— И-извини… Я-я… я не специально! — Взгляд Янь Сюня дрогнул; от неожиданности он словно забыл, как разговаривать.
Лисёнок обернулся и, увидав в руках Янь Сюня собственный хвост, не выдержал. Из глаз мгновенно брызнули слёзы, и он жалобно, в голос завыл.
— Да правда же, я ненароком! Тебе очень больно? Поедем в клинику, пусть врач посмотрит. — Янь Сюнь шагнул вперёд, намереваясь поднять зверька.
Лис зашипел, оскалив острые клыки, будто готовый вцепиться ему в руку.
Янь Сюнь лишь поджал губы:
— Дай гляну.
Игнорируя свирепый оскал, он бесцеремонно сгреб пушистый ком в охапку и первым делом уставился ему под хвост.
— Хм? — Янь Сюнь пощупал мягкую шерсть, налобная морщина у него стала ещё глубже. — А почему крови нет?
Он внимательно осмотрел крупец — ни раны, ни царапины. Облегчённо выдохнув, Янь Сюнь недоумённо выдал:
— Так у тебя хвост фальшивый, что ли? У тебя вообще его нет?..
Услышав это, лисёнок зарыдал ещё горше. Отчаяние в его мордашке читалось без всяких слов.
Зверёк дрожаще перебирал лапками, заходясь тонким, надрывным писком. Смотреть на него без жалости было невозможно.
Янь Сюнь мысленно выругался: ситуация становилась крайне неловкой. Он досадливо покривил губами — похоже, наступил зверьку на самую большую мозоль…
Бедолага выглядел абсолютно раздавленным.
Янь Сюнь попытался подобрать слова:
— Да не убивайся ты так… Без хвоста ты тоже ничего!
Лучше бы он молчал. Эта фраза лишь подлила масла в огонь — лис зашёлся таким плачем, что сквозь пелену слёз и мира вокруг не видел.
Янь Сюнь нахмурился. Опять не то сказал?
— Ну прости, я же извиняюсь! Хватит реветь, — с досадой в голосе поторопил он.
Лисёнок лишь продолжил жалобно скулить и повизгивать.
— Я сейчас пойду и найду твоё кольцо, слышишь? Перестань плакать.
В ответ раздался лишь безудержный хнычущий вой.
— Я прицеплю тебе этот хвост обратно, только уймись!
Лис рыдал всё исступлённее, уголки его мордочки судорожно подёргивались, а на кончиках ресниц дрожали тяжёлые, налитые водой капли.
— Ещё раз пикнешь — на улицу выброшу! — не выдержал Янь Сюнь, понимая, что лаской ничего не добиться.
Угроза подействовала: лисичка сжалась в тугой комок, и всхлипы постепенно затихли.
В голове Ли Чэня раздался обеспокоенный голос А-Кэна:
[Юный владыка, почему вы вдруг превратились в лиса?..]
«Настроения нет», — буркнул лисёнок.
[А вы… вы ненавидите Янь Сюня?]
«Он злой. Ненавижу его».
«Он мне ещё и хвост оторвал. Ненавижу».
Видя, что лисёнок всё ещё прячет мордочку в лапах, Янь Сюнь принялся несмело поглаживать его по шёрстке.
От этих прикосновений лису стало невмоготу жарко, а следом накатила тяжелейшая дремота. После ледяного дождя голова налилась свинцом.
Так, поглаживая и убаюкивая, Янь Сюнь и усыпил малютку.
Убедившись, что зверек свернулся калачиком и глубоко задышал, он аккуратно перенёс его на диван и укрыл найденным в шкафу пледом.
Затем взял оторванный хвост и критически его осмотрел: искусственная шерсть очевидно проигрывала той, что росла на самом лисе — не было в ней ни той густоты, ни шелковистого блеска.
Взглянув на закрасневшиеся от слёз лисьи веки, Янь Сюнь невольно коснулся пальцами пушистой макушки.
— Жалость-то какая…
Укутав зверька поплотнее, Янь Сюнь заметил, что ливень за окном немного утих, и выскользнул из дома.
Он повёл машину ровно туда, где недавно высадил Ли Чэня. Именно поблизости от того места он и выбросил кольцо.
Сначала Янь Сюнь искал, держа над головой зонт, но вскоре досадливо отбросил его в сторону.
Поиски затянулись на два с лишним часа. Сам себе он объяснял это просто: чертов лис своим воем вымотает ему все нервы, если не вернуть вещь, вот он и возится. Только ради собственного спокойствия.
Ветер утих, но мелкая морось продолжала сеять с неба, промочив его до нитки.
Прошло почти два с половиной часа, прежде чем в грязи у корней дерева Янь Сюнь заметил знакомый силуэт. Кольцо прикрывал плотный слой палой листвы, но один его край чистым серебром блеснул в темноте.
Янь Сюнь коротко, торжествующе усмехнулся. Словно нашёл не безделушку, а бесценный клад, — глаза его мгновенно вспыхнули ярким огнём.
Выудив кольцо из сырой земли, он спрятал его в карман, но, пораскинув мозгами, тут же вытащил и надел себе на палец.
— Тч, — Янь Сюнь оглядел собственную руку. — С какого перепугу я вообще так пекусь о его чувствах?
Он задумчиво погладил прохладный металл.
— Сумасшествие какое-то.
В особняк он вернулся около половины пятого утра.
Лисёнок всё так же лежал на диване, сжавшись в крошечный клубок.
Янь Сюнь подошёл ближе, опустился на одно колено и легко провел ладонью по рыжей шерсти. Плед оказался сброшен — видно, зверьку спалось неспокойно.
Решив, что на кровати тому будет лучше, Янь Сюнь бережно поднял лиса на руки.
Почувствовав близость Кольца Пленения Сердца, зверёк заметно расслабился: разгладилась мучительная складка между бровями, а тревога, терзавшая разум, стала медленно уступать место покою.
Но стоит только Янь Сюню ступить на первую ступеньку лестницы, как вес на его руках резко изменился.
Пальцы Янь Сюня судорожно сжались.
Без всякого предупреждения лис обратился человеком!
Ли Чэн, всё ещё погружённый в глубокий сон, беспомощно прижался к его груди и ткнулся носом куда-то в шею Янь Сюня.
Тот замер, бешено захлопав ресницами, и в следующее мгновение ощутил, как из тела разом ушли все силы. Сердце в груди заколотилось с такой бешеной частотой, словно намеревалось пробить рёбра.
Мать твою…
Вот так взять и превратиться обратно…
Да ещё и прижиматься так доверчиво!
«Сука, — мысленно взмолился Янь Сюнь. — Да кто вообще способен такое выдержать?!»
Сглотнув подступивший к горлу ком, он против воли опустил взгляд на спящего.
Взъерошенные пряди темных волос частично скрывали лоб, а густые, длинные ресницы сохраняли влажный блеск — отзвук недавних горьких слёз. Наполненный светом ночника профиль казался сошедшим со страниц рисунков: точёная линия носа, сочные, будто спелая вишня, губы, на которых замерло мягкое сияние.
Это зрелище пьянило. Душу затапливало неясным, опасным чувством.
Янь Сюнь глубоко вдохнул и принялся про себя чеканить, точно заклинание: «Я не гей. Я не гей. Чтобы я — и увлёкся Ли Чэнем?! Да ни за что на свете!»
Он на руках донёс Ли Чэня до спальни, уложил на матрас, но едва опустил — в голове вспыхнула дикая, нелепая мысль.
Ему захотелось лечь рядом.
«Совсем из ума выживаешь?!»
Янь Сюнь долго стоял над кроватью, смеривая спящего долгим взглядом, пока наконец не нашел своему порыву вполне разумное объяснение: он просто привык к этой комнате и на другом месте не выспится. А Ли Чэн… что ж, таскать его туда-сюда слишком хлопотно.
Пока Янь Сюнь вел внутренний диалог, Ли Чэн слегка зашевелился. Едва вернулось сознание, он тут же уловил мощные волны, исходившие от Кольца Пленения Сердца.
Оно было совсем рядом — не дальше полуметра.
Ли Чэн медленно разомкнул веки и приподнялся на локтях.
Перед ним стоял Янь Сюнь, на ходу скидывающий рубашку. На его пальце четко выделялось Кольцо Пленения Сердца.
Взгляды их пересеклись. Ли Чэн чуть прищурился. Нашёл-таки?
— Нашёл? — спросил Ли Чэн. В его голосе проскользнуло изумление, но радости не было и в помине.
— Угу, — с невозмутимым видом соврал Янь Сюнь. — В машине завалилось.
Ли Чэн не стал уличать его во лжи, хотя отлично всё понял.
— Отдай, — сухо произнес он.
— С чего бы? — изобразил недоумение Янь Сюнь. — Что подарено, то подарено. Я же сказал, больше выбрасывать не стану. — При этих словах он слегка увёл руку за спину.
Ли Чэн молча смерил его долгим взглядом.
«А-Кэн, какова вероятность, что он говорит правду?»
[Юный владыка, уровень достоверности равен ста процентам!]
Головная боль нарастала, мысли путались. Раз уж кольцо снова на его пальце и выкидывать его не собираются, то и бог с ним. Выяснять отношения не было ни сил, ни желания. Силком привязать к себе Янь Сюня оказалось куда сложнее, чем казалось изначально.
Но сегодня у него просто не осталось ресурсов на эту игру. Завтра. Всё завтра.
Ли Чэн бессильно упал обратно на подушки. Сонливость и дикая усталость валили с ног.
Только тут Янь Сюнь заметил, что с Ли Чэнем происходит что-то неладное: щеки горели ярким румянцем, будто на них наложили плотный слой розовых румян. Выглядело это привлекательно, но явно указывало на болезнь.
Шагнув к кровати, Янь Сюнь наклонился и приложил тыльную сторону ладони к его лбу.
Лицо его мгновенно потемнело:
— Да у тебя жар!
Ли Чэн слабо отпихнул его руку, пробормотав с капризной досадой:
— Не трогай меня. Я спать хочу…
Едва проговорив это, он услышал удаляющиеся шаги — Янь Сюнь спустился вниз. Голова наливалась свинцом все сильнее.
Спустя пару минут Янь Сюнь вернулся. Не церемонясь, он обхватил Ли Чэня за плечи и заставил сесть.
Ли Чэн тяжело, недовольно воззрился на него. В руках у Янь Сюня был стеклянный стакан с густой, темной жидкостью.
— Пей и спи дальше, — властно произнес тот.
— Это ещё что?
— Жаропонижающее.
Ли Чэн округлил глаза. Лекарство?!
Все, кто знал Ли Чэня, помнили: бесстрашный мастер гу до смерти боится снадобий. Особенно таких — тёмных, мутных и подозрительных на вид.
— Не буду, — отрезал Ли Чэн.
— Не выпьешь — я тебя трахну, — без обиняков пригрозил Янь Сюнь.
Ли Чэн медленно перевёл на него воспалённый взгляд и ответил низким, огрубевшим от простуды голосом:
— Ну так трахай.
http://bllate.org/book/37118/5086146
Готово:
