Системный голос вовремя зазвучал в голове, помогая Ли Мао избавиться от сомнений.
— Ну а если я дострою этот супермаркет целиком, сможет ли Цзянхуай вернуть свой прежний вид?
Даже если здесь не останется людей, даже если всё превратится лишь в пустую оболочку.
Возможно, спустя тысячи или даже десятки тысяч лет новые археологи обнаружат такой город, но не найдут в нём никаких следов человеческого жилья, и по этому признаку догадаются, что именно произошло в ту пору с Землей.
Звучит довольно бредово, но кто может с уверенностью сказать, что будет в будущем?
Подумав об этом, Ли Мао решил продолжить работу. Кто знает, быть может, удастся разблокировать еще какие-нибудь скрытые достижения. К тому же система только что говорила, что при встрече с экстремальными погодными условиями можно спрятаться в пространстве, целых десять минут, между прочим.
Несущие элементы деревянных конструкций в основном опираются на столбы: стены могут рухнуть, а крыша устоит.
Ли Мао посмотрел на уже возведенный фундамент, а затем перевел взгляд на лежавшие в стороне бревна. Трехметровые бревна приходилось таскать в одиночку. Он подбодрил себя:
— Мастер на все руки Ли Мао берется за дело! Нет ничего невозможного!
С этими словами он притащил пеньковую веревку, привязал ее к каждому бревну по отдельности, зацепил за трактор, оттащил материалы поближе к фундаменту и с помощью нехитрых приспособлений установил столбы вертикально.
На квадратной строительной площадке площадью пятьдесят квадратных метров он установил по три столба с четырех сторон — восточной, западной, северной и южной, а посредине равномерно распределил еще четыре столба в качестве несущих балок.
Ему очень нравились массивные многоярусные кронштейны-доугун времен династий Тан и Сун, но это было слишком сложно.
Впрочем, начиная с эпохи Мин технология обжига кирпича стала уже вполне зрелой, и кирпичи можно было использовать в больших объемах. Поэтому он решил делать стены из кирпича, а для крыши применить строительную технику с крупными доугунами, стараясь сделать постройку не только изящной, но также более надежной и водонепроницаемой.
Ли Мао достал бумагу и карандаш, набросал различные формы деревянных деталей и, сверяясь с чертежом, принялся пилить бревна. Закончив с обязанностями маляра, он перешел к ремеслу плочника.
Благодаря помощи машин резать материал и сверлить отверстия оказалось очень удобно.
— Хозяин, можно было не делать всё так сложно.
Заметив, как сильно занят Ли Мао, система немного сжалилась над ним. Он ведь был не из тех систем, что тиранят своих подопечных!
— Мне так нравится.
Всего три слова — и система тут же умолкла.
— Хозяину так нравятся архитектурные стили династий Тан и Сун?
Система сменила тему главным образом потому, что здесь находился только один Ли Мао, и искусственный интеллект опасался, что его единственный хозяин впадет в депрессию от отсутствия живого общения.
— Нормально.
— Мне тоже нравится. Эта система считает, что зодчество эпохи Мин и Цин слишком далеко отстало от Тан и Сун.
Услышав это, Ли Мао поднял голову:
— Архитектура времен Тан и Сун больше тяготела к плавности линий, тогда как при Мин и Цин всё стало гораздо прямолинейнее. Если сравнивать их, то зодчество династий Мин и Цин определенно выглядит более примитивным. Просто в ту эпоху крупные лесные материалы стали дефицитом, и деревянные конструктивные элементы начали уменьшаться в размерах, развиваясь в сторону миниатюрности и изящества.
— Чегось? Это в каком смысле?
— В том смысле, что в заданных условиях примитивной порой оказывается сама эпоха, а не архитектура как таковая, — сказал Ли Мао, мысленно закатив глаза. — Ладно, ты ведь даже не человек, чего я тебе это объясняю.
Он не прекращал работу и руками, ведь недаром говорится: язык может болтать, а руки должны делать дело.
— Кажется, ты меня ругаешь.
— Разве я не прав? Ты — система, и уж точно не человек.
— Вроде бы в логике не откажешь.
— Как тебя зовут?
А эта система оказалась довольно человечной.
— Меня зовут Тунтун, а по фамилии Ли Сянь!
— Ты что, изначально был по фамилии Ли?
С чего бы это маленькой системе вдруг брать такую фамилию?
— Тунтун носит односложное имя Сянь, а раз теперь мой хозяин — ты, то я, конечно, должен носить твою фамилию, хе-хе.
Система звучала так, будто это само собой разумеется, но Ли Мао не удержался и рассмеялся.
За те четыре дня, что прошли после наступления конца света, он смеялся от всего сердца впервые. Ему искренне стало смешно.
— Ну ладно, ты прав, с этой минуты буду звать тебя Ли Сянь, ха-ха-ха-ха-ха.
Эта система определенно не понимала, что такое отношения отца и сына.
Система действительно ничего в этом не смыслила, но, впервые за эти три года увидев Ли Мао таким веселым, мысленно поклялась себе, что отныне будет болтать с ним гораздо чаще.
Когда Ли Мао отсмеялся, он вернулся к оставшейся работе.
Ему доводилось видеть немало деревянных хижин, построенных любителями выживания в дикой природе за границей, но этот дом он впервые строил своими руками от начала и до конца, так что на душе неизбежно было немного тревожно. Слова системы послужили неплохим поводом расслабиться, чтобы не чувствовать излишнего напряжения.
Час спустя, едва Ли Мао отложил инструменты, как неподалеку медленно возник большой мост, а вслед за ним посчитался шум бурного потока.
— Раз уж даже мост через реку Янцзы материализовался, неужели высотные здания заставят себя долго ждать?
Слушая плеск воды, он наконец почувствовал проблеск жизни.
Подойдя к мосту и заглянув в реку, он задумался:
— А водятся ли тут рыбы?
— А-Мао, рыбов нэту.
— Хотя меня и зовут Ли Мао, временами мне действительно совсем не хочется проявлять лич-мовение. Давай-ка впредь ты будешь называть меня хозяином, ладно?
В прочитанных Ли Мао романах о конце света системы подавали голос только тогда, когда это было действительно необходимо.
— А-Сянь просто боится, что А-Мао заскучает.
Ли Мао ответил:
— Забито.
— Чего?
— Забито скукой.
Ли Мао оседлал свой старый велосипед «Феникс» и вернулся к окрестностям супермаркета, как вдруг небо, бывшее до этого ярким, мгновенно потемнело, словно у него резко убавили насыщенность цветов.
Чернота. Такая непроглядная, что не было видно собственных пальцев перед носом.
Он мгновенно переместился в пространство, и только с фонариком в руках смог кое-как разглядеть происходящее.
— На этот раз никаких скрытых наград не выпало?
— Ни капельки! И кстати, следующие пять дней сплошь будут состоять из ночи.
— Ха, я так и знал.
Он ничуть не удивился: пять дней света, пять дней темноты. Режим у этого места оказался куда более упорядоченным, чем его собственный распорядок дня.
Хотя супермаркет был небольшим, в нем имелся полный ассортимент товаров, включая небольшой генератор. Тот успел покрыться слоем пыли, но по-прежнему был пригоден к работе.
Зажав фонарик в зубах, Ли Мао решил заняться электричеством самостоятельно. Генератор оказался не слишком сложен в управлении: нужно было лишь соединить несколько необходимых проводов, а затем щелкнуть единственным тумблером. В этот момент пространство в радиусе пяти метров вокруг него озарилось таким же ярким светом, как днем.
— Ну вот, по ночам работать глаза не испорчу.
Усевшись на стул, Ли Мао продолжил распиливать древесину с помощью станка. Механическая резка не позволяла добиться тонкой точности, поэтому некоторые детали требовалось дорабатывать вручную.
Вырезая деревянный элемент, он озабоченно произнес:
— Как думаешь, если через двадцать дней я не закончу строительство супермаркета, я так и не смогу отсюда выбраться?
Ли Мао: полон сил и энергии при солнечном свете, но стоит наступить темноте — и в голову тут же лезут всякие глупости, пробуждая излишнюю сентиментальность.
— Не переживай, малыш Мао-Мао, Тунтун в беде не бросит. Ну, максимум придется немного поесть горьких невзгод.
— Разве ты не Система Праздного Поиска? И при этом заставляешь меня страдать?
Ему не нравилось терпеть лишения. Поговорку о том, что нужно испить чашу горьких невзгод прежде вкусивших сладость, он не любил.
— Разве сейчас не достаточно праздная жизнь? У тебя даже остается время на меланхолию.
Ли Мао не ожидал, что эта крошечная система окажется такой язвительной.
— Ладно, силен ты.
— Спасибо за похвалу, малыш Мао-Мао!
Система искренне поверила, что Ли Мао хвалит ее от всего сердца, и сейчас вовсю упивалась собственным системным очарованием.
Ли Мао трудился дни и ночи напролет: таскал кирпичи, возводил стены, строил дом.
Даже дикие гуси не смогли бы соперничать с его выносливостью.
Прошло три дня. За исключением того, что всё это время царила сплошная ночь, да изредка налетали и ластились к нему мелкие бури, ничего особенного не происходило.
Сейчас он сидел в кресле-качалке, рядом дымился чайник с горячим чаем, вдали громоздились гряды гор Хуаншань, а по левую руку возвышался технологичный мост.
Звук воды под мостом неизменно напоминал Ли Мао о том, что время неумолимо утекает.
В лучах ночного мрака горы Хуаншань казались оживающим пейзажем, написанным тушью, а стоило повернуть голову — и перед глазами вставали декорации киберспортивной игры в черно-белых тонах.
Всё это выглядело довольно сюрреалистично.
К приятному удивлению Ли Мао, ночное небо украшали редкие искорки звезд.
Возможно, дело было в том, что его успехи по строительству супермаркета росли, делая это место всё более живым.
— Продолжаем работать, поднажмем! Глядишь, когда супермаркет будет готов, этот край и вовсе вернется к своему первоначальному облику.
— Всё больше подозреваю, что я застрял в какой-то градостроительной игре: выполняешь задание — и открывается новая локация, а временами еще и награды сыплются.
За эти дни Ли Мао уже научился разговаривать сам с собой и находить во всем утешение.
Система: Что делать, если у твоего хозяина слишком богатая фантазия?
Ли Мао слушал музыку и одновременно собирал модель супермаркета.
В этот момент он еще не знал, что неподалеку голубой блуждающий огонек понемногу пожирает его палатку.
Когда Ли Мао наконец сообразил в чем дело, палатка уже сгорела больше чем наполовину.
— Вот черт!
Ли Мао понимал, что риск пожара существует, но он никак не ожидал встретить огонь, который целенаправленно охотился именно за его палаткой.
Пока Ли Мао тушил пламя, он мысленно радовался тому, что проявил предусмотрительность и не оставлял ценные вещи внутри палатки.
Разобравшись с призрачным огнем, он почувствовал себя несколько озадаченным: этот пожар начался с пугающей внезапностью. Единственная палатка-одиночка сгорела дотла, а значит...
Ли Мао бросил взгляд на почти на семьдесят процентов готовый супермаркет.
Теперь его магазин уже приобрел вполне приличный вид, оставалось лишь покрыть крышу черепицей и уложить напольную плитку.
Он возводил древнее здание супермаркета с вальмово-щипцовой крышей. В эпоху Тан крыши в таком стиле разрешалось использовать только для парадных залов в усадьбах чиновников выше пятого ранга.
Широко известные постройки вроде Тяньаньмэнь, Ворот Высшей Гармонии и Дворца Небесной Чистоты — все они имели именно такие крыши.
И хорошо еще, что на дворе стоял конец света, иначе Ли Мао ни за что не осмелился бы строить подобное по собственному усмотрению.
Он и сам не ожидал, что действительно сможет справиться со всем за двадцать дней. При этом всё, к чему прикасались его руки, не требовало переделок — неужели это проявление протагонистического везения?
— Буду жить прямо в супермаркете.
В конце концов, в эти дни он спал всего по четыре-пять часов, а стоило сократить сон до трех часов, как он чувствовал себя полным сил целый день напролет.
Система была права: чем дольше находишься здесь, тем выше шанс столкнуться с экстремальной погодой.
Сейчас они сожгли палатку, а в следующий раз могут спалить и сам супермаркет. Он не хотел, чтобы его тяжелый труд поглотил огонь, поэтому решил ускорить темп.
В компании естественного звездного купола и полной луны Ли Мао совсем не чувствовал себя одиноким.
— Слушай, Тун, мне нравится крупноформатная белая плитка, у тебя такая найдется?
Площадь супермаркета была небольшой, и плитка с узором скрадывала бы общее пространство, придавая интерьеру дешевый вид. Белая или молочно-белая однотонная плитка подходила гораздо лучше.
— Меняй на вещи.
Ли Мао замер:
— А?
— Да что я могу предложить, разве что свою красоту? Вообще-то я планировал жить за счет лица, — самодовольно заявил Ли Мао.
http://bllate.org/book/37317/4650349
Готово:
