Минувшей ночью Линь Лу почти не сомкнул глаз. Комнату в общежитии насквозь пропитал въедливый запах масла красного цветка, а старый потолочный вентилятор над головой скрипел так надсадно, что начинала раскалываться голова. Но невыносимее всего было ровное, размеренное дыхание Чэнь Е, непрерывно доносившееся с соседней кровати.
В 7:10 утра заведённый Линь Лу будильник успел звякнуть лишь однажды, прежде чем по нему с глухим хлопком припечатала чья-то ладонь.
— Заткнись, шуму-то... — пробормотал Чэнь Е с тяжёлой сонной хрипотой. Взъерошив пятернёй растрёпанные волосы, он с закрытыми глазами сел на постели. Спал он в одних трусах: широкие плечи и узкая талия были выставлены напоказ, а сквозь щёлку в занавесках на крепкий торс падали косые полосы утреннего света.
Линь Лу проснулся ещё до звонка, с чугунной тяжестью в голове. Перевернувшись на живот, он уткнулся лицом в подушку, надеясь урвать ещё несколько минут передышки. Но он совсем забыл, что на соседней койке обитал спортсмен, которому само понятие «поваляться в постели» было чуждо в принципе.
Чэнь Е прошлёпал босиком в умывальник, а вернувшись и на ходу вытерев лицо полотенцем, притормозил возле кровати Линь Лу, смерив взглядом завернувшийся в одеяло «кокон».
— Линь Лу, вставать думаешь? Понедельник, первая пара в восемь утра.
— Иди умывайся, — глухо, с сонной хрипотой донеслось из подушки, — а я ещё пять минут поваляюсь.
— Какое к чёрту «поваляюсь»! На часах уже 7:20, в столовой за баоцзы очередь выстроится, — Чэнь Е и слушать ничего не желал. Шагнув вперёд, он сдёрнул с Линь Лу тонкое кондиционерное одеяло. Прохладный воздух мгновенно обжёг тело; Линь Лу зябко втянул плечи и болезненно сморщился. Но не успел он высказать возмущение, как Чэнь Е сграбастал его за руку и бесцеремонным рывком усадил на постели.
— Чэнь Е! — Линь Лу, не совладав с накатившим утренним раздражением, распахнул налитые кровью глаза и вперился в соседа гневным взглядом.
— Чего разорался, словно душу выкликаешь? — Чэнь Е ни капли не смутился под этим взглядом. Наклонившись ближе, он окинул придирчивым взором глубокие тени под глазами Линь Лу и нахмурился: — Ты ночью на воровской промысел ходил, что ли? Синяки такие, краше в гроб кладут.
У только что проснувшегося Чэнь Е голос звучал глубже обычного, с приятной бархатистой хрипотцой. Их разделяло меньше полуметра, и тёплое дыхание парня, пахнувшее мятной зубной пастой, овевало лицо Линь Лу. Тот опустил ресницы, избегая прямого взгляда, и высвободил руку:
— Вчера нога разболелась, вот и не выспался.
— Я же вчера велел тебе растереть её как следует, а ты заупрямился, — Чэнь Е скривил губы и, подойдя к шкафу, небрежно стянул с вешалки просторную чёрную футболку и натянул через голову. — Быстрее чисти зубы. Я спущусь выкатить этот драндулет, а то опоздаем и нормальных мест не достанется.
Санузел был крошечным, едва развернёшься. Стоя перед раковиной с зубной щёткой, Линь Лу смотрел в зеркало на своё бледное лицо, а перед внутренним взором всё ещё пульсировало воспоминание о том, как близко склонился к нему Чэнь Е, обжигая чужим теплом. Не прошло и десяти минут, как оба друг за другом спустились во двор.
Утро в Наньчэне уже дышало подступающей духотой. Площадка возле одиннадцатого корпуса была хаотично заставлена велосипедами и скутерами. Оседлав свой потрёпанный чёрный электроскутер и уперев длинные ноги в асфальт, Чэнь Е уткнулся в экран телефона, отвечая на сообщения. Заметив медленно бредущего Линь Лу, он спрятал мобильник в карман и мотнул головой в сторону заднего сиденья:
— Живее, запрыгивай.
Линь Лу окинул взглядом тесное заднее сиденье. Прежде они всегда добирались до пар именно так, однако после вчерашнего массажа ушибленной ноги — чересчур интимного, перешагнувшего всякие границы, — одна мысль о вынужденной близости вызывала внутреннее отторжение. Он замер на месте:
— Поезжай один. Я дойду до угла и возьму прокатный велосипед.
— У тебя нога со вчерашнего дня в синяках, а ты педали крутить вздумал? Решил окончательно покалечиться? — Чэнь Е посмотрел на него как на умалишённого. — Хватит болтать, садись давай.
Мимо уже спешили на занятия студенты. Не желая устраивать пререкания под чужими взглядами у дверей общежития, Линь Лу лишь поджал губы и перекинул ногу через сиденье. Жёсткое и узкое, оно не давало ни малейшего простора. Линь Лу изо всех сил отодвинулся назад, чинно ухватившись пальцами за металлические поручни по бокам и оставив между своей грудью и спиной Чэнь Е спасительное расстояние в кулак.
— Уселся? — бросил через плечо Чэнь Е.
— Угу, — отозвался Линь Лу.
Не успел затихнуть ответ, как Чэнь Е резко выкрутил ручку газа. Старый электроскутер и так трогался с диким рывком, а Чэнь Е всегда водил безрассудно — колымага пулей рванула с места. Линь Лу, совершенно не ожидавший такого старта, по инерции запрокинулся назад; пальцы соскользнули с металла. Понимая, что сейчас кубарем полетит на асфальт, он сдавленно вскрикнул и в панике подался вперёд, судорожно вцепившись в футболку на талии Чэнь Е. Щёку с размаху впечатало в широкую, твёрдую спину.
Тонкая ткань ничуть не скрывала рельефа перекатывающихся под кожей мышц и исходящего от тела жара. Наконец ход выровнялся, и в ушах засвистел встречный ветер.
— И чего ты жался? — не оборачиваясь, бросил Чэнь Е; ветер рвал слова, но неприкрытое раздражение в голосе скрыть не мог. — Расселся там на полметра! У меня на спине шипы растут, что ли?
— Поезжай тише, — попросил Линь Лу, не в силах разжать сведённые судорогой пальцы, пока сердце бешено колотилось в рёбра.
— Некогда, и так опаздываем, — бросил Чэнь Е и притормозил перед «лежачим полицейским». На кочке скутер подбросило, и пальцы Линь Лу соскользнули с ткани. В следующую секунду Чэнь Е оторвал одну руку от руля, завёл её за спину и безошибочно перехватил Линь Лу за запястье.
— Ты что делаешь?! — Линь Лу весь напрягся, опешив от неожиданности.
Широкая ладонь Чэнь Е была горячей и шершавой от въевшихся баскетбольных мозолей. Сжав тонкое запястье Линь Лу, он с силой потянул его руку вперёд, вынуждая обхватить свой торс обеими руками.
— Держись крепче, убиться захотел? — выругался Чэнь Е, вновь берясь за руль обеими руками. — Нет у меня сала на боках, не отдавлю тебе пальцы.
Руки Линь Лу оказались плотно прижаты к чужому животу. Под ладонями пульсировала упругая, раскалённая плоть: при каждом вдохе Чэнь Е и манёврах скутера твёрдые кубики пресса скользили по его пальцам. Линь Лу невольно подогнул пальцы. Ему отчаянно хотелось отстраниться, но скутер нёсся на слишком большой скорости. Утренний ветер бил в лицо, разнося чистый мыльный запах Чэнь Е и окутывая со всех сторон.
Зажмурившись, Линь Лу так и не решился разомкнуть объятия. Словно капитулировав, он опустил лоб на широкую спину парня, слушая свист ветра и позволяя собственному сердцу глухо и тяжело колотиться в груди. «Только в этот раз, — пронеслось в мыслях. — Только потому, что нога болит».
Без пяти восемь они юркнули в заднюю дверь лекционной аудитории юридического факультета. Хоть Чэнь Е и учился в институте физкультуры, в свободное время он то и дело заявлялся к Линь Лу на лекции. Сам он объяснял это тем, что у юристов кондиционеры работают мощнее и на галёрке отлично спится. В дальнем углу как раз пустовали два места. Едва Линь Лу успел сесть и выложить учебники, как на парту перед ним шлёпнулся горячий шуршащий пакет.
— С мясом разобрали, остались только с зеленью. Перебьёшься, — Чэнь Е опустился рядом, держа в руке стакан с соевым молоком, и шумно втянул через трубочку добрый глоток.
Линь Лу развязал пакет: внутри лежали два пышных белых баоцзы с зеленью и грибами сянгу. Аппетита не было вовсе, но он всё равно вынул один и не спеша откусил кусочек. Учитель за кафедрой принялся настраивать слайды презентации. Сидевшая на ряд впереди девушка с собранными в хвост волосами повернулась к Линь Лу, её глаза блестели от любопытства.
— Линь Лу, ты вчера отправил в чат разбор судебного прецедента, а я пару моментов так и не поняла. Объяснишь после пары? — староста группы по учебной части всегда относилась к Линь Лу с неизменным теплом.
— Конечно, — мягко кивнул он. — Отметь, где возникли трудности, после занятия всё разберём.
Девушка улыбнулась, но затем перевела взгляд на надкушенный баоцзы в его руке и удивлённо приподняла брови:
— Ты разве ешь грибы?
Линь Лу на миг опешил. Сянгу он действительно терпеть не мог, а баоцзы надкусил машинально, всё ещё блуждая мыслями в поездке на скутере, и даже вкуса не почувствовал.
— А, я при покупке не обратил внимания… — попытался он найти оправдание.
Сидевший рядом Чэнь Е, до этого сосредоточенно игравший в телефон, внезапно вскинул голову. Он смерил взглядом сначала девушку, затем баоцзы в руках Линь Лу и помрачнел:
— Ты не ешь грибы? — вопрос прозвучал негромко, но сидевшая впереди студентка прекрасно всё расслышала.
Не дав Линь Лу и секунды на ответ, Чэнь Е подался вперёд и прямо из его руки впился зубами в баоцзы, отхватив изрядный кусок. Булочка была невелика, так что этот укус снёс больше половины, а горячие губы Чэнь Е при этом мазнули по кончикам пальцев Линь Лу. Рука того дрогнула, и он едва не выронил сиротливо оставшийся ошмёток теста.
— Не ешь — сказал бы сразу, — пробубнил Чэнь Е с набитым ртом. — Я ради них специально во вторую столовую тащился. Брось эту гадость, молоко пей.
С этими словами он придвинул к Линь Лу пластиковый стакан соевого молока, из которого только что пил сам, и снова опустил взгляд на экран, остервенело перебирая пальцами. Судя по всему, в собственном поступке он не заметил ни малейшей странности. Сидевшая впереди девушка посмотрела на Чэнь Е, затем на застывшую в воздухе руку Линь Лу, неловко хихикнула и поспешно отвернулась.
Линь Лу сидел не шевелясь, глядя то на огрызок баоцзы в пальцах, то на стакан с торчащей соломинкой. Подушечки пальцев всё ещё хранило влажное прикосновение чужих губ. Медленно опустив руку, он вытащил бумажную салфетку и с нажимом вытер кожу.
— Чэнь Е, — процедил Линь Лу сквозь зубы, понизив голос до едва слышного шёпота.
— Чего тебе? — бросил тот, не отрываясь от виртуального боя.
— Перестань хватать еду прямо из моих рук, — голос Линь Лу звучал обманчиво спокойно, однако под партой свободная ладонь судорожно смяла ткань брюк.
Пальцы Чэнь Е замерли на экране. Он поднял голову и в упор уставился на Линь Лу; утреннее солнце заливало резкие черты его лица.
— Это ещё почему? — искренне не понял он. — Брезгуешь мной, что ли? А когда раньше из одной бутылки пили, что-то не вякал!
Линь Лу перехватило дыхание от возмущения. Он не мог признаться вслух, что внутри всё переворачивается от запретных мыслей, что подобная привычка слишком смахивает на нежности между влюблёнными, и уж тем более не смел выдать, какую панику вызвал у него Чэнь Е, когда наклонился так близко. С каменным лицом он оттолкнул стакан обратно:
— Я не хочу пить. Сам допивай.
Чэнь Е буравил его взглядом несколько секунд, после чего коротко фыркнул. Не сказав больше ни слова, он притянул стакан, сделал ещё один глоток и отвернулся к окну, демонстративно вычеркнув Линь Лу из внимания. До самого конца пары они больше не обменялись ни звуком. Лишь редкий шелест книжных страниц да стрёкот цикад за окном нарушали напряжённую тишину.
Линь Лу неотрывно смотрел на спроецированные слайды, не разбирая ни единой строчки. А под партой рука, пальцев которой недавно коснулись горячие чужие губы, медленно сжалась в кулак.
(Конец главы)
http://bllate.org/book/37341/4695679
Готово:
