Готовый перевод The Host Refuses to Play the Villain / Хозяин отказывается быть злодеем: Путь через миры: Глава 10

Это легко понять. Для тех, кто способен путешествовать во времени, и для Систем такие Малые миры, пожалуй, сродни каким-нибудь игровым подземельям. В их глазах он сам и все обитатели этого Малого мира, возможно, и не считаются настоящими живыми существами — так, NPC или реквизит для выполнения заданий и продвижения по Сюжету.

Ин Чжо мог запросто расправиться с таким главным героем, как Чжао Чанхуа, поэтому самому Се Цину, чтобы получить хоть капельку передышки, приходилось покорно следовать уготованной им роли. Что уж говорить об управительнице, Линь Чжэнь или детях из приюта — тех безымянных прохожих, чьих имён даже не было в Сюжете, — в глазах Ин Чжо они и вовсе не стоили ни гроша.

Именно поэтому, какими бы дружелюбными ни казались Ин Чжо и Система, Се Цин ежесекундно тревожился — переживал за судьбы тех, кто был ему дорог.

Но теперь он почувствовал себя немного спокойнее. Ни один игрок не станет обращать внимание на то, позавтракал ли какой-то NPC, которым можно крутить как вздумается, и уж тем более не додумается специально закупать всевозможные сладости для кучки никчёмных букашек, от которых нет никакой пользы ни для заданий, ни для Сюжета.

Ин Чжо оказался совсем не тем безразличным к чужой жизни игроком, каким Се Цин его представлял. Напротив, эти небрежные проявления заботы лишь выдавали его истинный характер. И именно эти черты позволили Се Цаю временно убедиться в том, что Ин Чжо не станет причинять вреда управительнице и детям.

На сердце у Се Цина полегчало, и он быстрым шагом обошёл Ин Чжо, который так и остался стоять в некотором недоумении из-за промелькнувшей на лице парня улыбки. Се Цин уже собирался толкнуть дверь, но Ин Чжо протянул руку и остановил его.

Ин Чжо поставил все пакеты у порога, достал из багажника ещё какую-то коробку и протянул её Се Цину:

— Это тебе, внутрь я заходить не буду.

Се Цин опустил пакеты со сладостями, открыл коробку и обнаружил внутри новенький смартфон.

— Твой прежний телефон разбили. У меня ещё есть дела, вечером свяжемся по этому.

Ин Чжо по-прежнему держался с беззаботным видом и, сказав это, уже собирался уходить.

— Спасибо...

Се Цин не знал, что ещё сказать. Видя, что Ин Чжо вовсе не собирался заходить в приют, он, столько времени строивший мысленные барьеры, теперь не понимал, то ли ему радоваться, то ли огорчаться.

Услышав благодарность, Ин Чжо вновь бросил на него какой-то неуловимый, странный взгляд. Он махнул рукой, повернулся и сел в машину.

Проводив взглядом удаляющийся автомобиль, Се Цин с трудом собрал в обнимку и подхватил несколько объёмных пакетов со сладостями. Толкром локтем калитку приюта, он громко позвал:

— Тетя Линь, я вернулся!

— Братец Десятый! Куда ты пропал? Почему так долго нас не навещал?

— Братец Десятый, я так по тебе скучал! Я научился плести браслеты, это тебе! Не уходи больше, ладно?

— Ух ты! Сколько всего вкусного! Спасибо, братец Десятый!

— А дурачок Чжоу вчера дёргал меня за волосы! Он такой вредный! Братец Десятый, иди побей его!

Появление Се Цина встретили с диким восторгом: дети побросали детали конструктора и обступили его со всех сторон. Самый высокий пухлый мальчуган встал на цыпочки и попытался дотянуться до пакета с лакомствами:

— Братец Десятый, Туань Туань проголодался! Туань Туань хочет вкусненького!

— Туань Туань, ты за обедом съел больше всех! Если ещё налопаешься, желудок встанет, и тетушка не станет тебе живот массировать, если заболит! — Линь Чжэнь оттянула пухлую детскую ручку, забрала у Се Цина пакеты и укоризненно покачала головой: — И зачем столько всего накупил? У нас здесь еды и питья вдоволь, всё самое лучшее. Сам-то еще в университете учишься, денег и без того вечно не хватает.

— Это не я купил. — Се Цин погладил Туань Туаня по голове и по очереди перебросился словом с каждым из детей.

— Неужто тот молодой господин Чжао?

Линь Чжао склонила голову, заглядывая Се Цину за спину, и её брови сошлись на переносице. Опасаясь присутствия детей, она понизила голос и участливо спросила:

— Ой, странное дело: с месяц назад А-Цзэнь то ли поссорилась с ним из-за чего-то, то ли ещё что, но она говорила, будто он больше сюда ни ногой. А мне твой старший товарищ показался таким хорошим человеком, он ведь даже помогал нашему директору с устройством в больницу...

Похоже, Линь Чжэнь, боясь расстроить парня, не рассказала ей о том, как Чжао Чанхуа в больнице сорвал маску любезности, и Се Цин, разумеется, не собирался раскрывать правду, но всё же покачал головой:

— Не он.

Подумав немного, он слегка улыбнулся:

— Это купил один господин по имени Ин Чжо.

Ин Чжо только вышел из машины, как к нему тут же бросился швейцар:

— Молодой господин Чжао, рады снова видеть вас.

— Фу Сань уже приехал? — Ин Чжо бросил ключи от машины парковщику, и его взгляд сам собой скользнул по невероятно красивому зданию перед ним.

Цзуйванью был крупнейшим клубом в городе Хэчуань, занимающим целиком высотное здание в самом центре. Внешняя отделка его фасада навевала ассоциации со звёздным дождём: днём здание выглядело сдержанно и роскошно, а с наступлением ночи начинало сиять и переливаться, словно текущая река Млечного Пути — зрелище поистине великолепное.

— Третий молодой господин Фу уже прибыл и ждет вас в кабинете на третьем этаже, — с улыбкой повел его за собой швейцар.

— Не нужно провожать, иди занимайся своими делами.

Воспользовавшись воспоминаниями Чжао Чанхуа, Ин Чжо уверенно зашагал внутрь. Сохраняя присущую Чжао Чанхуа в обществе сдержанную вежливость и отвечая на приветствия знакомых, встретившихся на первом этаже, он поднялся на лифте на второй этаж.

— Ого! Трудяга, наконец-то у тебя нашлось время выбраться в свет! — В кабинете гремела музыка, Фу Сань вместе с двумя хорошенькими девчонками катал кости и выпивал. Заметив вошедшего Ин Чжо, он свистнул.

Ин Чжо проигнорировал его, сбросил легкий плащ на диван, уселся безо всяких приглашений и сам налил себе бокал вина.

— Эй, да что стряслось-то? Слышал, ты вчера поднял на уши весь город и с дюжиной телохранителей кого-то разыскивал? — Фу Сань махнул рукой, отпуская девушек петь караоке, подсел к Ин Чжо и заговорщицки подмигнул: — Твой домашний отличник что, сбежал?

— Только не молчи, братец сегодня позвал исключительно тебя одного, хочет выслушать и наставить на путь истинный!

Фу Сань толкнул Ин Чжо плечом:

— Недавно, когда мы гуляли вместе, я смотрел — он вроде бы во всём тебя слушался, с чего вдруг вздумал качать права? По мне так всё дело в том, что денег недодал...

— Кто тебе братец? — Ин Чжо осушил бокал до дна, скривив губы в подобии улыбки.

Фу Сань от неожиданности вздрогнул под этим мрачным взглядом и вскинул руки:

— Ладно-ладно! Вы — мой братец!

Ин Чжо как раз покупал сладости в полдень, когда ему позвонил Фу Сань и пригласил встретиться.

Настоящее имя Фу Саня — Фу Жуйань, он был младшим сыном нынешнего главы клана Фу из города Хайчэн. Семьи Фу и Чжао дружили ещё со времен поколения их родителей, к тому же между ними действовали долгосрочные коммерческие контракты. К тому же жили они неподалеку, так что дети из обоих семейств часто играли вместе.

Фу Сань был ровесником Чжао Чанхуа, они учились в одном классе в начальной, средней и старшей школе — словом, были закадычными друзьями с детства. Только в отличие от во всех отношениях безупречного и чистого Чжао Чанхуа, Фу Сань являлся типичным представителем золотой молодежи и известным в светских кругах гулякой.

Согласно же Сюжету, Фу Сань выполнял ещё одну важную роль — он был третьим мужским персонажем в этой истории. На его плечи легла ответственная миссия: поведать главному герою-уклонисту о прошлом Белого Лунного Света и главного героя-нападающего.

Именно поэтому Ин Чжо и согласился принять приглашение, попутно закинув ещё одну ниточку, чтобы облегчить Чжао Хунъе собственное расследование.

— По-моему, твой сожитель, кроме смазливой мордашки, вообще ни на что не годен. Вокруг полно куда более красивых и сговорчивых ребят, чем он.

Заметив, что Ин Чжо сверлит взглядом пустой бокал и, помрачнев, молчит, Фу Сань плеснул ему ещё, и злорадство в его глазах едва удавалось скрыть. Они с Чжао Чанхуа, конечно, были друзьями детства, но кому понравится друг, который во всём тебя превосходит и на чьем фоне ты выглядишь лишь жалкой пушечной мясорубкой?

Прекрасно зная привычки Чжао Чанхуа, он нарочно растянул слова, подначивая приятеля:

— Сбежал так сбежал, чего убиваться? Сегодня выпивка за мой счёт, давай позову всех мальчиков из клуба, выбирай любого на свой вкус, как тебе?

— Не нужно. — Ин Чжо пил в одиночку.

— Да ладно, неужто ты и впрямь такой однолюб? — преувеличенно изумился Фу Сань, цокнул языком и пихнул Ин Чжо локтем в плечо: — Неужто тот книжный червь так хорош в постели? Прям заставил тебя...

Хлоп!

Бокал с силой опустился на стол, и Ин Чжо бросил на Фу Саня косой взгляд:

— Не умеешь говорить — пасть закрой.

Девчонки испуганно вздрогнули, а Фу Сань вытаращил глаза:

— Охренеть! И слова не скажи?! Из-за какого-то сопляка, который тебя бросил, стоит так беситься?

Ин Чжо взял бокал, осушил его залпом, грохнул посуду о столешницу, поднялся на ноги и, подхватив куртку, собрался уходить.

— Эй-эй-эй! Ты куда? — Фу Сань торопливо ухватил Ин Чжо за рукав: — Какого чёрта, я же пошутил! Мы ведь братья, только пришёл — и сразу валишь, это что ещё за фокусы?

— Мой человек всё равно рано или поздно вернется ко мне.

Ледяным взглядом Ин Чжо покосился на руку Фу Саня, державшую его за рукав, сам смахнул её и холодно усмехнулся:

— Кто тебе братья? Моя фамилия не Фу, так что советую придержать свои дурные мысли при себе, а не то перед дядей Фу я такого наговорю — сам не рад будешь.

— Ты...

Фу Сань остолбенел от такой внезапной перемены в поведении приятеля, а когда Ин Чжо широким шагом вылетел из кабинета, запоздало выругался сквозь зубы:

— Я же по доброте душевной о нём беспокоюсь, а эта собака мало того что не оценила, так ещё и посмела пригрозить мне отцом!

— Третий господин, не сердитесь!

Увидев, что обстановка накалилась, певшие до того девушки поспешно подбежали с ласковыми утешениями:

— У брошенных мужчин вечно нервы ни к черту, третий господин человек великодушный, давайте лучше вернемся к нашей игре~

— Именно, всем же известно, что молодой господин Чжао всегда блюдет репутацию и не любит связываться с кем попало, а с ним здесь мы всё равно не сможем расслабиться, верно? — хихикнув, другая девица прильнула к боку Фу Саня и поднесла к его губам наполненный бокал.

— Хм, строит он из себя недотрогу, чёрта с два, показушник хренов... — Фу Сань обнял девушку за талию, сделал глоток, немного успокоился, а затем прищурился и усмехнулся: — Я-то знаю, что этот типчик тоже не сахар. Мда, угрожать мне вздумал? Как бы я ни гулял, до насилия никогда не опускался, а вот чей папаша первому ноги переломает — это еще бабушка надвое сказала!

Всё поведение Фу Саня вполне укладывалось в расчеты Ин Чжо. Далее последовало возвращение на виллу, где была разыграна сцена утопления горя в вине: на глазах у дворецкого он разнёс гостиную вдребезги, бормоча в пьяном бреду о том, как вернет беглеца силой.

Кое-как добравшись до спальни, он запер дверь изнутри — на этом спектакль был окончен.

— Хозяин, у вас просто потрясающие актерские способности!

Заметив, что едва затворилась дверь, Ин Чжо мгновенно вернул себе невозмутимое выражение лица, Система тут же принялась расточать бурные комплименты. Проведя с ним весь этот день, она искренне недоумевала: мир, из которого происходил Ин Чжо, состоял сплошь из цветов и ничего более; обладая такой чудовищной силой, Ин Чжо вроде бы не имел ни нужды, ни возможности где-то обучаться актерскому мастерству.

Система, уже столько раз погоревшая на собственном любопытстве, так и не усвоила урок и напрямую выпалила:

— Хозяин, вы что, с рождения умеете так играть? Или где-то учились? В вашем мире вообще водились актеры, фильмы и всё такое?

Стоило ей договорить, как её прошиб ледяной пот от насмешливого взгляда Ин Чжо:

— Тебе действительно интересно?

http://bllate.org/book/37381/4658947