Ого, а рисунок-то довольно неплох, мысленно присвистнул У Ицюн, однако его взгляд в тот же миг испуганно метнулся в сторону, а лицо заметно побледнело.
Ли Цыцин по переменившемуся выражению его лица понял ответ, и в душе у него невольно шевельнулось сочувствие. Он читал досье У Ицюна и знал, что тот буквально в день возвращения из командировки отправился на банкет, а в итоге ночью столкнулся с преступником, который взял его в заложники, попал в автокатастрофу, да ещё и спровоцировал приступ генетической болезни — просто невероятное невезение. О, судя по материалам дела, ему к тому же грозил развод.
До чего же жалко.
У Ицюн вызывал у него некоторую симпатию: во-первых, даже после пережитой аварии и вспышки генетического недуга он сохранял удивительно спокойное и уравновешенное самообладание — по крайней мере, судя по докладам их осведомителей, этот человек был невероятно зрелым; во-вторых, внешность и манеры У Ицюна идеально соответствовали его вкусу: утончённый и привлекательный, с мертвенно-бледной кожей, прямым носом и золотистой оправой очков на переносице, придававшей ему налёт элитарности.
Если бы только этот мужчина не был занят, Ли Цыцин уже давно бы перешёл к активным действиям.
— Кхе… кхе.
Сидевший за рулём неожиданно кашлянул, вырвав погружённого в фантазии Ли Цыцина из задумчивости.
У Ицюн перевёл взгляд на этого мужчину, внезапно напомнившего о своём присутствии. Средневозрастной водитель выглядел просто и простодушно, был одет в поношенную куртку и казался совершенно непримечательным.
— Братец Ли, следи за временем, — голос, напротив, звучал густо, уверенно и мощно.
Ли Цыцин тут же вернулся к делам:
— Вам не нужно бояться. Этот человек — преступник, за которым мы давно ведём охоту, и вы пока единственный, кому удалось выжить после встречи с ним. Мы надеемся, что вы сможете вспомнить подробности той сцены, сгодятся даже самые мелкие детали.
У Ицюн замялся, еле слышно пробормотав:
— Он такой страшный, я боюсь… боюсь, что он придёт за мной.
У Ицюн на самом деле очень боялся, что тот не объявится.
Ли Цыцин тут же поспешил успокоить его:
— Не бойтесь, наши люди будут охранять вас втайне. Он преступник в розыске и не посмеет показываться на глаза, а мы защищаем личные данные каждого свидетеля.
Получив заверения, У Ицюн с облегчением выдохнул, снял очки и помассировал переносицу, а его тон вернулся к обычному:
— Я помню лишь самую малость: его голос совершенно не вязался с внешностью. Хотя он выглядел как опустившийся мужчина средних лет, голос у него был очень молодой. Больше ничего не знаю.
— Было ли что-то в его одежде или чертах лица, что отличалось от фотографии?
У Ицюн надел очки и постарался вспомнить подробнее:
— На запястье у него был надет браслет из черепов — ровно три черепка. А лицо точь-в-точь как на снимке.
Ли Цыцин резко хлопнул себя по бедру:
— Черепа! Ошибки быть не может, это Семь!
Семь?
У Ицюн потёр подушечки пальцев. У него сохранилось смутное воспоминание об этом человеке с кодовым именем Семь. Банда, в которую тот входил, состояла в основном из наёмников, и однажды они перешли друг другу дорогу в Сером, борясь за одно задание. В конце концов, проявив благородство старшего товарища, он уступил заказ этой молодой команде. Кто бы мог подумать, что всё обернётся таким совпадением.
Знать-то он знал, но спектакль нужно было продолжать. Он изобразил любопытство и спросил:
— Семь? Какое странное имя.
— Простите, об этом я вам рассказать не могу. Позже нам также потребуется подписать дополнительное соглашение о неразглашении, — виновато улыбнулся Ли Цыцин.
— Ничего страшного, я понимаю.
Ли Цыцин был окончательно покорён. За всю свою работу он редко встречал пострадавших, которые были бы столь мягкими, зрелыми и при этом красивыми, что лишь поднимало его оценку профессии фотографа.
Заметив перемену во взгляде собеседника, У Ицюн мысленно ликовал, в очередной раз отмечая, что подчиненные Беннетта с каждым годом становятся всё доверчивее.
— У вас осталось впечатление о тех, кто преследовал вас?
У Ицюн покачал головой:
— Я немного выпил, так что толком ничего не помню.
— А тот взрыв в самом конце? Вы помните его?
У Ицюн снова помотал головой. Помнил он всё до мельчайших подробностей, но рассказать им этого, конечно же, не мог — какая жалость.
Ли Цыцин кивнул, показывая, что тема закрыта:
— Господин У, в ближайшее время наши люди будут неотступно сопровождать вас, пожалуйста, не пугайтесь. Как только мы убедимся в вашей безопасности, охрану сразу снимут. Кроме того, это моя визитка. Если вы вспомните хоть малейшую деталь или почувствуете опасность, обязательно свяжитесь с нами.
С этими словами он протянул У Ицюну визитную карточку.
У Ицюн с важным видом принял её и, обращаясь с ней как с бесценным сокровищем, спрятал в нагрудный карман:
— Как только что-то обнаружу, я сразу же свяжусь с господином Ли.
После этого на его лице проступило некоторое затруднение.
— Господин У?
— Люди, которые будут меня охранять, станут ходить за мной круглосуточно? — на лице У Ицюна отразилось неловкое выражение, а в глазах сквозили испуг и тревога.
Поняв причину его заблуждения, Ли Цыцин поспешил пояснить:
— Они будут следовать за вами только вне дома, а в ситуациях, затрагивающих личную жизнь, мы станем отлучаться.
— Хорошо, спасибо вам.
У Ицюн вежливо поблагодарил его.
— И ещё кое о чём: мы надеемся на сотрудничество господина У.
У Ицюн мягко улыбнулся, и его голос зазвучал чисто и звонко:
— Всё, что в моих силах, я непременно исполню.
— Хотя сейчас нам неизвестно, почему Семь отпустил вас, мы предполагаем, что он всё ещё находится в Гае. В ближайшее время мы запустим дезинформацию о том, будто получили данные о его приметах, и развернём поиски по всему городу. Мы надеемся, что в этот период господин У постарается вести себя как можно более заметно — чтобы тот знал: вы живы и помните его лицо.
У Ицюн потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смысл сказанного Ли Цыцином:
— То есть вы хотите сделать из меня наживку, чтобы выманить его?
Кто только что уверял, что его будут защищать, а теперь требует демонстративно выставлять себя напоказ? Отдел уголовных расследований ни во что не ставит жизни простых людей, мысленно скривил губы У Ицюн, всё такие же высокомерные, как и всегда.
Ли Цыцин отвёл взгляд, притворяясь беззаботным:
— Лишь когда его поймают как можно раньше, господин У сможет чувствовать себя в безопасности.
Хе-хе, да если бы вы не появлялись, я бы чувствовал себя в абсолютной безопасности, — холодно усмехнулся про себя У Ицюн.
Заметив, что тот молчит, Ли Цыцин, заранее подготовивший аргументы, продолжил:
— Методы Сери жестоки, а список его преступлений не поддаётся описанию. Мы понимаем страхи господина У, но этот шанс невероятно редок. Раз уж этот человек всё ещё в Гае, это прекрасная возможность арестовать его. Господину У нужно лишь подыграть нам, а обо всём остальном мы позаботимся.
У Ицюн продолжал хранить молчание.
Тогда Ли Цыцин выложил главный козырь:
— Нам известно о вашей ситуации с господином. Что вы станете делать со своей генетической болезнью после развода? Препараты из аптек не способны облегчить ваши симптомы. Неужели вы и правда смиритесь с тем, что два месяца в году будете страдать от головных болей и слабости, превратившись в беззащитную жертву? Разве вы действительно можете свыкнуться с мыслью, что полностью потеряли контроль над собственным телом?
http://bllate.org/book/37290/4646998
Готово:
