноходцем, приподняв бровь:
— Ну так говори, кто именно велел тебе прийти и убить Меня?
Янь Тин подпер щёку одной рукой, невольно испытывая некоторое любопытство: какому же чиновнику, жизнь которого порядком надоела, взбрело в голову провернуть такое?
Под их пытливыми взглядами черноходец выпалил с чеканной чёткостью:
— Меня прислал уездный начальник Янь Юаньчэн! Я его дворовый слуга! Он угрожал мне моей же подпиской о продаже в рабство и заставил убить императора, лично пообещав, что хорошо позаботится о моих жене и ребёнке, одарит их десятью тысячами золотых и сотней му плодородных земель!
— …
В темнице воцарилась гробовая тишина.
Янь Тин был потрясён до глубины души.
Этот никчёмный батяня был настолько беден, что даже на женьшень денег не хватало, откуда у него десять тысяч золотых? Это же чистой воды клевета!
Он тут же поднялся на ноги и допытывался:
— Ты утверждаешь, что подослан уездным начальником Янем, но голословному утверждению грош цена. У тебя есть вещдок?
— Разве Ваше Величество ещё не обнаружило? На кинжале, который я использовал, вырезано слово Янь, — упрямо выставив подбородок, заявил черноходец.
Янь Тин замер.
Так вот зачем Пэй Сюньчжи привел его в темницу?
Если это грязное пятно действительно повесят на никчёмного папашу, сегодня ему не спасти жизни, даже явись сюда сам владыка небес.
Он нахмурился, глядя на черноходца:
— У любого, у кого есть хоть капля мозгов, наёмный убийца не станет средь бела дня вырезать на кинжале имя. Это же очевидная подстава. Кто на самом деле приказал тебе? Немедленно выкладывай правду.
Черноходец выплюнул сгусток крови изо рта и искренне поинтересовался:
— Да я вовсе не чушь порою! К тому же, взгляните на то, что творит уездный начальник Янь — разве он похож на человека с мозгами?
— …
Весомо и аргументированно.
Янь Тин даже не нашёлся что возразить.
Опустив длинные ресницы и немного подумав, он посмотрел на Пэй Сюньчжи:
— На плечах слуг семьи Янь выбита татуировка в виде ласточкиных перьев. Ваше Величество может снять с него одежду и хорошенько всё проверить.
Услышав это, в глазах черноходца промелькнула паника. Было очевидно, что уверенности в себе у него поубавилось, и он нарочно завопил погромче, чтобы придать себе смежности:
— Мой отец был мастером татуировок в поместье Янь, а я в детстве боялся боли, поэтому он не стал мне её набивать!
Едва договорив, он с истеричными нотками добавил:
— Меня и вправду прислал уездный начальник Янь! Я и так скатился до такого положения, есть ли мне смысл лгать?
Видя, как тот распаляется всё сильнее — не будь его руки и ноги прикованы железными цепями, он бы наверняка подскочил и вцепился зубами в противника.
Янь Тин огляделся по сторонам, с трудом приподнял валявшийся у стены железный прут и опустил его на голову арестанца, надеясь ненадолго угомонить того.
Он и представить не мог, что собственной силы ему не хватит ни на какую агрессию: такой толстый железный прут оставил на голове бедолаги лишь здоровую шишку, и из неё даже крови не потекло.
Тот на секунду замер, а затем завопил ещё громче, и пронзительный крик, казалось, готов был проткнуть людям барабанные перепонки.
Пэй Сюньчжи, которому всё это надоело слушать, взмахнул кнутом и полоснул черноходца по лицу, в один миг исполосовав кожу до мяса, так что тот закатил глаза и рухнул без чувств.
Вокруг вновь воцарилась тишина.
Янь Тин перевёл взгляд с железного прута на хлыст в руке Пэй Сюньчжи и почему-то почувствовал, как его собственное лицо тоже начинает слегка побаливать.
Молча сглотнув слюну, он принялся оправдываться:
— Прошу Ваше Величество рассудить по справедливости: татуировку с ласточкиными перьями я только что выдумал, ничего подобного на самом деле нет. К тому же он то и дело твердит, что он домашний слуга, но при этом даже не узнал меня. Более того, мой отец давно проиграл всё состояние, и всех слуг в доме уже давным-давно распустили. У него нет в кармане даже медной монеты, откуда бы взяться деньгам на награду семье наёмного убийцы в десять тысяч золотых?
Пэй Сюньчжи молча слушал, неизвестно, поверил он или нет, а его взгляд скользнул ниже, опускаясь на одежду Янь Тина.
Пусть наряд и выглядел скромно, но тканью служил чистейший шёлк высшего качества. При каждом движении струились лёгкие серебристые узорчатые нити, и с первого взгляда было понятно, что вещица стоит баснословных денег.
Поймав его взгляд, Янь Тин прикусил губу и, словно решаясь на крайний шаг, дрожащими, белыми и тонкими пальцами медленно распустил тесёмки одежды.
Когда верхнее ханьфу упало, в поле зрения Пэй Сюньчжи предстало ветхое нижнее белье, и он на деле убедился, что семейство Янь ныне действительно влачит нищенское существование.
Ткань от частых стирок стала грубой и сильно истёрлась, уже ни от чего не защищая и смутно открывая взору цвет кожи — поистине соблазительное зрелище.
— Верхнее ханьфу мой отец купил за бесценок, отдав в залог нефритовые бусы, пожалованные покойным императором, — Янь Тин запахнул плечи, а его короткие ресницы трепетали, словно крылья бабочки. — Отец говорил, что если мне посчастливится быть избранным Вашим Величеством, это, конечно же, величайшее счастье. А если нет, то я смогу надеть эти красивые одежды и с высоко поднятой головой вернуться домой.
Взгляд Пэй Сюньчжи потемнел, он мысленно смаковал последние слова юноши.
С высоко поднятой головой вернуться домой?
Разве что отправиться прямиком на тот свет.
Придворный лекарь, осматривавший сегодня Янь Тина, лично заявил, что его болезненность и слабость — врождённый недуг, переданный ещё из чрева матери. Спасти ему жизнь способен лишь тысячелетний женьшень из северо-западных земель, и даже если выпивать по пиале отвара каждые три дня, это лишь позволит ему кое-как влачить жалкое существование лет до двадцати.
Но он уже почти полмесяца не принимал целебный отвар, его тело истощено до предела, и любая малейшая простуда способна разом оборвать его жизнь.
Не влей Пэй Сюньчжи в него насильно ту пиалу лекарства, юноша сейчас и вовсе не имел бы возможности стоять здесь и разговаривать.
Янь Юаньчэн мало того что оплошал на посту чиновника, так ещё и оказался никудышным отцом, вырастив здорового на вид парня до такого состояния.
Пэй Сюньчжи посмотрел на талию Янь Тина — столь тонкую и хрупкую, казалось, стоит лишь легко сжать её, как она переломится.
В конце концов он отвёл глаза, и в его голосе не читалось никаких эмоций:
— Одевайся.
Янь Тин не только не послушался, но и сделал вид, будто собирается сбросить нижнее белье, совершенно забыв, что они находятся в мрачной и сырой темнице, а позади валяется потерявший сознание черноходец.
Когда Пэй Сюньчжи подошёл и крепко прижал его руки, тот поднял голову с покрасневшими уголками глаз, ущипнул себя за бедро и изо всех сил постарался выжать две кристальные слезинки.
При тусклом свете свечи выражение лица Янь Тина было растерянным и хрупким:
— Ваше Величество, у меня не осталось другого выхода, умоляю, проявите милосердие.
Одна слезинка скатилась по щеке, прочертила путь по белоснежной шее, изящным ключицам и в конце концов впиталась в нижнее белье, оставив после себя крошечное мокрое пятнышко.
Вторая слеза сорвалась вниз и брызнула тыльную сторону ладони Пэй Сюньчжи.
Обжёгшись ею, он на мгновение потерял дар речи.
На его лице по-прежнему не было никаких эмоций, словно его это вовсе не тронуло.
Но —
【Текущее значение влюблённости: 1】
【Текущее значение влюблённости: 3】
【Текущее значение влюблённости: 5】
【Ух ты, ух ты! А папочка-то знает толк! Цветы сыплются, лепестки летят! Поклон до земли, поклон до земли!】
Система Люлю ликовала в сознании, в то время как Янь Тин, казалось, ни о чём не подозревая, лишь заливался слезами, глядя на Пэй Сюньчжи, словно человек, долго тонувший во тьме и ухватившийся за последний лучик света.
Он, кажется, попытался протянуть руку, чтобы ухватить за рукав Пэй Сюньчжи, но в последний момент испугался оскорбить столь безжалостного императора и осторожно отдёрнул дрожащую руку обратно.
Пламя свечи трепетало.
Готово было погаснуть.
Пэй Сюньчжи в конце концов бросил хлыст, наклонился, поднял с пола тесёмку от верхнего платья и помог Янь Тин завязать её.
До сих пор ему привычно было лишь принимать чужие услуги, у него редко выпадала возможность о ком-то заботиться.
Поэтому он провозился довольно долго и в итоге завязал на талии Янь Тина на редкость уродливый бант, что выглядело несколько неуместно.
— Только слабые проливают слёзы, слёзы — самая бесполезная вещь на свете, — он недовольно нахмурился. — Хватит плакать передо мной, Мне это не нравится.
【Текущее значение влюблённости: 6】
Янь Тин не стал спорить и по его приказу вовремя сдержал слёзы.
Правда, остановился он настолько резко, что рука Пэй Сюньчжи, тянувшаяся вытереть ему слёзы, застыла на полпути. Брови императора нервно задергались, после чего он в раздражении ущипнул парня за щеку.
На вид на щеках вроде бы и не было мяса, но на ощупь кожа оказалась необычайно мягкой.
Очень приятно трогать.
【Текущее значение влюблённости: 7】
На кончиках пальцев осталось тепло. Пэй Сюньчжи украдкой потёр их друг о друга, уголки его губ чуть приподнялись — он и сам этого не заметил, — после чего он бросил Янь Тину:
— Следуй за Мной.
Увидев, что тот собирается покинуть темницу, Янь Тин поспешно подал голос:
— Ваше Величество, разве мы не продолжим допрос убийцы? Он действительно не тот, кого послал мой отец…
Не успел он договорить, как Пэй Сюньчжи прервал его:
— Тебе не о чем беспокоиться, следуй за Мной.
Делать было нечего, пришлось закрыть рот и послушно поплестись следом.
У Пэй Сюньчжи были длинные ноги и широкий шаг, а Янь Тин, будучи слабым и больным, двигался медленно, так что вполне предсказуемо между ними быстро образовалась большая дистанция.
Разве хрупкого и нежного юного господина подобает баловать, оставляя вот так просто позади?
Янь Тин легко кашлянул.
【Текущее значение влюблённости: 8】
Янь Тин кашлянул снова.
【Текущее значение влюблённости: 9】
Янь Тин закашлял пуще прежнего.
Потерявший терпение император наконец остановился, нахмурившись повернулся назад — его лицо излучало холод и бездушие, а на лица открыто читалось раздражение.
Однако когда он подхватил Янь Тина на руки и понёс, его движения были донельзя мягкими и бережными.
— Пройти-то всего пару шагов, стоило ли так кашлять? Больше всего на свете Я не выношу капризных людей.
【Текущее значение влюблённости: 10】
Лолуо уже вернулась в павильон.
Она бездельничала у входа, то пиная камушки, то потягиваясь.
Когда она увидела, что Пэй Сюньчжи принёс Янь Тина на руках, её подбородок едва не стукнулся о землю, глаза округлились подобно медным колоколам, а душа сплетницы запылала ярким пламенем.
Она вытянула шею, заглядывая внутрь, и увидела, как Пэй Сюньчжи уложил Янь Тина на кровать и уже собирался уходить.
В этот момент Янь Тин набрался храбрости и ухватил его за рукав, с надеждой вопрошая:
— Ваше Величество навестит меня сегодня ещё раз?
Тесёмки, завязанные Пэй Сюньчжи, не были тугими, и стоило юноше шевельнуться, как верхнее платье вместе с нижним соскользнули с плеч, обнажая сияющие, нежные плечи.
http://bllate.org/book/37397/4661275
Готово:
