Гу Сюн сидел вполоборота, сосредоточенный и собранный, его глаза сияли ясном блеском. Когда учитель потребовал, чтобы ученики записали конспект, он и вправду принялся выводить строки в тетради.
Шэнь Сяо не удержался и бросил взгляд на Гу Сюня.
Раньше Гу Сюн вечно горбился и ерзал за партой, словно страдающий гиперактивностью, да и ручку держал неправильно: большой палец торчал чуть сильнее, чем нужно, нажим был слишком сильным, а каждый раз после завершения строки он по привычке оттопыривал кончик пальца...
Но теперь его спина выпрямилась, хватка стала более правильной, школьная форма сидела аккуратно, и от него неожиданно веяло какой-то взрослостью.
Вот только движения, с которыми он записывал конспект в рабочую тетрадь, выглядели немного неуклюже, словно он еще не до конца привык.
После утреннего чтения следом снова шли уроки английского. Старый Цянь два урока кряду с изумлением наблюдал за правильным и смирным Гу Сюнем, так что обе пары провел в каком-то полузабытьи, ведя занятия с запинками.
Старый Цянь неплохо ладил со Старым Ма. Тот во время перемен любил заглядывать к Старому Цяню из соседнего второго класса. Услышав об этом, он тоже страшно удивился и заглянул к ним.
После второго урока наступила большая перемена.
Зазвучали звонкие и вдохновляющие звуки марша, и ученики в классе один за другим потянулись наружу.
Вспомнив, что у Гу Сюн только-точто спала температура, Шэнь Сяо сказал ему:
— Тебе не нужно идти на построение и бегать.
— Ничего страшного, — упрямо ответил Гу Сюн и последовал за Шэнь Сяо.
Шэнь Сяо нахмурился, собираясь продолжить уговаривать его, но тут к ним подошли Бао Хунцзян с остальными.
Из-за присутствия Старого Ма на предыдущих переменах они не смели шуметь, но теперь, наконец получив возможность снова заговорить с Гу Сюнем, наперебой потрясенно завопили:
— Охренеть, Сюн-гэ, какого черта с тобой сегодня? Ты что, и вправду отсидел три урока от звонка до звонка?
— Разве я не говорил, что собираюсь начать жизнь с чистого листа? Ждите, впереди вас ждет еще масса поводов для удивления. — Гу Сюн довольно усмехнулся, хлопнул Ло Сяопана по плечу и спросил: — Кстати, Краб, твой телефон ведь конфисковали? Судя по тому, что ты носил с собой до этого, он был не твой. Присмотри себе что-нибудь по вкусу в последнее время, выбирай любое.
Старый Ма на самом деле возвращал конфискованные телефоны, но только родителям, так что это было равносильно его безвозвратной потере, да еще и сдирало с владельца три шкуры впридачу.
— Тогда я не буду скромничать! — обрадовался Ло Сяопан. — Буду держаться за золотой загривок Сюн-гэ!
— Староста, Сюн-гэ! — вдруг окликнул кто-то неподалеку.
Шэнь Сяо и Гу Сюн одновременно обернулись. Это был староста класса по бытовой части Ван Шихай.
— Старый Ма велел вам зайти в учительскую.
Первый класс, где учились Шэнь Сяо и Гу Сюн, располагался на четвертом этаже, а учительская Старого Ма — на третьем. Как раз когда они протиснулись к выходу на лестничную площадку, путь пролегал мимо.
Шэнь Сяо бросил взгляд на учительскую Старого Ма.
Цель, с которой Старый Ма позвал их обоих, была вполне очевидна: скорее всего, он хотел расспросить о самочувствии Гу Сюня, а заодно обсудить вопрос с переменой мест.
Он посмотрел на спину Гу Сюня и слегка прищурился.
Когда Шэнь Сяо и Гу Сюн подошли к учительскому столу Старого Ма, тот действительно заговорил первым:
— У Гу Сюня температура прошла?
Пожалуй, из-за того, что сегодня Гу Сюн вел себя хорошо, голос Старого Ма звучал на редкость мягко.
— Намного лучше, — улыбнулся Гу Сюн. — Спасибо за заботу, классный руководитель.
Старый Ма с довольным видом кивнул:
— Слышал от вашего учителя английского, что ты оба урока подряд вел себя просто отлично?
— Учитель, за эти два дня я уже осознал свои ошибки, поэтому хочу исправиться, — тут же ответил Гу Сюн.
Старый Ма обрадовался еще сильнее. В его взгляде, устремленном на Гу Сюня, читалось невиданное прежде одобрение.
Он уже собирался обратиться к Шэнь Сяо, как Гу Сюн вдруг снова произнес:
— Учитель, у меня есть еще кое-какие слова.
Старому Ма пришлось снова перевести взгляд на Гу Сюня.
— Учитель, я знаю, что раньше доставлял немало хлопот и заставлял старосту сильно переживать, — с серьезным видом заговорил Гу Сюн. — Но недавно я всё обдумал и действительно хочу следовать за старостой и старательно развиваться, поэтому надеюсь, что смогу и дальше сидеть за одной партой с одноклассником Шэнь Сяо.
Если бы это произошло раньше, Старый Ма ни за что бы не поверил Гу Сюню, заяви тот о желании подтянуть успеваемость, и решил бы, что парень просто бросает слова на ветер, лишь бы удержать Шэнь Сяо.
Но сегодняшнее поведение Гу Сюня оказалось настолько неожиданным, что Старый Ма и впрямь засомневался.
У Гу Сюня была весьма светлая голова: поговаривали, что в выпускном классе средней школы стоило ему поднапрячься, как он тут же перепрыгнул с самого дна рейтинга потока прямо в ключевую старшую школу. Если он действительно приложит усилия, его потенциал был огромен.
— На самом деле я и сам собирался спросить старосту насчет смены мест, — произнес Старый Ма, после чего перевел взгляд на Шэнь Сяо: — Староста, ты все еще согласен сидеть за одной партой с Гу Сюнем?
Шэнь Сяо поначалу вообще-то планировал отказаться, но после слов Старого Ма он заколебался.
Заметив, что Шэнь Сяо молчит, Старый Ма не удержался и принялся уговаривать его за Гу Сюня:
— Я вижу, этот парень и вправду искренне хочет исправиться. Раньше вы так хорошо ладили, почему бы не дать ему еще шанс?
Шэнь Сяо молчал.
Ради того, чтобы и дальше сидеть с ним за одной партой, Гу Сюн в последние два дня действительно сильно изменился.
Но ведь он уже давно пытался держаться от Гу Сюня на расстоянии, однако все попытки неизменно сходили на нет из-за того, что тот снова цеплялся к нему.
Позавчера он с таким трудом произнес слова о том, что отныне они больше не будут общаться, неужели он снова проявит слабость и мягкотелость?
Чье-то плечо вдруг оказалось охвачено рукой.
Он скосил глаза вбок и увидел руку Гу Сюня, лежащую у него на плече. Крупная ладонь с длинными и сильными пальцами, на тыльной стороне которой выделялось синеватое пятно от капельницы.
— Староста, дай отстающему шанс, а?
Шэнь Сяо встретился взглядом с глазами Гу Сюня: уголки его глаз были задорно приподняты вверх, а зрачки — черные и блестящие, совсем как у большой собаки.
Сердце Шэнь Сяо вдруг словно омыло чем-то теплым, и внутри всё немного смягчилось.
До расставания оставалось совсем недолго, и раз уж у Гу Сюня выдался редкий порыв к учебе, то независимо от целей, стоявших за этим намерением, взять его под свое крыло было неплохой идеей.
В конце концов Шэнь Сяо тихонько выдохнул:
— Мм.
Глядя на Шэнь Сяо, Гу Сюн расплылся в улыбке:
— Спасибо, староста.
Старый Ма тоже почувствовал себя удовлетворенным и напутствовал Гу Сюня:
— Смотри у меня, впредь держись за Шэнь Сяо и веди себя как положено. Понял?
— Обязательно, даю слово, что не посрамлю доверие коллектива! — Гу Сюн едва ли не в грудь себя ударил. Словно опасаясь, что Шэнь Сяо передумает, он крепче обнял его за плечо: — Ну тогда, учитель, мы пошли обратно.
— Подождите, — окликнул его Старый Ма.
Гу Сюн остановился, хотя корпус его все еще был развернут к выходу:
— Учитель, у вас есть еще вопросы?
http://bllate.org/book/37319/4650613
Готово:
