Чжоу Чжоу сидела на кровати, бездумно глядя в окно. Поскольку в последнее время стояли погожие дни, тетушка, приходя убираться, открывала окна, чтобы проветрить комнату. Даже сейчас, когда уже стемнело, в воздухе все еще чувствовался теплый, согретый солнцем запах, отчего на душе становилось как-то по-особенному уютно.
Ее ноги свисали с кровати, и, встав на цыпочки, она могла достать до пола. Чжоу Чжоу болтала ногами в такт занавескам, которые колыхались от легкого ветра.
Интересно, чем сейчас занят Сан Юй?
Подумав об этом, Чжоу Чжоу почувствовала, что ей не сидится на месте, и вышла из спальни. Сан Юй в комнате не оказалось: стоило Чжоу Чжоу выйти в коридор, как до нее донеслись звуки телевизора из гостиной внизу. Сан Юй смотрела телевизор.
Однако, спустившись вниз, Чжоу Чжоу обнаружила, что Сан Юй на самом деле сидит на полу у журнального столика и читает книгу, а лежащая рядом тетрадь исписана вдоль и поперек.
Чжоу Чжоу вновь почувствовала себя уязвленной. Не зря ее называют отличницей: в такой обстановке умудряется сохранять концентрацию.
Сан Юй заметила ее, только когда та подошла совсем близко. Она взглянула на Чжоу Чжоу и спросила: Я тебя разбудила? — и взяла со столика пульт, чтобы убавить громкость. Было уже за девять вечера, и хотя, будь они в школе, в это время как раз шла вечерняя самоподготовка, дома ложиться спать в такой час было вполне обычно.
Нет, — Чжоу Чжоу подошла и села на диван рядом. — Ты меня не беспокоишь, я даже наверху ничего не слышала. Но ты уверена, что не мешаешь самой себе?
Нет, — Сан Юй снова уткнулась в книгу. — Когда слишком тихо, я начинаю отвлекаться.
Оу, — Чжоу Чжоу кивнула, подумав про себя, что логика отличников непостижима для таких обычных людей, как она. Она перевела взгляд на телевизор. Через некоторое время она убедилась, что Сан Юй действительно включила его лишь ради фона, потому что даже сама Чжоу Чжоу не могла смотреть это шоу. Это была какая-то бессмысленная, типично сетевая передача — невероятно скучная.
А, кстати, — внезапно вспомнила Чжоу Чжоу. — Помню, ты в прошлом году заняла первое место на конкурсе Десять лучших певцов, так ведь?
Сан Юй прекратила писать и подняла на нее взгляд: Да, было дело.
В то время Чжоу Чжоу совсем не интересовалась подобными вещами, поэтому даже не пошла слушать. К тому же, когда проходил конкурс, школьный актовый зал всегда был битком набит, и если прийти поздно, мест не оставалось — приходилось стоять в проходе. Из-за этого желания идти стало еще меньше.
Но она знала, что победила Сан Юй. Ничего не поделаешь, та была настолько популярна, что даже если не следить за ее жизнью специально, волей-неволей услышишь о ней от окружающих.
А в этом году будешь участвовать?
Казалось, Сан Юй поняла, что Чжоу Чжоу в обычной жизни не особо стремится к развлечениям, и ответила: Правила конкурса гласят, что победитель прошлого года не может участвовать в последующих состязаниях. Это сделано для того, чтобы дать шанс другим.
Вот как, — значит, в этом году Сан Юй не участвует?
Почему ты вдруг спросила?
Я думала, ты будешь выступать.
Чжоу Чжоу считала, что раз Сан Юй умеет играть на фортепиано и обладает приятным голосом — звонким и радостным, когда она улыбается, и чистым, как горный ручей, в обычной речи, — то и петь она должна просто замечательно.
Нет, — Сан Юй покачала головой. — По традиции, участия не принимаем. — Сан Юй уставилась на Чжоу Чжоу своими ясно очерченными черно-белыми глазами. В глубине их, казалось, промелькнуло что-то необычное, и лишь спустя долгое время она негромко добавила: Но каждый год на конкурсе Десять лучших певцов победитель прошлого года выступает с приглашенным номером во время финала. Это негласное правило нашей школы.
А? — Чжоу Чжоу оживилась, ее глаза блеснули. — Значит, ты все-таки будешь выступать?
Не участвовать, а выступить с приглашенным номером.
Ха-ха... — Чжоу Чжоу заметила, как Сан Юй проявляет неожиданное, почти упрямое рвение к точности формулировок, и, надо сказать, это было довольно мило. Она с воодушевлением спросила: И что ты будешь петь?
Сан Юй не сводила с нее глаз. Спустя мгновение, под ее ожидающим взглядом, она внезапно спросила: А что бы ты хотела, чтобы я спела?
Если я скажу, ты споешь?
Сан Юй, до этого сидевшая на полу, поджав ноги, внезапно выпрямила правую ногу, поставив ее в колене углом, и положила на нее руку. Другой рукой она оперлась о журнальный столик и подперла голову. Склонив голову набок, она посмотрела на Чжоу Чжоу, сидящую на диване, и тихо ответила: Спою.
В воздухе повисла мертвая тишина.
Чжоу Чжоу чувствовала себя странно. На самом деле она никак не могла понять Сан Юй. Иногда та относилась к ней словно к совершенно чужому человеку, отчего Чжоу Чжоу подсознательно чувствовала, что к ней лучше не приближаться, и сохранение дистанции — самый лучший вариант. Но иногда Сан Юй вдруг давала понять, что настроена дружелюбно — как сейчас, будто они были лучшими подругами.
Но стоило Чжоу Чжоу поддаться этой мысли, как Сан Юй тут же отступала, скрывая свое расположение, и между ними снова возникала отчужденность. Это заставляло Чжоу Чжоу думать, что попытка первой протянуть оливковую ветвь дружбы выглядит как самонадеянность.
Часто Чжоу Чжоу ленилась строить личные отношения. Она считала, что ей вовсе не обязательно иметь закадычных подруг, с которыми можно обсуждать всё на свете — отношения вроде тех, что у нее с Шао Шаньшань, ее вполне устраивали. Но Сан Юй была не такой, как они. В конце концов, Сан Юй была дочерью Вэй Юань, и Чжоу Чжоу, которую та удочерила, искренне надеялась наладить с ней хорошие отношения. Она была глубоко благодарна Вэй Юань, а значит, и к ее дочери, Сан Юй, испытывала ответную признательность.
На самом деле Сан Юй никогда не упоминала об их отношениях в школе, и для Чжоу Чжоу это было даже к лучшему. Она не то чтобы пришла к какому-то великому прозрению, просто боялась, что, узнав о ее происхождении, одноклассники начнут судачить у нее за спиной. В школьные годы это обычное дело: всегда найдется пара учеников с печальной судьбой. Чжоу Чжоу не считала себя несчастной, но, по правде говоря, ее положение было именно таким.
Если бы не Вэй Юань, она, возможно, сейчас даже не смогла бы учиться, поэтому как она могла не быть благодарной? И хотя большую часть времени Сан Юй и она держались друг от друга в стороне, для Чжоу Чжоу это было даже хорошо. Она часто ловила себя на мысли, что боится: Сан Юй решит, что она отнимает у нее материнскую любовь Вэй Юань, и затаит обиду.
http://bllate.org/book/37306/4649046
Готово:
