Готовый перевод Reborn to the Year My Sister Brought Me Home / Возвращение в тот день, когда сестра забрала меня домой: Глава 11

Кэ Таньянь после работы возвращалась домой, а Тун Но уже готовила ужин и ждала её. Если время позволяло, они еще и вместе выходили на прогулку.

Даже если Кэ Таньянь возвращалась поздно, Тун Но обязательно оставляла для неё включенной лампу и, свернувшись калачиком на диване, ждала её возвращения.

Однако такие прекрасные дни продолжались недолго.

После Национального праздника у Тун Но прибавилось учебы, к тому же они с соседкой по комнате вместе ввязались в один проект, так что времени на возвращение домой значительно убавилось. Но звонки от неё не прекращались ни на день.

В тот день, когда проект подошел к концу, участники группы устроили совместный выезд.

Тун Но сидела рядом с Лю Сяоя, болтая о том о сём, и разговор как-то сам собой зашел о Цюань Эр.

— Яя, почему вы с Цюань Цюань в последнее время такие взрывоопасные? Мне вот любопытно, как это вы умудряетесь пилиться столько лет и до сих пор не заключили перемирие?

— Да она целыми днями шустрая и неугомонная, только и знает, что баловаться, разве с ней соскучишься?

— Неужели?

— Иначе ей будет скучно. Наверное, только так, переругиваясь, мы и чувствуем, что находимся рядом друг с другом… В общем, всё сложно, мне трудно толком объяснить, что между нами…

— Вы? — Тун Но внезапно осенила одна догадка.

— Да нет. Эх, тут в двух словах не расскажешь… Как же я завидую вашей с ней стабильности и счастью!

! — Услышав это, Тун Но чуть было не вскочила на месте.

— Сестрица, полегче, держи себя в руках.

— В смысле — наше счастье?

— Просто после долгого общения с вами создается впечатление, что твои отношения с сестрой какие-то очень уж особенные? Прямо как у парочки влюбленных.

— С чего ты взяла? — Тун Но тайком обрадовалась, но одновременно снедаемая любопытством, тихонько переспросила.

Лю Сяоя поманила её рукой, призывая придвинуться ближе, и Тун Но послушно пододвинула свой стул.

— Интуиция сородича. К тому же со стороны виднее, вы-то сами ничего не замечаете.

— Ого, Яя, не ожидала, — Тун Но подняла вверх большой палец. — Ну а вы с Цюань Цюань?

— Она не знает… Наверное, просто не сможет принять это, — Лю Сяоя подумала о чем-то своем и горько усмехнулась.

Тун Но интуитивно почувствовала, что здесь кроется что-то серьезное, причем явно не самое приятное, и больше не стала расспрашивать.

— Ладно, ничего страшного, сейчас вам двоим и так неплохо, вы же все равно рядом друг с другом, — сменив тон, Тун Но перевела тему. — Кстати, как насчет того, чтобы на следующей неделе вместе сходить в горы? Цюань Цюань ведь предлагала еще во время Нацпраздника?

— Угу.

— Тогда я спрошу у Ван Вань в чате.

Получив от Вань Сюань утвердительный ответ, Тун Но принялась планировать поход на следующую неделю.

Однако в четверг у Вань Сюань кое-что случилось дома, она взяла отгул и уехала, так что в эти выходные пойти в горы уже не сможет.

В пятницу вечером все трое уже собрали вещи для завтрашнего похода и легли спать.

И тут разыгралась настоящая драма.

А началось всё с того, что Цюань Цюань принялась задирать Лю Сяоя прямо в кровати. Они толкались через занавеску, и ни одна не хотела уступать.

Конечно, по мнению Тун Но, это выглядело так, будто Цюань Цюань просто дурачилась в одиночку.

В какой-то момент Цюань Цюань отвесила Лю Сяоя увесистый тычок, а пытаясь увернуться от ответного удара, в два прыжка сиганула с лестницы на пол, но оступилась, потеряла равновесие, и её правая нога оказалась со страшной силой придавлена снизу.

Тун Но, лежавшая на соседней кровати, отчетливо услышала этот хруст.

Цюань Цюань попыталась встать, но стоило ей пошевелиться, как щиколотку пронзила острая боль:

— Ай! Сяоя, Сяоя!

И Тун Но, и Лю Сяоя перепугались не на шутку. Лю Сяоя в два счета соскочила с кровати, чтобы оценить состояние ноги Цюань Цюань, а Тун Но тревожно заглядывала из-за её плеча.

— Ой-ой-ой-ой, больно, я не могу пошевелиться.

Видя такое дело, Лю Сяоя не осмелилась действовать наугад и, стараясь не потревожить правую ногу Цюань Цюань, подхватила её на руки.

— Тунтун, открой дверь, пожалуйста. Отдыхай пока, я отвезу её в больницу.

— Хорошо, если что — звони.

— Угу.

Судя по тому, как всё обернулось, в субботу в горы они поехать уже не смогут, а Лю Сяоя наверняка останется ухаживать за пострадавшей.

Впрочем, идея с походом возникла лишь для того, чтобы сменить тему, да и Цюань Цюань тогда бредила горами и повторяла это тысячу раз. Так что теперь от этой затеи придется отказаться.

Еще после ужина Кэ Таньянь прислала ей сообщение: мол, на работе срочная командировка, улетает в Наньбянь, дел невпроворот, да и из-за разницы во времени отвечать сразу не получится.

Завершающий этап командировки Кэ Таньянь прошел гладко, и не прошло и недели, как она благополучно вернулась в Лайфу.

Перед вечерним банкетом по случаю успешного завершения дел она почувствовала легкое недомогание в желудке, а после пары выпитых бонав боль стала еще сильнее.

Она стоически терпела до самого конца застолья. Затем зашла в круглосуточный магазин за бутылкой воды, достала из машины лекарство от желудка, выпила его и вызвала трезвого водителя — ехать сама она из-за сильной боли уже не могла.

Какое-то время после этого у Кэ Таньянь то и дело прихватывало желудок, да и аппетит пропал. Она думала, что всё дело в рабочем стрессе, а поскольку Тун Но в последнее время была занята, то не могла постоянно следить за её питанием, и режим действительно сбился.

А затем наступило 25 ноября — день рождения Тун Но, о котором они заранее договорились.

В тот день Кэ Таньянь пораньше приехала к её университету, дождалась окончания пар и забрала домой праздновать день рождения.

Только на этот раз Кэ Таньянь привезла Тун Но вовсе не в их привычный дом, а в совершенно другое место.

Они вошли в квартиру друг за другом, и внутри царила кромешная тьма.

Тун Но попыталась включить свет, но сколько ни щелкала выключателем, ничего не происходило. Ей стало немного не по себе, она машинально сглотнула слюну и протянула руку, надеясь ухватить Кэ Таньянь за край одежды, но пальцы рассекли пустоту.

— Сестрица… Сестрица! Сестрица, ты где? Почему тут так темно, мне страшно…

Она уже хотела достать телефон, чтобы посветить, но, шагнув к карманам, обнаружила, что их нет! Видимо, забыла в машине, когда выходила. В этот момент она растерялась: то ли стоять на месте, то ли идти вперед на поиски Кэ Таньянь.

В конце концов она медленно двинулась в темноту на ощупь и, обо что-то задев, услышала, как по всему залу зажглись теплые желтые огоньки.

Внезапно вспыхнувший свет так испугал её, что она закрыла лицо руками и замерла на месте, всем телом дрожа от испуга.

В следующую секунду, когда она уже была готова завизжать от страха, раздался голос Кэ Таньянь.

Она шла с праздничным тортом, в который были втыкнуты свечи, и напевала:

— С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя, Happy birthday to you, Happy birthday to Нуонуо.

Услышав знакомый голос прямо над ухом, Тун Но наконец робко опустила руки, заслонявшие глаза.

Оглядев празднично украшенную гостиную, она ахнула: дорожка от прихожей до того места, где стояла Кэ Таньянь, была усыпана её любимыми цветами, на стене позади висело множество фотографий, вокруггромоздились воздушные шары, а среди них выделялись металлические шары в виде цифры девятнадцати и её имени. Кэ Таньянь стояла в сиянии гирлянд, держа в руках торт, пела песню и, нежно улыбаясь, шаг за шагом приближалась к ней.

Тун Но вмиг растерялась: то ли слёзы на её глазах выступили от недавнего испуга, то ли от переполнявших её сердце трогательных чувств.

— Не плачь, Нуонуо, в день рождения нужно радоваться, — Кэ Таньянь держала торт в левой руке, а правой нежно утирала слёзы Тун Но, ласково успокаивая её.

— Загадай желание и задуй свечи, малышка.

Тун Но закрыла глаза, чуть опустив голову, прижала к груди сложенные в замок ладони и загадала желание на свое девятнадцатилетие. К тому же это был первый раз в её сознательной жизни, когда день рождения отмечался так торжественно.

— Что ты загадала, Нуонуо?

— Если желание озвучить, оно не сбудется, сестрица.

— А я вот загадала посмотреть, смогу ли я помочь нашей Нуонуо исполнить её заветное желание.

Тун Но несколько секунд смотрела на неё, и в её голове уже зрела каверзная идея.

— Ну ладно, моё желание в том, чтобы сестрица пообещала выполнить одно моё условие.

— Мм?

— Какое именно — я скажу сестрице позже.

— Хорошо.

— Сестрица даже не спросила, что это за условие, и сразу согласилась?

— На всё, что ты скажешь, я отвечу согласием. Разве у кого-то хватит духу отказать тебе?

— Тогда условливаемся!

— Договорились.

Аккуратно разрезая торт, Кэ Таньянь и помыслить не могла, что станет жертвой коварного нападения Тун Но.

Плюх! — порция белого крема смачно размазалась прямо по её лицу.

Пока опешившая Кэ Таньянь хлопала глазами, Тун Но мгновенно шлепнула кремом и по второй щеке, а заметив, что та еще не пришла в себя, с громким смехом припустила прочь, попутно выкрикивая безумные угрозы:

— Ха-ха-ха-ха, сестрица, сегодня тебе суждено пасть от рук моего кремового воина!

Опомнившаяся Кэ Таньянь не собиралась сдаваться без боя. Всего в пару шагов настигнув беглянку, она одной рукой заломила её и прижала к столу с тортом, а второй зафиксировала трепыхающуюся Тун Но.

— Нуонуо хочет сама измазаться или мне помочь?

У Тун Но едва не навернулись слёзы на глаза — она-то просто решила немного пошутить, никак не ожидая, что её так быстро поймают.

— У-у-у-у, сестрица, ты же такая взрослая, почему ты сводишь счёты со мной, маленьким ребенком?

— Нуонуо уже давно совершеннолетняя, какая же ты малышка.

— Но сестрица же только что назвала меня малышкой? Я… — Тун Но не успела договорить, но, перехватив взгляд Кэ Таньянь, внутренне сжалась: — Я… я сама…

Скрепя сердце, Тун Но принялась размазывать крем по собственному лицу. Увидев, что Кэ Таньянь ослабила хватку и собирается выпрямиться, она, не теряя ни секунды, всем корпусом бросилась на неё.

Кэ Таньянь, только начавшая подниматься и еще не успевшая твердо встать на ноги, от неожиданного толчка потеряла равновесие и вместе с Тун Но полетела назад, прямо на диван.

В этот самый миг падения Кэ Таньянь по привычке инстинктивно прикрыла руками голову Тун Но.

Тун Но, только что вовсю резвившаяся, вдруг почувствовала, как вокруг затих весь мир. В нос ударил тонкий шлейф фирменного аромата Кэ Таньянь, смешанный со сладким запахом торта.

В тот момент она отчетливо услышала бешеный стук собственного сердца.

Впрочем, романтический трепет длился ровно три секунды. На четвертой секунду она принялась яростно тереться лицом о грудь Кэ Таньянь, оставляя большую часть крема на её белой рубашке.

http://bllate.org/book/37272/4643937